Треугольник Карпмана. Глава 1

               
                1

                Человек знает о себе подобных намного больше, чем о себе.
               
                (Эрик Берн)

               
                Жара. Уже третий день. Воздух спертый, душный, как летом в купе южного поезда: застыл, лоснится, парит вязкой влагой. Любое движение мгновенно изматывает, пробивает в противный, липкий пот. Каждый вдох пустой, лишенный кислорода.
                Еще эта метеочувствительность- надоедливая, сверлящая, выносящая мозги головная боль.  Хотя, именно сегодня она радует-наконец-то похолодает.
                У меня всегда так: только меняется погода, голову изнурительно выкручивает мигрень. Стучит, пульсирует в виске, хочется закрыться в темной комнате, никого не видеть, не слышать. Знакомого невролога уже замучил, а что толку, тот только отмахивается: ничего страшного, это не лечится-последствия длительного увлечения боксом. Жлоб, всегда все упрощает. Читал, что мигрень-исключительно женская болезнь.Что есть, то есть. Всегда замечал в характере некоторое присутствие женской составляющей: чувствительность, эмпатию, излишнюю эмоциональность-здесь и нужно искать основную причину, в генетике, ну а бокс, единоборства-это уже последующие наложения, борьба инь-ян за доминирование мужского статус-кво в отдельно взятой личности.
                И личность, та ещё. Даром что психолог. Кто-то скажет: уж кто-кто, а он, должен был проработать все свои проблемы, стать целостным, гармоничным. Наверно должен был, но гладко на бумаге, а в жизни по-разному. Невозможно проработать все. Проблемы-они ведь как разноцветные кружочки на детской игрушке-пирамидке. Нанизываются на стержень характера страхами, запретами, «безвыходными» тупиками и разочарованиями, соединяются в комплексы неполноценности, защитные сценарии; все это потом проявляется в характере, живет своей жизнью и часто значительно усложняет течение нашей. Да и не видел я абсолютно проработанных психологов, целостных, гармоничных, ни одного. Все со своими чертями, тараканами и скелетами в мрачных шкафах. Каждый со своей личной драмой, каждый особенный; поэтому, наверное, они и психологи. Обычный человек над чужими гореваниями голову ломать не будет.  Неинтересно это обычным людям. Сложно и скучно.
               Моим драйвером, или человеком сформировавшим интерес к психологии был дядя Петя –близкий друг  отца и травматолог местной больницы. Он много лет проработал военным хирургом, бывал в Анголе, Афганистане, занимался кризисной психологией, даже писал одно время диссертацию. Но, "а la guerre comme a la guerre" ( на войне, как на войне). Там, как водится, снимают стресс спиртом,в результате алкоголь из «антидепрессанта» перерос в потребность и научная карьера закончилась ставкой врача-травматолога районной больницы. Сколько себя помню, столько дядя Петя- почти всегда "поддатый"- меня вправлял, штопал, гипсовал, ну и учил при этом потихоньку уму-разуму. Этот добродушный весельчак с умными и усталыми глазами, в отличие от моих родителей, постоянно требующих и критикующих, был для меня незыблемым авторитетом, всегда находил подходы, и несмотря на то, что все взрослые из моего окружения, называли его беспробудной пьянью, я всецело ему доверял, не протестовал, не соревновался, а  впитывал каждое слово. 
                Как-то, лет в шестнадцать я сильно подрался, вернее как подрался, меня  избили, и если бы не случайный милицейский патруль, все могло бы закончится очень плохо... Дядя Петя невозмутимо привел меня в Божий вид, укатал  в гипс сломанный палец, потом  долго хищно улыбался, молчал и наконец флегматично спросил:
                -Ну а это тебе для чего было нужно? Хочешь родителей до больнички довести? Ну ладно, в прошлом году ногу сломал. Тогда проспорил, с третьего этажа прыгнул- это я понимаю, бывает- спор святое дело,  для ослов конечно, но хоть приблизительно понятно. А теперь?
         Дядя Петя выразительно вытянул вперед руку и стал загибать пальцы:
         -  Перелом  пальца, трещина в ребре, так, помяли прилично-я уверен до кучи и черепно-мозговая…сколько еще будешь себя испытывать?
        -Так получилось, выбора не было,- я чистосердечно выложил все подробности.
        - О как, за любовь значит боролся?- он вопрошающе-жалеючи взглянул из-под густых, черных бровей, аккуратно, по интеллигентному, глотнул спирт из стакана, и после выдоха спертым голосом выдавил:
         -хорошее дело, наверное.
        Потом перевел дух, похрустел огурчиком и уже с некоторой долей назидания добавил:
         - Выбора нет у дебилов и психопатов. У них для этого нейронных цепочек не хватает. У других выбор есть всегда… А если бы почки отбили, или ножом в печенку.
         -А, пофиг.
         - Ну конечно! Максимализм!!! Сдохну- она пожалеет, а еще лучше, повесится!  Ничего подобного. Забудет сразу и пойдет целоваться, или еще куда с этим, который тебя об землю приложил, потому что ты дурной, а он крутой. Лезешь в драку- побеждай. Или не горячись, не лезь, а головой думай… Хотя, кому я про голову говорю?
 У меня в госпиталях похожих недоделков-пофигистов, в год по десятку было. Каждый круче предыдущего.   Помню один с самострелом. Ему девченка написала, что замуж выходит, вот он и решил: отомщу!!! Отомстил. Всем, кроме её. Целил себе в сердце, да видно что-то дрогнуло. Мы его конечно вытащили, но рука парализована, половина лёгкого нет. Инвалид. У матери в результате инсульт-тоже инвалид. Вот и живи потом с таким грузом. Другой, кусок карбида сожрал, чтоб со службы соскочить, поближе к зазнобе-любовь у него видите-ли- романтик хренов. Химический ожог, вся оставшаяся жизнь без желудка… Заканчивай братец ты дурью маяться, следующий раз халява может не проскочить. Пойми сынок одну простую вещь. Все твои эти понты дешовые не от смелости и крутости, а от пустоты и неуверенности. Стержня в тебе пока нет, характера. А к пустоте, поверь, люди не тянутся...
            Хорошие вещи говорил дядя Петя, мудрые и полезные.
      
       А башка раскалывается. Таблеткой что ли закинуться, так не поможет; скорей бы гроза, скорей бы долгожданный глоток свежего озона.
         «…И зреет зерно неминуемой бури.
  В дремучем покое, в недвижной лазури».
      Не знаю, почему, но мне всегда  нравилась эта цитата Вадима Шефнера,  настолько, что я  поместив её в красивую рамочку, повесил на стену. Вот она-висит, красуется  матовым стеклом, дразнится солнечными зайчиками, постоянно напоминая и подтверждая глубокую истину : чем тише омут-тем круче черти.И за примерами далеко ходить не нужно. Я про себя даже ехидно улыбнулся, переведя взгляд немного в сторону.
Вроде ничего особенного,висит себе на стене рядом обычный сертификат обычного семинара; подобных дипломов на стене, как пальцев не руках, но он всегда напоминает мне Одессу, а точнее момент, когда я снова встретил Олю..
            О-о-о, Олька-это та еще искусительница! Умнейшая, милейшая стерва. Она всегда умела себя подать. Мы столкнулись на пляже в Аркадии, и я, размякший от нахлынувших воспоминаний тут-же потащил ее в ближайший ресторан- отметить нашу встречу. Оля была моей студенческой любовью; впоследствии я долго ее вспоминал, и встретив похорошевшую, налившуюся медовой зрелостью женщину, заметно разволновался. Когда-то она была королевой курса: ослепительная, дерзкая, безбашенная, от ее убийственного взгляда и кошачьей грациозности срывало башню у всех моих друзей, а она, такая тихая, мягкая, заполняющая собой все мысли и желания, азартно и равнодушно играла...
       Ресторан «Ассоль», стилизованный под самый настоящий корабль, рефлексировал легким блюзом, а она сидела рядом, утопая в бордовом бархате подушек, шикарная, в молочно-нежном, подчеркивающем роскошь фигуры костюме. В меру короткая юбка оголяла соблазнительное колено, дымчатые светлые волосы, разбросанные по плечам, карие пронзительные глаза в обводке хорошей косметики, все те же удивительные и чувственные губы. Я снова был   краснеющим пацаном, попавшим под любовное очарование её обжигающего взгляда. Что ни говори, а прошлое так просто не отпускает.  Судьба- это не что иное, как закономерные последствия принятых раньше решений.
          – И с каких пор ты стал романтичным?! Это чтоб мой милый дружочек  разорился девушке за цветы, за розы??!!, пять штук!!!!– она игриво повела глазами, показывая на букет, который внимательный официант, уже заботливо обрезав кончики, поместил в вазу.
       Её лицо, выражавшее наигранное удивление, всегда отличалось особенной пленительностью: томные, засасывающие глаза с легкой, подчеркнуто загадочной отрешенностью, по-детски милые ямочки на щеках –восхитительно-соблазнительная невинность…для тех, кто ее не знает.
       Верхняя палуба ресторана-парусника приятно обдувалась легким ветерком,атмосфера сближала, умиротворяла и деревянные доски пола, рассохшиеся, как  положено, палубному настилу, казалось качались и поскрипывали в унисон прибою. С террасы хорошо просматривалась безмятежная синь спокойного ласкового моря, вдали  лениво покрикивали чайки и бакланы, иногда теплый ветер доносил редкое гудение теплоходов, мелкими точками мелькавших на далёком горизонте. Время остановилось. За разговорами незаметно прошел вечер, воздух потяжелел, посвежел, на набережную быстро опустилась горячая южная ночь и, казалось, вынырнувший из ниоткуда официант, театрально чиркнув длинной спичкой зажег свечи, в принесенном им-же тяжелом канделябре.
Мягкий свет окутал таинственностью, неопределенностью, медные подсвечники отражались фантастическими узорами, а ее глаза масляно сверкали и привораживали.
           – А может, продолжим у тебя?
         Она посмотрела на меня долгим изучающим взглядом. Период разговоров ни о чем закончился, и романтический вечер настойчиво предполагал дальнейшее развитие.
         Я выдержал этот взгляд, демонстративно вздохнул и гордо показал безымянный палец с нанизанным обручальным кольцом.
            – Это что, тебя в детстве поймали юннаты? – она скорчила сочувствующую гримасу, звонко смеясь откинулась на подушки и роскошно- медленно забросила ногу-за-ногу. Помолчала оценивающе, потом скрестила руки и поглаживая пальцем локоть, будто рисуя какую-то картину, неспешно и серьезно добавила:
            - Ну и что? Кольцо и кольцо. Я тоже, замужем…– она задумалась,  глаза испытующе жгли, продолжительно, многообещающе, а пальцы уже неторопливо и завлекательно крутили локон на виске, – Я слышала, что ты там, на консультациях, советуешь: «Я вообще против измены, но если случилось, не признавайся, если поймали, стой на своем…», – она обворожительно улыбнулась, подалась ко мне и положила свою руку поверх моей. – А сам как?
         Насмешливый и дьявольски-соблазняющий блеск ее глаз проникал в гипоталамус, от прикосновения адреналин  заставлял сердце биться, а дофамин обволакивая разум туманом эйфорической вседозволенности, возбуждал желания и призывал к их незамедлительному исполнению… Я живо и выразительно представил, как порывы чувственной страсти  выгибают ее горячее  тело, как  она разбросав в потной истоме руки своими тонкими пальчиками мнет и комкает простыни, как сжимает и накручивает их гладкий шелк, извиваясь во время оргазма… На мгновение вожделение, неуемное желание снова обладать этой гурией окатило жаром мой мозг, внутри распирало от страсти, но тем не менее, собравшись, я, неожиданно, вопреки позывам разыгравшегося либидо произнес первое что пришло на ум:
            – Никак, я жену люблю.
         Это прозвучало как выстрел… себе, в голову. Мимолетная тень разочарования промелькнула на красивом лице, взгляд потускнел, рука проделав несколько рефлекторных, спонтанных движений убралась на оголенное колено, а будоражащее взаимное притяжение, летавшее  над столиком, мгновенно испарилось.

             – Да-а-а… любишь? - она удивленная застыла и некоторое время ковырялась коктейльной трубочкой в стакане, звучно высасывая со дна остатки зеленоватой жидкости.
             - И все-таки ты скучный, – алкоголь уже начал действовать, и Олю понесло. – А-а-а, в принципе, ты всегда был такой: умник и зануда; помнишь, грузил меня про большой адронный   коллайдер, а я просто целоваться хотела. Ладно проехали… А знаешь, – она игриво погладила кончиком лаковой туфли мою лодыжку,-тебе нужно влюбиться по-настоящему.
             – Мне??? А зачем?  Я же говорю, я ...– мои запальчивые наставления   были остановлены милым пальчиком, приставленным к моим губам.
             – Обманывать сейчас не нужно, – она снова взяла мою руку, – Ну что ты такой зажатый, прям подвиг смирения какой-то, а еще психолог; ах да, ты жена-а-ат, тебе нельзя.
          Слово женат было нарочно издевательски выделено и произнесено насмешливым полушепотом, но я сделал вид, что не обратил внимания.
          Она снова бесподобно улыбалась, отчего хорошенькое личико стало еще милей.  Феромоновое облако ее волшебного запаха влекло, кружило голову, и она, понимая это, веселилась еще больше:
               – Я ведь все ещё волную, да?
          Волнует ли она? Да Ёжкин кот, сказать ВОЛНУЕШЬ!!!-это не сказать ничего.
               – Думаешь, ты на самом деле любишь жену? – она вдруг заговорила тихо, с расстановкой, а лицо  стало отрешенно-серьезным. – Вранье, любил бы по-настоящему, так на меня не смотрел бы, цветы, вон, – она показала пальчиком на букет, – не покупал и вообще с другой в кабак не пошел .  Ты не любишь, ты привык, тебе там комфортно, а меня хочешь, но трусишь, поэтому играешь, цену набиваешь, забыл, с кем говоришь? Как там у твоего любимого Бернса? Есть социальный  уровень, есть психологический. На первом, открытом, ты, красавчик, примерный муж, кремень, а на психологическом, тайном, – как у нас тут говорят- поц блудливый…  Все вы, мужчины, одинаковые, извини за выражение, козлы, даже не знаю, кто лучше: бабник откровенный, или лицемерный, вроде тебя? Прости, но это правда.
           Все это было сказано холодно и прямолинейно, как ледяной ливень в ясную жаркую погоду, (я тогда еще подумал: «Как-же по-разному мыслят мужчины и женщины»), а она продолжала:
                – Ты  вот думаешь: крутой, профессионал, мнишь, что владеешь ситуацией, правда?   Смешно и неудобно.
           Она вошла в раж, распалилась, щеки прихватил румянец гнева, глаза, еще недавно завлекавшие и горевшие интересом, теперь презрительно и равнодушно испепеляли.
                – По факту, ты сейчас в моей власти. Приманю я пальчиком – и  побежишь за мной – сам ведь знаешь. Будешь сначала мне врать про любовь, потом жене врать…  Расслабься, губки закатай. Я в игры не играю, ничего не будет.
            Ага,не играет она в игры- еще как играет. Дон Калиостро нервно курит. Но удивительная вещь. До ее монолога я был спокоен и уверен в том, что говорю, а ее слова все равно, на какое-то время смутили и опустошили. Неудовлетворенность угнетает. Не зря пенял я на прошлый опыт. Произошло переключение, мгновенная, невидимая трансформация: преследователь сам стал жертвой… 
                – Не обижайся, ты ж психолог – переваришь. Считай это, как там у вас, реакция декомпенсации экзальтированного истероида, – она убрала руку, допила вино, потом встала, снова загадочно обвела взглядом, обняла за шею, поцеловала в лоб, чем убила окончательно, и жарко в ухо произнесла:
                – Ты просто ее пока еще не встретил…
                ( Продолжение
             http://proza.ru/2020/05/21/1917)               
 


Рецензии
Очень здОрово, Александр! Жаль, что Вы так редко пишите)
Психология давно вызывала у меня много вопросов, а психологи - еще больше, поскольку только заглянув иной раз в кабинет, можно оценить, степень собственных проблем того или иного специалиста. Кроме того, психологи часто сами становятся манипуляторами, если так можно выразится, и начинают в прямом смысле манипулировать аудиторией, завоевывая её вниманием часто бессмысленными разговорами и пустыми обещаниями, не открывая при этом всей полноты вопроса, оставляя за собой право продолжать действовать в подобном духе.
С этой точки зрения, Ваше повествование дает ответы на главный вопрос - что такое хороший психолог и как он работает.

Спасибо. Получила удовольствие. Надеюсь на скорое продолжение.
С уважением,

Юлия Златкина   18.05.2020 16:58     Заявить о нарушении
Спасибо. Вы совершенно правы. Психологи-они как врачи-одни лечат, другие калечат. А я не психолог. Так учился пару курсов когда-то. Но увлечение осталось).
То что написано- это всего-лишь попытка взглянуть на мир глазами, в первую очередь обычного грешного человека, а уже потом специалиста. Как говорится-легко учить.

Александр Брич   17.05.2020 18:32   Заявить о нарушении
Кстати, манипулируют толпой не совсем психологи. Это коучи. как я считаю большая часть-это проходимцы, заточенные на выжимание бабла из доверчивых неувереных граждан. Типа, я расскажу тебе как стать миллионером. Один рецепт для ста человек в зале.
Настоящий психолог-это качественное образование, желательно стационар, желательно медицинский, потом постоянная работа над улучшением своей базы, постоянная практика и конечно личная психотерапия, и не раз.

Александр Брич   17.05.2020 19:06   Заявить о нарушении
Да, конечно)

Юлия Златкина   17.05.2020 19:32   Заявить о нарушении
Сложную тему Вы взяли, но справились мастерски!

Пётр Полынин   16.06.2020 10:54   Заявить о нарушении
Спасибо конечно, но пока ещё не справился).

Александр Брич   16.06.2020 14:11   Заявить о нарушении