Опоздавшие на праздник жизни. Часть 23

Ссылка на предыдущую главу http://proza.ru/2026/01/03/1716

Все персонажи выдуманы. Любые совпадения с реальными событиями и людьми случайны.

Гости веселились, или делали вид, что им весело, невзирая на состояние своего повелителя, который хмурился посреди зала, скрестив руки на груди.

Андре Корйа не любил общества, хотя по роду деятельности вынужден общаться с множеством различных лиц. Знакомых еще можно как-то выносить. Незнакомцы могут оказаться либо скрытыми экстремистами, либо носителями ужасных болезней. Правитель поискал их взглядом и выявил несколько неизвестных персон в пестрой оживленной толпе под хрустальными люстрами! На даме в платье, по цвету и фасону похожему на свадебный наряд матери, не было бриллиантов. Она что-то усердно втирала Чучо, с ужимками завзятой кокетки. Неужели даже бедняки просочились на правительственный праздник благодаря коррупции?

Андре перевел настороженный взгляд на военных в темно-синей форме. Следят ли шпики, с кем из его подданных они лясы точат? Вообще-то подземные этли держатся отстраненно от общества, и это тоже вызывает подозрения. Знают, что их собеседники из числа миндальных этли попадут в списки неблагонадежных, и скрывают, кого из его подданных сбили с пути, сделали агентами влияния. Демократия! Ты сам зовешь ее в свой дом, потому что политологи прошлого считали демократию наилучшей формой правления для Этланти. А ее слуги вероломно скручивают тебя, и тащат по коврам в стеклянный куб, потому что ты вовремя не отказался от власти!

– Ваш отец неважно выглядит, Чучо, - заметила Марго, сверкая зубками и белками подведенных глаз. В руке она держала бокал шампанского. Молодой человек немного расслабился в ее обществе и тоже выпил… больше, чем ему дозволялось. Она чем-то напоминала ему бабушку. Новой знакомой тоже к лицу кремовый атлас и жемчуг. К тому же она добрая, говорит мягким голосом, не то что его нареченная. От выпитого винца немного закружилась голова. На круглых щеках Чучо заиграл румянец, голова перестала вжиматься в плечи, да и сами плечи расправились.

– Опять паническая атака, - вздохнул сын правителя. – После подобных приступов папа долго и нудно жалуется на неблагодарность своего народа и коварство врага. Давайте на «ты»?

– С удовольствием, - расплылась в ласковой улыбке леди фон Тризи. Коралловая помада освежала ее лицо. – Мне кажется, я знаю тебя… целую вечность.

– Мы где-то встречались, однозначно. Только не могу вспомнить, где.

– Выпьем за судьбоносные встречи до дна! – проворковала Марго.

– Я хотел предложить другой тост, сударыня. Выпить за мою славную бабушку или спокойные ночи без истерик отца и кулаков Мадлен. Я, может, и женюсь, но жены у меня не будет. Сам не понимаю, что творится. Джулиано говорил, что женитьба первых лиц – дело государственное. Удачный брак укрепляет престиж режима. А мы, связавшись с Брутали, опозоримся. Знала бы ты, что это за семейка. По сравнению с ними даже Брегалетские кажутся адекватными, - с хмельной откровенностью высказался Чучо.

– Брегалетские? – смутилась Маргарита, хлопая искусственными ресницами. На приеме они с кузиной Ирен делали вид, что не знают друг друга. Сумеет ли она утаить, что приходится родной племянницей Бадису Брегалетскому? Скучноватый отец Марго тоже стеснялся эксцентричного братца. После смерти Алваро, Корйа с Брегалетскими перестали поддерживать связь.

– Вы тоже предпочитаете держаться от них подальше? – спросил толстяк в зеленом костюме и коричневой рубашке, чокаясь своим стаканом с бокалом рыжеволосой дамы. – Правильно делаете! Хотя в красоте им не откажешь. Дочка Виволько так хороша, что глаз не отвести. Даже папаша проникся, раз позвал ее. Пришла с врачом, который абортировал ее ребенка. И это в стране, где запрещены аборты! Шатаются по светским мероприятиям, хотя должны сидеть в тюрьме.

Марго проследила за его восхищенным взглядом, и с болью в сердце узрела соперницу в розовато-сиреневой дымке фатина, изящную и более молодую, чем она. По паспорту Ирен немного за тридцать, но выглядит лет на двадцать пять, не больше. Роль жертвы принесла девушке столько дивидендов, что она и здесь не выходила из образа трагической мамзель. На прелестном личике написана задумчивая грусть, но глаза горят жаждой жизни. Передвигалась Ирен с грацией  супермодели, и не огрызалась на ядовитые реплики знакомых. Ее зажатый кавалер слишком уж очевидно шарахался от силовиков в бронежилетах, хотя на празднике они всего лишь присматривали за порядком, а не охотились на абортмахеров. Полковник Торонхас бросил пристальный взгляд на этого типа и с пониманием кивнул головой. Бедняга доктор застыл на месте, и очки у него запотели. Любая служебная собака вам подтвердит, что у страха неповторимый аромат! А у Жореса нюх, как у пса.

Марго ощутила укол ревности. Может, увести милого пухлика с верхней галереи, пока красавица-племянница ни покорила его? К тому же небезопасно околачиваться возле вражеских вояк в темно-синих мундирах. Особисты в штатском бдят, даже когда повсюду алкоголь – пей, сколько хочешь, и желательно больше, чем собирался. Чтобы язык развязался!

– Внешняя красота не гарантирует счастья, мой друг, - сказала леди фон Тризи. – Супруга правителя не может компрометировать себя, как Ирен Брегалетская.

– Да я и не помышляю о браке с ней, - отмахнулся Чучо, закусывая клубничкой, маринованной в ликере. – Иногда я думаю, что одному отчиму повезло с женой.

«Что за напасть?! Почему дамы проявляют столько интереса ко мне? Я хочу жить спокойно, а отец насильно женит меня на непонятном существе, генерал Адзерура грозится уложить на сержанта госбезопасности, как будто я девственник какой-то. И даже эта дама, вроде бы деликатная натура, а ходит за мной по пятам», - подумал сын правителя и на всякий случай поискал глазами полковника Фэсио, чтобы он задержал леди фон Тризи, если она не будет давать прохода ему.

– Адзебума Корйа восхитительна. Но я не склонна впадать в экзальтацию и идеализировать тех, кого люблю. Так и тянет высказать крамольную мысль, но лучше я промолчу, - понизив голос, промолвила Маргарита, ведя свой приз через разодетую толпу.

– Говорите же, я не донесу, - скривился Чучо. Спутник Марго до сих пор занимает Мадлен. Нарочно, что ли, она привела на праздник этого мужика, чтобы никто не мешал Маргарите обделывать свои дела?

– Кто считался с Джулиано, когда он был музыкантом? А поднять восстание – тяжкое преступление, даже если под прицелом нелегитимный режим Золотых Генералов. Кто сгладил острые углы и создал иллюзию гуманности и законности диктатуры Джулиано? Кто посещал больницы и создавал приюты для стариков и сирот? Кто вдохновлял таланты, не пропуская премьеры? Везде поспевала Адзебума Корйа. Да, она была старше его, но без ее ума и такта было бы слишком очевидно, что Джулиано однодневка, сражающийся за власть со своим окружением. Ваша бабушка своим имиджем рожденной царствовать прикрывала и его. Казалось, что влияние этой пары покоится на традициях, а не на штыках. Ты согласен со мной, Чучо?

Толстяк отступил на шаг и изумленно взглянул на Марго. Так странно, когда кто-то озвучивает твои сокровенные мысли!

– Они ушли, но в истории все повторяется. Я вижу, что рождается сверхновая в политике Миндального Королевства. Не стоит недооценивать поддержку женщины, Чучо. Конечно, смотря какая женщина будет представлять вас. Если такая грубиянка, как Мадлен, у которой повадки слесаря-мужлана, вряд ли ты достигнешь того же, что Джулиано. Нетрудно догадаться, почему твой отец настаивает на браке с Мадлен. Он опасается соперничества.

– Да какой я соперник Андре… в политике ничего не смыслю, - выдавил из себя Чучо, глядя, как леди фон Тризи, заинтриговав его своими речами, с загадочной миной смешивается с толпой. Какая у нее высокая грудь и гордая осанка! В самом деле, почему бы ему завести себе солидную любовницу, чтобы генералы не могли вести себя с ним, как с мальчишкой, пугать его позорным ликбезом в гостиничных номерах? К тому же в мечтах Чучо нередко строил папашу, как Джулиано, несмотря на уверения, что политика ему неинтересна.

Мадлен извинилась, что должна уделить внимание остальным гостям. Никола смутился, что долгим рассказом о поломках на телевышке отвлек девушку от исполнения обязанностей хозяйки дома.

– Ничего страшного. Мне полезно общаться с нормальными людьми из народа.
 
Никола попросил представить его вдове диктатора. Мадлен немедленно выполнила его просьбу, даже не спросив, зачем она ему понадобилась.

– Леди Корйа, я счастлив познакомиться с вами. И выразить свое почтение вашему великому супругу. При его правлении простому народу жилось лучше, чем сейчас, - любезно проговорил Никола.

– Приятно слышать это, господин Матлинн, - учтиво ответила старая женщина. – Как вы относитесь к слухам, будто бы мозг Джулиано еще до восстания съел огромный микроб, который и правил государством вместо него?

– Вы простите меня, но это бред сивой кобылы. Наши газеты вконец деградировали, раз печатают подобную чушь. И вы тому доказательство. Разве аристократка из старинного рода возьмет в мужья какое-то, прости Господи, одноклеточное? Что с ним потом делать? Нервная, как и половая, системы у него отсутствуют. Джулиано же производил впечатление высокоразвитой личности.

– Спасибо за столь лестное мнение о моем муже, - печально улыбнулась Адзебума.
 
– Скажите, а вам доводилось слышать о секте толстовцев от Джулиано?

– Нет, а разве была такая секта?

– Да, ее основал Арыслан на своей мызе, вдали от города. У него было полное собрание книг русского писателя Льва Толстого, чьи принципы он с товарищами пытался реализовать на практике. Я жил с толстовцами, пока не стал свидетелем безобразной сцены между Джулиано и нашим лидером. В отдельном кабинете трактира они чуть ли ни до драки поссорились. Джулиано пригрозил репрессиями толстовцам, если Арыслан не уймется.

– Что? Сам Джулиано ругался с вашим Арысланом? – удивилась Адзебума. – А писателя звали Лев Толстой. На Востоке льва называют Асланом или Арысланом. Какой-то львиный ров без пророка Даниила получается.

– Я не понимаю вас, леди Корйа, - тихо промолвил Никола, испытующе глядя на задумавшуюся женщину.

– Неужели ваш толстовский гуру сдал Хунту Сторонникам Энозиса?- буркнула себе под нос Адзебума. Никола едва расслышал ее реплику, но не понял ни слова. - Позовите-ка свою даму, господин Матлинн. Вы не видели портрет ее первого мужа?

– Нет, она сняла со стены портреты своих бывших.

Никола привел Маргариту. Адзебума строго спросила:

– Милочка, у вас есть при себе изображение Льва фон Тризи?

– Нет, я оставила на туалетном столике медальон с его миниатюрой. С этим матинэ* он не гармонировал.

– Ну ладно, не так уж я нуждаюсь в подтверждении своей догадки. Вы заигрывали с моим внуком. Я в последний раз предупреждаю вас: оставьте в покое Чучо. Ступайте к себе на квартиру и готовьтесь встречать мужа. Может, он найдет дорогу домой из дебрей идеализма.

– О чем вы толкуете, леди Корйа? На что намекаете? Никто нигде не заблудился, он честно умер! – защищалась Марго, сомневаясь в здравом рассудке диктаторши.  – Хоть вы скажите ей, Никола! У меня кругом идет голова от разговоров с этой мадам!

Инженер уже вконец запутался и сильно захотел домой. Он не заметил, как за его спиной выросла грузная фигура Мадлен.

– Кто тут осмелился заигрывать с моим женихом? – ревниво зарычала она, уперев кулаки в бока. – На нашей же помолвке?!

Маргарита бросила на нее пронзительный взгляд и бросилась к выходу, где раздались грохот и пьяный смех. Леди фон Тризи остановилась и нервно огляделась. Затем на цыпочках прокралась к колонне, обложенной изразцами, и спряталась за ней. В праздничную залу с шумом и гамом ввалился мужчина в скафандре и пара сержантов в темно-синей форме, тоже навеселе.

К ним устремились вояки с верхней галереи, а также правитель Корйа с полковником Фэсио и Жоресом Торонхасом.

– Мой генерал, что с вами? – растерянно вопрошал подполковник Струпс, пока остальные в недоумении пожирали глазами «космонавта».

– Я шел на Средневековую Вечеринку, по пути заскочил в Мавзолей. О, Сахара, какой бардак там царит! Кто-то флягу коньяка забыл у саркофага тирана. Выпил и рухнул ему на грудь со слезами – нет, на стекло, холодное стекло! Рухнул с сожалением, что поздновато стал генералом. А все вокруг запищало, это наша система безопасности сработала! При жизни красавчик Джулиано баловал нашего брата. Он заливал Старушку Войну алкоголем, засыпал наркотиками, щекотал раскованными девочками, иногда даже сам играл на фортепиано, пока наши военные советники отдыхали от излишеств. И мы жили в мире, просыпалось влечение к страстному взаимопроникновению, к Энозису. Только целая Этланти может устрашить страны Большого мира, особенно Северную Державу, где наша кладовая ресурсов. А жалкие осколки в зоне аномалии никого не пугают, никого! – кричал генерал с бешеным взглядом, размахивая руками и шатаясь. Время от времени он падал в своей диковинной амуниции.

– Так вы напились без нас?! – выбранили сержантов подземные офицеры. - Вы поплатитесь и за это свинство, и за симпатии Энозису!

– Вы непристойно ведете себя, Шамбрук Идсен! – рявкнул Андре Корйа.

– Как бы я не вел себя, Подземная Этланти стала единственной опорой твоему слабому режиму, Андрюха. Не надо было отдавать под суд Старину Джули, когда не пользуешься популярностью у народа. Радуйся, что у нас в катакомбах вышли из моды госперевороты. Ненадолго, я полагаю.

– Да 80 % наземных этли стабильно поддерживают меня! – запальчиво воскликнул правитель.

– Ты веришь статистике? – зашелся в хохоте Шамбрук Идсен. Андре сердито топнул ногой. С каким наслаждением выкинул бы этого бандита с праздника, если бы неблагодарный народ действительно был за него горой. – Ну, что инкриминируют вашему душке диктатору?

– Если то, что ты рассказал об отчиме, хоть отчасти правда, за одну организацию таких застолий его надо вынести из Мавзолея!

– Ну, вынесешь из Мавзолея, будем бухать на его могиле! Вот мемуары моего начальника, который хорошо знал Джули. Прочитай и узнай, что в политике это нормальная практика. Лишь бы не было войны. Этли не должны убивать друг друга, - торжественно провозгласил Шамбрук Идсен.

– Хорошо, если ты думал, что идешь на Средневековую Вечеринку, то зачем вырядился астронавтом? – раздраженно спросил Андре, принимая самиздатовскую книгу.

– Средневековые вечеринки – фестиваль всего отжившего. Вымерло не только рыцарство, но и космонавтика. Мы больше никогда не достигнем иных миров. Не будем бурить лед на Энцеладе и Европе в поисках необыкновенных бактерий. Даже на Луну не полетим! А почему? Почему мы стали такими?! – горестно вопрошал генерал.

– Если не прогоните меня, я все всем запрещу, и этли снова станут героями! – заявил Андре под оглушительные аплодисменты своих охранников и подхалимов. – Только не лезьте к нам со своей демократией, лады? И если мы хотим судить или восхвалять своего тирана, вы не диктуйте нам, как это лучше сделать, хорошо?

Воспользовавшись суматохой, Маргарита покинула вечеринку, не дослушав перебранку вражеского генерала и правителя Корйа.

*Матинэ – шейное украшение длиной 50-60 см.

Фото из интернета. Старинная открытка.

Продолжение следует