Кунгурский 416-ый стрелковый полк

Анонс:
В статье "Кунгурский 416-ый стрелковый полк" дана история формирования 416-го стрелкового полка и его героическое участие в июне - июле 1941 года в оборонительных боях на Западном фронте в составе Пермской 112-й стрелковой дивизии 51-го стрелкового корпуса 22-й армии.
Полк вёл бои на юге Латвии (оборона города Краслава), севере Белоруссии и в районе города Невель.


Материал по запросу:
кунгурский полк, 416 стрелковый полк, 416 кунгурский стрелковый полк, 416 стрелковый полк 112 стрелковой дивизии, героизм и трагедия 112 стрелковой дивизии, героизм и трагедия 112 стрелковой дивизии барминский, 51 стрелковый корпус


                КУНГУРСКИЙ 416-ЫЙ СТРЕЛКОВЫЙ ПОЛК

1939 год. В Европе полыхает война.
Страна Советов живёт в тревожном ожидании чего-то страшного, неотвратимого, большой войны. Уже мало кто сомневается в этом. Вопрос стоит только в том — когда? Все надеются, что это произойдёт не завтра и не послезавтра, а когда-то. И это "когда-то" надеются перенести как можно дальше.

Но по всем признакам война стремительно приближается. Гитлер уже всё просчитал и продумал, как он будет поодиночке расправляться со всеми. Он знает, что все надеются — не они будут следующими.

Руководство СССР понимает, что страна к войне не готова. Армия только начала перевооружение на новые виды самолётов, танков и другого вооружения.
В этот период начали увеличивать численность армии, стали формироваться новые дивизии и полки.

В июле 1939 года в Пермской области начала формироваться 112-я стрелковая дивизия. В докладной начальнику Генерального штаба Красной Армии от 19 августа командующий войсками Уральского военного округа Ершаков Ф.А. отмечал, что 112-я стрелковая дивизия развёртывается из 210-го стрелкового полка, дислоцировавшегося в Свердловске. Передислокация в Пермскую область вызвана наличием жилого фонда для размещения военнослужащих.

112-я стрелковая дивизия формировалась в составе пяти полков: три стрелковых и два артиллерийских. Основные части дивизии и штаб размещались в городе Пермь. Два стрелковых полка дислоцировались в городах Кунгур и Березники.

416-ый стрелковый полк размещался в городе Кунгур, и его неформально стали называть "Кунгурским". Об этом мы узнали из воспоминаний нашего отца, Барминского Василия Васильевича.
В 416-ом стрелковом полку отец проходил срочную службу после окончания рабфака при Архангельском лесотехническом институте. В армию его призвали осенью 1940 года.

К этому времени в соответствии с приказом Наркома обороны в армии создавались учебные подразделения, которые комплектовались из бойцов, имевших высшее и среднее образование. После двух лет службы всем бойцам таких подразделений предусматривалось присвоение офицерских званий.

Таким образом планировалось резко увеличить численность младших командиров, потребность в которых возросла в связи с увеличением Красной Армии в условиях обострившейся международной обстановки.

Такая учебная рота в 416-м полку была создана при 1-ом батальоне, куда и определили отца для прохождения службы.

Отец вспоминал, что их обучали военному делу в условиях, приближённых к военному времени. После советско-финской войны в армии были введены учения с нахождением воинов в зимних лагерях. Бойцы учились ходить по азимуту на лыжах с полным снаряжением. Участвовали в учениях с боевыми стрельбами, находились под артиллерийским и миномётным огнём. Ночевали в зимнем лесу. Учились делать шалаши из снега и хвои, совершали марш-броски на большие расстояния.

Бойцов учили ведению разведки и наблюдению. Специально было оборудовано поле для наблюдения. Обучающимся необходимо было нанести на схему основные предметы. Через определённое время некоторые из них убирались и устанавливались новые. Бойцам предстояло обнаружить, какие перемены произошли на поле, и отметить их на схеме. Всему этому их учили опытные командиры.

Командиром полка был назначен кадровый военный Буданов Александр Антонович, 1902 года рождения. Он родился в Тамбовской области в селе Троицк (в последующем село отошло к Пензенской области). В 1924 году Буданов А.А. был призван в РККА и направлен на курсы полковой школы. Прошёл все младшие командирские должности, окончил Киевское пехотное училище. Командовал ротой, батальоном. В августе 1939 года майор Буданов А.А. назначается командиром 416-го стрелкового полка.

Комиссаром полка был назначен батальонный комиссар Гизатулин Гиният Хисматович. Он тоже кадровый военный, в армии с 1931 года.

Начальником штаба полка назначили майора Марсова Константина Петровича, 1905 года рождения, уроженца Симбирской губернии (с 1928 года — Куйбышевская область). В РККА с 1922 года, прошёл все должности младших командиров.

В состав полка входили:
три стрелковых батальона (командиры — капитан Тамм Иоганн Яковлевич, старший лейтенант Девко Андрей Степанович, капитан Лучинин Михаил Матвеевич),
батарея 45- мм пушек, батарея 76-мм пушек,
рота 120-мм миномётов (командир младший лейтенант Спирин Иван Андреевич),
пулемётная рота (командир лейтенант Теремков Михаил Васильевич),
взвод конной разведки (командир лейтенант Лаптев Василий Фёдорович),
взвод пешей разведки (командир младший лейтенант Исмагилов Латифьян Хакимьянович),
рота ПВО, саперная рота, рота связи (командир младший лейтенант Тукаев Василий Степанович),
взвод противохимической обороны,транспортная рота, санитарная рота,
хозрота (командир лейтенант Першиков Иван Владимирович).

Отец позднее рассказывал, что 7 ноября 1940 года, в годовщину Великой Октябрьской революции, бойцы учебных подразделений приняли военную присягу. После принятия присяги бойцов стали пускать в увольнения.
1 января 1941 года они были на экскурсии в знаменитой Кунгурской пещере. В этот же день отец сфотографировался в зимней военной форме, с ушанкой, называемой "Будённовка". Снимок и сейчас хранится у нас, как ценная семейная реликвия.

В конце мая 1941 года 416-ый стрелковый полк выехал в летние лагеря в 40 километрах от Перми (Бершетские лагеря). Туда же начали прибывать бойцы, призванные из запаса для прохождения учебных сборов. Бойцам роты отца поручили вести с ними строевую подготовку. Как сегодня выяснилось из архивов, призывники из запаса прибывали весь июнь, т.е. до самого начала войны, и позже. Таким образом, части 112-й стрелковой дивизии пополнялись до штатов военного времени.

В середине июня бойцам объявили, что полк в составе дивизии передислоцируется в Западный особый военный округ (ЗапОВО) для участия в больших учениях.
На железнодорожной станции Кунгур собралось много провожающих. 416-ый стрелковый полк состоял в значительной части из кунгуряков, особенно после пополнения бойцами из запаса. Как рассказывал отец, плакали женщины и дети, прощались со своими мужьями, отцами, сыновьями, словно у всех было предчувствие чего-то страшного и неотвратимого. И ведь действительно, большинству из них не пришлось уже больше встретить родных и близких!

Слух об учениях пустили специально, чтобы скрыть переброску войск на Запад.

Вот основные выдержки из Директивы от 12 июня 1941 года Наркома обороны СССР и начальника Генерального штаба Красной Армии, отправленной командующему Западного особого военного округа под грифом «Совершенно секретно. Особой важности»:
«1. На территорию ЗапОВО в период с 17 июня по 2 июля 1941г. прибудут:
51 стр.корпус в составе: управление корпуса с корпусными частями 98, 112 и 153 стр.дивизий;
63 стр.корпус в составе: управление корпуса с корпусными частями и 546 ап, 53 и 148 стр.дивизий;
22 инженерный полк.
2. Прибывающие части расположить лагерем:
упр. 51 ск с корпусными частями 98 и 112 стр.див., 22 инженерный полк — Дретунь…»,
Далее ниже по документу:
«5. Соединения, прибывающие на территорию округа, в состав ЗапОВО не включаются и Военному Совету округа не подчиняются.
6. О прибытии на территорию округа указанных выше соединений и частей никто, кроме Вас, члена Военного Совета и начальника штаба округа, не должен знать. Открытые переговоры по телефону и по телеграфу, связанные с прибытием и разгрузкой войск, категорически запрещаю.
7. Всем частям, прибывающим на территорию округа, присвоены условные наименования».

Фактически это началось выдвижение частей второго стратегического эшелона обороны, и было реакцией на действия Германии.
51-ый стрелковый корпус, с входившей в него, в частности, 112-ой стрелковой дивизией, был включён в боевой состав 22-й армии, сформированной в начале июня 1941 года на базе управления и дивизий Уральского военного округа. 25 июня 1941 года 22-я армия вошла в состав группы армий Резерва ГК (Второй Стратегический эшелон РККА).
Итак, подразделения 112-ой стрелковой дивизии, среди которых был и 416-ый стрелковый полк, 13 июня 1941 года начинают спешно грузить в железнодорожные эшелоны и отправлять в Западный особый военный округ.

Железнодорожный эшелон, где находился наш отец в составе 416-го стрелкового полка, 20 июня прибывает на станцию Дретунь, расположенную в нескольких километрах северо-восточнее города Полоцк.
А уже утром 22 июня немцы бомбили станцию. Десятки бомбардировщиков волнами накатывались на станцию Дретунь. Однако опытные командиры предусмотрительно рассредоточили войска в лесу и полк практически не понёс потерь.

23 июня ещё не полностью прибывшая 112-я стрелковая дивизия получила приказ совершить марш и занять полосу обороны от города Краслава (Латвия) и далее по северному берегу реки Западная Двина до станции Бигосово (Белоруссия) северо-западнее города Дрисса (ныне Верхнедвинск).

Расстояние от ж/д станции Дретунь до рубежа обороны составляло около 150 км. Поскольку автотранспорта на весь личный состав дивизии не хватало, комдив Адамсон Я.С. решил автомобилями отправить сводный передовой отряд численностью 2,5 тысячи человек для оперативного занятия рубежа обороны до подхода основных сил. Остальные части должны были совершить пеший марш в районы сосредоточения. В состав передового отряда включили, в том числе и две усиленные роты 416-го стрелкового полка.

В ночь на 26 июня передовой отряд достиг окраин Краславы и к утру занял оборону западнее города. Местность здесь представляет холмы, поросшие лесами, между которыми протекает река Даугава (Западная Двина) и разбросано много озёр, два из которых находятся в черте города. Южной окраиной город выходит к Даугаве, а с запада и северо-запада его закрывает Замковая гора. Все строения построены так, что при штурме города с восточной стороны войска находятся в невыгодном положении. И наоборот, если штурм с запада.

26 июня комдив Адамсон доложил в штаб 51-го стрелкового корпуса (в состав которого входила дивизия), что часть передового отряда в 23-00 заняла Бигосово, а другая часть (это две роты 416-го полка) в 5-00 — Краславу. Остальные части дивизии продолжают марш пешим ходом. Марш пехоты затруднён из-за отсутствия обозов для пулемётов и миномётов, которые приходиться нести вручную.

По воспоминаниям отца, также совершавшего пеший марш, стояла невыносимая жара, навстречу стали попадаться группы беженцев. Однако спрашивать их о чём-либо было бесполезно, они давали противоречивые сведения. Тем более, что среди беженцев могут быть диверсанты.

26 июня в Двинске (Даугавпилс) немецкие диверсанты из полка "Бранденбург-800" в красноармейской форме захватили два моста (автомобильный и железнодорожный) через реку Даугава. По ним в город ворвалась 8-я танковая дивизия вермахта. Немцы начали быстро расширять плацдарм на правом берегу Даугавы, подтянули 3-ю моторизованную дивизию. А ещё через два дня стали прибывать части моторизованной дивизии СС "Мёртвая голова".

Однако, пехотные части сильно отстали в продвижении от танковых. И немецкое командование притормозило своё наступление, в частности, на Краславу. Это помогло оборонявшимся бойцам 416-го полка закрепиться на своём рубеже.
28 июня после 18 часов к передовому отряду присоединился один батальон 416-го полка из тех сил, которые были на марше. Бойцы спешно заняли оборону западнее Краславы.

В эти дни комбриг Адамсон Я.С. передаёт командование дивизией полковнику Копяку Ивану Андреевичу, который руководствуясь первоначальным приказом (по нему сам город Краслава не входил в зону ответственности дивизии), старается уменьшить протяжённость полосы обороны. Он пытается избавиться от обороны Краславы и подписывает соответствующий приказ. Однако командир 51-го корпуса строго поправляет его.

Здесь стоит отметить такой интересный факт, 29 июня шли споры по 416-ому стрелковому полку 112-й стрелковой дивизии.
Комдив Копяк И.А. докладывает командиру 51-го стрелкового корпуса Маркову, что противник ведёт наступление на Краславу. 416-ый стрелковый полк получил приказ перейти на новый рубеж обороны, но его не отпускает начальник штаба 42-й танковой дивизии Северо-Западного фронта полковник Арефьев (он считает, что полк ему придан приказом командующего Северо-Западным фронтом). Полк прикрывает левый фланг 42-й танковой дивизии.
Копяк И.А. далее докладывает, что он потребовал от Буданова А.А. перейти на новый рубеж обороны, а для прикрытия 42-й танковой дивизии оставить две стрелковые роты.

После разговора начальника штаба 51-го стрелкового корпуса с начальником штаба 42-й танковой дивизии следует команда Копяку И.А. обеспечить и стык с правым соседом: «Вы отвечаете за весь участок к востоку от Краславы до 42-й танковой дивизии». А это опять увеличение полосы обороны полка (до оз.Дридза, расположенного в 12 км северо-восточнее Краславы).

Дело в том, что на правом фланге 416-го стрелкового полка оборонялась 42-я танковая дивизия Северо-Западного фронта, которая была сильно ослаблена предыдущими боями и не могла удерживать свои (в том числе Краславу) рубежи обороны. Согласно сводки штаба фронта в 42-ой дивизии насчитывалоь 270 чел. личного состава, 7 танков и 14 орудий.

29 июня в 11-20 начальник штаба 51-го корпуса приказывает комдиву 112-й дивизии обеспечить стык с правым соседом (42-ой танковой дивизией). А это город Краслава, и оборонять его приказано Кунгурскому полку, рубеж обороны которого растянулся, начиная из района Пиедруя. Для усиления полку придавались 486-ой артполк и одна батарея 449-го гаубичного полка.

В это время в течение 28 - 29 июня на захваченный плацдарм в Двинске выдвигается немецкая дивизия СС "Мёртвая голова".
29 июня в 7-04 командир дивизии "Мёртвая голова" докладывает в штаб 56-го армейского корпуса: «Я нахожусь 500 м западнее Боровка на шоссе "Жидина - Краслава"» (это примерно в 12 км западне Краславы).
К 15-00 части дивизии СС "Мёртвая голова" заняли исходные рубежи Жидина - Липнишки. До Краславы 3 - 4км.

В эти дни бойцы 416-го полка из передового отряда дивизии на западных окраинах Краславы постоянно ведут бои с разведподразделениями немцев, которые перед наступлением стремятся занять более выгодные позиции и одновременно обнаружить огневые точки красноармейцев.

29 июня в полк поступило распоряжение занять рубеж обороны Индрица - ст.Индра. 1-ый батальон 416-го полка начал занимать этот рубеж. Но последовал новый приказ — сосредоточиться в районе Богданы - Лукаты и на рубеже ст.Индра - Городище.
Утром 30 июня полк получает новую задачу: «Обстановка изменилась. 1-ому батальону опять занять рубеж Индрица - ст.Индра» на Краславском направлении.

Вся эта неразбериха связана с тем, что 112-я дивизия по телефону получила задачу атаковать город Двинск и отбить там мосты. Поэтому направляемые части для обороны Краславы то ослаблялись, то опять укреплялись (шли споры).

И только к вечеру 30 июня, в соответствии с приказом комдива Копяка И.А. от 28.06.1941, в Краславу вошли и заняли оборону основные подразделения 416-го стрелкового полка, которые совершали пеший марш.

В этот же день в 22-00 из дивизии СС "Мёртвая голова" докладывают, что заняли позиции для атаки на Краславу, перед фронтом красные стрелки, есть артиллерия. Красных поддерживает авиация.
Командующий немецкой 4-й танковой группы посылает Директиву командиру 56-го моторизованного корпуса, где говорится, что их слабое продвижение накладывает значительные ограничения на танковую группу, и он сдерживает успех движения вперёд, создаёт угрозу снабжению.

1 июля в 12-00 следует приказ дивизии СС "Мёртвая голова" провести разведку боем Краславы и определить силы противника. В дополнение, вечером 1 июля (по донесениям штаба 416-го полка) немцы бомбят авиацией Краславу и передний край обороны полка. Также работала немецкая артиллерия.
В 16-45 в штаб дивизии СС "Мёртвая голова" поступает приказ атаковать 2 июля Краславу.

В тот же день в Краславу направляют 121-ю пехотную дивизию 2-го армейского корпуса, которой приказано наступать по северному берегу реки Западная Двина, захватить переправу и плацдарм в городе Краслава.

В это время в штабах Красной Армии на данном участке фронта царит неразбериха — вечером 1 июля приказ на отступление, в ночь с 1 на 2 июля уже на наступление, на бумаге (в приказах) 112-я стрелковая дивизия передаётся в состав Северо- Западного фронта.

Соответственно, приказы 416-му полку идут одновременно из штаба 27-й армии Северо-Западного фронта и от командования 51-го стрелкового корпуса Западного фронта.
Только к 4 июля в вышестоящих штабах разобрались в обстановке и соответствующим приказом вернули 112-ую стрелковую дивизию в подчинение 51-го стрелкового корпуса 22-ой армии Западного фронта.

Вся эта неразбериха связана с невыполнимым приказом для 112-й стрелковой дивизии атаковать Двинск и вернуть захваченные немцами мосты.

В этой противоречивой обстановке немцы силами дивизии СС "Мёртвая голова" утром 2 июля начинают наступление на Краславу. Наступление началось в 3-15.
Командир 416-го полка Буданов А.А. докладывает в штаб 112-й стрелковой дивизии, что противник неустановленными силами перешёл в наступление на левый фланг полка со стороны Вильмани - Удриши, наступление поддерживает артиллерия.
Немцы потеснили левый фланг, но введением в бой ударной группы 3-го батальона положение было восстановлено.
В 7-30 вновь атака немцев на левом фланге при поддержке артиллерии и они потеснили 3-й батальон. Однако основные рубежи в городе удерживаются. Полк ввёл в бой 196-ой отдельный разведывательный батальон (этот батальон 112-й дивизии был придан 416-му полку), взвод разведчиков и сапёрную роту.

Об упорных боях докладывают и немцы.

2 июля в 9-00 командир 1-го пехотного полка "Мёртвой головы" докладывает в штаб дивизии, что противник ожесточённо обороняет Краславу, его силы один - два полка. Три батареи пехотного полка подтянуты к западной окраине города. И далее, в данный момент левый фланг полка атакован противником силами до батальона. Устанавливаем связь со 121-й пехотной дивизией.
В 9-15 немцы докладывают — упорный противник оттеснён от западной окраины Краславы. В настоящее время атака противника с северо- востока. Противник ведёт артиллерийский огонь силами двух - трёх батарей.
В 11-17 идёт доклад, что 1-ый пехотный полк не может продвинуться дальше, передовая линия 500 м западнее Краславы.
В 12-22 из штаба дивизии командиру 1-го пехотного полка поступает — нужно овладеть Краславой, посылаем подкрепление.
В 14-00 полк передаёт в штаб дивизии — передовая линия та же, 500 м западнее города, нужна поддержка с севера.
В 14-30 на помощь 1-му пехотному полку приходит разведбатальон. Немцы почти захватывают Краславу, но следует контратака 416-го стрелкового полка, и город отбит. Доходит до того, что на западной окраине находился штаб 1-го пехотного полка, а восточная окраина города в руках кунгуряков.
В 16-30 на КП немецкого полка прибывает командир 121-й пехотной дивизии генерал-майор Отто Ланцелле. Он должен принять у дивизии СС "Мёртвая голова" занятый рубеж.
В 17-55 командир 1-го пехотного полка докладывает, что овладел Краславой, добавляя "Никаких пленных!".

3 июля в 4-00 командир 1-го пехотного полка докладывает в штаб дивизии, что намерение полка предоставить солдатам заслуженный отдых после жаркого боевого дня потерпело неудачу из-за вновь вспыхнувшего вражеского сопротивления. Это вынудило выделить два батальона для занятия круговой обороны Краславы. В 3-00 враг на отдельных участках начал наступление. Намеченное на 6-00 наступление едва ли возможно, так как сначала нужно подавить противника.

Это привело к тому, что стало сдерживаться наступление 3-го пехотного полка немцев на Дагду (северо-восточнее Краславы), так как мог оголиться фланг.
Командир дивизии "Мёртвая голова" докладывает в штаб 56-го армейского корпуса о невозможности правофлангового полка вести наступление, а в 7-00 запрашивает разведку самолётом, так как не могут точно установить позиции артиллерийских батарей противника.
Тем временем, начиная с ночи, сотни транспортных средств 121-й пехотной дивизии въезжают в Краславу. Этой же ночью артиллерия, приданная для усиления 416-му полку, открыла огонь по городу и все уцелевшие транспорты стали спешно покидать город. Создались заторы на шоссе в направлении Двинска.
В 9-15 командир 1-го пехотного полка докладывает, что от артиллерии противника большие потери. Позиции артиллерии не выявить из-за сложностей рельефа. Захватить Краславу можно только ценой больших потерь. Полк запросил срочной бомбардировки обороняющихся.
В 10-00 1-ый пехотный полк докладывает о подходе 121-й пехотной дивизии, которая получает приказ совместно с 1-ым пехотным полком перейти в наступление.

В 18-00 в штабе 112-й стрелковой дивизии выяснилось, что сосед справа 21-ый мехкорпус (входил в состав 27-й армии Северо-Западного фронта) начал отступать. В штаб 416-го стрелкового полка пришёл приказ от комдива 112-й дивизии отходить со всем хозяйством, но до темноты вести уличные бои в Краславе. Новый рубеж — лес восточнее города.

А ещё раньше в 16-00 немцы перешли в наступление. И именно в этих боях погибает первый немецкий генерал на советско-германском фронте — командир 121-й пехотной дивизии генерал-майор Отто Ланцелле.

К сожалению, об этом факте не сохранились донесения или какие-то воспоминания бойцов 416-го стрелкового полка и 112-й стрелковой дивизии.
Скорее всего бойцы не знали, кого убили. А позже сами погибли в последующих боях. Ведь полк в составе дивизии попал в окружение и обеспечивал прорыв основных сил, перерезав Ленинградское шоссе под Невелем. Из окружения вырвалась совсем малая часть полка.
Отсутствие объективной информации о гибели немецкого генерала породило много легенд, и присвоения некоторыми себе этого успеха Красной Армии.
24 июля 1941 года Совинформбюро передало сообщение о гибели Ланцелле от пули партизана, но никаких фамилий или отрядов названо не было. Со ссылкой на германское агентство Трансоцеан сообщалось, что Ланцелле и его штаб подверглись нападению советских партизан.
Гибель фашистского генерала пыталась позднее приписать себе и 42-я танковая дивизия.
Но сегодня известно совершенно точно, что генерала отправили на тот свет именно бойцы 416-го стрелкового полка.

В архивных документах немецкой 121-й пехотной дивизии имеется донесение о гибели её командира.
В нём сообщается, что когда основная масса пехоты скрылась в лесу, ничто не могло дальше удержать командира дивизии на КП, рвущегося в гущу боя. В сопровождении начальника штаба он выезжает к ведущему наступление 407-му пехотному полку и, минуя КП полка, достигает передовой линии батальона, ведущего наступление слева от шоссе (в примерно 5 километрах восточнее Краславы вдоль автодороги на Дриссу). При этом до намеченной цели наступления остаётся чуть менее 1 км.
В дальнейшем, продвинувшись вперёд вместе с передовым подразделением, генерал уходит оттуда вправо от шоссе, вследствие чего сам попадает в огневой бой. Он действует со своими спутниками, сам ведёт стрельбу из МП, продвигаясь дальше.
В донесении далее пишется, что противник, ведущий огонь с противоположной стороны шоссе, смертельно ранит двоих из сопровождения генерала. Вскоре после этого в тылу этой маленькой группы появляются русские. Это были вражеские стрелки, отступающие перед фронтом батальона, ведущего наступление справа от шоссе (который несколько отстал). В ближнем бою и пал генерал-майор Отто Ланцелле, находясь на переднем крае своей дивизии.

Объяснение типичное — во-первых, сам бросился в бой, во-вторых, героически отстреливался. Иначе, конечно, нельзя было написать в немецком донесении.
Но из донесения можно сделать вывод, что это были не партизаны, а отступающие перед немецким батальоном красные бойцы. А там были бойцы именно 416-го стрелкового полка.

Таким образом, 416-ый стрелковый полк первым из дивизии принял удар немцев и не позволил им сходу взять Краславу.

Однако и полк понёс тяжёлые потери в личном составе. В том числе, 3 июля погиб комиссар полка Гизатулин Гиният Хисматович. Его сразил осколок снаряда. Об этом позже рассказал старший политрук Дедов Гавриил Иванович, который забрал партбилет и другие документы комиссара. Похоронили его прямо в окопе.

Здесь можно сказать, что волею судьбы 416-ый стрелковый полк оказался на стыке двух фронтов — Западного и Северо-Западного. Одно из самых опасных мест, ведь немцы наносили сильные удары в стыки соединений Красной Армии, тем более фронтов.

В это время обстановка складывается не в пользу 416-го стрелкового полка, справа отходят части 27-й армии Северо-Западного фронта, а в тылу 112-й стрелковой дивизии в районе города Дисна немцы захватили плацдарм на северном берегу реки Западная Двина и угрожают окружением.

4 июля следует распоряжение командиру 416-го стрелкового полка отступить на рубеж реки Сарьянка и занять там оборону. Слева на рубеже от м.Устье до г.Дрисса оборону занял 308-ой стрелковый полк 98-й стрелковой дивизии. Получается, что Кунгурскому полку поручено оборонять основной рубеж по р.Сарьянка.
1-ый батальон полка должен был занять оборону на правом фланге, 2-ой — на левом, 3-ий батальон выводился во второй эшелон.

Подразделения полка занимают на Сарьянке укрепления бывшей "линии Сталина", которая была разукомплектована в связи с переносом границы на запад (в 1939 году), дооборудуют полевые укрепления, расставляют пулемёты и артиллерию.

6 июля в 10-00 командир 416-го полка Буданов А.А. получает приказ направить батальон второго эшелона на рубеж Пустельники - Урбаново - совхоз Освея. Через два часа рубеж увеличивается на юг до Папоротново. В этом районе уже находится разведбатальон дивизии и ждёт подкрепления. Во исполнение приказа комдива, Буданов А.А. направляет 3-ий батальон полка на занятие этого рубежа.

Вначале предполагалось, что вместе с 416-ым стрелковым полком оборону на Сарьянке будет держать и 524-ый стрелковый полк дивизии, размещаясь на правом фланге в районе оз.Освея. Однако ему следует приказ идти в направлении станции Борковичи для ликвидации захваченного немцами плацдарма в районе города Дисна.
Соответственно рубеж обороны 416-го полка растянулся от м.Устье до оз.Освея, достигая протяжённости около 40 км (это в разы превышало допустимые уставные значения).

6 июля в штабе 51-го стрелкового корпуса разобрались в оперативной обстановке и приказом повернули 524-ый стрелковый полк назад, на правый фланг дивизии в район западнее оз.Освея.
Нужно отметить, что вся эта путаница негативно отразилась на плотности оборонительных позиций Кунгурского полка.

Немцы в эти дни преследуют наши войска. Штаб немецкой 121-й пехотной дивизии 5 июля докладывает 2-ому армейскому корпусу — передовая линия ручей Ванаги - озеро 135 - озеро Стирнс.
Донесение от 6 июля в 22-00 — передовая линия Зарембовка - Ингрово - Ядвигово - отм.163 - Ливчани - Пельники. Немцы идут осторожно, боятся западни.
7 июля в 22-00 в немецком донесении — противник отходит на восток, видимо, будут удерживать рубеж на реке Сарьянка.

7 июля помощник нач.штаба 416-го стрелкового полка докладывает в штаб дивизии о готовности к обороне на Сарьянке:
I) Передовые отряды высланы в двух направлениях: первое — высота 152,5 (от 1-го батальона), второе — западнее Росицы (от 1-го батальона);
II) от каждого батальона выставлено боевое охранение: южнее Липовка на высоте 163,8 и на изгибе дороги у высоты 145,1;
III) произведено минирование берега р.Сарьянка, 130 шт.;
IV) командный пункт полка в лесу Налибовщина.

В этот день на правом фланге обороны активными действиями разведки 416-го полка были разбиты и отброшены разведдозоры немецкой 121-й пехотной дивизии, захвачены пленные.

8 июля пока 524-ый полк возвращался, противник ударил по правому растянутому флангу 416-го полка в районе оз.Освея, где держал оборону 3-ий батальон вместе с отдельным разведбатальоном дивизии.
После полудня немцы открыли сильный артиллерийский огонь, хотели подавить нашу артиллерию. В своих донесениях они отмечают, что у русских хорошие артиллеристы.
В 14-00 немцы силами двух батальонов форсировали р.Сарьянка и атаковали 3-ий батальон в районе западнее оз.Освея, тем самым создавалась угроза прорыва немецких частей с севера в тыл дивизии. Однако в это время подошёл 1-ый батальон 524-го стрелкового полка, и противник контратакой был остановлен и отброшен.

Немцы подтягивают дополнительные силы 121-й пехотной дивизии.
В 15-30 немецкие части снова пытаются атаковать. Но опять ударила наша артиллерия, и противник прекратил здесь наступление из-за больших потерь.

Ночь на 9 июля прошла спокойно, но немцы подтянули артиллерию. И с утра до полудня подразделения стали выдвигаться на позиции для атаки.
Штаб 121-й пехотной дивизии докладывает командующему 2-го армейского корпуса, что в 11-00 достигли линии восточной окраины леса западнее Мушино, западнее окраины Фольварково, Кривосельцы. КП дивизии находится в Росице.
Утром же немцы провели разведку боем, чтобы установить огневые точки на восточном берегу Сарьянки.
416-ый стрелковый полк отбивает атаку противника на рубеже Мушино - Дегтярёво.

Немцы используют самолёт-наблюдатель, он корректирует огонь артиллерии.
После же сильной авиационной бомбардировки и артподготовки противник переходит в наступление на всём рубеже реки Сарьянка.

На позиции 416-го стрелкового полка наступает немецкая 121-я пехотная дивизия в полном составе, к тому же усиленная танками (САУ).

К утру 9 июля в лесном массиве севернее м.Сарья немцы сосредоточили прибывшую из-под Краславы 666-ую батарею самоходных штурмовых орудий "Штурмгешютце" для поддержки пехоты, которая упёрлась в укреплённую полосу 416-го стрелкового полка, часть "линии Сталина", и залегла, остановив продвижение.
Разведка немцев обнаружила брод глубиной 0,9 м через Сарьянку. Такая глубина позволила самоходным штурмовым орудиям самостоятельно форсировать реку вброд и атаковать укрепления обороняющихся. Батарея развернулась и стала продвигаться вдоль реки в южном и юго-восточном направлениях, уничтожая с тыла встречающиеся огневые точки и узлы сопротивления обороняющегося полка.

Немецким самоходкам удалось прорвать оборону кунгуряков и выйти к позициям 449-го гаубичного артполка дивизии. Артиллеристы открыли огонь прямой наводкой, противник с потерями был отброшен, но и сам артполк понёс потери. Полностью был разгромлен 1-ый дивизион (12 орудий), погиб его командир капитан Волков В.
После этого пошла в атаку немецкая пехота, и плацдарм на восточном берегу Сарьянки противником был расширен. Немцы стали развивать наступление в сторону д.Латиково. Бойцы 416-го стрелкового полка контратаковали, однако с помощью 666-ой батареи самоходных орудий немцам удалось отбить атаку, сохранив плацдарм для дальнейшего наступления.

Вместе с тем, в тылу 112-й стрелковой дивизии (и соответственно 416-го полка) обстановка обостряется — немцы перебросили на плацдарм у Дисны дополнительные силы и значительно его расширили. Создалась угроза окружения подразделений дивизии на рубеже реки Сарьянки, в том числе 416-го полка.
И 10 июля последовал приказ отступить, новый рубеж для дивизии оз.Тятно - Задежье - Волынцы. Кунгурский полк занял оборону вдоль автодороги, ведущей к Ленинградскому шоссе.

Днём 12 июля 416-ый полк получил приказ занять участок автодороги северо-западнее у оз.Тятно и не допустить выхода противника в тыл дивизии. С северо-запада к автодороге подходила ещё дорога, и на ней была обнаружена многокилометровая движущаяся колонна немецких войск. С полком шёл 436-ой артполк лёгкой артиллерии (ЛАП) дивизии, он оперативно развернулся и открыл огонь прямой наводкой. Бойцы 416-го полка пошли в атаку и завершили разгром немецкой колонны.

Затем в течение остатка дня полк организованно отошёл на восток, подвергаясь ударам противника с воздуха. С наступлением сумерек полку вместе с 436-ым ЛАП пришлось прорываться, так как немцы предприняли попытку окружить эти отходящие части. Понеся потери полк всё же отбил атаки противника, вышел к шоссе и соединился вместе с артполком с основными силами дивизии. Дивизия же отходила на новый рубеж м.Юховичи - р.Нища. 416-й полк после последних боёв занял рубеж в д.Дмитров Мост во втором эшелоне дивизии.

13 июля, когда находящаяся на левом фланге корпуса 98-я стрелковая дивизия (на то время в состав 51-го корпуса входили 170-я, 112-я и 98-я дивизии) стала отступать, и над ней нависла угроза окружения, в соответствии с приказом штаба корпуса 416-ый полк нанёс контрудар по противнику в южном направлении из района д.Станиславово, оз.Россоно и предотвратил отсечение 98-й стрелковой дивизии от основных сил корпуса. Немцы понесли здесь большие потери и остановились. После этого полк вывели в резерв во второй эшелон.

Упорные бои и потери постоянно отмечают в своих донесениях немецкие командиры.
12 июля командир 121-й пехотной дивизии докладывает в штаб 2-го армейского корпуса, что противник ведёт бои на правом участке, переходя в контратаки. Отмечает, что против него обороняется 416-ый стрелковый полк.
13 июля он же в донесении отмечает, что противник перешёл в атаку. При этом русские, несмотря на недостаток боеприпасов и продовольствия, демонстрируют, что стойкости ещё достаточно.
Из показаний пленных немцы отмечают, что в частях много бойцов из Уральского региона. Большая часть нового призыва, мобилизованного после 15 июня 1941 года, плохо подготовлена, измучена большими частыми переходами и плохим питанием.
Однако немцы отмечают, что русские ведут бои, периодически переходят в контратаки — против них стоит 416-ый стрелковый полк. И 13 июля немцы не смогли продвинуться вперёд.

14 июля в Кунгурский полк прибывает начальник штаба 51-го стрелкового корпуса полковник Сазонов К.И. и лично ставит полку задачу в кратчайшие сроки осуществить пятнадцатикилометровый марш в район оз.Нещердо с целью усиления частей 98-й стрелковой дивизии для удержания нового рубежа обороны на левом фланге корпуса.
Полк оперативно выступил и к 19-00 прибыл к месту назначения. Комдив 98-й стрелковой дивизии уточнил задачу полку. Однако 15 июля стало известно, что немцы перерезали тыловые коммуникации 112-й стрелковой дивизии и других частей корпуса, нарушив подвоз боеприпасов и продовольствия.
И утром 16 июля из штаба корпуса поступает приказ частям отходить к реке Уща с дальнейшим движением колонн в направлении Невеля.

Вечером 17 июля части вышли в район оз.Язно, в 45 км западнее Невеля, который 16 июля оказался в руках немцев. Получен приказ двигаться в район д.Созоника - оз.Боровно (это в 10 км северо-западнее Невеля и в нескольких километрах от Ленинградского шоссе) с дальнейшим прорывом на Новосокольники.
В качестве основного маршрута принято движение по линии Пасека - Уставное - Погребище - Репище. Далее серьёзным препятствием при прорыве служил участок шоссе Невель - Пустошка длиной более 50 км, по которому постоянно шло передвижение немецких войск (эту автодорогу из Невеля на северо-запад называли ещё Ленинградским шоссе).

В частях началась подготовка к прорыву, формировались ударные группы истребителей танков, группы прикрытия. Были разработаны маршруты и порядок движения, состав сил и средств прорыва.

На это время в 416-ом полку осталось не более 1000 человек без учёта раненых (из 3200 чел. на начало войны).

Полк занимает место на правом фланге западной половины временной круговой обороны корпуса и прикрывает западное и северное направления со стороны Ленинградского шоссе, находясь в 20 км северо-западнее города Невель.
Тем временем немцы усиливают войска, замкнувшие окружение вокруг частей корпуса. 19 июля 416-ый полк направляется в район Репище, на острие будущего прорыва.

416-ому стрелковому полку поставили задачу в ночь с 19 на 20 июля захватить высоту 202,4 у д.Кузнецово (высота примыкала к Ленинградскому шоссе), с которой противником простреливался значительный участок прорыва частей корпуса.

Ночью бойцы полка взяли высоту, однако немцы, понимая её важность, 20 июля бросили сюда дополнительные силы и отбили высоту. Дважды полк врывался на высоту и дважды после наступления превосходящих сил противника оставлял её.

В итоге высота осталась у немцев. В этих жестоких боях погиб командир 416- го стрелкового полка Буданов А.А. Он был тяжело ранен и попал в плен. Фашисты зверски расправились с ним. В боях за высоту погибло очень много бойцов полка.

В это же время, одному из батальонов полка была поставлена задача атаковать противника в северо-западном направлении на деревню Жуково с целью оказать помощь левому флангу прорывающихся частей корпуса. Однако у Жуково этот батальон наткнулся на сильную оборону противника и понёс тяжелейшие потери, на следующий день командир батальона капитан Тамм И.Я. вернулся только с 40 оставшимися бойцами.

Стоит сказать, что 416-ый стрелковый полк в боях за господствующую высоту, расположенную перед Ленинградским шоссе, оттянул на себя значительные немецкие силы, чем облегчил выполнение поставленных задач для других окружённых подразделений корпуса.
Действия полка помогли соседям слева, которые перешли в атаку и часть из них прорвалась из окружения. Однако немцы подтянули дополнительные части и закрыли брешь.

В ночь с 20 на 21 июля остатки полка вместе с другими частями дивизии пошли на прорыв, и часть подразделений корпуса прорвалась. Это удалось благодаря тому, что бойцы полка захватили участок Ленинградского шоссе. Однако достаточных сил долго удерживать его они не имели, пришлось отступить.
К исходу же 21 июля немцы образовали плотное кольцо окружения.

22 июля поступил приказ командования корпуса разбиться на мелкие группы и самостоятельно прорываться на участке д.Стрельниково - д.Бегуново.
Так например, начальник штаба 416-го полка майор Марсов К.П. 25 июля вывел из окружения отряд в 95 человек. Впоследствии Марсов К.П. получил звание полковника, был назначен начальником штаба 24-й стрелковой дивизии (7.09.1942 г. был смертельно ранен в бою в Сталинградской области).

Всего из окружения вышло менее 1/3 численности дивизии и ещё меньшая часть бойцов 416-го стрелкового полка.

Как видим, полк не бежал, отступал только по приказам, задержал на несколько дней немцев в Краславе и на реке  Сарьянка. Своими активными действиями обеспечил выход из окружения части сил дивизии и корпуса. Но сам, можно так сказать, практически весь полёг на полях сражений.

Отец оставил воспоминания о боях в составе Кунгурского полка в трёх номерах газеты "Искра" в 1974 году (г.Кунгур). В свои 19 лет он не был в командном составе и не мог оценивать ситуацию "сверху".
Мы же сегодня из архивов знаем общий ход боёв полка, и тем интереснее его взгляд "изнутри", его оценка боёв с позиций рядового бойца, снайпера-наблюдателя 1-го батальона Кунгурского 416-го стрелкового полка.

Вот что он вспоминал.

30 июня наш полк, совершив 152-километровый марш, прибыл в город Краславу.
Здесь нам поставили боевую задачу: задержать противника на подступах к городу.
Вместо отдыха после изнурительного марша мы всю ночь рыли окопы на горе Замковой, что на западной окраине Краславы.

Мой окоп, как снайпера-наблюдателя, находился метрах в ста впереди от расположения роты в направлении кладбища. Имея винтовку с оптическим прицелом, я должен был меткими выстрелами поражать отдельные цели противника.

1 июля утром немецкие самолёты бомбили наши позиции. Когда улетели самолеты, заработала артиллерия противника. Появилась вражеская пехота. Наши открыли ураганный огонь. Атака была отбита, а затем и вторая.
Ночью командиры накоротке рассказали о боевой обстановке: днём противник проводил разведку боем, завтра ожидается генеральное наступление фашистов.

С рассветом 2 июля началась орудийная канонада, которая не стихала весь день. Разрывы бомб и снарядов заглушили всё, едкий дым расстилался по полю. Появились цепи вражеских солдат. Слышались дикие крики на чужом языке. Пьяные головорезы шли в полный рост и вели сплошной огонь из автоматов.
Из окопов невозможно было выглянуть, потому что над головами летели огненные струи. Разрывные пули, рассчитанные на психологическое воздействие, лопались от удара о травинку, создавая иллюзию, что автоматчики ведут огонь совсем рядом.

Создалось критическое положение. Выручила наша артиллерия, которая заставила противника залечь. Этого было достаточно, чтобы бойцы открыли ураганный огонь по врагу из всех видов оружия.
Инициатива перешла в наши руки. Атака захлебнулась, противник откатился, оставив много убитых и раненных, а также подбитой техники.

Через некоторое время неприятель, введя в бой резервы, начал ещё более яростное наступление. Ему удалось достигнуть нашего переднего края. Началась рукопашная схватка, пошли в ход гранаты. Наш батальон поднялся в контратаку и с криком “ура” бросился на фашистов.
Всё перемешалось. Были моменты, когда трудно было сразу определить, где враги и где наши. Контратаку поддержали другие подразделения, ударившие с флангов.
Враг не выдержал и начал в панике отходить. Но и мы понесли большие потери.

Поздно вечером, после еще нескольких контратак, мы получили приказ оставить город и отойти на второй рубеж.

Сосредоточившись в лесу восточнее Краславы, мы начали готовить вторую линию обороны. Законы войны суровые: вместо отдыха после тяжелых двухдневных боев шла усиленная подготовка для контрудара по противнику. 3 июля нам предстояло вернуть Краславу.

В роте за время боев выбыла из строя половина личного состава. В других подразделениях было такое же положение. Командирами взводов приходилось назначать сержантов, а то и просто рядовых бойцов.

Наш исходный рубеж находился на опушке леса около шоссейной дороги, ведущей из Краславы на Полоцк. По установленному сигналу должен был начаться штурм города. Уточнялись маршруты движения, порядок связи и взаимодействия.
Нам сказали, что в контрударе будут участвовать танки. Это подняло боевой дух бойцов, и остаток ночи они провели в мыслях о предстоящей атаке.

Июльская ночь коротка. Забрезжил рассвет. Вскоре сигнальные ракеты подняли бойцов, и они пошли на штурм.
“Даешь Краславу!” — таков был клич. Заработала наша артиллерия. Но танки, которых мы ждали с нетерпением, так и не появились.

От опушки до города было метров четыреста - пятьсот. Их занимала низина с кустарниками и вьющимся в направлении города ручьем. Преодолев это пространство, мы ворвались в Краславу.
Вскоре сильный огонь противника заставил залечь. Передали сигнал артиллеристам побольше дать огня, по существу вызвав его на себя. Артиллерия фашистов молчала, опасаясь попасть по своим.
Короткими перебежками от дома к дому мы теснили противника. Ожили вспышками чердаки домов. Залповым огнём из винтовок мы подавляли огневые точки врага.
Вскоре значительная часть города оказалась в наших руках.

Но вот нашей группе путь преградил огонь пулемётов и автоматов из дома с высокой кирпичной стеной. Наши залпы не возымели действия. Дом был превращен в своеобразную крепость с амбразурами в стенах. Находясь на удобной высоте, противник простреливал лощину, по которой мы двигались.

Решено было обойти дом и ворваться во двор. Я рванул к ручью. В это время полоснула очередь, и я упал в воду. Ручей спас мне жизнь, потому что взметнувшаяся при падении плащ-накидка в нескольких местах оказалась пробитой пулями.
Скатились в ручей и другие бойцы. Под прикрытием берегов мы по воде поползли вперёд. Во дворе дома завязалась рукопашная схватка, пошли в ход гранаты. Злополучный дом был взят нами, но дорогой ценой: погибло пятнадцать наших ребят.

Путь к центру города был открыт. Откуда-то появился старик, житель города Краславы. Он показал нам, как лучше пройти вперёд. Ещё долго шли уличные бои.
В тот день Краслава несколько раз переходила из рук в руки.

После нескольких атак противника мы получили приказ об отходе на третий рубеж обороны, к реке Сарьянке. Фашистские самолёты и огонь дальнобойной артиллерии всё время преследовали нас.

В лесу под Краславой мы похоронили многих павших товарищей. Но здесь были разгромлены отборные гитлеровские части и надолго приостановлено их продвижение.

Наша рота заняла позиции на невысоких холмах в пятистах - шестистах метрах от реки Сарьянки. Влево расположились остальные подразделения Кунгурского полка.

Рано утром 9 июля вместе с другим наблюдателем из отделения управления получил боевую задачу от командира роты старшего лейтенанта Шаева: проникнуть в деревню, которая находилась на противоположной стороне речки, и вести наблюдение в западном направлении.

Мы переправились через речку и пробрались в деревню. Жителей в ней не было. Выбрали по-удачнее чердак дома и стали вести наблюдение.
Впереди простиралось поле, в километре — полутора виднелся лес, слева нарушал видимость кустарник. Прошло уже около двух часов, а в нашем секторе наблюдения не было никаких изменений.

Вскоре на левом фланге разыгрался сильный бой. Отчётливо были слышны взрывы снарядов и пулемётные очереди. За лесом что-то горело, валил густой дым.
Стало ясно, что противник повёл наступление на левом фланге нашего Кунгурского полка.

Ситуация изменилась. Бой шёл уже на левой стороне реки, а мы, как в мышеловке, сидели на правой стороне. Что делать? Принимаем решение возвратиться в роту.
На высоте видим какие-то фигуры. “Вот, значит, где наши”, — подумали мы. Но в это время по нам полоснул автомат.
Стало ясно, что стреляют фашисты, переправившиеся через речку. Заняв удобное положение, я навел оптический прицел. В перекрестии оказался гитлеровец в зелёном мундире. Нажимаю спусковой крючок — и подстреленный враг падает на землю.
После этого и началось: застрочили автоматы, раздались пронзительные крики на чужом языке.

Мы вбежали в рожь. Перед нами открылся противоположный берег реки. Шли бесконечные цепи немцев, ползли чёрные квадраты танков. Видим невдалеке наш ручной пулемёт. Лежит убитый пулемётчик — вблизи воронка от мины. Пробуем пулемёт. Исправный. Выпустив несколько дисков по цепям противника и прихватив пулемёт, мы вбежали в горящую деревню.

Из-за реки ударил миномёт. Гитлеровцы прочёсывали рожь из автоматов. В это время наш левый фланг ударил по приближающимся цепям фашистов, заставив их залечь. Бой разгорелся с новой силой.
С трудом мы пробились к своим и разыскали нашу роту. Командир объявил благодарность за находчивость и правильные самостоятельные действия.

Был ясный июльский день 1941 года. Сводная колонна нашей дивизии отходила на новые рубежи. Впереди шли остатки Кунгурского полка, за нами двигались артиллерийские части, обозы. Замыкал колонну 385-й стрелковый полк.

Голова колонны вытянулась из леса. Перед нами простиралось поле. Впереди виднелась деревня, а дальше снова темнел лес. В километре от нас проходила вторая дорога. Она пересекала ту, по, которой двигалась наша колонна. По другой дороге тоже шла колонна войск.

Головы колонн подошли на сравнительно близкое расстояние. Из наших кто-то крикнул: “Немцы!”. Встречные заорали: “Pyс!”. Оказывается, наша колонна сошлась с немецкой. Ну и началось тогда!

На ходу, рассредоточиваясь и ведя огонь, наши бросились вперёд. Было ясно, что при такой встрече возьмёт верх тот, кто не растеряется.
Наша артиллерия первой ударила по фашистам. Загремело громкое “ура!”.
Бой продолжался не более двадцати минут. Инициатива полностью находилась в наших руках. Немецкая артиллерия даже не успела открыть огонь, так и осталась в лесу.

В этом бою было убито более ста фашистов, взяты пленные. Захвачены ценные карты и штабные документы. Среди нас убитых не было. Пленные немцы рассказали, что они нашу колонну приняли за свою. Но и мы вначале приняли колонну противника тоже за свою. На войне бывает и такое.

Мы заняли оборону в сосновом бору на безымянной высоте. По наименованию у нас был сводный батальон, а фактически в нем насчитывалось не больше роты личного состава.

Мы должны были задержать противника, если он здесь появится, не дать ему возможности продвинуться в восточном направлении. На вершине и склонах высоты бойцы вырыли окопы и установили пулемёты, выставили посты и дозоры, наладили наблюдение и связь. На всякий случай разобрали мостик через ручей.

Вскоре к ручью подкатил немецкий лимузин, потом стал быстро разворачиваться. “Уйдёт”, — подумали мы. Раздалась пулемётная очередь. Машина заглохла. Из кабины выскочили два немецких офицера, но, скошенные пулями, упали, распластав руки. Шофёр и ещё один фашист были убиты в машине. Мы взяли оружие, документы, штабные карты. Как потом стало известно, это были “важные птицы”.

С вражеской стороны донёсся дикий шум, послышалась беспорядочная пальба. Потом враг начал атаку. Когда за ручьём появились вояки в зелёных мундирах, мы открыли огонь. Атака захлебнулась, но во второй половине дня нажим противника на наши позиции усилился.

Видя, что со стороны ручья взять высоту невозможно, гитлеровцы начали обходить её со стороны поля, на левом фланге. Одновременно автоматчики проникли в наш тыл. Подразделения на правом фланге не выдержали и стали отходить.
Создалась критическая обстановка. Мы были вынуждены оставить высоту.

Последовал приказ командования вернуть позицию. Всю ночь мы готовились к штурму. Перед рассветом, скрытно подойдя к высоте, мы единым порывом вновь овладели ею. Исход боя решили гранаты, которыми мы буквально забросали противника. Гитлеровцы, не ожидали такой дерзкой ночной атаки, и побежали.
В эту же ночь наши разведчики совершили вылазку во вражеский тыл и притащили “языка”.

Противник повёл новые яростные атаки на горстку храбрецов, но все они отбивались нашими бойцами, пока не был получен приказ командования перейти на новый рубеж.

День за днём таяли ряды славного 416-го Кунгурского стрелкового полка. Но оставшиеся в живых до последнего дыхания продолжали выполнять свой солдатский долг.

В боях, последовавших после обороны на рубеже реки Сарьянка, отец был тяжело ранен и не смог уже принять участие в последующих боях 416-го стрелкового полка.

Воспоминания отца и открывшиеся архивные материалы показывают, что и в самый трудный, трагический период войны, в июне - июле 1941 года, было место героизму и подвигам наших солдат.
Это они сорвали "блицкриг" германской армии и дали возможность стране мобилизоваться и в дальнейшем одерживать победы.

И ярким примером такого героизма являются бойцы Кунгурского 416-го стрелкового полка 112-й стрелковой дивизии, сформированной на Урале.

Наш долг — помнить и свято чтить память о воинах Великой Отечественной войны.


Леонид БАРМИНСКИЙ (г.Витебск, Беларусь),
Владимир БАРМИНСКИЙ (г.Дубна, Московская обл.)
.
.
.
.
                ДРУГИЕ МАТЕРИАЛЫ:

— Леонид Барминский, Владимир Барминский. Книга "Судьба, опаленная войной", г.Москва, изд. "Известия", 2019г., ISBN 978-5-206-01019-0
[информация по книге на search.rsl.ru и https://biblioteka.by/bar]
( http://proza.ru/2022/09/13/940 );

— Владимир Барминский. Книга "Круги войны", Издательский Центр Белорусского государственного университета, Минск-2018г., ISBN 978-985-553-532-5
( http://proza.ru/2021/07/05/1026 )
( https://biblioteka.by/m/articles/view/КРУГИ-ВОЙНЫ )
( https://www.litmir.me/bd/?b=674149&p=1 ) и на др.;

— Леонид Барминский, Владимир Барминский. Статья "Героизм и трагедия 112-ой стрелковой дивизии"
( http://proza.ru/2019/03/18/1409 ) и на др.;

— Владимир Барминский. Аудиозапись статьи "Героизм и трагедия 112-ой стрелковой дивизии"
( https://www.youtube.com/watch?v=nylRqWjAJ9g );

— Леонид Барминский, Владимир Барминский. Статья "1941 год. Дисненский плацдарм"
( http://proza.ru/2020/09/14/1669 );

— Барминский В.В. "В рядах Кунгурского полка". Статья в Кунгурской газете "Искра" за 20, 22 августа и 5 сентября 1974 года
( http://proza.ru/2017/07/28/1154 ) и на др.;

— Барминский В.В. "У стен Краславы". Статья в Краславской газете "Заря коммунизма" за 7 мая 1985 года
( http://proza.ru/2017/11/08/1946 ) и на др.;

— Барминский В.В. Очерк "Мужали в боях" в сборнике "Годы комсомольские", изд. "Юнацтва", Минск-1988г., ISBN 5-7880-00025
( http://proza.ru/2017/10/30/1193 ) и на др.;

— статья "5 мая 1944 года – памятная дата военной истории. Героический прорыв белорусских партизан из фашистского окружения под Ушачами"
( http://proza.ru/2021/04/22/725 );

— Барминский В.В. Статья "Через годы огневые. В памяти народной" о партизанском прорыве из фашистского окружения под Ушачами (Витебская обл.) в мае 1944 года напечатана в Красноборской газете "Знамя" в двух номерах за 13 и 15 июля 1982 года
( http://proza.ru/2017/10/14/1055 );

— Барминский В.В. Статья "Партизанская республика" в Красноборской газете "Знамя" от 13 августа 1988 года
( http://www.proza.ru/2017/10/14/1005 ) и на др.

— статья "18 февраля 1944 года – памятная дата военной истории. Операция "Звёздочка"
( http://proza.ru/2021/02/13/1602 );

— передача Телерадиовещательной организации Союзного государства России и Республики Беларусь (новостной эфир от 19.12.2018г.), посвящённая операции "Звёздочка"
( https://www.youtube.com/watch?v=rbQuxNKPrWQ );

— статья "От смерти унесли на руках". Газета Парламентского собрания Союза Беларуси и России
( https://www.souzveche.ru/articles/community/49011/ );

— Барминский В.В. Статья "Операция "Звёздочка" в газете "Советская Белоруссия" от 20, 21 июня 1967 года
( http://proza.ru/2017/07/27/1771 ) и на др.;

— Барминский В.В. Статья "Ради жизни детей" в Красноборской газете "Знамя" от 1 августа 1981 года
( http://proza.ru/2017/10/14/967 );

— Барминский В.В. Статья "Аперацыя "Зорачка" (на бел. яз.) в белорусской газете "Звязда" от 7 мая 1982 года;

— Владимир Барминский. Статья "Операция "Звёздочка" в газете "Советская Россия" от 26 июля 2018 года
( www.sovross.ru/articles/1723/40500 );

— "Операция "Звёздочка". Аудиозапись статьи в газете "Советская Россия" за 26 июля 2018 года от автора Владимира Барминского
( https://www.youtube.com/watch?v=Zwbry9-WZZw );

— Леонид Барминский. "Операция "Звёздочка" в газете "Витьбичи" (Витебская городская газета) от 18 ноября 2017 года [pressreader.com/belarus/vitbichi];

— статья "Подвиг летчика Мамкина. Воспоминания детдомовца"
( http://proza.ru/2019/11/21/1113 ).


Рецензии