Дальний жених. 1

Над большим заросшим лебедой пустырём светится по вечерам окошко бабы Нюры. Из того же окошка по утрам светится её лицо. Она подолгу смотрит на погоду и природу; взгляд у неё добрый, даже, говорят, благодатный. Люди заметили, что в секторе Нюриного глядения выросла медуница, которой нет в округе. Шмели и пчёлы тоже это заметили и ныне там бархатисто хлопочут.

Душа у неё простая, никто Анной Никифоровной не величает, но, тем не менее, родители подводят к ней детей, чтобы Нюра их погладила по макушке своей благодатной рукой. 
 
Кто бы это мог быть? – подумала она, откладывая вязанье. Какой-то крупный кот полосатым лбом стучится в мою дверь и когтями царапает. Бесстрашная Нюра открыла дверь нараспашку и увидела человекоподобное существо небольшого роста в мужском костюме, с резиновой физиономией, словно из детского мультика про инопланетян. Таким он и оказался в действительности.
 
Бози у себя на планете Оо штудировал историю Земли, запоем читал русскую классику и разбередил себе душу насчёт любви и женитьбы. Терпел, терпел… да много ли утерпишь в молодые годы - сорвался и примчался в капсуле по краткой кротовой норе на родину романсов и революций. Здесь он туда-сюда: в ночной бар, в парк, на набережную, в кафе Шоколадница… а женский пол сговорился над ним потешаться. Ладно бы у него имелись деньги: деньги любую нелепость прикроют, но не обладал он ими в желанном количестве, даром что в первый день заложил по дешёвке свой алмазный зуб.

Бози не совсем приуныл, потому что погрузился в местный портал знакомств. Ох, вовремя! Ох,сколько тут прекрасных невест и подруг жизни! Завязались у него контакты, переписка, перезвоны - и договорился он встретиться с одной прекрасницей в доме № 2, что на краю деревни Мохово, что доживает свой век возле широкого оврага, по дну которого медитативно течёт речка Ужа, местами обросшая рогозом, водяной мятой и кубышками, а порой открытая и почти изумрудная; течёт она сонно, безотказно предлагая приют ракам, лягушкам и мелким рыбкам.
 
Бози мог бы любоваться этими видами, если бы женихи сохраняли способность к созерцанию. Нет, всякий жених чрезмерно озабочен, он и невесте хочет понравиться, и за себя ему стыдно, потому что залез в уязвимую шкуру, в такую жалкую, показушную роль, где звание и наряд важней человека. Да и просто "физически" ему страшно, ибо скоро предстоит ему слиться с чужой натурой, с чем-то иным и неизвестным - страшно, как при входе в клинику по пересадке сердца.

Он растерянно озирался – глухие места. Но прибыл он сюда по навигатору, значит вероятность ошибки близка к нулю. И встреча была оговорена ясно; следовательно, здесь будет решаться его судьба. Интернет врать не может, и прекрасная - честная, чистая, нежная - девушка Жанна обманывать его не станет.
 
Бози нервно постучал в дом номер два, поцарапал шершавые дверные доски – прислушался. Наконец раздались по дому шаги, пошла по доскам и брёвнам мелкая вибрация: невестушка моя идёт, подумал он по-русски, ласкательно. Открыла ему Нюра.

- Ты кто? Боже мой!
- Я междупланетный гость, я жених, моё имя Бози, - он поклонился.
- А я Нюра, - улыбнулась ему, блеснув стальной коронкой.   
- Жанну я могу здесь увидеть?
- Вряд ли. Вы точно договорились?
- Я вчера с ней виделся по телефону, и мы договорились лично познакомиться по расположенному адресу.

- Вот как! Она тебя видела?
- Да, она меня внимательно по телефону разглядывала!
- И согласилась?
- От всего сердца! Она от счастья даже смеялась. Всё это правда, уважаемая Нюра.   
- Дело осложняется тем, что я, сколько тут живу, Жанну в глаза не видала.
      
Узкие плечи Бози опустились, его голова поникла, как бутон тюльпана без воды. Бабочка утешительно села ему на темя, но Бози этого не заметил. Нюра испугалась, что причинила ему боль.
- Заходи, гость небесный! Заходи, мы покумекаем, - позвала приветливым голосом.

Бози ей понравился деликатностью, скромностью, старанием соблюсти чин уважения к человеку и к дому. Нашим бы мужикам добавить в размашистый характер такие качества, - подумала Нюра, впитывая гостя блестящими глазами. А как начали чай пить с сахарами да с ванильными пряниками, в её сердце проникла жалость и нежность. Нюра поняла, что некая девка зло подшутила над бедным парнем. «Всыпать бы ей по заднице крапивкой!» - подумала привычно, а сама всё глядела на тощего Бозю с умилением. «Чай пьёт из блюдечка – даже не хлюпнет. Бедненький!»

Спросила его о планете вылета и сразу название не одобрила.
- Оо! Что это за название: планета Оо! Не по-людски, - произнесла с укоризной.
- Конечно же! Там людей же не бывает же, - оправдался гость, не без удовольствия вспомнив частицу "же".
      
Нюре на ум пришла мысль, будто старая сказка на новый лад повторяется: она - баба Яга, Бози – путник из тридевятого царства, приехавший на волшебном коне за невестой. И чего бы ей баньку не истопить? Банька у неё знатная, пар лёгкий… тут и бабье любопытство сыграло свою необъявленную роль: посмотреть, какое у гостя мужское строение. А что, всякое бывает: много на свете странностей, много в небе жилых миров и разных жителей.
 
Пока баня истапливалась, они продолжали познавательную беседу. Нюра завалила гостя вопросами; наслушаться не могла, наудивляться.
- Чего ж ты на своей Оо невесту не подыскал? В такую даль тащился. 
- У нас жительницы заболели вирусной гордячкой, они сбились в стаю и принялись на жителей охотиться, а я спрятался в ангаре между ящиками. Единственная выгода мне досталась от узости. 
- От худобы, - уточнила хозяйка. 
- О да! А по ночам я ремонтировал космолёт. Я последний потомок аэродромных слесарей, и я удался отреставрировать ракету-носитель. Мне было чуть-чуть достаточно лишь бы покинуть орбитальную сферу, а дальше уже капсула понесёт меня, как по трубе в аквапарке…   
- Ой-ёй! – напевно пожалилась Нюра.
   
- Вы сейчас произнесли название моей планеты точно в такой форме, как это делала моя прабабушка Утилита, снов ей без пробуждения!
- За кого ж они выходили, эти ваши охотницы?
- За киборгов-самцов. 
- Которые на батарейках? Непотребство какое! 
- Они впоследствии заскучали, конечно, да, но всё же настало слишком поздно: мужчины улетели – те, кого самки не съели.
- Ты прям поэт!
- Немножечко. 

Нюра привела гостя в жаркую баню, показала утварь, велела раздеваться не стесняясь.
- Ты мне всё равно что внучок, - говорила, потирая ему спину, похожую по форме на крышку гробика, с бугорчатым, почти колючим позвоночником.
Потом поручила ему домываться, остерегла от прикосновения к печке и пошла в дом греть суп-лапшу на обед. Нюра любит угощать и кормить.

Когда свеженький Бози вернулся, у неё всё уже было готово. Только некая мысль пряталась у неё в уме, ожидая выхода. Была – не была, скажу. 

- Знаешь, ты хлебушек бери… напрасно ты приехал на Землю жениться. Не обижайся, конечно, однако ты не очень приспособленный для женитьбы. У нас бабы срамницы, охальницы; наши мужики тоже поэтому, как и ваши, норовят куда-нибудь смыться и про Марс мечтают. А ты, наоборот, к нам пожаловал, несчастный, - она печально смотрела на его тонкие руки, не смея посмотреть ему прямо в перламутровые глаза.

- А впрочем, я знаю одну сердобольную девушку, ангел-девка, сущий ангел.
- Но… - Бози не сразу решился выразить своё беспокойство, - но… она с влагалищем?
- Конечно! - засмеялась Нюра. - Обижаешь. 
- Тогда хорошо.
- Хорошо-то хорошо, да тебе не мешало бы окрепнуть по мужской части.
- Окрепну! Как мне вас правильно величать?
- Баба Нюра. 
- Так вот, окрепну я, баба Нюра, обещаю.   
- Тебе лучше насчёт брачной постельки заранее позаботиться, чтобы не опозориться в торжественную дату. Лучше ты до брака испытай невесту и себя покажи… может, и жениться не стоит. 
- Понимаю. Прямо сейчас полечу в аптеку. В центральную! 
- Лети, Бози мой, лети, нелепушка! Только возвращайся быстрей, а то страшно мне за тебя.
 
Гость, не доев, покинул стол и бросился к автобусной остановке.
- Я тебя жду, будешь у меня жить! – крикнула ему в спину, чьи острые позвонки были ей видны даже сквозь пиджак. Знающие глаза видят насквозь.


Рецензии