Ассистентка Тьмы. Глава 6

Уже позже, когда погружаю руки в мыльную пену, возвращаюсь снова к своим скудным метаниям мыслей. Как так произошло, что время ускорило свой бег? Ведь я не сумасшедшая! Будто в этом морге время остановилось напрочь, а мир за дверью продолжил свою жизнь, уже без меня. Или дорога до самого морга была дальше, чем мне показалось на первый взгляд? Ну не полдня же я шла! Может, нервничая, я не заметила этого? Да нет! Не такой уж и большой была территория больницы…

Я вполне адекватный человек, а значит это мир вокруг меня ненормальный. Нет, я по жизни скептик, и во всякую потустороннюю хрень не верю… Хотя уже может стоит начать? Почему бы и нет? Наш мир токсичен, неформален и аморален. Почему бы ему не сойти с орбиты? Ведь мы не хотим ничему верить, пока нас носом в данную ересь не макнут, как нашкодившего котенка в дерьмо. И я не верила во все это раньше, да и не задумывалась даже, потому что времени не было и повода. А что теперь? А теперь я проторчала в морге полдня, когда как думала всего полчаса. Время убежало вперед, а я осталась на месте. Здорово…

Стыкуя пазлы в своей голове и так и эдак, я вышла в зал. Ани зашивалась на разносе заказов по столикам, я же время от времени помогала ей с уборкой. Как сейчас. Лавируя между столиками и подвыпившими клиентами, я собирала на поднос грязную посуду. Но что категорически нельзя делать в подобных заведениях, так это витать в облаках. А я сейчас занималась именно этим. Потому и пропустила смачный шлепок по собственному заду от какой-то нетрезвой скотины. От неожиданности я естественно подпрыгнула. Подскочил и поднос в моих руках. И пять здоровенных кружек, а за ними и семь стаканов поменьше полетели на пол. Звон разбитого стекла был такой, что заглушил и матч по гандболу, и стук моего сердца где-то в горле от испуга.

— Упс!… Прости, киса… — Прохрипели вперемешку с веселым гоготом за моей спиной. — Посуда бьется на счастье…

«На счастье, мудак?! Чак не выплатит мне и гроша за эту неделю!» — Вопила во мне пробудившаяся Химоза. Долго она спала. Давно не отрывалась по полной. Будто имея раздвоение личности, я уступила ей сейчас с радостью.

Поудобнее перехватив поднос обеими руками, я с разворота и хорошим размахом так вдарила им по толстой роже своего обидчика, что зазвенело колоколами не только у него в голове, а, наверное, во всем квартале. Его смех схлопнулся с лязгом челюстей. Жаль, что зубы лишние не выплюнул. Будь у меня любимая освинцованная бейсбольная бита, эта оплошность была бы исправлена. Но сейчас выход в свет у металлического подноса. Так постелем ему ковровую дорожку из тупиц!

— Ах, ты кухонная крыса! — Завопили на разный лад трое его дружков. Такие же нетрезвые и осоловелые.

Они гурьбой полезли со своих мест, спотыкаясь о стулья, собственные ноги и своего товарища, что теперь спокойно пребывал в отключке. Собственно, до этого состояния ему и не хватало либо еще одного стакана спиртного, либо поцелуя с моим кухонным инвентарем. И я избрала для него последнее.

— Ага, вы тоже не умеете с женщинами обращаться, гавнюки! — Довольно рявкнула я, встречая очередного желающего все тем же подносом.

Пока тот держался за свою дребезжащую голову, я хватаю второго за кудлатые вихры и с силой впечатываю носом в столешницу, довольно жмурясь от характерного хруста и гнусавого вопля. Кому-то прописан поход в травмпункт. Миска с орешками и чипсами подлетает от тряски стола и накрывает шапкой кровавую пену и сломанный нос. Третьему же хаму досталась подножка, и когда он полетел вперед, пинком ботинка под зад добавляю тому ускорения, чтоб летел дальше и радовался жизни.

Мы устроили знатную кучу малу. И я отрывалась по полной, радуясь подброшенной забаве, как ребенок. Для Химозы отмутузить пьяную компашку было делом пяти минут, тем более, когда тебе улюлюкают и подначивают не хуже, чем защитнику на поле. Но в какой-то момент все обернулось «красной карточкой» от Чака. Он схватил меня за руку, когда я собиралась звездануть кулаком одному из бедолаг, подвернувшихся мне сегодня. Лицо бармена и моего начальника по совместительству багровело алыми пятнами ярости, и он с силой сжимал зубы, чтобы не высказать мне все здесь и сейчас.

Фил появился за его спиной и помог выгрузить поверженных с черного выхода, как мусор. Помощник повара у нас иногда был и за охранника, и за вышибалу, если нужда приходила. Однако я сегодня немножко его заместила, но он не обидится. Чак же был зол больше не из-за расквашенных носов, а за разбитые стаканы и помятый поднос. Меня он выпроводил за метлой, сам остался утихомиривать всколыхнувшийся новым развлечением зал, когда я тоже хотела продолжения до визга! Я ведь только начала! Но угрюмая метла мне в подарок. Снова, как золушка, превращаюсь из гвоздя программы в уборщицу и послушно сметаю осколки в кучу. Черт! Чак-обломщик! Было же весело! Ага, будет еще веселее, когда в конце смены я выслушаю заслуженный нагоняй и увижу длиннющий минус в своем чеке. И чего ради я горбатилась всю неделю?! Стало так обидно за себя, но кому поплачешься теперь? Сама виновата, курица, осмотрительнее надо быть. Но обиженной Химозе во мне этого было не объяснить. Она требовала реванша, продолжения банкета, ну хоть чего-нибудь!

Поэтому, перемыв оставшуюся посуду, я вновь сидела на крыше рядом с котом и держала телефон у уха. Когда я это сделала?! Когда мое тело начало совершать действия отдельно от мозгов? Ну зачем я звоню?… И куда, собственно?! Смотрю на экран, где светятся цифры, и уже через миг слышу подтверждение мужским голосом.

— Доброй ночи, мисс Филлипс.

Его голос, как бальзам на раненную душу. Как мощное седативное по венам. Что я вообще хотела ему сказать? Зачем позвонила? Поплакаться?

— Как вы?… — Единственное, что могла я пробормотать, пока судорожно перебирала в голове варианты того, зачем звоню незнакомому мужику посреди ночи, от которого позорно сбежала еще днем.

— Как догадался, что это вы? Определитель номера. — Саркастично отозвался он. — И я ждал вашего звонка.

— Да?… — Ну почему я все время перед ним блею, как глупое сельскохозяйственное животное. Его голос действует на меня как-то неправильно. Расплавляет мозги напрочь.

— Да. Ведь у вас есть еще вопросы.

Зрит в корень, умник. Весь вечер только об этом и думаю. И теперь знаю, о чем с ним говорить.

— Как я смогла пробыть в вашем обществе несколько часов? — Я напоминаю сбрендившую, но раз он знает все мои вопросы наперед, так пусть теперь отвечает, раз трубку еще не положил.

— Вам показалось. — Спокойно отвечает он, но меня так просто не проведешь. Уж слишком он самоуверен и скор на слова.

— Нет. У меня есть свидетель. — Я имела в виду охранника, но Доктор Зло меня опередил.

— Сомневаюсь. Камер наблюдения у нас нет. А охранник Добс не в счет. Он спит всю свою службу. И забывает о посетителях сразу же, как отворачивается от них.

— Ага! А откуда вы знаете, что именно про охранника веду речь? И что именно он тот свидетель? — Подпрыгнула на месте я от нездорового азарта, который он будил во мне во второй раз нашего общения.

— У вас в руках была карта, копию которой он раздает каждому, обратившемуся к нему. Чтобы самому не сбивать ноги в провожатых.

Логично. Не подкопаешься. Но я все же не сошла с ума!

— И все равно… — Не унималась я.

— Мэлори, вы не задавались себе вопросом, что мир вокруг вас не так прост и однозначен? — Тем временем говорил он мне то, о чем я и сама думала не так давно. Он определенно умеет читать мысли, телепат хренов. Я молчала на другом конце трубки, не зная, что ответить. Но моему оппоненту видимо и не нужен был мой ответ. — И почему вы единственная, позвонившая по номеру, которого никто на самом деле и не видел больше. Только вы.

— Глупости… Этот канал в городе общедоступный, неизвестно сколько людей смотрели в тот день футбольный матч. Уж если не на работе были, или не выходили в сортир во время рекламы… Но с десяток-два точно видели…

— Может быть. Но запомнили только вы. И вы одна позвонили.

— Вы намекаете, что судьба меня к вам привела? — Взвилась я, подозревая, что мне откровенно пудрят мозги.

— Можете звать это, как угодно. Я же предпочту назвать сей исход моей успешной формулой. Запущенной в пространство эфира в поисках нужного мне человека со специфическим мировоззрением и нестандартным мышлением.

Своей абра-кадаброй он не запутает меня. Я единственная дозвонившаяся? Или же он просто-напросто не отвечал на звонки после меня. И во что я вляпалась в своем слепом стремлении изменить свою жизнь? Странный тип, странная должность…

— Ну так что вы мне ответите, мисс Филлипс? — Вывел он меня из раздумий.

— Отвечу, что еще подумаю. — Бормочу в ответ и нажимаю на телефоне отбой.

Раз я — единственный кандидат на эту должность, значит меня еще подождут. А этот тип тем временем привел меня в еще большее замешательство, нежели я была до этого. Спускаюсь в свою вотчину мыла и порошка, дорабатывать смену вновь засучив рукава. Вполуха слушаю доносившийся из зала матч и людской гомон. Шкворчит жир на плите, ругается снова Эш, шелестит передо мной вода из крана. Я будто погружаюсь в монотонный транс, стараясь отвлечься от всего произошедшего за сегодня. И сквозь эту мешанину звуков я отчего-то выделяю одно. Время от времени между спортивными программами мелькают выпуски новостей. Сейчас проигрывают один из таких. И в нем диктор вещает об очередном убийстве на улицах нашего города. Объявился новый маньяк. Он режет женщин, не насилуя. Странный какой-то… Хотя если импотент, ему только это и остается.

И может эта новость дает мне мысленного пинка? Что я здесь делаю? Когда мир куда больше, нежели эта кухня. Что будет со мной завтра-послезавтра? Вдруг я тоже попадусь под нож этому маньяку? Ведь жизнь и без того короткая. Так зачем ее тратить на скуку и скользкие стаканы? Да, в морге тоже особо не разгуляешься с фантазией, однако там хотя бы начальник будет интересный и клиенты не такие шумные, ага. А, впрочем, была не была… Что я теряю? Кроме своего здравомыслия…
Поспешно вытираю руки об передник, пока не передумала и вновь стучу по клавишам телефона в нужной мне последовательности.

— Сколько вы платите? — Выпаливаю я, стоит только трубке на том конце ответить. Меркантильная? Может быть. Но в конце концов, бояться лучше за валюту, чем за интерес.

— Пятьдесят тысяч в месяц устроит? — Со смешком отзываются мне в ухо.

Пятьдесят? Кусков?! Да я в редакции и здесь скопом меньше в два раза получала. Он еще спрашивает?! Где расписаться, Доктор Смерть?!

— Согласна. — После череды спокойных вдохов и выдохов, как можно сдержаннее отвечаю я.

— Тогда завтра. В полдень. Дорогу вы знаете. — Отвечает он мне с плохо скрытым сарказмом. Знаю, намекает на мой ранний вопрос о времени. Но я все же допытаюсь ответ на него. Или я буду не я.

Продолжение: http://proza.ru/2024/07/07/354