Сын шпиона. Глава 6

Начало здесь http://proza.ru/2025/05/22/1000

«И вот в одном из уголков сада под сенью деревьев разгорелся настоящий скандал, перешедший в драку, - продолжал рассказ о своём детстве Карл-Теодор. - В общем, я даже не знаю с чего всё началось, ведь пропустил момент зарождения инцидента. Возможно, маленькие гости не поделили подарок, то ли игрушку, то ли угощение, а может, кого-то из участников ссоры задело за живое обидное словцо, вскользь брошенное приятелями. Дети есть дети! Я же вмешался в склоку только тогда, когда увидел, что группа агрессивных оболтусов всерьёз напала на одну мою подругу. Впрочем, даже не подругу – так, знакомую, с которой я прежде играл пару раз во время прогулок с нянями. Я даже не вспомню теперь, как её звали. В начале ссоры у неё, наверное, были какие-то союзники, но они разбежались, когда дело дошло до драки. А она не успела, потому что была маленькой, щупленькой и не умела быстро бегать. Короче, девочку толкнули драчуны. А она упала и ушиблась, громко расплакавшись. Я же, увидев подобное безобразие, решил вмешаться и вступиться за неё, тем более что группа обидчиков совсем не унималась, а продолжала свои жестокие нападки.

- Как вам не стыдно всем набрасываться на одну?! - с возмущением вскричал я.

- А тебе-то какое дело? – отвечали мне задиры, - Лучше убирайся подобру-поздорову, а то и тебе достанется!

Я был не из робкого десятка, потому совсем не поспешил удалиться, а заявил с вызовом:

- Это мы ещё посмотрим, кому достанется!

И тут разгорелся яростный спор с оскорбленьями. И как обычно водится у детей, все участники склоки стали угрожать друг другу, ссылаясь на своих каких-то мифических заступников. Я, мол, приведу брата, он у меня боксёр, и он наваляет вам по первое число. Другая козыряла своим дядей, всемогущим начальником тайной полиции нашего небольшого городка. Третий заявлял, что отец у него химик, всерьёз занимающийся разгадкой тайн самых необычных веществ, и он сможет отравить всех обидчиков его сына так, что даже полиция не подкопается. Четвёртый хвастался, что взрослый кузен у него военный, уже успевший поучаствовать в каких-то героических операциях, и все друзья его – тоже герои, что приедут сюда на военных колесницах для защиты якобы обиженных ябед, стоит только им глазом моргнуть. А я возьми, да и скажи, что дедушка мой – известный полководец, громящий вражеские армии направо и налево и не проигравший в своей жизни ни одного сражения. И он-то уж устроит драчунам поучительную выволочку, так устроит!

- Вот я пожалуюсь моему дедушке, он приведёт сюда огромную армию, и его солдаты покрошат вас в мелкий порошок своими саблями или и вовсе расстреляют из своих дальнобойных орудий! - ляпнул упрямый ребёнок в моём лице своим обидчикам.

На это наглые задиры только рассмеялись.

- Никакого дедушки-полководца у тебя нет! Врёшь ты всё! - заявили они, - Потому что в роду фон Штауффенбергов никаких военных вообще никогда не было, только учёные и дипломаты.

- Как это нет?! Как это не было?! – не унимался я, - Да будет вам известно, что есть у меня дедушка, который командовал армией, имеет кучу военных наград и не проиграл ни одного сражения.

- А докажи! - подзуживали меня.
 
- Легко! – вскричал тут я в запальчивости, - Пойдёмте со мной, и я вам покажу своего дедушку-полководца в военном мундире.

Узнав, что для разрешения спора нужно куда-то идти, часть из компании агрессивных задир поумерила свой пыл и отправляться со мной на поиски какого-то сомнительного и очень грозного дедушки поначалу отказалась. Но несколько смельчаков в рядах агрессивных драчунов всё-таки нашлись, согласившись «бодаться» до конца. Они-то остальных и уговорили. Они яростно спорили и страстно желали разоблачить моё враньё, поставив самым унизительным образом меня на место. Если сознаться честно, я-то сам уже не рад был, что ввязался в это дело, но отступать было совершенно немыслимо, тем более при моём-то упрямом характере, потому я тоже решил идти до конца, доказав неверующим свою правоту».   

- Так дедушка-полководец действительно имелся? Или всё это была выдумка? – поинтересовался у рассказчика Мостодонский, который слушал своего юного собеседника с большим вниманием, подозревая, что всё услышанное им только что, есть лишь завязка какой-то душещипательной истории, что последует вскоре, а также пытаясь разгадать, что из этого рассказа враньё, а что правда, и к чему вообще мерундийский шпион в шкуре аристократического мажора пытается привести свой разговор.

- И да, и нет, - как-то неопределённо выразился Карл-Теодор.

- Как это?

- Всё дело в том, что полководец-то в наличие имелся, хотя и не в реальном своём виде, а на картине. Только, как выяснилось позже, никаким родственником он мне не являлся. Однако на тот момент я реально полагал его таковым. Я толком не знал: дедушка он мне или не дедушка, двоюродный или троюродный, возможно. Просто выглядел он больно внушительно, а в его бороде серебрилась седина. Именно таким он представал на полотне, созданном каким-то неизвестным мне художником. Да и как изображённый на картине мог оказаться мне дедушкой, если жил он в 15 веке? Но я-то тогда этого не знал.

- Так что за полководец?

- Нестар Блокадский, слыхали, наверное, про такого, господин Цезарь?

- Ещё бы мне не слыхать про этого берменгевского военачальника! – воскликнул дипломат, и глаза его при этом загорелись, - Этот блестящий полководец с юности являлся моим кумиром. Он действительно не проиграл ни одного сражения в войне Берменгевии против Мерундии, что случилась четыре с половиной века тому назад и осталась в аналах истории обеих государств под названием «Огненной войны». В этой войне, весьма прибавившей славы берменгевскому оружию, Нестар Блокадский совершенно точно не потерпел ни одной неудачи, как и за всю свою карьеру полководца. Разве что исключением стала битва во время осады Ведсгальской крепости. Но и даже за эту свою оплошность он взял у мерундийцев немного позже реванш, расчихвостив их вражеское войско так, что его противники бежали без оглядки и дрожали от страха, как осиновые листы. И враги ничего не могли поделать с этим искусным полководцем. Не помогало ни блистательное оружие, ни значительно превосходящие по численности войска. Всё равно все вражеские полчища этим геройским главнокомандующим были разбиты наголову. Книгу про него «Искусство победы» ещё в детстве я буквально зачитал до дыр… Однако почему, Тео, ты решил, что Нестор Блокадский твой родственник? Из того, что мне известно о твоей родословной – это крайне маловероятно.

- Так я и говорю, что Блокадский совсем не являлся моим родственником. А то, о чём я рассказывал, и все мои заявления в пылу спора в тот деть – это всё мои детские фантазии. А виной данного ужасающего недоразумения – тот самый портрет. Его я некогда обнаружил в нашей заброшенной семейной галерее в фамильном особняке. А на картине значилась надпись по-латыни: «Поражения были неведомы ему, а вражеские полчища бежали».

- И, конечно, никто не сообщил тебе, что сражался он с мерундийцами?

- Конечно никто, господин Цезарь. Да и кто мне мог это сообщить? Ведь все портреты из семейной галереи хранились в некоей полуразрушенной зале в старом крыле нашего особняка. И в то самое крыло уже давно никто не захаживал из членов моей семьи и даже, наверное, из слуг. Но я забрёл туда как-то однажды в тайне от родителей, исключительно из любопытства. Однако никому из взрослых даже не заикнулся об этом, поскольку в старое крыло мне заходить категорически воспрещалось. Это очень старая постройка, практически полуразрушенная часть здания. Там всё скрипело, все полы и опоры, и ходило ходуном, и находиться там уже было даже опасно.
Кроме упомянутого уже портрета в той просторной зале старого крыла были развешаны по стенам и другие картины – действительно портреты моих реальных предков из рода фон Штауффенбергов. И люди, на них изображённые, были не менее знамениты, чем тот полководец, а может, даже более – с той лишь разницей, что все они являлись аристократами – политиками, дипломатами, сенаторами и общественными деятелями. Но самое главное, все они были мерундийцами и никаких военачальников среди них не было. А портрет Нестара Блокадского даже не висел на стене, а покоился в углу той заброшенной залы, будучи повёрнутым изображением к стене. Но я, когда бродил по той загадочной комнате, совсем не обратил на это внимание, то есть – не предал значения этой детали. И раз все остальные на портретах были моими родственниками, я подумал, что и этот внушительный военный тоже.

- Но как портрет берменгевского полководца мог оказаться в компании полотен мерундийских аристократов? – продолжал недоумевать Мостодонский.

- Честно, господин Цезарь, я и сам не знаю. Скорее всего эта картина каким-то странным образом принадлежала моему отцу. Быть может, он сам привёз некогда этот шедевр берменгевской живописи с собой в Мерундию. Возможно, на ранних порах, ещё до своей женитьбы на моей богатой матери, не имел достаточно денег и надеялся его куму-то продать. А скорее всего, ему подарил его кто-то из берменгевских родственников или знакомых. Но вряд ли мой отец был рад этому подарку, потому и отправил его в «ссылку» в заброшенное крыло нашего особняка, где нашли себе пристанище также и никому ненужные портреты моих полузабытых предков из рода фон Штауффенбергов, потому что галереи «засушенных мумий», как выражалась моя мать, были в те времена уже не модны.

- А что твой отец говорил по этому поводу, насчёт портрета? Ты разве у него не спрашивал?

- Отец? – Карл-Теодор пожал плечами, - Он вообще ничего по этому поводу мне не говорил. И вообще с тех пор почти со мной не разговаривал.

- Как это???

- А вот так… Впрочем, это совсем не важно, как оно было. Но, как бы там ни было, данный портрет оказался в нашей заброшенной семейной галерее среди прочих картин, это факт. И именно этот портрет я решил предоставить своим противникам по детским спорам в качестве доказательства того, что дедушка у меня крутой военачальник.

Продолжение здесь http://proza.ru/2025/05/16/454