Освоение Сибири Глава 13

     Местные тати давно оценили преимущество внезапности. Нападали тогда, когда уставшие люди, выставив дозорных, и забыв об опасности,  отдыхали. Тех, кто ехал вглубь Сибирского ханства  не трогали. Собрав мужиков  из людского отребья, терпеливо выслеживали  сборщиков ясака. Вот  и сегодня. Затаились в небольшом овраге, ждали, пока все утолят голод, уснут. Задремавшему дозорному, перерезали горло одним взмахом клинка. Не проснувшись окончательно, Дана повернулась на чей-то приглушённый вскрик. Она увидела, как её возница, попытавшись встать, тяжело повалился на землю. А странные  длинные дудки, которые были у  государевых людей, издавая что-то похожее на свист, несли татям смерть. Но  тех было намного больше. Когда Дана попыталась бежать, что-то больно ударило по ногам, и она со всего маху упала ничком. Твёрдая замёрзшая земля вышибла дух. Оглушённая ударом, пыталась преодолеть дурноту. Всё вокруг кружилось, было нечем дышать. При падении зубы рассекли губу, и рот наполнился кровью. А вокруг лежали люди. Можно было подумать, что они спят, если бы не растущие рядом лужицы из вязкой и красной жидкости.

      Её подняли, и крепко связали за спиной руки верёвкой из сыромятной кожи. Кто-то невидимый потянул  за узел и, спотыкаясь, падая, она  медленно пошла за повернувшими на юг телегами. Связанный с ней цепочкой,  шёл  кто-то ещё.   Утром Дану стал мучить  голод, но пятеро угрюмых мужиков, что отдавали всем команды, кормить пленников   не собирались. Она,  наконец, рассмотрела шедшего за ней молодого возницу с первой телеги. А вечером голодная, и уставшая,  долго не могла уснуть. Всё тело болело. Один из татей  повернулся к ней, и она поспешно закрыла глаза. Вот уже несколько раз Дана замечала, что они показывали на неё пальцем и о чём-то толковали. Ещё не наступил рассвет, а их уже  подняли на ноги и, накормив грубой похлёбкой,  заставили идти без отдыха  целый  день. Перед заходом солнца пришли к ручью, вода в нём доходила до пояса. Первыми загнали в воду пленников. Они уже были почти на том берегу, когда Дана поскользнулась, и  упала. На мокрую с ног да головы девушку,  отчаянно жестикулируя, с искажённым гневом лицом  показывал пальцем один из главарей. Прильнув к телу, мокрая одежда ясно обозначила её округлившийся живот и полные груди. Один из татей направился к ней, его свирепое лицо ничего хорошего не предвещало. Дана заслонила руками голову,  но от страшных толчков под рёбра уберечься было невозможно. Удары сыпались градом и,  упав, скорчилась от боли.  С неё сорвали одежду, и она лежала  обнаженная до пояса. То, что увидели,  разозлило их ещё больше. С удвоенной силой кто-то ударил девушку  в челюсть, и дальше она не чувствовала ничего.

     - Дана, очнись! Мне разрешили ухаживать за тобой.- Наконец, она вспомнила, что возницу зовут Аким.- Ты на себя не похожа, всё лицо распухло.

    - Я надеялась, что меня бросят здесь. Почему  они так рассердились?

    - Ты не поняла? Девственницы  стоят на рынке дорого. А когда обнаружили, что ребёнка  ждёшь… - Дана прошептала:

   - Мне  Аким за маленького страшно. Внутри от страха всё обрывается.

    - Детей они тоже  в Бухаре продают. Светлые рабыни для мужских утех ценятся. На них большой спрос. Я слышал, что если полонят беременную, дают дитя  подрасти,  а потом отдельно продадут. Девочки и женщины  дороже стоят.

      Три  нагруженные ясаком повозки,  давно ушли вперёд.  Охранять пленников остались двое. И привязанные к  задку телеги, Аким с Даной,  давно потеряли счёт дням.  Видимо  боясь рослого Акима, их не отвязывали  даже для естественных надобностей.  Они шли и шли на юг. Осталась где-то в степи зима, давно захрустел на зубах песок, и стало жарко.  Надеясь сбежать, Дана  с Акимом свернули зимнюю одежду в узел, и привязали к спинам. Первые дни им не разрешали разговаривать, но  разомлев от жары,  стражники не обращали на пленников внимания. Ночью спали по очереди. Да и не могли Аким с Даной перегрызть сыромятную кожаную верёвку. От зубов она размокала, а днём усохнув, снова затягивалась в тугой узел. Когда увидели первый караван, Аким рассказал о Шёлковом пути. О диковинных лошадях, назвав их верблюдами. На одном из оазисов, где стражники, вместе с шедшим с юга караваном,  набирали воду,  к пленникам подошёл голубоглазый, одетый в восточную одежду мужчина.
    - Видел,  вас  русичи везут.  Где они? На вашу и свою погибель в Бухару едут. Поговорить с ними хочу, сказать, что в « Восточном куполе ислама», вас всех в  рабов превратят. Не трогают  купцов. Торговать с ними выгодно, караваны купцов -  мусульман тоже  идут в Русь с товарами. На Востоке есть «Исламское право», оно запрещает продавать в рабство только мусульман. Русичей уже пять веков везут в Бухару по Шелковому пути. Ничего не изменилось. Продают всех. От грудных детей до взрослых мужчин. Передайте им, а мой караван уже уходит.

Глава 14 http://proza.ru/2025/12/08/506