Исповедь

Исповедь
Я вот что хочу сказать. И не потому, что рядом начальства нет, да и если бы был кто из них, всё равно сказал бы. Я ведь вот, человек подневольный, и что приказали, должен выполнить. А приказывают работать в паре и оттаскивать тех, кто не понравился, в закреплённый за нашей парой автозак. И, бывает, далеко он пристроился, и надо через толпу под «позор» выполнять свою работу.

Ну, и бывает, что упирается кто-то, сопротивляется, что выглядит смешно-ведь у нас дубинки рядом, вот и приходится уламывать несогласных дубинками. А как же иначе? Ведь это приказ. А вот с напарником разговор один случился.  Он из института отчислен был, а ломать армию не захотел, вот и оказался рядом со мной в паре. Спрашивает он меня, а что, если вместо дубинки стрелять в них придётся? Нет, говорю, такого не будет. А ну, как прикажет кто из начальства, будешь стрелять? Подумал, и говорю-буду, буду, конечно, буду стрелять, да только в тех, кто приказ такой отдаёт. Засмеялся напарник.  А кто же тогда платить тебе будет? У тебя на руках жена безработная, двое детишек да мать, теперь уже без пенсии?  И тут нашло на меня просветление! Нет, говорю, платят-то мне не начальники, а те самые, кого мы дубинками уламываем.

Вот, батюшка, вроде всё высказал, что на душе накопилось.  Прости грехи мои, а дубинку пока при себе оставлю, у неё мой номер личный отмечен, не могу потерять.