Горнолыжный курорт. Окончание

«Ты ж смотри! – радовался он. – Даже палец на ноге перестал болеть».
И тут он поймал себя на мысли, что вокруг стало как-то тихо и по-зимнему уютно. Снег валил крупными хлопьями, но уже без ветра, и лёгкий морозец приятно пощипывал щёки, заставляя жмуриться.
Проходя мимо технического помещения красноярцев, Михаил услышал грубый женский голос:
– Степан! Степан! Я вот этого типа видела перед гонкой. – Толстая тётка в спортивном костюме тыкала пальцем в сторону Михаила. – Это он тогда возле мастерской отирался.
– Точно он? – переспросил Степан, щурясь.
– Я его ни с кем не спутаю. Этот гад мне мои же цветы подарил.
– Эй, ты! – Громовой голос техника прокатился над аллеей. – Ну-ка иди сюда!
Михаил ускорил шаг:
– Чего надо?
– Сюда иди, говорю! – настаивал Степан.
– Да пошёл ты! – огрызнулся Михаил, и ноги сами понесли его прочь.
– Ах ты, урод! – взревел техник. Он даже не успел завязать шнурок – так спешил. Схватив торчавший из снега обрубок дерева, бросился в погоню.
Михаил рванул что есть духу, забыв о тупой боли в боку. И хотя техник был выше ростом и шире в плечах, беглец не уступал в скорости – панический страх гнал его вперёд.
Разболтавшийся ботинок Степана слетел с ноги. Пробежав в одном носке, техник понял, что отстаёт. В отчаянии, с яростным криком он метнул полено в беглеца. Чурка, описав дугу в воздухе, угодила Михаилу под лопатки. 
– А! – вскрикнул Михаил и рухнул на заснеженную аллею.
Страх мгновенно поднял его. Скрючившись от удара, он прижал локоть к ноющему боку и бросился вперёд, лихорадочно поправляя сползшую шапку. Теперь к неприятным ощущениям в печени добавилась резкая ломота в правой лопатке.
– Ага! – захрипел техник. – Сейчас я тебя!
Михаил, поддавшись панике, резко свернул с аллеи и, проваливаясь по колено в снег, кинулся в чащу, надеясь скрыться в темноте.
Степан, раззадорившись, невзирая на потерянный ботинок, рванул наперерез. Погоня захватила его целиком, и он, потеряв всякую осторожность, угодил в глубокую промоину с ледяной водой.
– Чёрт! – прорычал Степан, погружаясь по грудь. Проклиная всё на свете, он попытался выбраться, но в одиночку сделать этого не смог – руки и ноги сводило судорогой.
– Мужики-и-и! – заорал он.
Земляки, услышав его вопли, прибежали на помощь. Они обступили яму со всех сторон и с шумом и криками принялись его вытаскивать.
Михаил оглянулся. Увидев, как преследователь барахтается в ледяной воде, он облегчённо выдохнул:
– Это тебе ответ за полено.
Но расслабляться не стал – нахмурившись, поспешил дальше.
Спустя минуту до него донеслась отборная матерная ругань – он обернулся ещё раз. Возле технического помещения красноярцев царила суета: несколько человек стягивали со Степана насквозь мокрую одежду. Чуть поодаль, среди людей в спортивной форме, он узнал свою знакомую – ту самую «сумоистку». Она навела на него зрительную трубу, установленную на треногу, и прильнула к окуляру. Через несколько секунд женщина указала пальцем в его сторону и громко что-то выкрикнула. В тот же миг двое мужчин в спортивной одежде устремились к нему через глубокий снег.
– Вот гадина! – злобно прошипел Михаил. – Решила устроить погоню! Но меня не так просто взять! – Он развернулся и рванул в чащу. – Глубже в лес, скорее! Только бы не заблудиться в такой темноте. Серёга предупреждал: в этих лесах люди пропадали...
Бег вымотал его. Обессилев, Михаил привалился к шершавому стволу ели, хватая ртом ледяной воздух. Умывшись снегом, он заставил себя двинуться дальше – к тускло освещённой трассе, которая едва маячила сквозь деревья. Где-то там, вдоль неё, по словам Василия, шла тропа к спасительной турбазе.
А в полусотне метров, в укромной неглубокой лощине, склонились над пнём двое мальчишек. Вдали от посторонних глаз они готовили к старту самодельную ракету. Один светил фонариком, другой умело извлекал порох из патронов, украденных со стрельбища. Самый младший, Дениска, стоял на стрёме.
– Этого не хватит, – с досадой сказал Ванька, мальчишка в лисьей шапке, отбрасывая последний пустой патрон. – Ракета не взлетит.
– Жаль, – огорчился его белокурый приятель, потирая замёрзшие руки.
К ним, запыхавшись, подбежал Дениска:
– Пацаны, атас! Гасите фонарь! Мужик к нам крадётся! Видать, со стрельбища выслеживал...
Ванька осторожно высунул голову из-за сосны и прищурился:
– Да ладно тебе! Это не мужик, а парень молодой. Хотя погоди… Чуть дальше ещё двое… Сейчас шуганём их всех – запомнят, как бродить по лесу в темноте. Ну-ка, наденьте на меня вот эту корягу.
Мальчишка уселся на пень и скрестил на груди руки.
– Чего застыли? – прошипел он. – Быстрее надевайте!
Ребята с трудом вытянули из снега трухлявый корень срубленной сосны и, кряхтя, водрузили его на плечи своего вожака.
– Ты в нём прямо как Вий, – испугался Дениска.
Тем временем Михаил из последних сил прорывался вперёд. За спиной всё громче раздавались хриплые голоса – погоня была уже совсем рядом.
– Вот гады! – задыхался он. – Догонят же! Забьют до смерти!
Тропинка была всего в тридцати метрах, а до ребят, притаившихся в лощине, оставалось не более десяти шагов.
– Г-ы-ы-ы!! – взревел Ванька, медленно поднимаясь с пенька, словно пробуждающийся медведь. Коряга на его плечах наклонилась, обсыпав снегом всё вокруг. С ближайшей ели вспорхнула испуганная сова.
Преследователи Михаила рванули обратно к стадиону.
– А-а-а! – не своим голосом заорал Михаил, увидев зловещий силуэт, и бросился в чащу, ломая кусты.
– Гляди, гляди! – закричал Дениска, указывая пальцем. – Дельфинчиком пошёл!
Михаил мощными рывками перемахивал через сугробы, разбрасывая снег.
– Надо бы его остановить, – жалостливо вздохнул Дениска. – Сказать, что мы пошутили.
– Ага! Попробуй теперь догони, – пробурчал Ванька, вытряхивая снег из-за пазухи. – Вон как прёт. Сразу видно – спортсмен.
– Пловец! – резюмировал Дениска.

                ***

К себе в номер Михаил попал только через час, продрогший до костей.
– Явился, – буркнул Сергей, услышав скрип двери.
Он поднялся с кровати, выглянул в коридор и присвистнул:
– Ни хрена себе! Да ты как снеговик! – Сергей захлопнул дверь и уставился на приятеля. – Где тебя черти носили? И куда шапку подевал?
Трясущийся от холода Михаил глупо улыбался и никак не мог расстегнуть замёрзшими пальцами куртку.
– Чего копаешься? Раздевайся быстрее и под горячий душ, – скомандовал Сергей. – Заболеешь ведь.
Он стянул с приятеля промёрзшую одежду, развесил её на батарее, затем прихватил тряпку, опустился на колени и насухо вытер мокрый от снега пол.
«А то ещё навернёмся», – подумал Сергей.
Через полчаса из ванной вышел посвежевший Михаил – в одних трусах, напевая старинный романс про хризантемы. Он остановился перед зеркалом и начал прихорашиваться.
– Надо же, как быстро оклемался, – протянул Сергей с лёгкой усмешкой. – Я так понимаю, печень уже не болит? Тогда заканчивай мурлыкать, одевайся и пошли ужинать к спортсменам в пансионат. Поглядим, чем их кормят.
– Нет, мне в пансионат нельзя. Я пойду в нашу столовую – турбазовскую.
– Это почему? Опять ты куда-то попал?
– Попал не я – попали в меня, причём бревном.
– Ни хрена себе, в какой переделке ты побывал! Наверное, схлопотал за лыжную смазку?
– Ну а за что ещё?! – Михаил не стал вдаваться в подробности. – Спину, гады, повредили.
Михаил поморщился, упомянув про спину. Достал из сумки чистые вещи, бросил их на кровать, затем нашёл пузырёк с йодом и протянул приятелю:
– На, обработай царапины. А то мало ли что. Хорошо, хоть позвоночник не задет.
Сергей развернул Михаила спиной к свету и принялся за дело. И всё это время не переставал поучать:
– Я же предлагал пойти с тобой, а ты отказался. Вот и результат. И вообще, в последнее время тебя стали частенько поколачивать. Даже чаще, чем меня. Вот, держи! – Сергей протянул другу смятый листок. – Я сорвал это объявление со столба у остановки. Там сказано, что потомственная гадалка с тридцатилетним стажем легко снимает порчу. Ты бы к ней заглянул.
– Пошёл ты к чёрту со своей гадалкой, – огрызнулся Михаил. – Это всё твоё горнолыжное снаряжение – теперь до отъезда оглядываться придётся.
– Успокойся, я же с тобой. Давай собирайся поскорей. И не бойся: у спортсменов строгий режим, они уже давно поужинали.
Михаил увидел на столе старомодные очки в костяной оправе, покрутил их в руках и вопросительно посмотрел на приятеля.
– На вахте подобрал, мне не подошли, – пояснил Сергей. – Хочешь, примерь – с ними ты будешь солидней выглядеть.
Михаил надел очки, покрутил головой:
– Ну как?
Сергей поморщился:
– Так себе. Хотя… какой-то шарм в этом есть. Оставь пока.
Михаил глянул на себя в зеркало, попытался разглядеть тот самый шарм, но ничего особенного не заметил. Однако послушался.
– Ну всё, хорош любоваться, – Сергей подтолкнул друга к двери. – А то все котлеты без нас съедят.
Михаил усмехнулся, и они вышли в коридор. На лестнице им снова попалась рыжеволосая дежурная.
– Наконец-то одумался, – проворчала она, заметив на Михаиле очки. – Хотя мог бы и поприличнее найти.
Михаил смущённо кашлянул. Женщина вздохнула и, тяжело переставляя ноги, поплелась вверх.
– Чего она к тебе прицепилась? – возмутился Сергей. – И кто это? Ты мне скажешь или нет?
– Да была одна история, не обращай внимания.
– Как это «не обращай внимания»? Ты что, забыл, как в прошлом году подцепил гонорею от проводницы? Решил с вахтёршей повторить? Брось, не связывайся!
– Ладно, так и сделаю. Только не ворчи, – отмахнулся Михаил и распахнул уличную дверь.
Уже стемнело, и дорогу, по которой они направились к пансионату, теперь освещало гораздо больше фонарей, чем вчера. Видимо, днём здесь поработали электрики. За разговорами о планах на вечер они не заметили, как оказались на месте.
Ужин заканчивался, и у раздачи, где ещё полчаса назад гудела толпа, теперь было пусто. Друзья решили основательно заправиться, чтобы потом не тратиться в кафе. Еды набрали так много, что она еле уместилась на четырёх подносах.
– Куда столько? – изумилась раздатчица, переглянувшись с кассиршей. – Неужели всё съедят?
– Эти – точно! – уверенно заявила та, вспомнив, как в обед Михаил в одиночку умял два полных подноса.
Ребята сгрузили всё на один стол. Часть тарелок пришлось ставить друг на друга – иначе они просто не помещались.
– Мишаня! В следующий раз будем брать поменьше, а то на нас уже косятся… Или это из-за твоих дурацких очков? Сними их, прошу тебя!
– Ты же сам посоветовал их надеть.
– Значит, погорячился. Не идут они тебе.
В дверях столовой показался Василий. Заметив друзей, он без лишних церемоний плюхнулся на стул и, окинув взглядом заставленный тарелками стол, хмыкнул:
– Гляжу, аппетит у вас зверский. Такими темпами вам талонов и на два дня не хватит.
Михаил, не отрываясь от еды, похлопал себя по карману:
– Не переживай, ещё есть.
– Ну-ну, – Василий усмехнулся и притянул Сергея к себе за плечо. – После ужина зайди ко мне в тридцать четвёртую комнату. Серж тебе подарок оставил.
– Сам прийти не мог? – с обидой бросил Сергей.
– Он полчаса назад в аэропорт укатил, на рейс в Ханты-Мансийск, – объяснил Василий. – Тренерский штаб принял Сержа в команду, и, несмотря на травму руки, его пригласили на предсезонные сборы. Он вас искал, кстати, да времени в обрез было.
– Получается, не зря старались! – Сергей радостно подмигнул Михаилу, и они ударили по рукам. – Красавчик! Будем теперь следить за его карьерой.
– А то! Скоро его по телевизору увидим, – Василий усмехнулся и перевёл взгляд на Михаила. – Кстати, про тебя он тоже не забыл. Просил кое-что передать. Говорит, за ту самую «спецоперацию».
– Погоди, ты же вроде не хотел ему про мазь рассказывать?
– Да он и сам не дурак – всё понял. – Василий вытащил из кармана небольшой футляр. – Вот, держи – солнцезащитные очки.
Михаил замер.
– «Гуччи»?! Ни хрена себе! – Он бережно принял подарок. – Слов нет… Братуха, слушай, может, ещё кому лыжи намазать? Или крепление подпилить? Я мигом! Только скажи!
– Нет, больше ничего не требуется. Мы сегодня ночью уезжаем.
– А красноярцы?
– Они завтра утром.
– Отличная новость! – обрадовался Михаил, глаза его блеснули, и он хлопнул Василия по плечу. – Тогда желаю тебе всех благ и попутного ветра, сам знаешь куда.
– Спасибо на добром слове, – Василий улыбнулся и кивнул. – Да, чуть не забыл: в вашем корпусе на пятом этаже есть комнаты на десять человек, без удобств. Если кому-то из вас негде будет ночевать, заходите и смело ложитесь на свободную койку. До утра вас никто не потревожит – проверено.
– Жаль, что раньше не сказал. А то Мишке пришлось в каком-то хлеву ночевать.
– Я в кладовке спал, вообще-то! – возмутился Михаил.
– Какая разница? Такая же пылища, да ещё и живность впридачу.
Василий поднялся, сказал, что будет ждать Сергея на вахте, и ушёл. Парни с аппетитом принялись за еду. Блюда оказались на удивление вкусными и сытными – совсем не то, что кормили в столовой турбазы.
– Вот что значит спецпитание! – восхищался Сергей, приканчивая очередную тарелку. – Это тебе не талоны второй категории.
Последние порции пришлось запихивать в себя уже через силу.
– От души поели, – выдохнул Михаил, похлопывая себя по животу. – Теперь можно и передохнуть.
Но посидеть не дали. Едва они отодвинули тарелки, как уборщицы вежливо попросили их удалиться – время ужина закончилось.
Парни вышли в холл. Василий уже ждал их у будки вахтёра и повёл к себе на третий этаж.
Горнолыжное снаряжение, упакованное в пёстрый пакет, стояло в углу у самого входа. Михаил взял шлем и попытался прочесть надпись. Однако знаний английского не хватило – он разобрал только слово «нельзя».
– Слушай, Вась, – заговорил Сергей. – Мишка в схватке с красноярцами шапку посеял. У тебя случайно лишней не завалялось? А то он уже к моему шлему присматривается.
– Какие проблемы, – Василий выволок из-под кровати сумку, покопался в ней и достал шапочку с эмблемой. – Держи. Неделю назад у шведа на матрёшку выменял.
Сергей мельком заглянул в сумку биатлониста и приуныл. «Что-то я охладел к большому спорту, – подумал он. – У нас и то шмотья больше, чем у него».
Михаил натянул шапочку, нацепил подаренные очки и повернулся к зеркалу. Лицо его расплылось в довольной улыбке – в этом наряде он походил на иностранца.
– Знаешь, Серый, если так дальше пойдёт, к отъезду у меня весь гардероб обновится… А тебе надо всерьёз взяться за биатлон. Глядишь, в сборную позовут.
– Не, Мишка, я тут понял: не моё это. Хотя… если пойдёшь ко мне в сервисмены, тогда ещё подумаю.
Михаил резко отпрянул и замотал головой:
– С меня хватит – дубиной по спине я уже получил.
Приятели покатились со смеху.
– А вот и мой вискарь, – обрадовался Сергей, доставая с настенной полки «Чивас Ригал». – Я уж, грешным делом, подумал, что Серж нас кинул.
– Сибиряки слово держат, – заверил его Василий.
– Слушай, дружище. – Сергей кашлянул, прочищая горло. – Извини за наглость… Займи пятёрку до завтра. У нас сегодня решающая встреча. Сам понимаешь, с кем.
Биатлонист усмехнулся и покачал головой:
– «Займи», – передразнил он. – Я же сегодня ночью уезжаю, как отдавать-то будешь? – Он по очереди оглядел Сергея и Михаила.  – Ладно. У меня в шлеме два штукаря припрятано – хотел вам сюрприз сделать. Только спортинвентарь не сломайте, когда искать будете.
– Я так и знал, что ты отличный парень! Вот, держи. – Сергей быстро чиркнул на клочке газеты адрес общежития с номером комнаты и протянул листок Василию. – Будешь в Питере на соревнованиях – заходи. Я тебя с такими подругами познакомлю – никуда уезжать не захочешь. Правда, Мишка?
– Однозначно! Очаруют так, что забросит спорт.
Друзья пожали биатлонисту руку, забрали снаряжение и, обнявшись, направились к лестнице.
– Парни, погодите! – окликнул их Василий. – Я забыл сказать кое-что важное… Мы с Сержем после гонки столкнулись с вашим старым знакомым – Альбертом из Москвы.
– Не знаем такого, – буркнул Сергей.
– Ну как же. Ты в него на склоне снежком засадил.
– Ах, этот… Ну и что ему надо?
– Он, оказывается, при падении руку сломал. А ещё во время драки в кафе Серж ему синяк под глазом поставил.
– Ну и отлично, не будет снегом обсыпаться, – обрадовался Михаил.
– Это ещё не всё, – Василий посерьёзнел. – Альберт ни мне, ни Сержу претензий не предъявил. А вот с вами обещал разобраться лично: тебе, Серёга, руку сломать, а Мишке морду набить. И это не пустые слова, парни. С ним пятеро друзей отдыхают. Так что глядите в оба.
Улыбки мгновенно исчезли с лиц парней.
– Пятеро? – переспросил Сергей, и в его голосе мелькнула тревога. – Это уже серьёзнее.
– Вот именно, – кивнул Василий. – Не хотелось бы, чтобы кого-то из вас покалечили.
– Спасибо, дружище, за информацию. Учтём, – пообещал Михаил.
На улицу они вышли с мрачными лицами и почти всю дорогу до турбазы молчали. Даже бутылка виски и две тысячи рублей, подаренные Василием, не подняли настроения.
– Как же всё несправедливо… – наконец выдавил из себя Михаил. – Ведь Альберт сам виноват, а ещё, гад, угрожает.
– Что я могу сказать? Будем вооружаться. У гаражей аккумулятор старый лежит, после ужина переплавим. Ты когда-нибудь отливал кастеты?
– Как-то Бог миловал…
– А я в детстве жил в таком районе, что без этого никак. В драке, если честно, ни разу не пригодился, но с ним как-то… спокойнее.
– Это называется «дожили». Сначала нас мордоворот в туалете отметелил, затем красноярская команда на меня открыла охоту, теперь вот москвичи подключились. Как ты говорил – «романтика»? И на хрен мне сдалась такая романтика?
– Ничего не поделаешь, Мишка. Таковы издержки здешнего отдыха.
Михаил застыл как вкопанный и с тревогой уставился на приятеля.
– Слушай, о чём я подумал, – выдохнул он. – Ещё одна проблема назревает. Послезавтра Иванов приезжает, тот самый! А его, прикинь, на вахте не пропустят. Скажут: «Иди отсюда, самозванец». Это же нешуточный скандал! Допустить такого нельзя. Надо что-то с вахтёршей решать.
– Не волнуйся, уладим, – Сергей по-дружески обнял его за плечи и мягко подтолкнул вперёд. – Только сдаётся мне, с этой дамой мы вряд ли найдём общий язык. А вот с Ивановым – справимся. Объясним, что к чему, уговорим временно под другой фамилией пожить. Но об этом пока рано думать – впереди ещё двое суток. Кстати, у него лишние талоны останутся. Надо будет попросить…
– Вот тут ты, Серёга, молодец. Про талоны правильно подметил.
Парни вошли в вестибюль спального корпуса. За стеклянной перегородкой знакомая вахтёрша что-то энергично доказывала престарелой подруге. Заметив парней, она вскочила со стула.
– Иванов! Стой! Кому говорю – стой!
Михаил замер, сердце будто перестало биться. Он сглотнул и медленно, со страхом повернулся к вахтёрше.
– Тебе телеграмма с завода. Получи и распишись.
– К-какая телеграмма? – еле выдавил Михаил, съёживаясь.
– Вот, читай. – Женщина протянула ему бланк.
Поняв, что друг в ступоре, Сергей заглянул через его плечо и вслух прочёл:
«Иванову Валерию Петровичу. Вам необходимо срочно вернуться на завод. В связи с происшествием в вашей лаборатории. Мухин».
– Ишь ты! Такой молодой, а уже начальник, – пробурчала подруга вахтёрши. – Видать, блатной.
Сергей с наигранной тревогой заглянул приятелю в лицо:
– Валерий Петрович, вы как отправитесь: поездом или самолётом?
Женщины в ожидании ответа уставились на Михаила. Тот наконец пришёл в себя, решительно порвал телеграмму, швырнул обрывки в урну и выпрямился.
– Никуда я не поеду! Пусть хоть увольняют!
Подруга вахтёрши, прикрыв рот рукой, шепнула:
– Похоже, он поддатый.
– Как же так, Валерий Петрович? – не унимался Сергей. – А вдруг в лаборатории тиксотропная установка взорвалась?
Вахтёрша с подругой ахнули и разинули рты.
Михаил на секунду замер, пытаясь осмыслить услышанное.
– Ты чего несёшь? – Он сердито глянул на приятеля. – Если бы установка рванула, уже давно бы в новостях сказали.
Он сунул Сергею лыжные ботинки, нахлобучил на голову шлем и с видом начальника приказал:
– Отнеси в номер. А я к Аристарху Львовичу – может, он в курсе, что там стряслось.
Михаил важно заложил руки за спину и двинулся вверх по лестнице, едва слышно добавив:
– Вот урод… Я тебе это припомню.
Сергей с горнолыжным снаряжением в охапке, посмеиваясь, шагал следом. В коридоре Михаил резко схватил приятеля за рукав:
– Прекращай свои выкрутасы! Я чуть не обделался, когда меня вахтёрша остановила. И зачем ты приплёл эту «тиксотропную установку»? Что это вообще такое?
– Думаешь, я знаю? Просто слово подвернулось, – улыбнулся Сергей.
– Ещё раз так пошутишь – расскажу Наташке, что ты никакой не биатлонист, а отстойный студент.
– Почему отстойный?
– Потому что учишься так, что даже стипендию не получаешь.
– Можно подумать, ты получаешь!
– Сейчас речь не обо мне.
Они остановились у двери своей комнаты. Руки у Сергея были заняты, поэтому Михаил полез за ключом в карман его брюк. Сергей притворно закатил глаза и принялся томно вздыхать. Михаил нашарил ключ, громко постучал им друга по шлему – дескать, в голове у того так же пусто, – затем открыл дверь и с разбегу плюхнулся на койку. Сетка под ним долго скрипела, но наконец затихла.
– Мишаня, ты так больше не прыгай, не то кровать развалится. А нам здесь ещё целую неделю отдыхать.
– Не развалится, – зевая, пробормотал Михаил. – На ней знак качества стоит. Раньше такое клеймо куда зря не ставили. Эта кровать ещё нас с тобой переживёт.
Сергей порылся в тумбочке, достал оставленную прежним жильцом тетрадь и сунул в карман.
– Ты зачем тетрадь взял? – вытянул шею Михаил. – Хочешь провернуть старый трюк со стихами?
– Вроде того.
– А снаряжение куда понёс?
– Много вопросов задаёшь, – отмахнулся Сергей. – Посторонних не пускай, я скоро.
С лыжами и шлемом в руках он поднялся на пятый этаж, подошёл к ближайшей двери с табличкой «509», причесался и постучал.
– Заходите! – донеслись звонкие девичьи голоса.
Открыв дверь, Сергей на мгновение замер на пороге. Девушки разом смолкли – все взгляды с любопытством устремились на него.
– Здравствуйте, барышни, – уверенно начал Сергей. – Кто из вас сегодня приехал?
– Я, – отозвалась молоденькая девчушка в жёлтом спортивном костюме.
Сергей прислонил лыжи к стене, достал тетрадь и, делая вид, что сверяется с записями, поинтересовался:
– Вы Маркова Надежда Петровна?
– Нет.
– А кто же?
– Лунина Елена Борисовна.
– Это вы заказывали лыжное снаряжение? – Сергей кивнул на лыжи со шлемом.
– Нет, я ничего не заказывала.
– Опять в конторе напутали. Извините, девочки. Пойду разбираться.
«Ну вот, пароль готов, – улыбнулся про себя Сергей, записывая в тетрадь данные новой постоялицы. – По крайней мере, один раз Наташка через вахту пройти сможет».
Подхватив снаряжение, он радостно помчался вниз по лестнице, перепрыгивая через ступеньки. Но вскоре сбавил темп и перешёл на шаг. Измученное эстафетой тело ныло. Стиснув зубы, на ватных ногах он добрался до номера. Михаил, раскинувшись на кровати, безмятежно спал.
– Подъём! – рявкнул Сергей, саданув ногой по провисшей панцирной сетке.
Михаил подскочил как ужаленный, сел на кровати и ошалелыми глазами уставился на приятеля.
– Ты чего, сдурел? Совсем уже?
– Братуха, просыпайся, пора выдвигаться в кафе. Где твоя фирменная туалетная вода? Перед подругами надо предстать благоухающими.
Михаил тряхнул головой, сбрасывая остатки сна, и недовольно проворчал:
– Что-то я вымотался за эти дни. Этот отдых совсем не идёт на пользу.
– Ладно, не хандри. Держи барбариску, – Сергей сунул ему сосательную конфету, которой его угостили в пятьсот девятом номере.
В коридоре послышался шум, затем громко постучали в дверь. Михаил насторожился.
– Кого там ещё принесло? – проворчал Серёга, не спеша направляясь к двери.
На пороге толпилась целая ватага ребят.
– Наконец-то мы вас нашли! – обрадовалась конопатая девчонка с бантами. – Вот, возьмите котлетки для вашего Мишеля. Это от нашей команды.
Девчушка протянула тарелку, накрытую салфеткой.
– Ой, спасибо! Какие же вы молодцы! – Сергей широко улыбнулся.
– А можно посмотреть, как он будет кушать? – загалдели ребята.
– Нет, сейчас нельзя, – Сергей прижал палец к губам и понизил голос. – Он спит.
Михаил мгновенно повалился на кровать и накрылся одеялом с головой.
– Приходите завтра в час дня.
Сергей закрыл дверь и аккуратно поставил тарелку на стол.
Михаил сбросил одеяло, сел и уставился на приятеля.
– Я ни черта не понял! Это что сейчас было?
– Иди в кафе, Мишаня, я тебе там всё объясню. А хочешь – поешь котлеты, пока тёплые.
– Какие котлеты? Мы только что плотно поужинали.
– Ну, смотри сам. Моё дело предложить, – бросил Сергей, скрываясь в ванной.
Михаил выскочил из комнаты. В коридоре он увидел мальчишку с порезанной щекой, который сидел на корточках и завязывал шнурок. Михаил поманил его пальцем.
– Пацан, а вы зачем приходили?
Мальчишка поднял голову:
– На котика посмотреть. Он редкой породы – мейн-кун, а хозяин его плохо кормит. Теперь будем каждый день сюда еду приносить.
– Вот оно как! Похвально.
– Хозяин говорит, Мишель вообще-то дружелюбный. Но когда голодный – рычит и даже поцарапать может, – объяснил мальчишка.
Михаил сунул ему конфету, и тот, довольный, умчался к своим.
«Значит, говоришь, рычит? Ну-ну…» – мрачно усмехнулся Михаил.
Десять минут спустя Сергей, насвистывая весёлую мелодию и потирая руки, подходил к кафе. У дверей, прислонившись к стене, с угрюмым лицом стоял Михаил и курил.
– Не приближайся – покусаю! – оскалился он, заметив Сергея.
Тот широко улыбнулся и по-дружески толкнул его локтем.
– Кончай, Мишаня, ты чего обиделся?
– Конечно, обиделся. Я уж подумал, ты меня за котлеты на показ выставлять собрался. Хорошо, что до этого не дошло. Объясни теперь: на кой чёрт было кота моим именем называть?
– Перестань, это просто совпадение. Какое имя первым в голову пришло, то и назвал. Ты, наоборот, радоваться должен: значит, я о тебе постоянно думаю.
– Хватит чушь нести – «думает он обо мне». Лучше скажи: кого ты завтра детям показывать будешь? Мне усы подрисуешь?
– Можно и так, но детвора не поверит. Предъявим им настоящего кота.
– И где ты его достанешь?
– Помойка – наше всё. Я там одного лохматого приметил. Красивый, гад. Притащим в номер, отмоем в ванной – и вперёд!
– И как ты собрался ловить дикого кошака?
Сергей выразительно посмотрел на Михаила.
– Котлетами, что дети принесли, заманим. Таким деликатесом кого угодно можно завлечь. – Он ехидно прищурился. – Ведь так?
– Так-то оно так. Но потом его кормить придётся. И на хрена нам весь этот сыр-бор?
– Никто его на довольствие ставить не собирается. Один раз накормим – и гуляй, Вася! Точнее – Мишель. А дальше будем только принимать угощения от детей. Круговорот добра в природе.
– Если так, то другое дело, – закивал Михаил. – Постой! А какой породы твой кошак?
– Да какая разница? Главное – пушистый.
– А что делать будешь, когда детвора подмену обнаружит?
– Мишаня, ты уже достал меня своими вопросами. Дети вряд ли станут проверять родословную. А если спросят – скажу, редкая помесь мейн-куна и сибирского. Ну а в крайнем случае – мужик меня обманул при покупке. А я очень привязался к Мишелю. – Сергей улыбнулся и обнял друга. – И никакой другой кот мне не нужен. Мы же хотим, чтобы ребятишки нас подкармливали? Ведь так?
– Еда лишней не бывает, – согласился Михаил, высвобождаясь из объятий. – И знаешь что? Скажи детворе при следующей встрече, что кот начал жрать всё подряд. Пусть любые харчи тащат – создадим продовольственный запас. А насчёт того, что я говорил раньше... забудь. Ты молодчина!
Он вдруг осёкся, нахмурился и задумчиво прикусил губу.
– Вот только как мы кота через вахту пронесём? Это проблема.
– А мы его не понесём.
– То есть?
– На верёвке с улицы через окно поднимем.
Михаил хлопнул себя по лбу:
– Ну ты, Серёга, молодец!
– То-то же.
Сергей любезно распахнул перед Михаилом дверь, и друзья вошли в кафе.
С другой стороны улицы за ними наблюдал парень со шрамом на щеке. Он выбросил сигарету и быстрым шагом направился к пансионату.

                ***

Через минуту Сергей с Михаилом уже сидели за своим столиком. Парни одобрительно отметили сервировку и принялись внимательно изучать меню, чтобы случайно не заказать какое-нибудь дорогое блюдо – в «Шоколаднице» они уже с этим сталкивались.
Стоило официанту принести выпивку, как появились подруги – явно навеселе: они успели отметить с девчонками из соседнего номера чей-то отъезд. Наташа вела себя особенно раскованно.
– Сержик, ты просто чудо! – с ходу заявила она, бросаясь целоваться. – С короткой стрижкой ты выглядишь потрясающе!
Через десять минут Наташа уже сидела у него на коленях, обвив руками шею, и без умолку тараторила. Сергей не ожидал, что его удачное выступление в эстафете произведёт на подругу такой эффект. Он уже грешным делом подумывал оставить Михаила и увести Наташу к себе, но тут к столику подошли двое – Бошка и его долговязый приятель Костыль.
– Гляди, Бошка, кто здесь сидит, – Костыль кивнул в сторону Сергея.
– Да это Серж! – обрадовался крепыш и по-приятельски хлопнул его по плечу. – Почему без нас бухаешь? Мы же договорились вместе праздновать!
Наташа, смутившись, соскользнула с коленей Сергея и пересела на стул.
Бошка, приглядевшись, понял, что перед ним двойник Сержа, и теперь лихорадочно соображал, как выкрутиться:
– Прошу прощения, – он выдержал паузу, собираясь с мыслями. – Только сейчас дошло, почему ваш друг не с нами. Разве можно оторваться от такой красавицы? Так что мы пойдём, не будем мешать…
Бошка шагнул было к выходу, но задержался и обернулся:
– Серёга, будет свободная минутка – загляни к нам. Земляки очень хотят с тобой выпить. А у меня сегодня ещё и день рождения – сам понимаешь, без тебя никак.
Сергей растерянно хлопал глазами, не зная, что сказать, но на всякий случай пообещал:
– Обязательно приду.
Бошка потрепал его по макушке, наклонился и шепнул на ухо:
– Фигурка у неё зачётная.
Подмигнув, он наконец двинулся вместе с приятелем в дальний конец зала.
– Девчонки, давайте выпьем за победителя! – тут же громко объявил Михаил. – Отказываться нельзя! Сами видите, сколько завсегдатаев мечтают пропустить с героем дня по рюмашке.
– Ну хорошо, – согласилась Наташа. – Только чуть-чуть, самую малость…
– А мне две капельки, не больше, – кокетливо пропела Света, подставляя бокал.
Через два часа официант убирал со стола уже вторую опустевшую бутылку.
– Сергей, а разве ты не нарушаешь режим? – допытывалась Наташа, вертя в руках бокал.
– Конечно, нарушаю. Но виной всему ты! Ведь даже когда я стрелял по мишеням, представлял тебя, – брякнул он.
– Серёжка, какой же ты у меня… – пьяненькая Наташа обхватила его обеими руками за шею, утыкаясь носом в плечо.
Неподалёку от их стола остановились двое в тёмных флисовых кофтах. Между ними завязался негромкий разговор:
– Как ты и велел, Альберт, я их нашёл, – парень со шрамом кивнул в сторону Сергея и Михаила.
– Верно, это они. Иди, передай остальным: пусть готовятся.
– Может, дождёмся, когда они пойдут в уборную?
– Ни в коем случае… – скривился Альберт. – Отметелим их прямо здесь, на глазах у подруг. Унизим по полной.
Он шагнул к их столу, как раз в тот момент, когда Сергей в очередной раз подливал Наташе вина.
– Ну, здравствуй, – Альберт упёрся ладонями в столешницу, наклоняясь к нему. – Думал, я тебя не найду?
 Девушки застыли с вилками на полпути ко рту.
– Из-за тебя, гад, я на склоне руку сломал, – процедил Альберт, кивнув на гипсовую повязку. – А потом меня ещё и биатлонисты по ошибке избили. Ну вот и встретились.
Сергей попытался вставить слово:
– Послушай, уважаемый…
– Я ещё не закончил!
– Да выслушай ты меня…
Альберт резко схватил бокал и с размаху выплеснул вино в лицо Сергею. Рубиновые капли веером разлетелись в стороны. Несколько тяжёлых брызг упали Наташе на грудь, мгновенно расплывшись тёмным пятном на светлой блузке. Девушка взвизгнула и отшатнулась. Сергей вскочил, вытирая лицо салфеткой.
– Я не собираюсь тебя слушать! – рявкнул Альберт. – Пришло время поквитаться!
Пятеро приятелей Альберта стали подтягиваться к столу. 
Михаил, почуяв неладное, встал. Краем глаза он заметил, как больше десятка сибиряков, громыхая стульями, поднялись и тоже направились в их сторону.
– Ты с кем собрался «поквитаться»? – раздался голос Бошки. – Уж не с Серёгой ли?
Альберт и его приятели обернулись. В зале мгновенно стихли разговоры и лязг вилок.
– А ну, пшёл отсюда! – рявкнул Бошка. Он сгрёб Альберта огромной пятернёй за лицо и с силой толкнул.
Тот рухнул на спину, приложившись головой об пол, но тут же вскочил и, размахивая здоровой рукой, кинулся на обидчика. Однако приятели успели его удержать.
– У вас ровно минута, – холодно отчеканил Бошка, подняв палец. – Или свалите сами, или вас вынесут. Время пошло.
Тут же, словно из-под земли, возникли местные охранники и принялись утихомиривать толпу.
Москвичи, видя, что численный перевес не на их стороне, благоразумно решили уйти. Тяжелее всего пришлось с разъярённым Альбертом. Друзья с трудом утащили его к своему столу.
– Расслабьтесь, парни, – Бошка усадил Сергея и Михаила за стол. – Моих друзей в этом кафе полтора десятка наберётся. Если надо будет, мы всё Приэльбрусье на уши поставим.
Он тепло улыбнулся Сергею, словно старинному другу.
– Позволь, братуха, выпить с тобой. Ты сегодня сильно выручил моего приятеля.
Бошка придвинул стул от соседнего столика, взял бутылку и с досадой повертел её в руках. На дне почти ничего не осталось.
– Непорядок! – он махнул рукой. – Костыль, прошу, сгоняй за коньячком!
Тот кивнул и через минуту поставил на стол бутылку «Арарата». Бошка наполнил свою рюмку до краёв, а Сергею плеснул всего несколько капель.
– Тебе много нельзя, – с хитрой улыбкой сказал Бошка, кивнув на девушек, и залпом осушил рюмку. – Молодец, Серёга… Уважаю! От души, братан… От души…
Он пустился в воспоминания о том, как сам когда-то занимался борьбой и как тренер гонял их до седьмого пота. Бошка, похоже, вошёл во вкус и мог говорить бесконечно. Но Костыль, не церемонясь, обхватил его за плечи и, извинившись, потащил в конец зала, к своим.
– Ну, ребята, с вами не соскучишься, – дрожащим голосом сказала Наташа.
Она тщетно пыталась салфеткой и минералкой оттереть винное пятно с блузки.
– Теперь я понимаю, почему вас выставили из пансионата… А этот Бошка мне что-то не понравился. Лицо у него какое-то бандитское. Он что, сидел?
– Четыре года на зоне провёл, – подтвердил Михаил с наглой уверенностью. – Его сестра училась с Серёгой в одном классе. Они были по уши влюблены друг в друга, как Ромео и Джульетта, – выдал он, не моргнув глазом.
– Тоже мне, вспомнил, – фыркнул Сергей. – Это ж когда было. Танюху ещё в десятом классе отправили в колонию.
Он наклонился к Наташе и, понизив голос, добавил:
– Наша математичка ей тогда за короткую юбку что-то сказала, а та, представляешь, ножом её в бочину!
Подруги испуганно переглянулись.
– Однако крутые нравы у вас в Сибири, – покачала головой Света.
– Да уж, не в Питере живём, – согласился Сергей. Он повернулся к Михаилу, угрожающе повёл бровями, затем поднял рюмку: – Давайте выпьем за независимость в выборе одежды.
Девчата, не найдя в тосте ничего предосудительного, дружно чокнулись.
Минералка вскоре закончилась, но оттереть пятно на блузке Наташи так и не удалось. Поэтому она решила сходить с подругой в уборную.
– Ребята, мы ненадолго отойдём. Только, пожалуйста, ни во что не ввязывайтесь, – предупредила Наташа.
Едва девушки скрылись, Сергей принялся отчитывать приятеля:
– Мишаня, ну ты даёшь! В следующий раз хоть немного мозгами шевели. Выдумал какую-то неземную любовь… Так ты Наташку отпугнёшь.
– Да расслабься. Никуда она не денется.
Сергей вытянул из пачки сигарету, прикурил и, оглядевшись по сторонам, жадно затянулся.
– Я смотрю, желающих свести с нами счёты всё больше. Признавайся, кого ещё сегодня ждать?
– Думаю, на этом всё.
– А как же красноярцы? Ты им сегодня здорово насолил. Хотя вряд ли они сюда сунутся. После провала в эстафете им не до гулянок, да и время уже позднее – наверняка все спят.
– Хорошо, если так… – протянул Михаил. Он плеснул коньяка в рюмку, выпил залпом и тяжело вздохнул: – Похоже, придётся теперь постоянно оглядываться. Так и до паранойи недалеко. Интересно, а если красноярцы увидят меня со Светкой – это их остановит?
– Как видишь, москвичей не остановило, – Сергей затянулся, стряхнул пепел и затушил сигарету о тарелку. – Ну и где твоя обещанная жвачка?
Михаил растерянно похлопал себя по карманам:
– Ещё вчера закончилась.
– Ладно, обойдусь. Пойду поздравлю Бошку с днём рождения, его ведь Бошкой зовут? А то нехорошо получается: пацаны за нас впряглись, а мы их даже не отблагодарили. – Он задумчиво поскрёб затылок. – Интересно, откуда он знает, что я вместо Сержа эстафету бежал?
Сергей поднялся и двинулся к шумной компании новосибирцев. Те встретили его как героя: улыбались, хлопали по плечу, жали руку. И вышло так, что не он поздравлял Бошку, а его самого чествовали как виновника торжества.
– Запомните, пацаны, этого спортсмена, – именинник положил руку Сергею на плечо и обвёл всех взглядом. – Перед вами восходящая звезда биатлона – сибирский Бьёрндален, можно сказать. Уже через месяц в составе сборной он уезжает в Швейцарию на соревнования. Давайте пожелаем ему удачи.
Бошка и Костыль не стали вдаваться в подробности, кто такой Сергей на самом деле, – да и сами они толком не знали. Главное было в другом: именно Сергей внёс решающий вклад в победу, и все, кто был на стадионе, видели это своими глазами.
Сергей поднялся, сказал тост за земляков и осушил рюмку одним глотком.
– Вот это по-нашему! – одобрил Костыль. – И пить, и стрелять – всё умеем.
Откусив кусок яблока, Сергей глянул на свой столик. Михаил сидел один и нервно крутил пустую рюмку – видно было, что ему не по себе.
Сергей не стал засиживаться, тепло попрощался с новосибирцами и поспешил к приятелю.
Вскоре вернулись подруги – весёлые, беззаботные, будто никаких неприятностей и не было. За время отсутствия они успели не только отчистить блузку Наташи от винных пятен, но и привести в порядок причёски, а заодно подкрасить губы. Парни встретили их восторженными взглядами и сразу наполнили рюмки. Вечер набирал обороты.
– Кого я вижу! – раздался до боли знакомый, чуть хрипловатый голос, и все обернулись. У стола стоял Игорь Травин, скрывая лицо за тёмными очками и под козырьком бейсболки. Его сопровождал тот же приятель, что и на горном склоне.
– О, Игорь, присаживайся! – Михаил вихрем подскочил, ловко выхватил стул из-за соседнего столика и придвинул к их компании. – Давай с нами, выпьем! – И, не дав певцу опомниться, уже разливал коньяк по рюмкам.
– Игорь Николаевич, нас ждут, – деликатно напомнил певцу его провожатый.
– Минуточку, – отозвался Травин, опускаясь на стул. – Сергей, я просто поражён твоей стрельбой! Жаль, что не удалось увидеть всё выступление. Миша, почему ты вчера не предупредил, что Сергей участвует в эстафете? Я бы обязательно пришёл поддержать. А так застал лишь последнюю стрельбу, да и то случайно.
Девушки замерли. Наташа приоткрыла рот от удивления.
– Игорь, твой тост! – нетерпеливо напомнил Михаил.
Певец на секунду задумался, скользнул взглядом по рюмкам.
– У меня через час выступление на корпоративе, так что я воздержусь от алкоголя, – с улыбкой произнёс он, поднимая бокал с минеральной водой. – Сергей, Михаил, желаю вам неизменной удачи в любых начинаниях и оглушительных побед! А вам, прекрасные дамы, что ещё пожелать, когда рядом такие достойные парни? Только искренних чувств. Ребята, за вас!
Сергей мягко прикрыл ладонью рот Наташи. Все дружно осушили рюмки.
Игорь поднялся, пожелал всем хорошего вечера и скрылся с провожатым в отдельном кабинете. Друзья как ни в чём не бывало принялись за закуску.
Наташа в полной растерянности смотрела то на Сергея, то на Михаила.
 – Откуда вы знаете Травина? – вырвалось у неё.
Михаил выпрямился на стуле и с важностью произнёс:
– Да мы с ним… это долгая история. Скажем так: я ему серьёзно помог в одном деле, когда он только начинал. Игорь мне до сих пор благодарен. Но я не хотел бы об этом рассказывать. – Он повернулся к другу. – Ты сам знаешь, как он к этой истории относится.
– Да, не любит он это вспоминать, – Сергей с лёгкой ухмылкой глянул на приятеля и толкнул его локтем. – А чего ты не предложил Игорю спеть для нас? Хотя бы одну песенку, в честь старой дружбы?
– Ты что? Не заметил, как он торопился? В другой раз обязательно попрошу.
Девчонки молчали как заворожённые. Первой опомнилась Наташа:
– Вы нас сегодня точно с ума сведёте. Давай-ка, Серёжа, пойдём потанцуем, и ты мне там всё-всё расскажешь.
– Как пожелаешь! – Сергей без колебаний подхватил её под руку, и через минуту они уже медленно кружились в танце.
Михаилу, несмотря на все старания и звёздное знакомство, никак не удавалось добиться расположения Светы. Поэтому он с особым усердием подливал ей спиртное. И хотя девушка уже изрядно набралась, взаимности Миша так и не добился. По окончании медленного танца он усадил её за стол и возобновил наступление.
– Светик! Ты читала сказку «Принцесса на горошине»?
Она равнодушно пожала плечами:
– Читала когда-то, в детстве.
– Так вот, там девица спала на десяти перинах, а я знаю место, где штабель из двадцати матрасов.
Света перестала потягивать коньяк, опустила рюмку и уставилась на Михаила:
– И что?
– Хочешь почувствовать себя принцессой? Пошли после кафешки со мной.
– Ты о чём, Миша? Я ещё по подсобкам не ходила!
– Напрасно ты так. Я бы тебе там хомячка показал.
– Смотри на него сам! – Света встала, одёрнула кофту. – Дурак. – И, не оглядываясь, пошла к выходу.
Михаил нагнал её в коридоре.
– Постой, ты не так всё поняла!
– Да всё я так поняла.
Он преградил ей путь.
– Не хочешь быть принцессой – не надо. Тогда выполняй свои обещания. Ты мне на стадионе кое-что проспорила.
– Не надо, Мишенька. Наташа может подтвердить, что спор у нас не состоялся.
– Да она ничего не помнит, – отмахнулся Михаил и, отбросив всякие условности, спросил прямо: – Так у нас что-то будет сегодня или нет?
– Если что и будет, то только у меня в номере, – туманно ответила Света и поспешно скрылась в женском туалете.
Михаил вернулся к столу, где уже сидели Сергей с Наташей, налил себе минералки и молча выпил.
– Выручай, братан, – заговорил он. – Надо сделать так, чтобы я попал к Светке в номер. Она такое пожелание озвучила.
Наташа удивлённо подняла брови.
– Ого! Светка умеет удивлять. И что, прямо к ней в номер?
– Вечно у тебя какие-то заморочки, – недовольно проворчал Сергей.
Михаил наклонился к другу и зашептал на ухо:
– Если выручишь, обещаю: до завтрака я в нашей комнате не появлюсь.
– Это меняет дело, – еле слышно ответил Сергей. – Как придёт Светка, выводи подружек на улицу, а я расплачусь и сразу к вам.
Наташа, сидевшая напротив, с любопытством наблюдала за их перешёптыванием.
– Вы решаете, куда меня деть? Не волнуйтесь, я у подруг переночую.
Сергей усмехнулся:
– Ты плохо читаешь по губам. У меня предложение поинтереснее.
– Даже так? – Наташа хитро прищурилась. – Ну-ка, ну-ка…
В этот момент вернулась Света. Окинув компанию вопросительным взглядом, она негромко спросила:
– Ну что, сворачиваемся?
– Пора. – Михаил поднялся, взял её за руку и, шепнув что-то Свете на ухо, повёл к лестнице. – Братан, рассчитайся и догоняй, – бросил он через плечо.
Наташа, задержав на Сергее многозначительный взгляд, молча последовала за ними.
Сергей подозвал официанта, попросил счёт и заодно заказал две бутылки вина.
Но когда пришла пора расплачиваться, выяснилось, что не хватило трёхсот рублей. Сергей принялся выворачивать карманы в поисках недостающей суммы, но всё было напрасно – основные деньги были у Михаила.
– Говори, сколько не хватает, – раздался за спиной знакомый голос.
Рядом, пошатываясь, стоял Бошка и дружелюбно ухмылялся.
– Триста рублей…
Бошка отсчитал деньги и протянул их официанту, потом наклонился к Сергею и негромко произнёс:
– Послушай моего совета: не шатайся с приятелем по улицам. Мы постараемся задержать ваших недругов минут на пять. Надеюсь, этого времени хватит, чтобы вы успели уйти. – Он ободряюще хлопнул его по плечу и добавил: – Удачи, земляк.
«Всё-таки хороший парень этот Бошка, а мы его перед девчонками выставили уголовником», – подумал Сергей и поспешил вдогонку за приятелями.
Двадцать минут спустя, кутаясь в куртки от пронизывающего ночного холода, вся компания уже стояла у спального корпуса пансионата. Парни прильнули к витражным окнам, разглядывая сидящую за стойкой вахтёршу – не старую, но, по словам девчат, очень вредную.
– Днём постороннему сюда ещё можно пройти, – вводила парней в курс дела Наташа, – а вот ночью провести кого-то – бесполезно.
– Откуда ты знаешь? – покосился на неё Михаил.
Наташа смутилась, покраснела, но быстро нашлась:
– Подруги рассказывали.
– Я вот что думаю, – нарушил молчание Сергей. – Тут только один выход – идти напролом. Мишка, тебе нужно ворваться в холл, перемахнуть через загородку и рвануть вверх по лестнице. С её-то комплекцией тётка вряд ли догонит. Шуму, правда, наделает – ну а как без шума?
Михаил задумчиво почесал щёку.
– Нет, так не выйдет: спина побаливает. Не смогу я скакать как заяц. Вдруг переклинит в самый неподходящий момент?
– Плохо. Тогда будем думать. Пошли, отойдём.
Завернув за угол, Сергей достал из пакета бутылку вина, закуску и бокалы, предусмотрительно прихваченные из кафе.
– Без допинга ничего толкового не придумаем. Девчата, присоединяйтесь! – Он поманил подруг, которые терпеливо ждали в стороне.
Однако выпитая бутылка вина ясности так и не внесла. Сергей вздохнул, огляделся по сторонам и протянул Михаилу пустой бокал.
– Держи. Надо проверить один вариант, – загадочно сказал он. – Я сейчас.
На самом деле никаких идей у него не было. Сергей прошёл вдоль здания метров тридцать, спрятался за дерево и с облегчением помочился в сугроб. Подняв глаза, он заметил на втором этаже, рядом с водосточной трубой, неплотно прикрытую створку окна.
«Вот оно, решение», – мелькнула мысль. Сергей торопливо вернулся к своим.
– Мои догадки подтвердились, – с довольной улыбкой сообщил он. – Мишка, видишь водосточную трубу? Заберёшься по ней и залезешь вон в то приоткрытое окно.
– Ничего себе, с такого расстояния ты углядел, – восхитился Михаил. – Просто зоркий сокол.
– В отличие от тебя, я ищу способ проникнуть в корпус. И, как видишь, нахожу.
– А вдруг там кто-то есть? – с тревогой глядя на тёмное окно, предположила Наташа.
– Сейчас проверим. Пошли.
Компания, негромко переговариваясь, двинулась вдоль стены. У водосточной трубы Сергей вскинул руку, призывая всех замереть.
– Ну, чего стоишь? – шепнул он, подталкивая друга. – Действуй!
Михаил отошёл от здания метров на десять, наскоро слепил снежок и запустил в окно. Тот звонко ударил в стекло, и створка, качнувшись, широко открылась.
– Эй! – негромко окликнул Михаил, но из окна не донеслось ни звука.
– Я же говорил – никого там нет, – повеселел Сергей. – Давай, Мишка, полезай. Вот мои перчатки – в них не будешь скользить по трубе. А если вдруг сорвёшься, ничего страшного: гляди, какой сугроб под окном.
– Мне падать никак нельзя. У меня спина травмирована.
– Никто не заставляет тебя падать, – хмыкнул Сергей. – Я же помню, как ты по деревьям лазил. Так что без труда заберёшься, не сомневайся.
Михаил снял куртку и протянул Наташе:
– Подержи. Так сподручнее.
Подошла Света, поправила ему шапочку и решила подбодрить:
– Покажи нам, на что ты способен. Ты же спортсмен.
Михаил стыдливо отвёл глаза. «Какой, на хрен, спортсмен… – пронеслось в голове. – Я уже и не помню, когда последний раз подтягивался».
Света с Наташей подсадили Михаила Сергею на плечи. Тот ухватился за трубу и начал карабкаться вверх. На удивление быстро он добрался до открытого окна, уцепился одной рукой за подоконник, затем перехватился двумя. И замер.
Прямо на него из оконного проёма смотрел худощавый лысый мужик с волосатой грудью. Совершенно голый. Глядел в упор, не мигая.
– Слышь, малый! Ты куда? – угрожающе подался вперёд незнакомец.
Из-за его спины, прикрываясь простынёй, выглянула дама. Михаил от неожиданности отшатнулся и судорожно вцепился в трубу. Её верхняя часть со скрежетом разошлась на стыке. Вырывая крепления из стены, труба стала заваливаться вместе с Михаилом.
Он издал пронзительный крик, который не прекращался, пока он не рухнул в глубокий сугроб. Снежная пыль взметнулась в воздух и тут же осела.
На мгновение всё стихло. Где-то вдалеке залаяла собака.
– Я ни хрена не понял, – раздался голос сверху. – Это что сейчас было?
– Слава, я не знаю… – пролепетала дама, испуганно прижимая к себе простыню.
Слава высунулся в окно и удивлённо присвистнул: внизу ребята энергично откапывали Михаила из сугроба.
– Ты глянь, да их тут целая толпа! И что, они все к нам полезут?
– Ну откуда я знаю?! – чуть не плача выкрикнула дама, принимаясь торопливо одеваться.
Слава набрал полную грудь воздуха и рявкнул:
– Какого чёрта вам тут надо?! А ну валите отсюда!
В соседних окнах начал зажигаться свет.
Михаил, отплёвываясь от снега, с трудом выкарабкался из сугроба. Поднял голову, поморщился и прохрипел:
– Слышь, мужик! Так и знай: я всё равно залезу. Не сегодня – так завтра, но залезу!
Слава переменился в лице, медленно перевёл взгляд на свою даму:
– Та-а-ак… Ну-ка давай, рассказывай… – И, не дожидаясь ответа, резко захлопнул окно.
Рама гулко ударила о косяк. Девушки, вздрогнув, перевели недоумённые взгляды на Михаила. Он, отряхивая снег и стуча зубами от холода, сыпал проклятиями.
– Девчата, идите потихоньку, – попросил Сергей. – Мы через минуту догоним.
Подруги выбрались на протоптанную дорожку и, постоянно оглядываясь, не спеша двинулись вдоль здания.
Сергей помог приятелю надеть куртку, откопал в снегу шапочку, стряхнул и натянул ему на голову.
– Слушай, Мишка! Я не понял, ты зачем опять в окно собрался лезть?
Михаил криво усмехнулся:
– Ты что, дурак? На кой чёрт мне это нужно! Просто решил мужика припугнуть. А чего он затихарился в комнате и молчал, а? Не знаешь? Вот теперь пусть лежит с подругой на кровати, прислушивается к каждому шороху и думает, что это я к нему лезу.
– Ну ты даёшь! У него же на этой почве проблемы будут, сам понимаешь. – Сергей с трудом сдерживал улыбку.
– Да и хрен с ним. Я из-за него спину ушиб, ещё нога левая дёргаться начала – точно калекой отсюда уеду. Между прочим, это ты накаркал… – Михаил поёжился. – Слушай, что-то мне расхотелось к Светке. Может, домой? – Он с мольбой глянул на приятеля.
– Ты что, Мишаня? Это у тебя шок. Сейчас пройдёт, не раскисай! – Сергей схватил его за руку и потащил за собой к подругам. – Эй, девчонки! Подождите нас!
Они вновь двинулись вокруг корпуса, с надеждой всматриваясь в окна и дёргая двери. Но все усилия оказались напрасны – проникнуть внутрь так и не удалось.
– Обозначилась проблема, – неохотно признал Сергей. – На всех окнах первого этажа решётки, а служебные двери закрыты.
Номер, где проживали Наташа со Светой, находился на третьем этаже, и стало ясно, что попасть туда можно только через парадный вход. Парни в очередной раз прильнули к витражному окну, прикрывая ладонями лоб от уличного света.
За стойкой сидела массивная женщина лет сорока, с пуховым платком на плечах и тяжёлым взглядом исподлобья. Она зорко следила за всеми, кто входил и выходил, а особенно – за молодёжью.
– Наверное, у неё мужика нет, вот и выёживается, – предположила Наташа, кутаясь в воротник.
Михаил усмехнулся, не отрываясь от окна:
– Если так рассуждать, то все здешние вахтёрши окажутся незамужними.
Минут пять компания наблюдала с улицы, как постояльцы один за другим проходят через турникет. За это время парни успели откупорить ещё одну бутылку и выпить по бокалу – на этот раз без девушек. Таким нехитрым способом Михаил пытался снять стресс.
– Ребята, мы сейчас замёрзнем, – захныкала Наташа, пританцовывая на месте. – Давайте уже что-нибудь делать.
– Есть идея! – вдруг оживился Сергей. Он подошёл к Свете, сунул ей в руки пакет с вином. – Давай поднимайся к себе в номер и жди Мишку. Он скоро будет, обещаю!
– Что ты задумал? – с опаской спросил Михаил.
– Я отвлеку вахтёршу, чтобы она оставила свой пост, а ты проскочишь вверх по лестнице. Понял?
– Понял-то я понял. Только, сдаётся мне, не поведётся она.
– Ещё как поведётся! Ты, главное, смотри на меня и не зевай.
– Ладно, – неуверенно кивнул Михаил. – Лишь бы по спине не приложила. Там и так живого места нет.
– Надеюсь, до этого не дойдёт, – тихо сказал Сергей.
Он, не оглядываясь, быстрым шагом направился по центральной аллее к трём мальчишкам. Те как раз закончили лепить снеговика: приделали ему ласты вместо ног, водрузили на голову плавательную маску с трубкой и теперь обстреливали его снежками, громко хохоча.
Сергей остановился, слепил снежок и с поразительной точностью издали угодил снеговику прямо в голову. Маска съехала набок – ребята одобрительно загудели.
– Ты чего, дядя, в детство ударился? – с вызовом спросил мальчишка в лисьей шапке. Это был Ванька.
– Да я не балуюсь. Просто хотел маску с него сбить. Она мне нужна. А ещё ласты и трубка. Короче, выручайте – одолжите всё это на пять минут.
– С какого перепуга? – Ванька насупился и скрестил руки на груди.
– Нужно очень. Я вам за это патроны для биатлонной винтовки подарю. Почти целую коробку.
Сергей достал из кармана коробочку и позвенел патронами.
– Они не холостые? – один из мальчишек, Дениска, с готовностью подставил сложенные лодочкой ладони.
– Самые настоящие, три часа назад со стрельбища принёс. Ну что, меняемся?
– Я тебя узнал! – Ванька ткнул пальцем в Сергея. – Ты сегодня в эстафете бежал и здорово стрелял. Да забирай эту маску насовсем, она всё равно не наша.
– А чья?
– Мужика какого-то. Мы его шмотки из раздевалки унесли – нечего пьяным в бассейн ходить.
Ванька нагнулся над пакетом и начал в нём копаться, вытаскивая одну вещь за другой:
– Смотри, тут ещё сланцы, банное полотенце и мыло. Бери всё, для тебя не жалко. Были ещё трусы, но мы их по дороге выкинули.
– Зря!
– Тебе трусы нужны? – удивился Дениска, подняв бровь.
– Да нет, свои есть. Но нарядить в них снеговика – это было бы прикольно! Представляете, какое лицо будет у мужика, когда он утром на аллее увидит этого красавца в его трусах?
– Ещё больше удивится его жена, – неожиданно вмешался Михаил. Он подошёл ближе, дыша паром. – Слушай, Серёга, кончай трепаться: Наташка уже задубела.
Дениска тронул Михаила за рукав:
– Я тебя тоже узнал. Ты хороший пловец.
– С чего ты взял?
– Этот мальчуган плаванием увлекается, – пояснил Сергей, кивнув на Дениску. – Видать, сразу признал в тебе пловца.
– Молодец, шкет, верный у тебя глаз! – повеселел Михаил. – Я на море вырос, так что плаваю как рыба.
– Как дельфин, – серьёзно уточнил Дениска.
– Вообще-то я предпочитаю брасс, но если надо, могу и баттерфляем проплыть.
– Даже не сомневаемся, – ухмыльнулся Ванька и сплюнул на снег.
Парни забрали у мальчишек принадлежности для подводного плавания и быстрым шагом направились к Наташе. Та уже не пританцовывала – она откровенно плясала от холода, прижимая к себе пакет с бутылкой. Сергей молча принялся раздеваться: скинул куртку, стянул через голову свитер, взялся за ремень.
– Ты чего, Серый, спятил? – опешил Михаил, отступая на шаг. – На улице минус пятнадцать!
– Слушай внимательно, Мишка. Как только я сдвину маску на лоб, сразу заходи внутрь и беги вверх по лестнице. Только тихо, не топай, как слон. Вахтёрша будет смотреть только на меня, уверяю. Главное, чтобы я сам не рассмеялся.
Сергей разделся до трусов, наскоро надел сланцы, нацепил маску с трубкой и сунул под мышку ласты.
– Стой! – воскликнула Наташа. Она торопливо сняла свой длинный розовый шарф и, подойдя вплотную, обмотала его вокруг шеи Сергея, оставив концы свисать до пояса. – Это для пущего эффекта – чтобы окончательно сбить вахтёршу с толку.
– Я выдвигаюсь! – объявил Сергей, дрожа от холода, но стараясь улыбаться. – Наташа, жди меня здесь и одежду не уноси.
Он мелкими шажками, загребая сланцами снег, двинулся к двери. На секунду замер, перевёл дыхание и распахнул её.
Вахтёрша была настолько поражена видом Сергея, что так и застыла с открытым ртом – лишь провожала его вытаращенными глазами. Сергей, шлёпая сланцами по полу, прошествовал мимо её поста и вышел в коридор. Только тут она опомнилась и закричала:
– Ты куда?
– В спа-салон, а потом в бассейн! – не оборачиваясь, бросил Сергей.
– Немедленно остановись! – заорала вахтёрша и, опрокинув стул, кинулась следом.
– Что такое? – возмутился Сергей. – Вы что делаете? Не трогайте ласты! Я без них не смогу плавать!
– Здесь нет никакого бассейна!
Сергей сдвинул маску на лоб, подавая сигнал Михаилу, и вытаращил на вахтёршу безумные глаза.
– Как это «нет»? Пацаны сказали – он рядом!
– Где рядом? До него полкилометра чесать.
Увидев, что Михаил уже проскользнул мимо поста и метнулся к лестнице, Сергей, брызжа слюной, заорал на вахтёршу:
– Вы тут что, с ума посходили – полкилометра?! Да я замёрзну, пока дойду!
Вахтёрша от такой наглости аж побагровела.
– Чего разорался? – рявкнула она. – А ну пошёл отсюда!
– Погодите, не надо кричать. У вас что, вообще нырнуть негде?
– Почему же «негде»? Можно в туалете: головой в унитаз. С плеском войдёшь!
Сергей хмыкнул, оценив шутку.
– А ты, бабуля, я гляжу, с юморком!
– Какая я тебе бабуля? – взбесилась тётка. – А ну проваливай! Сейчас милицию вызову. Нажрутся, как свиньи, и шляются тут по ночам!
Она вырвала у Сергея ласты, но, взглянув на них, тут же с отвращением сунула обратно и принялась тыкать пальцем ему в бок, выпроваживая к выходу.
– Дамочка, ну скажите, в какой стороне бассейн? Мне срочно нужно испытать трубку!
– Иди отсюда, пловец хренов, не то тряпкой огрею. А трубку свою в задницу засунь!
Сергей выскочил за дверь и, шлёпая сланцами по снегу, подбежал к Наташе.
– Порядок! Давай скорее одежду.
Он торопливо натянул на себя вещи, схватил подругу за руку и поспешил в сторону аллеи. Однако мальчишек там уже не было. Подойдя к снеговику, Сергей нахлобучил ему на голову маску, воткнул ласты, а трубку засунул сзади и придавил ногой так глубоко, что снаружи остался лишь маленький кончик.
Наташа покачала головой и вздохнула:
– Ну и фантазия у тебя…
– А я-то тут при чём? Мне вахтёрша велела, между прочим! Так прямо и сказала: засунь, мол, трубку в задницу.
Сергей решительно потянул Наташу за рукав:
– Пойдём быстрее, а то я сейчас замёрзну.
– Куда ты меня тащишь, Серёжа?
– Как куда? Ко мне. Ты же обещала послушать мои стихи.
От холода Наташа заметно протрезвела и уже не походила на ту легкомысленную девчонку, что час назад.
– А ты прочти прямо здесь, на природе. Это так романтично.
Сергей не ожидал такого поворота и сделал удивлённое лицо.
– Ты хочешь, чтобы я окоченел? У меня и без того голос осип. Да и не всё я помню наизусть. Стихи в тетради записаны. Пойдём, я тебе там самое лучшее прочту.
– Поздно уже. Я, пожалуй, к подругам в пансионат – у них переночую.
– Не стоит беспокоить подружек. У меня в номере шикарный дополнительный матрас имеется – его сегодня Мишка притащил.
– И с какой целью он его принёс? – поинтересовалась Наташа, прищурившись.
Сергей на миг растерялся, но тут же выкрутился:
– На моей панцирной койке сетка провисает почти до пола – от этого спина болит нещадно. Я даже стрелять стал хуже. Вот Михаил и приволок матрас.
– Заботливый у тебя друг, ничего не скажешь. Но получается, что я буду спать на шикарном матрасе, а ты – на своей продавленной койке?
– Вообще-то, Наташа, я не планировал ложиться.
Наташа резко остановилась и пристально посмотрела на него.
– А что же ты тогда собирался делать?
Сергей осторожно шагнул к ней и мягко взял за руку.
– Я хотел всю ночь читать тебе стихи.
Наташа от удивления округлила глаза.
– Мне ещё никто не читал стихов ночь напролёт… Ну, раз так – пошли за твоей тетрадкой. Только я на улице подожду, а потом отправимся в кафе. Я знаю неподалёку одно заведение, работает круглосуточно. Можешь не волноваться, там тепло, – с ехидцей добавила она.
Сергей стиснул зубы так, что на скулах заиграли желваки.
Когда они подошли к ступеням главного корпуса, из темноты раздался грубый мужской голос:
– Эй, герой! Что это с тобой? Неужели перебрал?
Голос принадлежал мужчине внушительной комплекции в спортивном костюме.
Сергей бросил на него презрительный взгляд, сплюнул на снег и, не удостоив его ответом, продолжил подниматься по ступеням.
– Захаров, я к тебе обращаюсь!
– Иди к чёрту! – бросил Сергей, не сбавляя шага.
Тренер красноярцев опешил – такой дерзости он не ожидал.
– Ах ты ж негодяй… Напишу на тебя рапорт, посмотрим, как ты тогда запоёшь!
– Да мне плевать! – бросил Сергей, не оборачиваясь. – Вертел я твой рапорт. И тебя заодно! Надеюсь, ты понимаешь, на чём!
Тренер побагровел, кулаки сжались сами собой.
– Что ты сказал, щенок? Повтори!
– Что слышал. Старый пердун!
– Сергей, пожалуйста, перестань, – Наташа встревоженно дёрнула его за рукав.
– А мне-то что? Кто он такой вообще?
Тренер наконец понял, что обознался, и растерянно спросил:
– А ты кто?
– Конь в пальто! – крикнул Сергей и заржал так, что Наташа вздрогнула.
Она потянула его за руку, но Сергей упёрся. Не переставая гоготать, он принялся бить ногой снег, как копытом: раз, другой, третий.
– Что ты делаешь? Прекрати! – Наташа оглянулась на тренера. – Тебя же выгонят из команды!
Сергей резко притянул девушку к себе и жарко зашептал ей на ухо:
– Никто меня не выгонит. Помнишь, я обещал раскрыть тебе страшную тайну?
– Помню.
– Так вот, я готов сделать это прямо сейчас. Но только у себя в номере – там доказательства. Заодно и тетрадь заберём. Ну так что, пойдём?
Наташу распирало от любопытства:
– А как я туда попаду? Тут же вахтёрша на входе – наверняка такая же мегера, как наша.
– Скажешь, что ты Лунина Елена Борисовна из пятьсот девятого номера. И спокойно поднимайся по лестнице – я буду ждать. Запомнила?
– Да, запомнила. А кто это?
– Какая разница? Главное – скажи, что только сегодня приехала.
Минуту спустя Сергей уже впускал Наташу в номер.
– Раздевайся, проходи. Сейчас согреемся. – Он помог ей стянуть мокрую от снега куртку и как бы невзначай запер дверь на ключ.
– Ты с ума сошёл! – выдохнула Наташа, отступая на шаг. – Уже ночь! Что Света подумает?
– Поверь мне: если Светка с Мишей, то она давно перестала о тебе думать. Уж я-то знаю.
Сергей включил тусклый настенный светильник и усадил Наташу на кровать. Сетка жалобно заскрипела и просела.
«И правда, койка никуда не годится», – подумала Наташа.
Сергей выставил на тумбочку бутылку виски и два стакана.
– Элитный «Чивас Ригал». Пятнадцать лет выдержки, – кивнул он на бутылку.
Наташа скользнула взглядом по этикетке:
– Тут написано десять…
– Говорю тебе, пятнадцать. Пять лет бутылка дожидалась своего часа у меня, – пояснил Сергей, водружая на тумбочку тарелку с котлетами.
– Виски и котлеты? – Наташа удивлённо приподняла брови.
– А что не так? – Сергей пожал плечами и сел рядом. Пружины протестующе застонали.
Наполнив стаканы до половины, он протянул один Наташе. Она взяла его двумя руками и, сгорая от нетерпения, потребовала:
 – Ну говори же! Что за тайна?
Сергей чуть помолчал, разглядывая её, а затем загадочно произнёс:
– Дело в том, что я – вовсе не я.
Наташа от удивления икнула:
– Серёжа, не пугай меня. В каком смысле?
– Давай-ка сначала выпьем.
Она и сама этого хотела, но сделала лишь несколько глотков.
– Так не пойдёт, – Сергей подвинул стакан к ней.
Девушка тяжело вздохнула и допила до дна.
Закурив сигарету, Сергей признался, что он обычный студент из Питера, а никакой не биатлонист. Приехал сюда с другом – отдохнуть. А вышло так, что с ними приключилась эта история.
– Выходит, ты меня всё это время обманывал? – в голосе Наташи не было обиды, одна досада. – Все эти разговоры о тренировках, о гонках, об учителе математики – всё это было ложью?
Сергей попытался взять её за руку, но она отстранилась.
– Наташ, ну какой обман? Это была легенда. Согласись, «студент Серёжа» звучит скучно. А так – спортивные страсти, тайны, знакомство с певцом... Вы со Светкой чуть не визжали от восторга. Разве плохо? – Он сделал паузу. – Но как только я понял, что ты мне нравишься – сразу всё рассказал. Мог бы ведь и промолчать. И уехала бы ты завтра домой, гордясь знакомством со звездой, и никогда бы не узнала правды.
 – Но ты же врал мне прямо в лицо, – тихо сказала Наташа, всё ещё глядя в сторону.
– Врал. Но финал-то у истории честный. Так что не хмурься.
Наташа долго молчала, покусывая губу, и наконец фыркнула:
– Ладно, уговорил. Забудем об этом. Наглец ты, Серёжа. Но обаятельный. – Она пристально взглянула на него. – А вообще… тебе стоило бы серьёзно заняться лыжами. Мне кажется, ты мог бы стать чемпионом.
– Почему это «мог бы стать»? Я уже стал. Ты что, забыла?
Сергей снова наполнил стаканы.
– Наташа, за мою победу! – торжественно заявил он, умолчав, что без снежной стихии и той чудо-мази, которой Михаил смазал лыжи конкурентам, вряд ли бы что вышло.
– Нет-нет, до дна! – настаивал Сергей, мягко поднося стакан к её губам. – Иначе фортуна отвернётся.
Наташа зажмурилась, поморщилась и выпила всё одним глотком.
– А про стихи… – прошептала она, переведя дух. – Ты тоже выдумал?
– А вот тут – нет.
– Прочитай, – Наташа склонила голову набок и с надеждой посмотрела на него. – Я же за этим сюда пришла.
– Извини, желание пропало.
– Так нечестно. Ну пожалуйста…
Сергей отвёл взгляд, сделал вид, что внимательно изучает потолок.
Она несильно ткнула его коленкой:
– Ты же обещал!
– Ну хорошо, – выдохнул Сергей.
Он встал, подошёл к окну и раздвинул потёртые шторы. За стеклом ветер утих, и крупные пушистые снежинки, словно перья, медленно опускались на землю. Сергей замер у окна, прикрыл глаза и негромко начал:
– Первый снег, как любовь, чистый-чистый;
Он и мягкий, как шёлк, и пушистый;
Он, как вишня в цвету, белый-белый!
Прошлой ночью им роща оделась…
Наташа, затаив дыхание, подошла к нему сзади и прижалась, уткнувшись подбородком в его плечо. Сергей не прервал чтения:
Первый снег, он как гость долгожданный –
Гость задумчивый, тихий, желанный;
От него вроде холодом веет,
А лицо им потрёшь – он согреет.
Он под солнцем, как радость, искрится.
И светлеют печальные лица…
Прошлой ночью – холодной и мглистой –
Выпал снег. Первый снег. Чистый-чистый.
– Как здорово… – зажмурив глаза, мечтательно прошептала Наташа.
Сергей медленно повернулся, взял её за талию и привлёк к себе. Через секунду они мягко опустились на койку, которая с громким скрипом прогнулась под их телами…

                ***

Ашот подъехал к пансионату без десяти одиннадцать. У входа его внимание привлёк подвыпивший толстяк в старомодном пальто, который яростно теребил снежную скульптуру.
– Эй, мужик! Кончай снеговика ломать. Отойди!
– Я не ломаю, я раздеваю.
– Совсем сдурел? А ну прекращай!
– Вот ещё! На нём мои трусы.
Ашот подошёл ближе и, покуривая сигарету, с интересом наблюдал, как мужчина безуспешно пытается стащить заношенные семейники с массивных ног снеговика.
– Слушай, уважаемый, не мучайся. Вот тебе три сотни – купишь новые труселя, а эти оставь. Он в них забавно смотрится.
Ашот сунул мужчине в руку деньги, поправил скульптуру и заново обмотал шею снеговика шарфом. Напоследок попытался одёрнуть трусы, но они за что-то зацепились.
– Ничего себе! – изумился он, вытаскивая трубку для ныряния. – Во народ забавляется!
– Это моя трубка, – обрадовался мужчина.
– Слушай, друг, – уже с раздражением произнёс Ашот, – ты меня достал! Скажи, какого хрена ты её туда засунул?
– Это не я.
Ашот строго посмотрел на мужика:
– Надеюсь, больше ничего не припрятано?
Тот замялся:
– Где-то ещё ласты…
Ашот выпрямился и принял воинственный вид:
– Слышь, не беси меня! Вот тебе ещё двести рублей, забирай трубку и вали отсюда!
К припаркованному возле дверей пансионата «Мерседесу» подошли Сергей и Михаил, каждый под руку со своей девушкой. Заметив Ашота, они принялись дружно звать его, призывно размахивая руками. Тот затушил окурок, ловко вставил его в рот снеговику, с улыбкой похлопал ледяную скульптуру по плечу и поспешил к машине. Помог с погрузкой багажа и, как обещал, повёз шумную компанию на вокзал.
Несмотря на то что до отправления поезда оставалось ещё порядочно, «Мерседес» мчался с запредельной скоростью. Сергей сидел на переднем сиденье, вцепившись в подлокотники, и при каждом обгоне зажмуривался. «С этим водителем я больше не поеду, тем более спереди», – твёрдо решил он, чувствуя, как бурлит в крови адреналин. Вспомнились слова Ашота: «Незабываемые впечатления гарантирую». Сергей горько усмехнулся: «Что ж, в этом ты, пожалуй, не соврал».
Не прошло и часа, как машина прибыла на место. Парни оставили Ашота на привокзальной площади, пообещали скоро вернуться и, подхватив вещи, направились с подругами к поезду. На перроне трогательно прощались. Договорились встретиться через две недели, но уже в Питере. Последние минуты тянулись мучительно: объятия, поцелуи, обещания не забывать – всё как всегда. Наконец раздался гудок, и поезд, словно нехотя, тронулся.
Парни остались на перроне, провожая взглядом удаляющийся состав. Михаил сдёрнул с головы вязаную шапочку и принялся отчаянно махать вслед, подпрыгивая, чтобы его было видно из-за высокого пассажира.
– Что-то ты совсем расчувствовался, – заметил Серёга. – Смотри, не расплачься.
Приятель двинул ему в плечо:
– Хорош прикалываться… Просто обидно. Только подружились – и всё. – Михаил натянул шапку. – Ладно, пошли, а то Ашот нас искать начнёт.
На соседний путь прибыл поезд Санкт-Петербург – Минеральные Воды, о чём диктор объявил по вокзальному радио. Из вагона вышла толпа, а в ней – две симпатичные девицы с зачехлёнными лыжами и большими сумками. Подруги в нерешительности потоптались на месте, оглядываясь по сторонам, затем направились к парням.
– Ребята, не подскажете, как нам добраться до пансионата?
Серёга с Мишей переглянулись.
«Вот это попёрло!» – подумал Михаил.
«А я что говорил? – взглядом ответил ему Серёга. – Это курорт, братишка, а не халам-балам!»
– Девчонки, вам повезло, – расплылся в улыбке Михаил, сдвинув шапку на затылок. – Мы доставим вас с комфортом, и очень быстро. На парковке, в ста метрах отсюда, нас ожидает тачка.
– Вы что, местные?
– Нет. Мы провожали наших коллег-биатлонистов.
– Так вы спортсмены? А почему с ними не уехали?
– У нас индивидуальная программа тренировок. Вернее, у него, – Михаил кивнул на приятеля. – Давайте, девочки, знакомиться. Меня Михаилом зовут. Я занимаюсь подбором и подготовкой лыж, особенно силён в вопросах мазей. А это Сергей – надежда нашей сборной.
Серёга с удивлением покосился на друга, но быстро взял себя в руки, гордо расправил плечи.
– А почему ты не в спортивной форме? – спросила миниатюрная блондинка, оглядев его.
Сергей замялся, но Михаил выручил:
– Тренировка закончилась, мы переоделись. Чего в мокром-то ходить?
Девушка кивнула:
– Ну и правильно. Меня Марина зовут. А это Ольга.
Ребята многозначительно переглянулись.
– Девчонки! – воскликнул Сергей срывающимся от радости голосом. – Нельзя носить такие тяжести. Давайте ваши лыжи!
– Да они лёгкие, пластиковые.
– Зато жутко неудобные.
Парни выхватили у девчат лыжи, подхватили сумки и, весело неся какую-то чепуху про горы и снег, направились к «Мерседесу», стоявшему на парковке.
По вокзальному радио объявили, что через две минуты на второй путь прибывает поезд до Москвы.
Сергей незаметно поманил Михаила, и они на пару шагов отстали.
– Зря ты, Мишаня, наплёл про сборную. Давай лучше пригласим их вечером в кафе и начистоту расскажем, кто мы на самом деле. И про подставу в эстафете, и про то, как мы на одной кровати ночуем, и про еду, и про избиение в туалете. Короче, про всё. Так будет лучше. Подруги заслушаются – я отвечаю. А притворяться звёздным биатлонистом мне больше не хочется.
– Раз ты настаиваешь, то ладно. Ещё надо упомянуть про кота Мишеля и котлеты. Кстати, по приезде надо сразу отловить того лохматого, с мусорки, и в порядок привести. Девчонки поплывут от умиления. А про мазь говорить не стоит – неспортивно.
– Согласен, об этом умолчим.
Настроение у парней заметно поднялось.
– Серый, мне тут в голову хорошая мысль пришла… Наверняка эти подруги – опытные спортсменки, раз со своими лыжами приехали. Давай попросим их стать нашими инструкторами. Так сказать, подтянем свой уровень!
– Молодец, Мишка! Дело говоришь. Только предложить это надо ненавязчиво, сохраняя достоинство, а то ещё зазнаются, почувствуют превосходство.
– Согласен! Нам харассмент ни к чему.
– Не надо так категорично. Если Ольга будет ко мне приставать, я возражать не стану.
– В этом смысле я тоже противиться не буду, – согласился Михаил. – Речь о том, чтобы над нами не насмехались.
– Ну, это само собой. Такого мы не потерпим.
Среди машин, стоявших на площади, выделялся чёрный «Мерседес», вокруг которого нервно расхаживал водитель.
– Эй, Ашот! Встречай гостей! – крикнул Михаил.
Завидев красивых девушек, тот что-то восторженно воскликнул по-армянски и поспешил навстречу.
– Их всего две? – тихо спросил он, принимая багаж и косясь на подруг.
– Пока две, но обещали, что вечером прибудет третья, – соврал Михаил.
– Быстро в машину! – Сергей не дал приятелю договорить, пихнул его на переднее сиденье, а сам запрыгнул в заднюю дверь.
– Ты чего? – удивился Михаил.
– Пригнись, чтоб не видно было! Пригнись, кому говорю!
Через несколько секунд, лавируя между машинами, совсем рядом прошла группа парней с сумками и лыжами. Бинты на головах и следы кровоподтёков на лицах ясно говорили: это либо новички горнолыжного спуска, либо участники массовой драки. Прихрамывая, шествие замыкал горбоносый лыжник с загипсованной рукой и синяками, выступавшими из-под тёмных очков.
– Узнаёшь? – кивнул в их сторону Сергей, прильнув к боковому окну. – Сдаётся мне, без новосибирцев не обошлось. Теперь пострадавшая сторона на поезд спешит – домой, в Москву. Наконец-то фортуна к нам лицом повернулась: москвичи сейчас уедут, красноярцы рано утром отбыли. Так что можем смело откинуть капюшоны и ходить не оглядываясь. Я же говорил – заживём как султаны! Как в воду глядел. – Серёга подмигнул Михаилу.
Тем временем водитель закончил крепить лыжи к багажнику, открыл заднюю дверь и приглашающим жестом указал в салон:
– Усаживайтесь, гости дорогие.
Дамы расположились на мягком кожаном сиденье, расстегнули куртки. Ашот сел за руль, пригладил волосы и нажал на газ.
– Девчата, а хотите, поведаю вам одну забавную историю? – спросил он, обернувшись к заднему сиденью. – Её только что на вокзале мой друг рассказал.
Ашот лукавил: впервые он услышал эту байку ещё от своей бабушки лет двадцать назад и с тех пор рассказывал кому ни попадя. За сегодняшний день Сергей с Михаилом слушали историю уже во второй раз и потому снисходительно улыбались. Казалось, девушки затаив дыхание ловят каждое слово, но Марина только делала вид, что внимательно слушает. Она вполголоса шепнула Ольге:
– Он явно врёт.
– Скорее всего, – так же тихо ответила подруга. – Главное, до пансионата довезут.
И они снова изобразили вежливый интерес.
Ашот продолжал увлечённо травить байку, а Сергей, прищурившись, переводил взгляд с него на девушек. «Не верят, – подметил он про себя. – Ну и пусть. Зато как держится! Пожалуй, стоит перенять эту манеру – с такой подачей да ещё вкупе с моими стихами история будет сражать девиц наповал, ни одна не устоит».
Он понимал: каждое слово и каждый жест Ашот оттачивал чуть ли не годами.
 «Прости, дружище, – мысленно вздохнул Сергей. – Ничего личного, но сегодня мне придётся обыграть тебя в карты. Деньги нужны, ничего не поделаешь».
Он поглядел на Михаила: тот зажмурился и прикусил губу при очередном обгоне Ашота. Сергей еле заметно улыбнулся «Да, Миш... Тот проезд через кафе был просто лёгкой прогулкой по сравнению с этим. Вот они, «незабываемые впечатления».