Азбука жизни Глава 10 Часть 119 Что угодно, но это

Глава 10.119. Что угодно, но это...

Девочки смеются над моим ответом. Ксюша впервые смотрит на меня с удивлением. Вижу в её глазах смешанные чувства. Наверное, догадывается, как при моём полном пофигизме ко всякой убогости я иногда всё-таки могу улыбнуться. Но для них это тоже хороший урок — как для педагогов. И объяснение тем, кто не способен понять, почему к власти не стремятся умные люди, а лезут отовсюду те, кто больше ни на что не годен.

— Вика, а в жизни, когда тебя пытались оскорбить, ты могла ответить так же, как в сетях? — спрашивает Ирина Владиславовна.

— Конечно, нет! — качаю головой. — Иначе я не написала бы в семнадцать свою «Исповедь», которая потрясла всех в Союзе писателей, как и моего первого редактора. Помню, когда спросила в Союзе, кому могу показать рукопись, ответственный за прозу с каким-то торжеством сказал: «Любому!». Я тогда его эмоций не поняла.

— Но тебя вовремя направила Ада.

— Да, Володя в тот момент был в Петербурге, тут же взял у меня экземпляр в Сан-Франциско. А через месяц Ада перевела всё на английский. И Ричард с удовольствием разрешил издать мою «Исповедь» в своей типографии.

— А в Париже мама Франсуа параллельно перевела на французский, — добавляет Света. — Её коллега по университету на презентации удивился, почему его попросили переводить, если ты с ним так легко говорила по-французски.

— Он, как историк, прекрасно понял мой особый подход к его предмету, — улыбаюсь. — Даже посочувствовал себе и зрителям. Из первого ряда было слышно, как я с юмором объясняла ему по-французски, как и что нужно переводить в ответах на вопросы зала.

Света с Дианочкой уже смеются. Эдик с Ксюшей переглядываются. Понятно. Значит, мой дружок уже объяснил бабуле, почему её внучка сбежала четыре года назад с гастролей по Уралу, заявив, что больше никогда не буду летать с концертами по России. И почему в интернет ничего выставлять не хочу.