Сковородочная совместимость

- Какая же ты неуклюжая! - закричал я, прыгая на одной ноге.
- Прости, годы берут свое.
- Что ты, моя маленькая! - ответил я ей, собирая с пола горячие сырники с румяной корочкой.

Мы с ней уже дав
но справили золотой юбилей совместной жизни.

Эта тяжелая чугунная сковородка помнит, как я, еще маленький, носил ее двумя руками по длинному коридору из кухни коммуналки, задевая за стены, двери. Труднее всего было открыть дверь в комнату. Что лучше: обнять ее одной рукой, измазавшись жиром или поставить на пол перед туалетом? Я выбирал второе, ведь в коридоре было всегда темно, пятна нескоро обнаружат.

Моя кормилица умела готовить. Хрустящее мяско на косточке, политое болгарским лечо фирмы "Глобус"! Как жаль, что не было собаки - чего-чего, а костей тогда продавали немерено, и даже тощих цыплят называли синей птицей. Возможно, именно тогда люди начали выстраиваться в длинные очереди за этими узниками режима, по определению приносящими счастье.

В сковородке помещалось ровно десять перчин - один маме, два папе и семь мне. С тех пор к семерке неравнодушен, без нее не живу.

Еще один забытый вкус - тушеная капуста, тоже с мясом. Хотя, если быть точным, то с жиром. Кто ел мясо, я до сих пор понять не могу. Может, тигры в зоопарках?

Сковородка никогда не мылась. Думал, мама на  жире экономит, но спустя шестьдесят лет в Интернете узнал, что так хозяйки спасают чугун от окисления.

А теперь эта сковородка со мной. Вот жаль, что чугунный утюг ей в друзья не взял, ведь он гладил сам без всяких надавливаний. Эти новые такие беспомощные, только плюются на белье, а давить я должен.

Я, конечно, как и все, и с тефлоновыми сковородками дружил, но они облезали, как папина спина на солнце, когда он приезжал на юг. Сколько его кожи за свое детство снял! Да еще в придачу с его седыми волосинками, которые я выдергивал, развивая силу. Других тренажеров тогда не было.
Крышек от тех сковородок осталось множество.

Вот и теперь моя неподъемная барышня примеряет  то одну, то другую.
- Не смейся, - позвякивает она, - каждая вогнутость на теле крышки должна соответствовать моей выпуклости. Тогда долгая жизнь гарантирована. А так разве вздохнешь? Ведь слетит на раскаленную печку и треснет. С дырочкой - это хорошо, картошечка должна дышать. А термометр зачем на крышке? Я что, больная?

- Да ты здоровее многих, еще сто лет проживешь, - успокаиваю я ее, - моя внучка точно с тобой подружится. Только она вегетарианка уже, переходи и ты на новый образ жизни.

- Каждая сковородка должна найти свою крышку, - говорит моя чернокожая, - пусть будет она помоложе, пусть сияет на солнышке, лишь бы поплотнее обнимала меня, а вместе мы такое сотворим!