Блок. Я помню длительные муки... Прочтение

.                Александр Блок
  .          .            том II
.          .    « Ф  А  И  Н  А »    

17. «Я помню длительные муки…»

   




* * *   

                Я помню длительные муки:
                Ночь догорала за окном;
                Ее заломленные руки
                Чуть брезжили в луче дневном.

                Вся жизнь, ненужно изжитая,
                Пытала, унижала, жгла;
                А там, как призрак возрастая,
                День обозначил купола;

                И под окошком участились
                Прохожих быстрые шаги;
                И в серых лужах расходились
                Под каплями дождя круги;

                И утро длилось, длилось, длилось...
                И праздный тяготил вопрос;
                И ничего не разрешилось
                Весенним ливнем бурных слез.
                4 марта 1908






 
Стихотворение продолжает предыдущее. Там героиня:

                «   …пришла с мороза,
                Раскрасневшаяся,
                Наполнила комнату
                Ароматом воздуха и духов…»

     В черновиках к исходному стихотворению - это ещё более отчётливо:

А.А. Блок. «Полное собрании сочинений и писем в двадцати томах. ДРУГИЕ РЕДАКЦИИ И ВАРИАНТЫ»:
     «
     Я помню – вся ты, вся поникнув,
     В углу дивана замерла…
     »

     Тот самый диван, про который упомянула Волохова: «Но он [Блок] очень мягко и вместе с тем решительно заявил, что прежде всего мне необходимо согреться, а потому он затопит сейчас камин, я же должна сесть с ногами на диван и укрыться пледом».

     Здесь выясняется, что «чтение Шекспира»  растянулось надолго – уже и:

                Ночь догорала за окном

     И ни к чему всё это не привело:

                И ничего не разрешилось
                Весенним ливнем бурных слез.


     В реальности было несколько не так:
     В.П. Веригина. «Воспоминания»:

     «
     Мейерхольд и второй режиссер Р. А. Унгерн предпринимали поездку по западным и южным городам.
     …Н. Н. Волохова мне говорила, что Блок хотел ехать с нашей труппой, чтобы не расставаться с ней. Наталья Николаевна тогда запротестовала, находя, что это недостойно его — ездить за актерами. Кроме того, она не хотела показываться Блоку в будничной обстановке, между репетициями и спектаклем, когда приходится возиться с тряпками и утюгом. Она хотела уберечь его от вульгарного. Наталья Николаевна говорила мне, что сказала это Блоку нарочно в очень резкой форме.
     …На четвертой неделе великого поста некоторые из наших товарищей поехали в Москву, в числе их были и мы с Волоховой. Блок не выдержал и тоже явился в Москву. Наталья Николаевна получила от него письмо с посыльным. Поэт умолял ее прийти повидаться с ним. Они встретились и говорили долго и напрасно. Он о своей любви, она — опять о невозможности отвечать на его чувства, и на этот раз также ничего не было разрешено. Об этой встрече говорится в стихотворении:

     Я помню длительные муки…
     . . . . . . . . . . . . .
     И утро длилось, длилось, длилось,
     И праздный тяготил вопрос,
     И ничего не разрешилось
     Весенним ливнем бурных слез.
     »
Из Примечаний к данному стихотворению в «Полном собрании сочинений и писем в двадцати томах» А.А. Блока:
     «
     Ср. свидетельство Блока в письме к жене (14 июня 1908 г.): «С Н.Н. я так и не простился, не писал ей и не получал от нее писем» (ЛН. Т. 89. С. 236).
     »