За ольховым посулом
Не первый год мерещится путеводной звездой собственная книга о родословии. Литературный ряд – генеалогическая. Жанр – рассказы. Тип - художественно-документальная.
Повезло нам – исследователям, чьи предки проживали на территории Мехренского стана Каргопольского уезда. В российских архивах имеются практически все необходимые для изучения родословия источники информации – ревизские сказки, метрические и исповедные книги. Пробелы в них минимальны. Судебные дела, справки адмиралтейской канцелярии, оброчные грамоты тоже нетронутыми на архивных полках не лежат.
Наиболее полон по наличию ежегодной документации XIX век. Но и предыдущие века дают возможность копнуть корни на приличную глубину, нарисовать весьма раскидистую крону. А посему, начинаю писать книгу. С определёнными обязательствами, конечно. Такие они:
- каждая глава – завершённый рассказ,
- каждый рассказ – не более 3000 печатных знаков с пробелами.
Пока три главы написалось. А заметных персон в древе – ого-го!
Но главное – начать, а там – как Бог даст.
Глава 1. ЗА ОЛЬХОВЫМ ПОСУЛОМ
Стойкое дерево ольха, хоть и торопкое. Чуть весной повеет, снеговой покров подтает, ольшаник по ветвям гроздья сейгошных серёжек развешивает, распушает, первым спешит во всей красе весне предстать.
Любил Фёдор это время. Днём тает, птахи-щебетуньи робкие трели выводят, с лесными ручейками силой пробужденье делятся. К ночи морозец окрепнет, к утру прочный наст намостит. Хоть куда по нему путь держи.
Было в ольховой торопкости что-то такое… Неведомые перемены сулящее. Аж тоскнуло в груди от тех манящих посулов.
Уж и женой Фёдор обзавёлся, и оброк с пошлиной в семь алтын да пять денег за наделы на Посниковской да Шесниковской платил, а как развесит ольха серьги, хоть бросай всё, да срывайся с места, дедом да прадедом насиженного.
Четверо их, парней, у батьки Фомы Григорьича росло, да девок столько же. Девка что? Отрезанный ломоть. Замуж выдали, и поминай, как звали. А вот парень! Первая помочь родителю, продленье фамильное. Чем богаче двор парнями, тем земельный надел боле. Чем надел боле, тем урожай весомей. Прямая меж всем этим связь, от деда к отцу, от отца к сыну ведущая.
Фоме двор отцов достался по праву меньшого. Семён, старший брат, с семейством в Кучепалду перешёл, средний Василий свой двор завёл рядом с родительским. И всё бы хорошо у Фомы, всё ладно, да заблажил как-то ранней весной старший, Фёдор:
- Пусти, батя, мест добрых поискать. Что Рудна*? Близко ни речки, ни озерца. Прав дядька Семён, что к кучепалскому озеру потянулся. Рыбное оно, и вода под боком. Да и из старших я, всё одно отделяться, а строиться не на что. Вон, и Василий готов со мной пойти. А тебе ещё Митю с Алёшей женить. Куда двойне друг без друга?..
Дал добро Фома, хоть и потужил немало. Это ж эсколько сил разом двор покинут – Федя да Вася, да Пелагея с Февроньей – жёнки их. А с другой стороны, прав сын – пора отделяться давно пришла.
- Куда направитесь, - только и спросил поутру.
- К верховьям Мехреньги, бать. Мужика по осени на Пудожском тракте встретил. Сказывал, мол, богаты там реки сёмгой да хариусом, и дичи в лесах в достатке.
…Через пару дней две крестьянских семьи отправились из Рудной в забрезживший рассвет. Шагали, легко похрустывая лаптями по крепкому насту, унося в северные дали веру в счастливый исход.
Возле дальнего леса Фёдор оглянулся. Над избами весело тянулись к небу лёгкие дымки. Восточного края Рудной коснулся еле видимый в невесомом морозном тумане солнечный луч.
Взгрустнул, было, Фёдор, но тут что-то резво хлопнуло его по щеке. Отмахнулся привычно, будто от слепня в сенокос, сообразил, что не лето, и тут же рассмеялся: Пелагея, потянувшись за гроздью серёжек, соступила с торёной стёжки и ухнула в снег по самые колени. Ветка с серёжками вырвалась из её руки, метнулась к щеке мужа, радостно хлопнула по ней, приводя в чувство, напоминая: «Собрался идти, не стой!»
- Да идём мы, идём, - вытягивая Палашу из снега, всё ещё смеясь, заверил Фёдор ольху. Дождался, пока молодка стряхнёт приставшие к одежде снежинки, и с лёгким сердцем заспешил вдогонку попутчикам.
_________________________
Рудна* - народное название деревни Стрелковской Печниковской волости Каргопольского уезда.
Продолжение http://proza.ru/2024/09/03/1632
Свидетельство о публикации №224070100760