Глава 2. Квартирный вопрос

               
     Блеклый серый цвет постепенно  заполнял небо, становился все светлее и радостнее. Наконец первые рассветные лучи  на горизонте, над  морем, возвестили, что настал новый день.
     Память обо всем, что произошло с ним, у мужчины  не исчезла, но сейчас ему казалось, что все это произошло не с ним, или, может, случилось так давно, что боль  утраты немного потеряла свою остроту.
     - Игорешка!, сын, что с ним? - море не ответило, а продолжало тревожно накатывать на прибрежные камни шипящие, холодные осенние волны.
     Антон сильно замерз. Туфель на нем не было, потерял, когда плыл. Куртка с деньгами тоже исчезла. Он не помнил, как снял ее и отпустил в воду. Одежда, брюки и рубашка, уже высохла.
     Сыну он должен! Как мог об этом забыть?
     Мужчина поднялся и побрел по берегу  в сторону города. Домой, к маме и сыну! До них 800 километров. Без денег билет на автобус, или поезд, не купишь. Придется ехать на попутках.  Он снял носки, рубашку завязал узлом на груди, закатал до колен брюки и стал похож на хиппи.  Хорошо, что солнышко бабьего лета еще не потеряло свое тепло, пригревало. Через пару часов Антон вышел на шоссе и
в таком виде побрел по обочине. Маскировка сработала, вскоре затормозил старенький жигуль с дамой за рулем. Антошка придумал историю, что напился и его обокрали. Дама подвезла  почти половину пути, угостила бутербродом.
    
     Дальше он опять пошел вдоль дороги.  Антон увидел остановку местного автобуса с лавочкой. Лег на неё и мгновенно уснул. Разбудили милиционеры, убедились, что трезвый, выслушали историю о том, что обокрали, и сами предложили подвезти его попутно еще километров 50, за пределы своего участка. Так, с пересадками, приключениями, парень добрался, наконец, домой. Ноги были изранены и стерты.
     Антон взял сына из круглосуточного садика на несколько дней.
     В специальных заводских детсадах  родители могли забирать  ребенка или каждый день, или через день,  или только на свой выходной.  Зарплаты мужчин были не большие, женщинам приходилось работать, зачастую посменно.
     Трехлетний малыш радовался дому. Общаться с сыном оказалось небывалым счастьем для измученного парня. Он смотрел на него и понимал, что любит - маленькие ножки и ручки, румяную мордашку. Любит, как малыш топает по комнате, или играет с машинкой, сидя на ковре.

     Пал Палыч куда то исчез и Антон не хотел спрашивать, где он. Виктор дома почти не бывал, гулял с друзьями на улице. Брат в этом году окончил школу и мама летом пыталась  его устроить в институт. Первый же экзамен - крутая двойка. Витусик и рад. Учиться - не его призвание.

     Когда были похороны отца, к Антону подошел ректор института.
     - Мы когда то сидели за одной партой с твоим папой. Умный был мужик. Жаль, рано ушел. Знаю, как ты учился. Давай, приходи, возьмем тебя в аспирантуру,  дадим пока немного часов, а там видно будет.  Такие, как ты, нужны. Хороших преподавателей у нас не хватает. Открепление от направления на Урал, сделаем.

     Любовь к матери у Антона вдруг как то исчезла, исчезла также ее ненависть. Остались обыкновенные отношения, не теплые и не холодные. Однако, привычка подчиняться Раисе осталась. Воспитание.
     -  Сынок, не уезжай, пока не справим  40 дней отцу.  Поминки будут в заводской столовой, люди меня не поймут, если тебя там не будет. Старший сын, все таки.
     Антошка хмыкнул и внимательно посмотрел на мать. Или она сама думает, что Витусик от  мужа?   Людям в те времена и в голову не приходило, и знать не знали, что бывают анализы ДНК.

     Через несколько дней  появился Пал Палыч. Как всегда, одет с иголочки.  В квартире сразу стало тесно и неуютно.
     У Антона рост метр семьдесят восемь, и в плечах он  шире. У Пал Палыча метр семьдесят, но парень всегда чувствовал себя ниже отчима.
     - Антон, ты должен быть мне благодарен. Я ездил в город, где тебе и Лиле дали квартиру, а ты так легкомысленно отказался от нее.
     - Да я не отказывался, время еще есть.
     - Оправдывайся теперь. Бросил папку с ордером, как мусор, и уехал матросить неизвестно куда. Это надо же, пропить куртку и последние туфли. Что ты треплешь нервы матери, ты о ней подумал, когда исчез на несколько дней и ничего не сказал?
     Я оформил все документы, прописал  тебя и Игоря в лилиной квартире, а из этой   тебя выписали еще в армию. Ты, теперь, здесь не имеешь права жить.  Извини, взял твой паспорт без разрешения. Пришлось дать большую взятку, из за того, что ты не поехал сам, кстати.
     Антон вспомнил, что не брал паспорт с собой на море. Тогда заглянул в ящик  стола, не увидел документ на месте и сразу забыл о нем.  В те времена можно было ездить без паспорта.-
     - И что теперь?
     - Прояви сознательность, поживи еще у нас, хоть месяц.
     - Интересно...
     - Я подал документы  на обмен. Есть возможность взять за лилину квартиру однокомнатную в областном центре, рядом, считай 15 километров от нас.  Хороший вариант. Нужна будет твоя подпись.  Ты очень безответственный, но подумай о сыне. Нам тесно тут с Витей и Игорем.  Мы разделим эту нашу квартиру на два ордера, одну комнату запишем на Виктора, а ты с ним поменяешься на квартиру в областном центре. Тебе и Игорю достанется большая комната в нашей квартире.
     - Да ладно, я  могу жить в  Лилиной квартире. Игорь там будет как бы благодаря маме. Если бы вы не поехали, я вполне успевал все оформить сам. Еще и двух недель не прошло. Зачем вы туда поперлись и лезете в мои дела?
     - Потому, что ты бестолковый.
     - Ваш Виктор толковый, это понятно.
     В разговор вмешалась мама:
     - Не дерзи старшему. Он правильно все продумал. В  детсад устроить ребенка нигде невозможно. Мест нет, люди годами в очереди стоят. Что ты будешь делать с ребенком  на руках, как работать? Езжай по своему направлению, может, тебе там дадут жилье, а Игорь останется с нами, в своей комнате. Ведь эта комната будет принадлежать вам с ним.
     - Мама, мне ректор Куликов предложил  работу в нашем институте, пойду в аспирантуру.-
     Антон решил настоять на своем. На другой день пошел в деканат к другу отца. Тот виновато опустил глаза.
     - Понимаешь, твоя мама депутат горсовета.
     - И что?
     - Она сегодня утром звонила мне, кое что рассказала о твоем последнем поступке. Рано тебе еще работать преподавателем. Здесь нужны люди со стойкой психикой, а ты поступил неадекватно...

     Антон повернулся и молча ушел: "Это предательство, мама. Надо уезжать от них, немедленно".
      Вечером мать приготовила ужин, ласково улыбнулась.
     - Ну, что ты решил? Оставишь Игорька с нами? Ведь это я его настоящая мама, выняньчила, выкормила, в садик водила. Лиля только первый год была с ним.
     Антон вспомнил, что сам все детство жил у бабушки, и хорошо ему там было.
     Но... чего  то он не додумал в тот момент. Не додумал. Все последние события слишком тяжелые,  он уже плохо соображал. В душе появилась апатия, покорность событиям. Он кивнул головой в знак согласия. Мама радостно улыбнулась.
   
     - Замечательно. Хоть один умный поступок ты совершишь. Завтра пойдем к нотариусу, напишешь на Пал Палыча доверенность на все действия с квартирой и уезжай спокойно. Он просил тебя остаться потому, что не сообразил про доверенность.
     - А как же поминки, 40 дней  отцу? Что люди скажут?
     - Пусть что хотят говорят, собаки лают, а караван идет.

                ГОК.

     Уральск встретил Антона с распростертыми объятиями. Инженеров и рабочих там очень не хватало. В предгорьях нашли еще одно месторождение меди, строился  Горно Обогатительный Комбинат, ГОК, и одновременно, рядом, микрорайон  для персонала. 
     Работы по специальности "Водопровод и канализация" оказалось очень много.  "Потому, что без воды и не туды и не сюды".
     Антона сразу взяли мастером в строительно монтажное управление - СМУ-2.Через несколько месяцев он уже был начальником  участка. Двух лет не прошло, назначили главным инженером,  пока что исполняющим обязанности. Самый молодой главный инженер в этих краях.
     Работа увлекала Антона, давала остроту жизни. В ней была борьба, азарт, интеллектуальные головоломки.  Ему нравилось  преодолевать сложность и трудности не простого строительного производства.  Все, кроме работы, стало казаться второстепенным, скучным. 
     Начальник управления,  пожилой человек,  радовался  хорошему работнику. Он даже поехал в отпуск "на юга", чего  не мог позволить себе последние несколько лет.

     Свой талант управлять энергетикой тела  Антон научился, наконец, использовать. Создавал вокруг себя ауру успешности, силы, спокойствия. 
     Может, кому то такое дается от рождения, так, что он сам  этого не сознает, но нашему герою пришлось поработать над собой. Не все и не всегда у него получалось,  но старался потому, что это помогало работе. 
     Теперь он всегда носил костюм, галстук. Манеру поведения постарался незаметно и не навязчиво перенять у начальника управления. Все это дало тот эффект, что Степан Егорович  гордился и даже, по своему, хвастался  в главке своим молодым главным инженером
     Строительные рабочие- не простой контингент,  то напьются, то прогуляют, то напортачат, то драки, то саботаж. Стройка - это не конвейер,  тут каждый день, как на войне, нужно быть начеку.
      Антон научился иногда  активировать свои способности кратковременно и мощно. Мгновенно  успокаивал буянов. Ему все беспрекословно подчинялись, уважали. Надо сказать, производство от этого выигрывало. Все  понимали, что Антон Евгеньевич  работает хорошо. На подсознательном уровне народ таких людей всегда уважает и даже любит. СМУ-2 перевыполняло план, в Главке были довольны.
     С Игорьком он разговаривал по телефону каждый месяц. Сотовых тогда не существовало. Для переговоров приходилось  сложно дозваниваться по межгороду. Слышимость была плохая, но беседы становились все интереснее.
     - Привет, сыночек!
     - Привет. Ты кто?
     - Твой папа.
     - Чей папа?
     - Твой.
     - Почему?
     - Как дела ?  В детский садик ходишь?
     - Нет, болею.
     - Что с тобой?
     - Температура.
     - Дай бабушке трубку.
     - Какой бабушке?
     - Антон, не морочь ребенку голову. Да, завтра положим его в больницу, если не спадет температура. Не могу же я сидеть с ним дома, у меня ответственная работа.  Он без конца простужается, я и так стала забирать его на два выходных.

     Антону Евгеньевичу, как его теперь величали,  сразу выделили большую комнату в общежитии. Кухня и удобства в коридоре. Квартиру не спешили давать, хотя сдали уже  две пятиэтажки. Наверное, боялись, что  как  квартиру получит, так сбежит из СМУ-2.  Многие ездили на работу в Уральск из нового микрорайона ГОК. Четыре года отработать после института - его долг, но и начальство начеку.

     Такие вот дела... Мужчина  решил найти жену, няньку Игорьку. Детсада в микрорайоне еще не было,  школу только начали строить. Да и самому  хотелось домашнего уюта. Лилю уже не вернуть.
     Надо сказать, женщин на стройке было не мало. Отделочницы, крановщицы, диспетчеры, сметчицы, табельщицы, полная бухгалтерия красавиц.  Многие из них  с интересом присматривались к молодому специалисту. Еще как присматривались, строили глазки, откровенно заигрывали. Егорович, начальник, как то сказал Антону:
     - Смотри, парень, похорошела наша конторская гвардия. Девчата  стали краситься, как на индийском фестивале, все с прическами, платья носят теперь какие то необычные. Уж не за тобой ли охота началась?
     - У меня еще траур, жена погибла.
     - Закончился твой траур. Женись, в следующем доме дадим тебе трехкомнатную.   Это самый лучший дом,  для  начальства.
     Антон решил довериться своему таланту, разблокировал чувствительность. Сразу стало неуютно. Много лишних эмоций окружающих  утомляли его, мешали работать. Но... такой как Лиля не было. Любовная химия не возникала никак и ни с кем, хотя от многих девушек  шел сексуальный жар, простой и не интересный.
                ***
     Пришла телеграмма из родного города: "Срочно приезжай, забери Игоря".  Как предчувствовал.

      Знакомый пыльный подъезд. Мать открыла дверь, настороженно присмотрелась к сыну.  Ни объятий, ни поцелуев. Прикасаться друг к другу обоим всегда было неприятно. Почему? Антон не понимал.
     Вообще тему с прикосновениями он пытался исследовать.  Нам нравится гладить собак и кошек, а прикасаться друг к другу - далеко не всегда.  Почему  каждый защищает свое личное пространство? Например, прикоснуться к учителю   было немыслимое нарушение. Антон  в школе как то тронул за плечо математичку, чтобы обратить на себя внимание, так она прям взвилась негодованием.
     Рукопожатия, говорят, - это чтобы показать, что  нет ножа. Не совсем так.  Антон,  прикасаясь к руке, сразу понимал по энергетике, гармонична она у него с этим человеком, или нет. Может,  все это чувствуют?  Или он один такой? Жаль, что женщинам нельзя первым подавать руку. Они этим пользуются и ускользают от контакта, интригуют.
     С кем поговорить об этом?   Не было такого друга.
     Парень  отбросил  не кстати промелькнувшие  мысли.
   
     Квартира в которой вырос, была как будто запечатлена в памяти. Он ее сразу узнал, узнал запах, понял, как скучал по ней на чужбине. Когда то он жил в ней, а теперь квартира жила в нем, в его прошлом.
     Пока Антон снимал туфли, Игорек выглянул в коридор.  Отец  поднял сына, прижал к себе. Мальчишка оттолкнул его, вырвался.
     - Мама, мама,  кто этот дядя?  - Мать стояла   какая то необычная. Не было знакомого ветра ненависти.
     - Здрасте, приехали. - Раиса подбоченилась  - Не узнал тебя сынок, забыл.  Проходи на кухню.
     Она поставила перед сыном тарелки с обедом, отдельно вазочку со свежей клубникой.
     - Попробуй - со своей дачи. Помнишь, мы получили от завода участок, когда ты еще маленький был?  Пал Палыч построил на нем домик,  клубники хороший урожай. Витя, когда вернется из армии, будет нам там помогать.

     - Мама, что случилось,  ты же обещала Игоря держать до школы.  А ему еще только 5 лет исполнилось.
     - То и случилось. В заводском садике  отменили пятидневку, мы уже целый  месяц забираем Игоря каждый день. Он болеет, без конца с простудами,  в больницу прошлый раз его не положили, сказали дома лечить.
     - Мам, я же присылал тебе столько денег, что могли и с нянькой договориться. Почему не сказала, я бы присылал больше.
     - Игорек стал похож на твоего отца, вылитая копия. К тому же мальчишка шумный, бегает, лезет везде.  Пал Палычу это действует на нервы. Сказал, что раз он твой сын ты и должен его воспитывать. А няньки... Зачем мне тут чужие женщины?
     - Логика железная, мама, он прав.
     Раиса Петровна начала мыть посуду. Как то непривычно было видеть мать за этим занятием. Меньше двух лет прошло, а как она изменилась. Исчез драйв, который когда то  излучало все ее существо.
      Из женщины "Конь-огонь" она превратилась в обыкновенную тетку  "сильно за 40". От нее шла какая то серая, тусклая, отталкивающая энергия. Однако, Антон помнил, как любил маму когда то. Где в его голове то место, где застряла  память об этой любви?

     Родной диванчик Антона скорее всего отправился на свалку. На раскладном кресле Антон всю ночь не мог уснуть. Утром Раиса  собирала вещи Игорька и  Антон впервые в жизни увидел на ее лице слезы.  Молча взял сумку и с сыном отправился на вокзал.  Мать поспешила на работу.  Пал Палыча он так и не увидел, в тот вечер отчим остался на даче.
     По дороге ему удалось подружиться с Игорьком. Ребенок прыгал по полкам купе, в вагоне-ресторане попросил торт. В пять лет мальчик уже не излучал ту энергию младенца, которая  свела с ума его бабушку Раису. Это был обыкновенный маленький человечек, умный, любознательный. Нужно признаться, что отец использовал  энергию, чтобы привлечь к себе  сына. Незаконный прием, но куда деваться?
     Под стук колес поезда Антон размышлял о том, почему Пал Палыч и многие другие люди остаются для него непроницаемы, он не чувствует их чувства. Возможно, таких, как он сам, много.  Они скрываются или прячутся ото всех, и он не может их вычислить? Или там что то другое? Что?  Как это устроено? Ответа он не находил.
    
     Комната в общежитии на Игорька произвела хорошее впечатление только потому, что отец изо всех сил излучал удовольствие, радость. Однако, к вечеру мальчик начал ныть и спрашивать, когда придет мама Рая. Антон принес со склада вторую кровать, соседи завалили комнату игрушками.
     Женщина со второго этажа, Ольга, угостила Антона и Игорешку пирожками с капустой, домашними разносолами. Она вызвалась посидеть с мальчиком несколько дней, пока Антон Евгеньевич работал. Позднее он узнал, что  для этого Ольга взяла  отгулы в своей бухгалтерии.
       Нужна была няня, а где ее взять?  Вся контора подключилась к поискам.  Наконец, нашли  домохозяйку. Они с мужем недавно получили квартиру, там трое малышей.  Через начальника мужа договорились, что  Антон будет водить к ним Игорешку, как в детский садик. Малыш стоически переносил все новые события, но к отцу начал относиться почти враждебно.
     - Папа, поехали к маме Рае, поехали домой.

     Антон любил держать сына на руках, целовать его, купать. Вечером он мчался к мальчику, как к небывалой радости. Это счастье - прижимать к себе маленькое тельце ребенка. Как он мог почти два года  жить без него?

      Что за глупая жизнь у него получается? Хотел когда то заниматься научной работой, исследовать психику человека, а поступил в строительный институт.
     Надо сказать, что интернета в те времена не было, и об экстрасенсах некто слыхом не слыхивал. 
      Любит сынишку, а оставил его у матери, хотя, что сейчас, что тогда, проблемы одинаковые.
     Где та развилка, на которой он свернул не на свою дорогу?

     Зимние холода  постепенно  уступали свое царство весне.  Талый снег на раскисших тротуарах скрывал под собой не растаявший лед. Люди скользили, падали, но это их не особо огорчало.  Весенние ручейки  уже звенели на обочинах дорог,  яркое солнышко  ласкало уставшие от зимы лица.

      Антон существовал, на самом деле, с чувством неизбывной и непоправимой вины.
     Лиля погибла из за того, что он любил ее, звал. Никто об этом не мог и догадаться, но он считал себя убийцей жены. Его  мозг отталкивал воспоминание о том дне, когда он просил у моря вернуть ему любимую, но осознание этого все равно было частью его существа, сердца, легких, всего, что находилось в груди. Он с эти жил. Как буд то кусок  страшного ада  застыл в груди.

      Плюс, вина перед отцом. Какого черта он по жизни терзал его, единственного, который был близок ему  какой то магической близостью? Антон ведь в душе всегда понимал, что любит папу. Почему???. Отзовись хоть кто нибудь, объясни его преступление. 
     Почему у отца остановилось сердце?  Похоже на то, что он принял на себя часть его,  сына, боли после гибели Лилии.  Ведь он, сын, чувствовал, что от горя его организм просто разрушается, но в какой то момент это разрушение остановилось, у него появились новые силы, а отец  умер в тот день.
                ***
    Ольга часто выручала его с Игорешкой. Приходила, играла с ним. Забирала  вечерами, когда  Антон задерживался на работе.  Было видно, что она искренне привязалась к ребенку. Сын отвечал ей тем же. Встречал  радостным криком:
     -  "Оля  пришла!"

     Весенняя капель  отвлекала от работы.  Появились чирикающие воробьи. Вот чудо природы - вопрос, где и как в лютые морозы выживали  эти малюсенькие неугомонные птички?

     Антон начал потихоньку присматриваться к Ольге. Как и всякий мужчина, первым  делом смотрел не на одежду, а на то, что читалось под ней. Фигура у Людмилы была  не плохая, худощавая, без отклонений, скажем так. Рост примерно метр семьдесят, немного ниже него.  Но вот лицо... Черты  в целом обычные, уродкой не назовешь, но нос подкачал. Широкие негритянские ноздри и тонкая низкая переносица отталкивали с первого взгляда. Зато волосы роскошные. Густые, темно русые, вьющиеся, до плеч.
     При разговоре со своей добровольной помощницей Антон смотрел на ее волосы, старался  не фокусировать взгляд на  лице. 
   
     Однажды девушка пригласила его на свой день рождения.  Антон  купил  в подарок красивый  чайный сервиз.   К  удивлению, пришел только он один.
     В комнате Ольги было тепло, уютно.  Коньяк, салаты,  пирог с брусникой.   После нескольких рюмок Антон осмелел.
     - Оля,  ты была замужем? Сколько тебе лет?
     - Я старше  на пять лет. Доволен, что узнал?   Был один, но не получилось. Он женился на другой, прошлой осенью   свадьба была. Это Федя из бригады кровельщиков. Я его уже забыла.
     - Расскажи о себе
     - Да что рассказывать, я из Березанки, это деревня в тайге, 80 километров отсюда. Родителям  нравится, привыкли, а мне там делать нечего. Окончила техникум, и работаю всю жизнь бухгалтером в городе, то тут, то там. Слух пошел, что строится микрорайон при ГОКе, квартир будут много давать, как на комсомольской стройке, я и устроилась здесь, хоть уже и не комсомолка. Скоро моя очередь подойдет,  дадут квартиру.

     Утром от выпитого болела голова, но он принял решение жениться на новой подруге. Все таки, биологические потребности у человека не истребимы. С сексом у Ольги был полный порядок. Искусница.
     Во вторых,  Игорешке нужна  мама.  Полюбить кого то было предательством по отношению к Лиле. А так, вроде,  стандартная жизнь.  Ни одна из конторских красавиц, которые заигрывали с ним, не сообразила помочь  с Игорьком.  А Оля привязалась к ребенку. Разлучать их жестоко.
  И был еще момент, который повлиял на его решение.
     Оля излучала боль. Природу этой боли он понять  не мог.  У девушки  какое то несчастье и это роднило  с ней. В остальном чувства Оли оказались непроницаемы для него. Вот и хорошо, не будет надоедать. Пронзительная жалость  привлекала Антона.  Не уберег одну жену, но уж этой поможет. Он не предаст Лилю, потому, что не  хочет никого и никогда любить.  Он должен сам себя наказать.

     Вскоре Антон сделал предложение Ольге.  Новость по конторе разнеслась мгновенно.
     Начальник задержал своего  главного инженера в кабинете после планерки.
     - Антон, сынок, ты, говорят, жениться задумал на Ольге из бухгалтерии.
     - Угу.
     - А я старый, опытный, уже хотел за тебя посватать за Люду из планового. Эх, опоздал.  Молодая, умница, красавица, скромница.  Знаю ее родителей, порядочные люди, дружно живут, и она в семье будет хороша, по их примеру.
     - Степан Егорович, да я ж с прицепом.
     - Ну и что. Пацан уже  большой, мороки с ним не много. Карьеру ты сделаешь, способный. Квартиру осенью дадим, трехкомнатную, в  8 доме, улучшенной планировки.  Отмени свадьбу, советую.
     - Ольге и так по жизни досталось, в 32 года детей нет, Федя бросил, теперь еще и я ее обижу. Жалко девушку.
     - Ох, дурак же ты. В работе умный, а тут глупишь.
     Степан Егорович начал рассержено листать документы. Антон вышел на крыльцо, где обычно курили все, кому  надоело сидеть за столом.
     Начальник участка Резников, слегка поддатый уже с утра, полез обнимать Антона.
     - Ну ты даешь!  Поздравляю.  Когда свадьба? Буду твоим посаженным отцом.  Только зачем тебе Ольга?  Женись на Маринке из столовой, ягодка девчонка,  жаль, что сам я женатый.
     Антон последнее время глушил в себе всякую восприимчивость к чувствам окружающих. Где то он промахнулся в жизни, и, чтобы не думать об этом, вошел в образ  солидного, авторитетного главного инженера, и оставался в нем. Так было лучше для работы. Нужно переть по жизни, как танк.  Пусть окружающие прислушиваются к нему, понимают и подчиняются, и пофиг, какая у них там энергетика.
                ***
     Расписались в загсе через месяц по тихому. Договорились, что поедут в Березанку к родителям Ольги, там сыграют скромную свадьбу. Ольга сказала, что в  деревне без этого никак.
      Но не тут то было.  На работе в пятницу им устроили неожиданное застолье, накрыли столы в актовом зале.      
     Начальник, Егорович,  крякнул после первой рюмки.
     - Ну, Антон Евгеньевич, тебе жить. От меня подарок. На завтра я заказал  автобус в Березанку, выезд в 6 утра.   Погуляете на свадьбе, в воскресенье вечером обратно. В понедельник чтобы все  были как штык на работе.
 
     Накануне приехала Раиса Петровна с Пал Палычем. Пригласил, однако. Антон помнил, как не позвал отца на первую свадьбу и воспоминание отдавалось такой болью, что повторить ошибку он не решился.  Она мать, все таки.
     Раиса не отпускала от себя Игорешку.  Пал Палыч слегка кривился, глядя на их обнимашки. Они решили не ехать гулять в деревню, а посидеть дома.  Ну и хорошо.

     В субботу утром большой автобус оказался забит народом. Конторские девчата, начальники участков, прорабы с женами, мастера с девушками. Все были рады погулять на природе, рады приключению.

     Погода стояла отменная. Буйные  таежные цветы пробивались и сияли  везде, где был хоть клочок  не утрамбованной самосвалами земли.
 
     Телевизоры в те времена только появились, качество  плоховатое, передачи скучноваты. Народ еще умел и любил  устраивать себе праздники. Общались, затевали романы, кокетничали, пили, пели, танцевали. Не скучно жили.

     Заехали на рынок,  Антон  купил несколько ящиков спиртного, минералки,  колбасу, сыр,  сало, консервы, овощи, несколько  тортов, конфеты.  Все с трудом разместили в проходе. Пить начали сразу, откуда то появились  стаканчики.  Всю дорогу пели песни.   Словом, было хорошо.

     Родители невесты вышли встречать всех  с караваем, пригласили к длинному столу во дворе. Пришла, наверное, вся деревня. Праздник.
     Березанка  очаровала. Несколько  десятков деревянных домов стояли поотдаль от небольшого ручья. За домами огороды, а дальше вековая тайга. 
    
     Ольга переоделась в красивое свадебное платье, одела фату. Откуда то появился  фотограф и назойливо делал свою работу.
     - Оля, что за платье? Ты ведь не ездила сюда, не телеграммой же его переслала.
     -  Не взял меня  жених тут когда то. Видишь, с юности я не располнела.
     Антона передернуло.
     - Вдруг это дурная примета, платье с прошлой свадьбы?
     - Пусть все видят, что я не старая дева, никому не нужная. У меня теперь муж главный инженер и  вся контора приехала  поздравить, значит, уважают. Выросла здесь, пусть знают, какая я.
     - Ты просила начальника дать автобус?
     - Ну, и что?
     - Почему мне не сказала?
     - А ты бы отказался, тихушник.
    
     Ближе к вечеру появился старший брат Ольги. Принес полный рюкзак отборного мяса. Появился костер, мужчины с удовольствием резали и мариновали будущий шашлык. Оленина. Браконьер.
      Вот удивительно, столько прекрасных блюд научились готовить  повара, а жареное на костре мясо так и осталось непревзойденным.

    Антон присмотрелся к брату Ольги, увидел  нос с широкими ноздрями, осоловелое от водки лицо. Невольно пришла мысль, что "дебил" и "кретин", это не ругательства, а медицинские термины.
     - Илья, не жалко тебе было оленуху убивать?
     - Жалко у пчелки, женишок.
     - Знаешь, дикие животные с таким трудом выживают в наших изгаженных лесах. Это преступление, их истреблять.
     - Знаешь, родственничек,  не хочешь, не ешь. Ну и красавчика себе сеструха отхватила. - Илья сплюнул под ноги и отвернулся.

     Безумный страх  закрался в сознание Антона. Что он наделал? Зачем?
     Вскочить, убежать отсюда подальше, никогда не видеть ни тещу,  хлопотливую старушку, ни тестя, молчуна с прищуренными глазами,  ни этого брата.
     Он вспомнил, как полюбил с первого взгляда родителей Лили. Блин, что он за дурак?! Дурак! Дурак! Пути назад не было. Хотя... Да разведется через несколько месяцев.  Разведется. Антон опрокинул в рот стакан  самогона, закусил шашлыком из оленины.

     На следующий день он убедился, что плохо знает своих коллег. Все оказались бывалыми таежниками.  К обеду возле автобуса стояли большие сумки, наполненные грибами. Народ был явно доволен вылазкой на природу. Местные собаки вежливо держались поотдаль,  понятно, что мяса им  досталось не мало. Девчата излучали радость. В общежитиях и тесных кабинетах  им явно не хватало всего, вот такого - лес, ручей, костер, собаки, и неумолчное пение птиц.

     Дома Антона встретил рассерженный Пал Палыч.
     - Вы там гуляете, а нас даже не пригласили на свадьбу.
     - Но мама сказала, что в общежитии  вам лучше.
     - А меня ты спросил? Почему я должен сидеть в твоей комнате все выходные?
     Впервые Антон почувствовал его излучение. Злоба, агрессия, как у цепной собаки, когда она ярится, а укусить не может.
     Значит, этот человек умеет закрываться. Он же был непроницаем, как истукан, все прошлое время. Что он еще умеет? Осознанно  управляет своей энергией, или это получается случайно?  И не спросишь.
      В понедельник Антон отвез на своей служебной машине мать и отчима в город, посадил на поезд и облегченно вздохнул.

     Ольга, помолодевшая и похорошевшая,  летала на крыльях.  Она просто сияла радостью, счастьем, и мужчина присоединился к ее состоянию. Само получилось. Игорешка, судя по его веселому поведению, тоже все это чувствовал.

     Через месяц Антону дали  трехкомнатную квартиру в доме для начальства. Второй этаж, паркет, кафель в санузлах и финская сантехника. Ольга буквально танцевала в новых комнатах. Антон  радовался ее радостью.  По дороге на работу  вслух сказал сам сабе:
     - Рецепт. Делаешь жену счастливой, подключаешься к ней и...  жизнь прекрасна. 
     Антон заметил, если что то сказать вслух , да хотя бы самому себе, то  фразы попадая в уши, проникая в  сознание таким вот путем, как бы внушают ему самому услышанное. В будущем он часто уходил в лес и говорил сам себе то, что считал нужным.

     Однажды, под Новый Год, что то в жене изменилось. Она беременна. Нет!  Как он мог не подумать об этом? Ему казалось, что  Ольга  бездетна! Говорят, проверка любви - ели хочешь  ребенка от  человека, значит, любишь.  Антон не хотел детей от Ольги, только не это. Без ребенка все еще можно было разрулить, а теперь...
     От затылка, по позвоночнику, до пяток,  стояло предчувствие далекой и неумолимой беды.
     Девочку назвали Валентина.