34 Хорошо забытое прошлое. Книга 1 Присказка. Рома

предыдущая глава – http://proza.ru/2025/11/27/798
 
Фото из свободных источников интернета


            Под конец рабочего дня дождь прекратился. Двигаясь гусиным шагом в плотной толпе по узкой и длинной проходной на выход из НИИ, впервые в жизни чувствовал себя вполне комфортно – оказавшиеся рядом сотрудники тут же спешили дистанцироваться, образуя вокруг меня безлюдное пространство.
            На ярко освещённой уличным фонарём автостоянке, находившейся через дорогу от проходной, всеобщее внимание привлекла к себе занятная парочка-«гусь да цесарочка». Под бдительным присмотром законной супружницы и по её указанию перстом Тризуб готовил к семейной поездке личный автомобиль ВАЗ-2101, именуемый в народе «копейкой» - суетливо и тщательно тряпкой стирал дождевые капли и грязные потёки с кузова и стёкол.
            Покидающие НИИ сотрудники невольно замедляли шаг, чтобы подольше насладиться ожившим объявлением в лицах из какого-то юмористического журнала: «Нужен мужчина с женской фигурой и шваброй в руках». Хоть говорят, что браки заключаются на небесах, но мне почему-то даже жалко стало Тризуба из-за прилюдной демонстрации его семейной идиллии.
            Являлся он выпускником первого выпуска факультета автоматики и вычислительной техники и, по отзывам однокашников, в учёбе не усердствовал и результатами не блистал, в многочисленных студенческих кружках-секциях по интересам (научных, спортивных, весёлого-находчивого пения и плясок вприсядку etc.) участия не принимал.
            Зато был редкостным карьеристом и чинопочитателем, почему поднялся по административной лестнице от старосты группы первого курса до члена комитета комсомола на старшем курсе и обжился в президиумах собраний практически всех общественных организаций института.
            Там-то Тризуба и заприметила секретарь райкома партии, курировавшая учебные заведения района - низкорослая дама возрастом за сорок лет, с хриплым басовитым голосом и прямо-таки бросающимся в глаза сильным оволосением рук, ног, а на лице одинаково густо разросшимися бровями, бакенбардами и усами. Фигурой она напоминала лимон (сужающаяся к темени голова на короткой шее, необъятная талия и непропорционально короткие кривые ноги). Ещё и фамилия у неё была Драгун под стать её мужеподобности.
            В противовес посланной ему небесами брачной половине Тризуб разговаривал тихим и тонким, каким-то дребезжащим голоском, и сам был худосочным и беспородным, если применить к его экстерьеру кинологический термин. Судя по фигуре, занятия спортом или каким-либо физическим трудом ему по жизни были несвойственны. И весь его облик подтверждал народное речение: «из него начальник, как из дерьма пуля», - почему он во всех президиумах всегда отмалчивался, неизменно и глубокомысленно прикрывая рот рукой.
            Но внешности Тризуб уделял много времени и внимания в меру своего понимания. Старался стричься и одеваться в соответствии с веяниями моды. Правда, выглядел при этом колхозником, приехавшим в город на воскресную ярмарку, каковым он и являлся по факту рождения в сельской местности на Украине. Часто поправлял-расчёсывал волнистые волосы цвета спелого жита перед зеркалом и завивал кончики волос с помощью подручных средств – пальцами или шариковой ручкой. Время от времени постукивал подушечками пальцев по щекам, чтобы вызвать прилив крови к ним и сделать их румяными, с этой же целью пощипывал мочки ушей.
            Службы в армии он благополучно избежал, поступив в институт сразу после окончания средней школы. После окончания института, благодаря мезальянсу с вышеописанной партийной дамой его распределили в НИИ, где он кочевал по подразделениям с одной административной должности на другую, руководствуясь принципом: «Где бы ни работать, лишь бы не работать».

            Suum cuique (всякому своё), как сформулировал основной принцип справедливости кто-то из величайших мудрецов античной Греции. Резюмировав древней мудростью увиденное и забывшись, я со ступеньки крыльца со всего маху шагнул на тротуар прямой ногой и еле удержался от падения после резкой встряски, последовавшей после неё яркой вспышки света в глазах и взрывной боли в голове. Не иначе, воздалось и мне по заслугам за зломыслие в отношении Тризуба.
            Пришлось на некоторое время отойти в сторонку и остановиться, чтобы прийти в себя. Глубокие вдохи-выдохи доставили даже чисто вкусовое удовольствие - холодный воздух с предзимними запахами земли, травы и деревьев напрочь перебивал усилившуюся в вечерний час пик вонь от транспорта. Вот только затухающие по яркости и болезненные блики света, необычно попадая в мои глаза откуда-то изнутри нижней полусферы головы, всё не проходили.
            По пути в учебный институт, сторонясь ярко освещённых мест на тротуарах, припоминал события дня сегодняшнего и бормотал навеянное ими стихотворение «Небо» авторства Гийома Аполлинера:
      Спешим, суетимся и в зиму и в лето,
      В погоне за славой теряем покой.
      Униженно просим, сживаем со свету,
      И видно, смеётся над нами порой
      Седой ветеран в лохмотья одетый.
            На этих заключительных строках разошлись тучи, освобождая почти идеальный круг вокруг полной луны. Яркий лунный свет на короткое время расчертил улицу длинными поперечными тенями от домов-деревьев и вызвал у меня неудержимое желание чихнуть. После чего тучи быстро сомкнулись и скрыли ночную царицу, словно кто-то задёрнул занавес на сцене небесной постановки.
            Еле успел достать носовой платок из кармана, который стал сплошь тёмным от крови после чихания в него, а сам я согнулся крючком из-за острой боли, опять пронзившей голову.
            Какая уж тут тренировка по волейболу!

            Возле открытой двери пустующего кабинета декана терпеливо и безмолвно подпирали стену коридора студент и студентка с нашивками пятого, выпускного курса на рукавах форменных кителей. Как несложно было догадаться, прибыли дипломники, практикой которых мне предстояло руководить.
            В девушке я ещё издали узнал Золотце - ту самую рыжеволосую и веснушчатую красавицу, с которой уже дважды виделся довольно близко, ещё и в совместных мероприятиях. И с которой не удосужился познакомиться и даже словом не перемолвился, если не считать моё извинение ей вослед после идиотской оплошности в институтской столовой.
            Студент же всем своим обликом до смешного был похож на Кролика из мультфильма про Винни Пуха и одновременно напоминал мне дружка Василия из таких уже далёких курсантских времён.
            В переходе между учебными корпусами появился поспешающий декан со стопками бумаг в каждой из рук и жестом пригласил всех пройти в кабинет, где первым делом представил меня дипломникам в качестве фактического руководителя их дипломным проектированием.
      - Время очень сильно поджимает, поэтому буду краток. – Он окинул взглядом столешницу своего стола, заваленную бумагами в несколько слоёв, и разместил принесённые бумажные стопки на стуле, сам оставшись стоять перед нашей троицей, усевшейся в рядок за длинным столом.
      - По организационным причинам все здесь присутствующие оказались в жесточайшем цейтноте и в работе над диссертацией, и в дипломном проектировании, и в руководстве оными. Посоветовавшись со старшими и умудрёнными жизнью товарищами, я принял командирское решение: объединить все вышеперечисленные направления работы в единый проект, а всех участников – в рабочую группу с предварительным названием «Системотехника».
            Мне было очень удивительно и невероятно приятно услышать всё им сказанное. Порадовала и реакция дипломников. Золотце, порумянев от удовольствия, энергично кивнула головой, как бы констатируя давно ожидаемый и наконец-то свершившийся факт. Кролик после услышанного весь вытянулся в струнку, даже уши, казалось, встали у него торчком, широко распахнул глаза, а потом сощурил их от удовольствия, словно отведал сладкой морковки.
            По своей привычке читать лекции стоя и время от времени прохаживаться при этом, собираясь с мыслями или подбирая слова, декан и на этот раз прошёлся туда-сюда вдоль стола перед нами, после чего продолжил:
      - Тема эта – из категории тех новых, которые давно и безнадёжно, как показывает хотя бы сегодняшняя беседа, пытались забыть. По крайней мере, я впервые узнал о системотехнике и лишь в самых общих чертах ознакомился с этой важнейшей и, можно сказать, фундаментальной отраслью науки в начале 70-х годов. Именно после этого решил связать свою жизнь с вычислительной техникой, но по непонятным мне и сейчас причинам с тех пор и до самого недавнего времени не удавалось найти даже упоминаний о системотехнике, не говоря уже об отечественных  научных разработках или, тем паче, описаниях систем, созданных и функционирующих на основе этой самой теории построения сложных систем. Так что, лично мне теперь выпал шанс оплатить свой старый должок. В том числе, с вашей помощью.
         Он ещё раз прошёлся перед нами, посмотрел на настенные часы, неумолимо приближающие время начало тренировки по волейболу, и кратко резюмировал:
      - Сегодняшний разговор носит самый предварительный характер. Предлагаю вам встретиться и обсудить: возьмётесь ли вы в основу дипломных проектов заложить принципы и методы системотехники, разумеется, с привязкой к специфике Министерства Гражданской Авиации. Принимаются к рассмотрению любые ваши предложения, как в рамках практической реализации нехоженого белого пятна-системотехники, так и любых других тем.
            Завершил он разговор совершенно неожиданной цитатой из статьи Джека Лондона «Письмо незнакомому писателю»: «Есть только один способ начать — начать; и начните с тяжёлой работы и терпения, готовых ко всем разочарованиям». Встречаемся на следующей неделе в среду здесь же и в это же время.
                Продолжение следует