Распад

Всё в мире неизбежно стремится к концу или распаду. Как нельзя повернуть время вспять, так нельзя остановить силу, превращающую всё в ничто. Древние философы были правы: ничто не вечно под луной. И сама луна не вечна, как и вся вселенная. Человек на этом фоне — соринка, его проблемы — жалкие попытки оставить память. Но космос исчезнет, а вместе с ним — и человечество, и всякая память. В масштабах вселенной она не стоит внимания. Без Бога нет смысла даже рассуждать о мире.

Сущий мир, согласно законам природы, сначала формируется, потом распадается. Человек — не исключение. И вот что удивительно: когда речь о жизни одного человека, никто не сомневается в смерти. Но когда о человечестве в целом, многие отказываются верить в его гибель. Они надеются на вечное продолжение рода, на эликсир бессмертия, который якобы изобретут учёные, на победу над энтропией — то есть победу человека над законами природы. Это нелепо. Древний Авраам верил в многочисленное потомство, потому что слышал голос Бога. А современные люди верят в космическое будущее без всяких оснований. Просто потому, что другого нет. Вера в Бога хоть как-то объясняет смысл происходящего, а вера в человечество настолько абсурдна и наивна, что большего абсурда не придумать.

Мораль — суть человека. Без неё он изощрённый зверь. Но мораль без Бога, на фоне атеистической вселенной, несущественна до смешного. Мораль имеет смысл только перед Единым справедливым Судьёй, Гарантом жизни. Если люди сами себе судьи, никто не даст гарантии справедливости. Без гарантии нет и суда. Но если Судья — Бог, суда не избежать. Однако спасает не исполнение правил, а милость. Человек не заслуживает спасения формальным соблюдением — он может только принять дар по вере.

Перспектива быть помилованным — единственный истинный мотив к жизни. Большинство людей верят в замысел Божий и стараются жить по совести. Другие соблазнились идеей бессмысленности и уверовали в победу человечества над природой. Это противоестественно. Те, кто отрицает Творца, сами не заметили, что верят в невозможное: победу над энтропией. Что правдоподобнее: идея, что человечество однажды остановит распад во вселенной, или то, что без Бога оно даже не появилось бы?

Но допустим, у людей хватит ума долго противостоять распаду. Но никогда не хватит сил победить зло. А без победы над злом вся деятельность — борьба за власть, войны, суета. Даже если зло вдруг исчезнет, энтропию это не отменит. Ничто не поможет человечеству сохраниться в мире, который движется к концу.

Почему зло не победить? Потому что оно сильнее человека и изначально в его природе. Человек рождается с повреждённой природой, склонной к греху. Не нужно учиться добру через зло — это ложная философия. Зло — враг, которого собственными силами не одолеть. И здесь важно понять: зло не возникло случайно и не является «педагогом». Оно — результат падения высшего ангела (Дьявола).  Бог не попускает зло ради урока. Он пришёл, чтобы на кресте уничтожить смерть и победить дьявола. И Он победил.

Бог ненавидит зло. Он не создавал его и не желает. Но в мире, который сам избрал падение, Он вынужден использовать зло, чтобы явить суд — и тогда открывается справедливость и становится реальной милость спасения. Иного способа показать грешнику, что он грешен, а Спаситель нужен, в этом повреждённом мире уже не осталось. Однако в конечном счёте зло будет уничтожено.

Если смотреть только на этот мир, побеждает смерть — распад, энтропия. Если смерть — зло, сводящее на нет всё, то побеждает зло. Если же смерть — дверь к новой жизни в иной реальности, то побеждает справедливость. Именно это явил Христос, воскреснув из мёртвых. Без Высшей силы, властной над природой, такой переход невозможен. Но Бог потому и Бог, что Ему подвластно всё, в том числе воскресение.

Люди, отрицающие Творца, ставят себя на Его место, забывая, что все они — рабы тления. После смерти ничего не изменить. Мечты о бесконечных перспективах разбиваются о две непреодолимые проблемы: смерть и зло. Никакое лекарство не спасёт от смерти. Умрут все. Долгая жизнь лишь усугубляет старость, немощь и болезни. Но даже это меркнет перед злом и несправедливостью, в которых тонут люди. Они не могут жить в мире друг с другом. Можно предсказывать катастрофы, но никто не застрахован от войны, предательства, бандитской пули или пьяного на дороге — от всех проявлений человеческого греха. Никакое воспитание не поможет, потому что люди не роботы. Каждый решает сам. Миллионы примеров, когда дети из благополучных семей поступают плохо, а из неблагополучных — хорошо. Ни родители, ни власть, ни даже Бог не препятствуют воле человека. В этом его прерогатива — и в этом проблема.

Люди не способны ужиться в одной семье, не могут договориться с соседями. Какой уж тут мир во всём мире! Абсурд. Совершенного мира на земле человеческими силами не будет никогда. Это правда, с которой нужно смириться, чтобы не мечтать впустую о заселении космоса или едином правовом государстве. Всё это утопия, провоцирующая конфликты. Христианин живёт не этой пустой надеждой. Его надежда — на обетование Бога о новом небе и новой земле, где правда будет жить. И это не утопия, а дар Творца.

Вера в победу науки над природой так же тщетна, как и вера во всеобщую справедливость на земле. Наука состоит из людей. Все люди ошибаются и лгут. Есть искренне заблуждающиеся, есть подгоняющие факты под желаемое. Нельзя всем верить на слово, а проверить невозможно. Всё держится на честном слове людей, которые лгут не меньше остальных. Наука делает жизнь комфортней, но создаёт и больше конфликтов. Даже простые знания о природе вызывают непримиримые споры среди учёных. Потому что главное — не знания, а их трактовка. А трактовка зависит от морали, а не от учёности. Мораль — вопрос совести, а не науки. Учёный мир в своём разобщении ни в чём не уступает религиозному. Но дело не в науке или религии, а в совести каждого. Всё можно оспорить, но никакая сила не способна заставить человека думать и верить против его воли.

Что остаётся? Совесть — личная мораль. Насильно отобрать совесть нельзя, но человек сам может продать её. Однако сохранить совесть — ещё не значит спастись. Если бы спасение зависело от безупречной совести, никто бы не спасся, ибо нет человека, который не согрешил. Даже апостол Павел, гонитель христиан, говорил, что живёт с доброю совестью, но это не делало его праведным. Смысл жизни не в самосохранении своей нравственности, а в том, чтобы, осознав, что зло сильнее тебя и ты не можешь его победить, обратиться к Тому, Кто уже победил его — к Христу. Тогда и совесть получает основание, и честь обретает вечный вес. Без этого — суета и томление духа.

Когда люди забывают о справедливости по совести, не помогает ни власть, ни наука. Но когда они уповают только на свою совесть, забывая о милости Бога, их ждёт то же разочарование, что и утопистов, верящих в прогресс. Ибо сказано: «Нет праведного ни одного». Только Бог, воскресивший Христа, даёт новое сердце и вечную жизнь там, где распад уже не властен.