Скорый из прошлого. Пролог

        Ничто не предвещало неприятностей.
 
        В приподнятом настроении — скоро дембель — старший  сержант Максим Тихлов вышагивал от столовой к взлетно-посадочной полосе. Неделю назад здесь, возле бетонки, он развернул стартовый командный пункт СКП-9 на шасси грузового автомобиля и подготовился к учебным полетам истребителей, как ему казалось, без единой ошибки.
 
        Старшего сержанта чрезвычайно радовало то, что через пару недель он переквалифицируется в каптёры, а экипаж СКП возглавит младший сержант Валерий Бусыгин, выпускник радиотехнической школы. Каптёром быть клёво. Сам себе барин на имущественном складе, никаких  нарядов и утренних зарядок, и, если по-умному дружить с кем надо, то есть возможность по-тихому выпить и закусить. Словом, лафа.

         Сегодня Валерий Бусыгин оказался по графику в наряде на кухне, но его подменил старший сержант Антон Кревестов, начальник ещё одного передвижного командного пункта, только что возвратившегося с запасного грунтового аэродрома. Антон тоже без пяти минут дембель, но ему перед окончанием срочной службы предстоит заняться всякими ремонтными работами на территории воинской части. А потом — прощай, армейская жизнь!
 
          — Чем кормят в родной столовке? — поинтересовался Антон. — Я что-то проголодался.

          — Голодным не останешься! — Максим шутливо толкнул друга в плечо. — Щи с мясом, котлеты полтавские с макаронами и компот.

          — Нормалек! Лечу в столовку. К сведению: из полка звонил шеф по радиотехнике майор Осинский, интересовался, есть ли перед полетами какие-либо проблемы. Я ответил, что никаких.

          — Молодец! Проблем никогда не было, нет и быть не может. Поторопись, а то котлеты остынут...

          После сытного обеда и быстрой ходьбы Максим чуток отдохнул в кресле руководителя полетов. Обзор — великолепный. За бетонкой степь да степь с рощицами на горизонте. Отлично просматривалась взлётно-посадочная полоса, уходящая слева направо к стационарному командному пункту. Возле истребителей на стоянках сновали в обычных заботах авиационные технари.

         До начала полетов оставалось больше часа, и Максим, на всякий случай, еще раз проверил готовность техники к работе. Включил бензоэлектрический агрегат на одноосном прицепе и вслед все радиостанции — никаких замечаний. Кроме того, в днище грузовика имелись аккумуляторные батареи на тот случай, если агрегат, что маловероятно, откажет.
    
        Заглянул в аккумуляторный отсек. На некоторых клеммах все-таки обозначилась незначительная коррозия, и, долго не раздумывая, Максим сноровисто снял соответствующие кабели, почистил клеммы специальным раствором. Теперь и с ними полный порядок.

          Однако старший сержант чересчур отвлекся на приятные мысли о предстоящем дембеле. Возвращая кабели на свои места, он нечаянно поменял их полярность. «Плюс» оказался заземленным. Грубая и опасная ошибка.

          На командный пункт прибыл подполковник Мозговой  и занял место в кресле руководителя полётов. Пора просигналить ракетой соответствующего цвета о начале полётов, но раскраска кнопок — зеленой, красной и желтой — была плохо  различима. Прозвучал резонный вопрос к старшему сержанту Тихлову, стоявшему рядом в радужном настроении:

          — Почему отсутствует раскраска?!  
                           
          — Я виноват, товарищ подполковник! Поручил младшему сержанту Бусыгину, но не проследил. Лично устраню досадную оплошность.

          — Напомни, где зеленая.

          — Кнопка сигнальной ракеты зелёного цвета вот эта.

          И случилось для Максима совершенно неожиданное, как только он дотянулся до кнопки. Его ощутимо ударило током, рука резко отдернулась, и этот факт подполковником не остался не замеченным:

          — Электричество?!

          — Никак нет. То есть, возможно. Но так не должно быть.

          Максим переместился ближе к приборной панели и рискнул коснуться вновь этой злополучной кнопки — никакого тока.
               
           Подполковник без промедления принял решение — руководить полётами с другого командного пункта, а командир радиотехнического дивизиона капитан Евстигнеев сурово распорядился:

          — Найти причину и доложить.

          — Есть найти и доложить, товарищи капитан! — Максим Тихлов расстроенно козырнул начальству.

          — Старший сержант Кревестов тебе в помощь.

          Капитан уехал, и Максим Тихлов с досадой произнёс:

          — Надо же было такому случиться накануне дембеля!

          — Как можно быстрее начнём искать причину, — разумно предложил Антон. — Для начала отключи аппаратуру, а я вслед вырублю агрегат. Только надень резиновые перчатки, чтобы не долбануло током лишний раз.

          Максим шустро забрался в кресло руководителя и оттуда прокричал:

          — Да всё нормально и без перчаток! Никакого электричества.

          — Спускайся сюда, но прихвати ключ разводной.
 
          — Зачем он тебе? 
               
          — Есть одна догадка.

          Антон ключом отсоединил кабель заземления от металлического кола, глубоко расположенного в земле, и затем тем же кабелем его и коснулся.

          Сноп искр!!!

         — Причина ясна, — удовлетворённо сказал Антон. — Аккумуляторы «плюсом» присоединены на «минус». Вот и прёт электричество на всё металлическое.

         — Догадываюсь, почему подполковника не стукнуло, — быстро сообразил Максим. — Мозговой сидел в деревянном кресле, а я стоял на полу, где торчат шляпки металлических болтов. Та же «земля», получается.

         — Кто-то намудрил с кабелями аккумуляторных батарей.

         — Да, «кто-то» намудрил. Слушай, Антон. Приведи их сам в порядок, а мне надо отлучиться по одному делу в казарму. Вспомнил, что очень надо. Просто срочно.

         — Конечно, исправлю. Ничего сложного — знакомый объект.

         Не в казарму заторопился Максим Тихлов, а в столовую, где без труда разыскал младшего сержанта Бусыгина, отозвал в сторону подальше от любопытных глаз и ушей и в упор спросил:

         — В деньгах имеется нужда?

         — Конечно, есть, только их негде взять. В буфет пойти — одна тоска с пустыми карманами. А что?
               
         — Дело есть. Не сложное, но на целых двести рублей. Выручишь меня — они будут твоими. Сейчас их и отдам.

         — С чего бы это? Да ещё двести рублей?!

         — Я машинально, а мысли радостные, сам понимаешь, только про дембель, перепутал в аккумуляторах «плюс» и «минус». Пробило на аппаратуру, и подполковник перенес полеты на другой командный пункт. Ну ты знаешь, на стационарный. Так вот. Скажи начальству, что это ты накануне ошибся, поторопился и тому подобное. Тебе ничего не будет, поскольку решение о твоём назначении вместо меня пересматривать не станут. Скорее всего, поругают слегка, пожурят. Зато двести рублей в кармане.

         — А сам чего опасаешься? Может, тоже обошлось бы.

         — На днях меня из кандидатов в члены партии принимать будут. И откуда мне знать, что у нашего парторга на уме. Занудный мужик. Моего друга Антона Кревестова всегда в пример ставит, а меня... Да ладно. Ну как, сговорились?

         —  Так тому и быть, я согласен. Такие деньжищи. На гражданке, считай, две зарплаты.

         — Молодец! Кстати, я перед дембелем за каптера буду — милости прошу в каптерку побазарить, выпить, закусить по-дружески.
               
         К Антону Кревестову старший сержант Максим Тихлов возвратился вовремя. Как раз подъехал капитан Евстигнеев:

         — Нашли причину?

         — Так точно, товарищ капитан! — бойко доложил Максим. — Перед заступлением на кухонное дежурство лично младший сержант Бусыгин второпях отправил «плюс» аккумуляторного отсека в «минус». Я с ним только что провёл соответствующую разъяснительную беседу. Переживает сильно.

         — Хорошо, что переживает, но разгильдяйство налицо.

         Капитан отправился восвояси, а Максим бурно и нарочито вознегодовал:

         — Мне на днях в члены партии, а безответственный Бусыгин такую подставу смастерил во вверенном мне экипаже!

         — Не переживай чрезмерно, раз уж так вышло.

         — Легко сказать — не переживай. А если меня в партию не примут... Могут придраться: мол, его разгильдяйство — мое разгильдяйство!

         Антон постарался добродушно утешить расстроенного друга, не подозревая, как вероломно поступит с ним Максим Тихлов после их случайной встречи на одном из головокружительных зигзагов гражданской жизни. Каждому их них она представлялась исключительно безоблачной и разумной.
               
         Продолжение: http://proza.ru/2021/03/27/1022