Подвал

Вадим Фёдоров, 2026
Телефон: +7 9269666706
Мейл: iz@rossia.love
www.vadimfedorov.com


Чёрная комедия в 14 эпизодах

Действующие лица:
ЖЕНЯ, стройный парень, 25–30 лет.
ВИКТОР, щуплый молодой человек, 25–30 лет.
ЛЮБА, девушка в теле, 25–30 лет.
ГАЛЯ, миниатюрная барышня, 25–30 лет.

ЭПИЗОД ПЕРВЫЙ
Квартира Любы и Жени. На столе стоят тарелки. Женя сидит. Виктор ходит по комнате.
ЛЮБА. Жень, ну мы же развелись по-хорошему, так давай и имущество по-хорошему поделим.
ЖЕНЯ. Давай. Только зачем тебе гараж? У тебя же машины нет. Да и прав тоже.
ЛЮБА. Права я могу получить, только экзамены сдать. Забирай гараж, а мне машина останется.
ЖЕНЯ. Зачем мне гараж без машины? Я свой фордик не отдам.
ЛЮБА. Тогда гараж мой, а машина твоя.
ЖЕНЯ. А ребёнок чей?
ЛЮБА. Ребёнок общий. Платишь нам алименты – и можешь навещать его по выходным и праздничным дням.
ЖЕНЯ. Хорошо.
ЛЮБА. Чего хорошо? Знаю я это «хорошо». Как с разводом: пока скандал не закатила, разводиться не шёл. Ключи от гаража давай.
ЖЕНЯ. У меня с собой нету.
ЛЮБА. А где они?
ЖЕНЯ. В общаге.
ЛЮБА. Ну, иди за ними.
ЖЕНЯ. Ладно. (Уходит.)
Люба встаёт, потягивается. Достаёт из шкафа бутылочку и стаканчик. Режет закуску.
ЛЮБА. Хорошо хоть ребёнок у бабушки и не видит наши разводы и делёжки. Хитрый какой! И гараж, и машину – ну всё ему. Наглость – второе счастье.

ЭПИЗОД ВТОРОЙ
Раздаётся дверной звонок.
ЛЮБА. Чё-то быстро он. (Открывает дверь.)
Входит Галя. Девушки обнимаются.
ЛЮБА. Привет, моя хорошая! Привет, моё солнышко!
ГАЛЯ. Принимай меня в клуб разведёнок. Вот и я стала разведёнкою.
ЛЮБА. Это дело надо отметить. Заодно расскажешь, чего тут было, пока я в отпуске отдыхала.
Люба достаёт второй стакан. Девушки выпивают.
ЛЮБА. Ты, главное, не переживай. Не стоит из-за этого переживать. Всё образуется.
ГАЛЯ. Что образуется? Я же его любила. Я ему ни с кем не изменяла, завтраки-ужины готовила, а эта сволочь в наш дом бабу привела.
ЛЮБА. Это не ваш дом. Это съёмная квартира.
ГАЛЯ. Какая разница: съёмная или несъёмная? Они на нашей супружеской постели кувыркались.
ЛЮБА. А что за баба-то?
ГАЛЯ. Одноклассница. Он мне что-то про первую любовь рассказывал. Про то, что она его любит до сих пор, забыть не может.
ЛЮБА. Ага, мой тоже что-то про чувства вякал. Мужики, они такие: нагадят, песочком засыпят и давай под это дело чувства подстраивать. А на самом деле это обыкновенная кобелиная похоть.
Галя начинает рыдать в голос.
ГАЛЯ. Что же мне теперь делать-то? Да что же это такое? А-а-а...
ЛЮБА. Галюш, у тебя паспорт где?
ГАЛЯ. Чего? Какой паспорт? Зачем?
ЛЮБА. Общегражданский, твой паспорт. Где он? Можешь принести?
ГАЛЯ. Я не помню. Я как из ЗАГСа пришла, куда-то его зашвырнула... А нет, в сумочке.
ЛЮБА. Принеси мне его.
ГАЛЯ. Зачем?
ЛЮБА. Ты можешь не спрашивать, а просто принести?
ГАЛЯ. Хорошо.
Галя уходит в прихожую и возвращается с сумочкой. За это время Люба наливает стакан и выпивает. Галя вываливает содержимое сумки на стол. Девушки начинают рыться в куче вещей.
ГАЛЯ. Нету нигде.
ЛЮБА. Ты же сказала, что зашвырнула его куда-то.
ГАЛЯ. У меня стресс был. Я не помню, как домой-то дошла, не говоря уже о документах. Но точно помню: в сумочку положила.
ЛЮБА. Дай сумочку. Вот, во внутреннем кармане. Держи свой паспорт.
ГАЛЯ. Точно! Я его туда специально спрятала, чтобы не потерять.
ЛЮБА. Раскрывай свой документ, сразу вторую страницу. Читай вслух.
ГАЛЯ. Батаруева Галина Анатольевна, 12 декабря 1998 года. Это я и так знаю.
ЛЮБА. Раздел «Дети» найди, страница шестнадцать.
ГАЛЯ. Нет тут ничего. Да и откуда? Нет у меня детей. Я это и без паспорта знаю.
ЛЮБА. Что-то не видно, что знаешь. Тебе 28 лет, детей нет. Через месяц разведут. Красота! Чего ты убиваешься-то?
ГАЛЯ. Погоди. Так мы тут битый час паспорт искали, чтобы дату моего рождения посмотреть?
ЛЮБА. Аха, а то ты забыла, что ты молода и красива. Да нам только свистнуть – и очередь выстроится.
ГАЛЯ. Да, выстроится. Только зачем надо было паспорт искать? Так бы сказала.
ЛЮБА. Тебе слова сейчас – как об стенку горох. Я два месяца назад через всё это прошла. А тут размялись, пока твой документ искали, жир растрясли.
ГАЛЯ. Люб, а у тебя есть кто сейчас? Ну, в смысле мужчина есть?
ЛЮБА. Нету. Пока нету. Но будет, очередь будет. И у тебя, и у меня. У меня поменьше, потому что ребёнок, а у тебя очередь точно будет из нормальных мужиков, с деньгами и прочим. А про Витьку забудь! Умер он для тебя. Умер.
ГАЛЯ. Тогда выпьем за очередь!
ЛЮБА. За очередь! Ты как?
ГАЛЯ. Чё-то я совсем опьянела. Пойду?
ЛЮБА. Куда? Это у тебя стресс, вот и повело. Ложись у меня в детской. Ребёнок у бабушки. Хочешь, живи у меня.
ГАЛЯ. Не, жить не буду. Я просто полчасика посплю и пойду.
ЛЮБА. Хорошо, поспи. Проснёшься, если меня не будет, то дверь захлопни.
Люба провожает Галю в соседнюю комнату, затем возвращается и убирает со стола.

ЭПИЗОД ТРЕТИЙ
Звонок в дверь. Люба открывает. Входит Виктор.
ЛЮБА. А вот и он, наш герой-любовник, собственной персоной!
ВИКТОР. Привет разведёнкам!
ЛЮБА. А где Женька?
ВИКТОР. Он не смог. Попросил меня тебе ключи от гаража отдать. Держи.
ЛЮБА. А чё это ты у него на побегушках?
ВИКТОР. Ну попросил человек. Его на участок срочно вызвали. Шкаф у них там сгорел релейный.
ЛЮБА. И тут ты на пути попался.
ВИКТОР. Да при чём тут на пути? Мы с ним, вообще-то, в одной комнате в общаге живём.
ЛЮБА. И на двери у вас надпись «Приют неудачников».
ВИКТОР. Да ну тебя! У тебя пожрать чего-нибудь есть?
ЛЮБА. Есть.
ВИКТОР. Дашь?
ЛЮБА. Нет, не дам.
ВИКТОР. Ну водички хотя бы попить.
ЛЮБА. Садись за стол. Воды не жалко.
ВИКТОР. Спасибо большое, хозяюшка.
ЛЮБА. Ты зачем девочку обидел?
ВИКТОР. Так получилось. Дурак был. У меня повышенная сексуальная активность – одной женщины мало.
ЛЮБА. У тебя повышенная козлятинность. Сиди в своей общаге и не высовывайся, активный ты наш. Если к Гале пойдёшь, то она тебя и на порог не пустит. Даже не надейся.
ВИКТОР. Грубая ты женщина, Люба. И чего Женька в тебе нашёл? Грубая и невоспитанная.
ЛЮБА. Ты-то у нас образец культуры и воспитания! Чужую бабу в дом к себе привёл. Офигеть просто! Культурно так в супружескую постель чужую женщину положил.
ВИКТОР. Ну да, был неправ, надо было к ней идти. Вот как ты сейчас у себя дома, одна, не замужем. Чё делать-то будем?
ЛЮБА. В смысле, чего делать?
ВИКТОР. Ну не кроссворды же разгадывать. В общагу я тебя пригласить не могу. Там народу много, советами замучают. Да и Женька против будет. Он всё ещё на что-то надеется. А тут свободная жилплощадь и свободная женщина. А, Люб?
ЛЮБА. Я тебе сейчас пальцы на правой руке сломаю, чтобы нечем было кроссворды разгадывать. Кобель общагинский!
ВИКТОР. Вот ты какая-то агрессивная. Это всё от отсутствия этого самого… Секса у тебя мало. Несколько месяцев без Женьки – это долго.
ЛЮБА. Ты водички попил?
ВИКТОР. Попил. Слушай, а сдай мне свой гараж. Он же у тебя пустой стоит.
ЛЮБА. Зачем тебе гараж? Баб в гараж водить? Ты совсем с ума сошёл?
ВИКТОР. А ты там была? Ты в курсе про подвал?
ЛЮБА. Была, но внутрь не заходила. И про подвал кое-что слышала. Вроде там для соленьев вырыто что-то.
ВИКТОР. Для соленьев... Да у тебя там двухуровневая квартира практически! А она про какие-то соленья.
ЛЮБА. Какая ещё квартира?
ВИКТОР. Ну там подвал – как отдельное помещение. Высота, точнее глубина, – пять метров. Женька хотел два уровня сделать, да не успел. Там лестницу только поставить да диван – и жить можно. Электричество подведено, труба для вентиляции аж на крышу выведена. И сухо, что главное. Гидроизоляция сделана просто на пять с плюсом. Я две тыщи в месяц буду платить.
ЛЮБА. Мало. Десять!
ВИКТОР. Да ты с ума сошла! У меня даже машины нет. А там же ещё облагородить подвал надо. Не на голом же полу…
ЛЮБА. Я даже не помню, где этот гараж находится. Я о нём и не вспоминала, пока Женя сегодня не напомнил, когда мы имущество делили.
ВИКТОР. Так пойдём покажу. Тут идти пять минут от силы. Как Мира заканчивается, гаражи идут. Ваш на второй линии. Ключи я тебе принёс. Сама увидишь, какая там у тебя недвижимость. Слово «гараж» к ней не подходит. Это хоромы! Это практически загородный дом! У нас чем хорошо в городке? Почва песчаная, копается легко. Главное, стены сделать – и можно хоть десять этажей вглубь настроить. Гараж-то считается по площади наверху, а не по тому, насколько глубоко он вниз уходит.
ЛЮБА. Хватит болтать! Хорошо, уговорил. Пошли. Показывай, Сусанин, где тут моя двухэтажная недвижимость?
ВИКТОР. Вообще без проблем! Пошли.
ЛЮБА. Пошли.
Люба и Виктор выходят из квартиры.

ЭПИЗОД ЧЕТВЁРТЫЙ
Виктор открывает гараж и заходит внутрь. Посередине на полу располагается дверь в подвал. Виктор с усилием открывает её.
ВИКТОР. Помогай!
Люба помогает открыть дверь. Внизу, в подвале, стоят стул и диван.
ЛЮБА. Офигеть! Вашу бы мужскую энергию – да в мирное бы русло.
ВИКТОР. Вот и я о том же.
ЛЮБА. И диван уже приволокли.
ВИКТОР. Да. Может, спустимся? Опробуем мебель в подвальчике?
ЛЮБА. Ты сдурел?!
Виктор хватает Любу за талию. Она бьёт его. Он падает в дверной проём, в подвал, на диван.
ВИКТОР. А-а-а! (Вскрикивает и замолкает.)
ЛЮБА. Идиот! Козлина! Витя, ты живой?
Виктор молчит.
ЛЮБА. Витя, хватит придуриваться! Виктор!
Тот не отвечает.
ЛЮБА. Убила… При попытке изнасилования убила Витьку... Что я теперь Гале скажу? Витя-а-а!
Тишина.
ЛЮБА. Мамочки, что я наделала! Мамочка-а-а!
Виктор молчит. Люба бегает по гаражу. Потом закрывает дверь в подвал, выключает свет и уходит.

ЭПИЗОД ПЯТЫЙ
Квартира Любы. Люба заходит и задёргивает шторы.
ЛЮБА. Да, блин… Что делать-то? Что я натворила?
Из соседней комнаты выходит Галя.
ГАЛЯ. Люб, ты чего сама с собой говоришь?
Люба пугается и кричит. Вслед за ней кричит и Галя.
ЛЮБА. Ты меня напугала.
ГАЛЯ. Ты чего орёшь? Сама же сказала «спи».
ЛЮБА. Я забыла про тебя, а ты сзади выходишь и начинаешь говорить. Нервы ни к чёрту!
ГАЛЯ. Ты же в отпуске была.
ЛЮБА. И что? Нервы не восстанавливаются. Забыла я про тебя.
ГАЛЯ. А я так хорошо поспала.
ЛЮБА. Чего снилось?
ГАЛЯ. Снилась очередь из мужиков в эту квартиру. Но почему-то все в форме.
ЛЮБА. Да блин!
ГАЛЯ. В военной.
ЛЮБА. А почему в военной?
ГАЛЯ. Не знаю. Мне военные с детства нравятся. Или не в военной. Может, в полицейской форме.
ЛЮБА. Ты определись, в какой форме тебе мужики снятся.
ГАЛЯ. Не, точно в военной.
ЛЮБА. Ладно, Галя, про сны потом. Присядь. У меня для тебя известие.
ГАЛЯ. Говори.
ЛЮБА. В общем, Вити больше нет. Умер он.
ГАЛЯ. Я знаю.
ЛЮБА. Откуда? Откуда ты знаешь?
ГАЛЯ. Ты же сама недавно говорила, что он умер для меня.
ЛЮБА. Ну да.
ГАЛЯ. Люб, случилось что?
ЛЮБА. Случилось.
ГАЛЯ. Что?
ЛЮБА. Мама звонила... то есть не мама, а подруга мамина. Проблема у неё.
ГАЛЯ. И чего за проблема?
ЛЮБА. Сожителя она убила.
ГАЛЯ. Да ты что!
ЛЮБА. Ага, теперь вот думает, что делать.
ГАЛЯ. В полицию, пусть звонит в полицию.
ЛЮБА. В полицию не вариант. У неё ребёнок маленький.
ГАЛЯ. У маминой подруги?
ЛЮБА. Ага.
ГАЛЯ. А сколько подруге лет?
ЛЮБА. Моего возраста.
ГАЛЯ. А... Просто маме твоей за семьдесят. Тогда да, проблема. Но с ребёнком много не дадут.
ЛЮБА. А сколько дадут?
ГАЛЯ. В интернете надо посмотреть. Я включу?
ЛЮБА. Включай.
Галя включает компьютер и в поисковике ищет информацию.
ЛЮБА. Убийство. Уголовный кодекс Российской Федерации.
ГАЛЯ. Ага. Статья 105. От шести до пятнадцати лет лишения свободы.
ЛЮБА. Сколько?!
ГАЛЯ. От шести до пятнадцати.
ЛЮБА. Да они сдурели?! За какого-то мужика столько сидеть! Он ведь даже не муж.
ГАЛЯ. Ты же говорила, что сожитель.
ЛЮБА. Да не, просто знакомый. Он хотел сожительствовать, а она не хотела. Вот и убила его, чтобы не приставал.
ГАЛЯ. Да, знакомые у твоей мамы отчаянные прям. Слушай, если она такая, может, ей просто от трупа избавиться?
ЛЮБА. Точно, это вариант. А как? Забей в поисковик «избавиться от трупа в гараже».
ГАЛЯ. Ща посмотрим. Она его в гараже, что ли, убила?
ЛЮБА. Не знаю. Это я так, от волнения.
ГАЛЯ. Понятно. Самый лучший способ для этого – расчленить труп и вывезти его по кусочкам. И сделать это надо как можно скорей, потому что труп может испортиться.
ЛЮБА. А какой срок хранения?
ГАЛЯ. У чего?
ЛЮБА. У трупа.
ГАЛЯ. Люб, ты не в магазине, вообще-то. Думаю, если без холодильника, то это скоропортящийся продукт. Короткий срок. Пишут, что через три–шесть часов внутренние органы начинают разлагаться, а мышцы – затвердевать.
ЛЮБА. Что делать-то? Спроси, чего делать?
ГАЛЯ. Вот. Надо расчленить труп. Тут подробно. «Затем, двигаясь от прямой кишки вверх, аккуратно рассекайте все связки и брыжейку, связывающие кишечник с телом».
ЛЮБА. Стоп! Не надо дальше! Меня тошнить начинает.
ГАЛЯ. Чё-то и меня подташнивает.
ЛЮБА. Может, ты беременная?
ГАЛЯ. Да ну тебя! Шутки у тебя дурацкие. Пойду я.
ЛЮБА. Спасибо.
ГАЛЯ. Тебе спасибо.
ЛЮБА. За что?
ГАЛЯ. За моральную поддержку. А маме напиши, пусть её подруга сама проблему решает и поменьше об этом треплется. Чем меньше народу знает, тем лучше.
ЛЮБА. Передам. Это ты права. Да, трепаться нельзя.
Девушки целуются. Галя уходит. Люба садится на кровать и плачет. Затемнение.

ЭПИЗОД ШЕСТОЙ
Гараж. Люба входит внутрь, включает свет. В руках у неё пакет, ведро, моток верёвки, топор и пила.
ЛЮБА. Боже мой, страшно-то как! Главное, брыжейку с кишечником не спутать.
Люба открывает дверь в подвал.
ВИКТОР. Дай попить! Я тут с ума схожу от обезвоживания.
ЛЮБА. Мама!
Она захлопывает дверь в подвал и выбегает из гаража.
ВИКТОР. Дай попить! Люба! Любочка! Попить дай! Дай же попить! Не убегай, дура!
Люба осторожно заходит в гараж. Поднимает дверь.
ЛЮБА. Витя, это… ты живой?
ВИКТОР. Пи-и-ить. Пить дай.
Люба хватает пакет, достаёт из него полуторалитровую бутылку с водой и кидает её в подвал.
ЛЮБА. Лови.
ВИКТОР. А-а-а!
ЛЮБА. Что?
ВИКТОР. Ты мне по голове попала.
ЛЮБА. Извини.
ВИКТОР. Извини?! Сука, ты мне за всё ответишь! Ты меня чуть не убила. Ты мне ногу сломала. Закрытый перелом. Болит-то как! (Жадно пьёт воду.) Пипец тебе, Любаша. Готовься к казённому дому. Захват заложника, причинение телесных повреждений и покушение на убийство. У меня перелом. Ты мне ногу сломала. Я из этого подвала сразу в полицию поеду, побои снимать.
ЛЮБА. Побои в больнице снимают, а в полиции показания дают.
ВИКТОР. Ты издеваешься? Тебе срок грозит за такие художества, а ты ещё издеваешься?
ЛЮБА. Я плохо соображаю сегодня. Я сейчас вернусь, погоди.
ВИКТОР. Ты куда?! Вернись! Ты даже не представляешь, что с тобой на зоне сделают. Там любят молодых и глупых. Вернись, Люба! Любка!
Люба выходит из гаража. Достаёт телефон.
ЛЮБА. Так, статья 127. Незаконное лишение свободы. До двух лет. Статья 122. Телесные повреждения средней тяжести. До трёх лет. Да чё так много-то? Гуманное государство, гуманное государство... А сроки-то, как в какой-то Корее.
Она возвращается в гараж.
ЛЮБА. Я не могу в тюрьму. У меня ребёнок и мама. Мне нельзя в тюрьму.
ВИКТОР. А придётся. Тебя в тюрьму, а ребёнка в детдом.
ЛЮБА. Мне надо подумать. Ты всё равно живой, а мне надо подумать.
ВИКТОР. Мне в туалет надо. Я тут сейчас обоссусь. Мне в туалет. И у меня клаустрофобия. Я боюсь один в подвале, Любочка.
ЛЮБА. В туалет? Сейчас что-то придумаю.
Люба берёт ведро и кидает его вниз.
ВИКТОР. А-а-а!
ЛЮБА. Что?
ВИКТОР. Ты мне в плечо попала.
ЛЮБА. Ну ты уворачивайся как-нибудь. Что же ты всё время под руку попадаешься? Извини, я нечаянно.
ВИКТОР. Хана тебе! Выберусь – я тебя в асфальт закопаю! Ты мне до конца жизни пособие будешь платить! Не закрывай, сучка! Я боюсь подвалов!
ЛЮБА. Извини.
Люба закрывает дверь в подвал и выходит. Затемнение.

ЭПИЗОД СЕДЬМОЙ
Подвал. Входит Люба. Включает свет. Открывает дверь.
ВИКТОР. Выпусти меня отсюда! Я с ума схожу! Тут за стенкой кто-то есть, кто-то скребётся.
ЛЮБА. Я тебе поесть принесла. Отойди от дивана, а то опять зашибу.
ВИКТОР. И компот?
ЛЮБА. А ты компот хочешь? Компот завтра принесу.
Она кидает вниз бутылку с водой и на верёвке спускает пакет с едой.
ВИКТОР. Люба, ведро забери, пожалуйста. Воняет.
Люба на верёвке поднимает ведро, выносит его и тут же возвращается. Кидает ведро обратно в подвал.
ЛЮБА. Лови ведёрко. Я его не мыла. Там мужики какие-то около крана с водой.
ВИКТОР. Любочка, выпусти меня отсюда. Я никому ничего не расскажу. Я боюсь. Тут за стенкой кто-то есть, кто-то злой.
ЛЮБА. Вить, не придуривайся, ты же взрослый мужик. Тут за стенкой или песок, или такой же подвал.
ВИКТОР. У меня клаустрофобия, я не могу тут сидеть. Тут кто-то есть, он придёт за мной. Выпусти меня, пожалуйста.
ЛЮБА. Я должна подумать и что-то обязательно придумать. Сейчас я не могу тебя выпустить: ты в полицию заявишь, а я не хочу в тюрьму.
ВИКТОР. Не заявлю, я тебя простил. Ты же не специально меня в яму столкнула.
ЛЮБА. Не специально. Но вчера ты совсем другое говорил. Так что посиди ещё немножечко. Хочешь, я тебе пирожков испеку? С повидлом.
ВИКТОР. Хочу. Мне Галка с повидлом пирожки делала. Очень вкусные.
ЛЮБА. Это я её научила. Я её многому научила. Она же у меня как младшая сестра.
ВИКТОР. Да что ты говоришь! Ты такая умница! Выпусти меня отсюда, пожалуйста.
ЛЮБА. Нет, я же сказала уже. Посиди немного. Тебе свет выключить или оставить?
ВИКТОР. Не-е-ет, ни в коем случае не выключай. Они меня заберут в темноте. Не выключай. Подвальщики меня заберут.
ЛЮБА. Какие ещё подвальщики?
ВИКТОР. Они за стенкой, они меня чуют. Они меня заберут, подвальщики.
ЛЮБА. Да никто тебя не заберёт. Кому ты нужен, кроме Гали? Да и Гале уже не нужен.
ВИКТОР. Я виноват, я больше не буду. Я вот тут сидел и думал, обо всём думал. О разном, о Галочке. Я виноват. Вот сволочь я! Виноват я! И нет мне прощения!
ЛЮБА. Об этом раньше надо было думать. Ладно, я пошла.
ВИКТОР. Не уходи! Давай это... поговорим.
ЛЮБА. О чём мне с тобой разговаривать?
ВИКТОР. Об одиночестве. Мне одиноко тут. Очень. Или давай поиграем. В города давай поиграем?
ЛЮБА. Во что?
ВИКТОР. В города. Алма-Ата. Тебе на А.
ЛЮБА. Астрахань. Тебе, Витя, на мягкий знак.
ВИКТОР. Так нет же городов на мягкий знак.
ЛЮБА. Значит, ты проиграл. Мне Галя СМС прислала. Она ко мне заскочит через час, так что я пошла. Гуд бай, мой мальчик! Гуд бай, мой миленький!
ВИКТОР. Не уходи! Не уходи, Любка! Не надо!
Виктор кричит. Люба уходит. Затемнение.

ЭПИЗОД ВОСЬМОЙ
Квартира Любы. Она готовит еду и раскладывает её в контейнеры. Входит Галя.
ЛЮБА. Привет, дорогая!
ГАЛЯ. Привет, Любаша. А ты чего делаешь?
ЛЮБА. Да вот… завтрак, обед и ужин. Первое, второе и компот.
ГАЛЯ. А в контейнеры зачем?
ЛЮБА. Надо.
ГАЛЯ. Ну правда, зачем?
ЛЮБА. Так удобно же! Сейчас их в холодильник заброшу и по мере надобности буду доставать, размораживать и кушать.
ГАЛЯ. А не проще кастрюлю в холодильник поставить и потом по мере надобности из неё половником доставать, разогревать и кушать?
ЛЮБА. Поучи меня ещё щи варить!
ГАЛЯ. Да я просто спросила.
ЛЮБА. Я просто хочу упорядочить питание, вот по порциям себе и разливаю, чтобы точно всё было.
ГАЛЯ. Да ты вроде не толстая.
ЛЮБА. Вроде... Ключевое слово тут – «вроде». Кстати, твой Витька к луку в супе как относится?
ГАЛЯ. Терпеть не может.
ЛЮБА. Блин, переделывать надо.
ГАЛЯ. А чего? Зачем тебе Витька и лук?
ЛЮБА. А затем.
ГАЛЯ. Зачем?
ЛЮБА. Да сколько я мужиков ни встречала, никто, повторяю, никто не любит лук в супе или в картошке.
ГАЛЯ. Все?
ЛЮБА. Прям все-все. Мужики – это вообще катастрофа. То это не так, то то не эдак. Вот живёт себе девушка, никого не трогает, всё у неё хорошо. Но как только в её жизни появляется мужчина, всё идёт прахом. Ему и приготовить надо, и постирать, и носки эта скотина по всему дому разбрасывает.
ГАЛЯ. Да, насчёт носок это ты точно сказала.
ЛЮБА. Носков.
ГАЛЯ. Чего носков?
ЛЮБА. Правильно говорить «носков».
ГАЛЯ. Да какая разница!
ЛЮБА. Вот именно. Ты сначала думаешь: «Да какая разница! Ну валяются эти носки где попало...» А ведь это удар по психике, по нежной женской психике. Проще вместо мужчины кошку завести или кота. Максимум, что он тебе сделает, так это в тапки нассыт. А вот мужик кроме тапок тебе полную ванну проблем навалить может.
ГАЛЯ. Какую ванну?
ЛЮБА. Полную, до краёв.
ГАЛЯ. Ну да, тут я согласна, ванну может. Но ведь всё равно есть же любовь, секс.
ЛЮБА. Секс, Галя, приходит и уходит, а кушать хочется всегда. Тебе супчика моего налить?
ГАЛЯ. Конечно налить. Спрашиваешь.
ЛЮБА. Тогда бери вот этот контейнер. Он всё равно с луком.
ГАЛЯ. Так может, вместе поедим?
ЛЮБА. Не могу, мне убегать надо. Ты чего, кстати, приходила?
ГАЛЯ. Да мне сон приснился.
ЛЮБА. Какой сон? Про Витьку?
ГАЛЯ. Да при чём тут Витька? Мне приснилось, будто я сижу у себя в квартире, а в окошко вижу, что ко мне очередь из мужиков стоит. Вот как мы последний раз с тобой говорили.
ЛЮБА. Чё-то тебе через день очереди снятся с мужиками. Опять военные?
ГАЛЯ. Не, в этот раз обычные мужики: кто в костюме, кто в шортах.
ЛЮБА. А ты чего?
ГАЛЯ. А мне страшно стало. Их много, а я одна.
ЛЮБА. Ты не представляешь, как мне-то страшно.
ГАЛЯ. А ты что, к мужчине идёшь? На свидание?
ЛЮБА. Типа того. Только это не мужчина.
ГАЛЯ. А кто?
ЛЮБА. Пёсик хромой.
ГАЛЯ. Ой, собачка?
ЛЮБА. Ага, кобель. В наших гаражах завёлся. Я ему заодно супчика с котлетками принесу и компот.
ГАЛЯ. Люб, а зачем собаке компот?
ЛЮБА. Эти скоты всё сожрут, что ни дай.
ГАЛЯ. Добрая ты.
ЛЮБА. Это точно.
ГАЛЯ. Ладно, я пошла. Спасибо за супчик.
ЛЮБА. На здоровье, родная, на здоровье.
ГАЛЯ. Всё у нас будет хорошо.
ЛЮБА. Конечно будет!
ГАЛЯ. И очередь?
ЛЮБА. И очередь.
Галя убегает.

ЭПИЗОД ДЕВЯТЫЙ
Гараж. Люба заходит внутрь и включает свет. Открывает дверь в подвал.
ЛЮБА. Привет, граф Монте-Кристо!
ВИКТОР. Всё шутишь? Ведро забери.
Люба спускает вниз еду. Затем вытаскивает с помощью верёвки ведро и ставит его в сторону.
ВИКТОР. Ты когда меня освободишь? Меня же хватятся рано или поздно.
ЛЮБА. Пока никто не хватился. По крайней мере, мне о твоих поисках ничего не известно. Город занят другими проблемами.
ВИКТОР. Чем больше я тут сижу, тем хуже тебе будет, вот увидишь. Сама себе могилу роешь.
ЛЮБА. Успокойся, всё будет хорошо. Мне надо подумать, и я что-то придумаю.
ВИКТОР (кричит). Я спокоен! Я-то спокоен! Чего мне волноваться?! Сижу в тёмном подвале со сломанной ногой. Жрать носят, дерьмо забирают. Не жизнь, а развлечение!
ЛЮБА. Я не могу тебя выпустить. Не на верёвке же тебя вытягивать.
ВИКТОР. В гараже лестница есть. Посмотри под верстаком.
Люба встаёт. Вытаскивает из-под верстака складную лестницу.
ЛЮБА. А ты откуда про неё знаешь?
ВИКТОР. Раз есть яма, значит, должна быть и лестница. Я всего лишь предположил. Дедукция! Не просто же так тут диван стоит. Как-то его сгрузили.
ЛЮБА. Ну-ну.
ВИКТОР. Не закрывай! Не закрывай! Не надо! Не надо! Подвальщики ко мне лезут! Не закрывай!
Люба закрывает дверь в подвал и под крики Вити выносит ведро. Возвращается. Открывает дверь и кидает ведро вниз.
ВИКТОР. Ты всё-таки решила мне отдаться? Действительно, чего мужика просто так без дела держать? Спускайся ко мне, порезвимся.
ЛЮБА. Откуда ты знал про лестницу?
ВИКТОР. Какая лестница? Я ничего не знал. Я просто предположил. Бери эту лестницу и спускайся ко мне.
ЛЮБА. Откуда ты знал про лестницу? Ты знал про неё.
ВИКТОР. Иди в задницу!
ЛЮБА. Я-то пойду, а ты пока без света посиди ночку. Глядишь, сговорчивее станешь.
ВИКТОР. Только не это! Люба, только не это! Не уходи! Не надо! Не выключай свет! Не надо! Я не хочу умирать!
ЛЮБА. Голос сорвёшь.
Виктор воет. Люба закрывает дверь в подвал, выключает свет и уходит.

ЭПИЗОД ДЕСЯТЫЙ
Квартира Любы. Она смотрит телевизор. Раздаётся звонок в дверь. Люба встаёт, открывает дверь. Входит Женя.
ЖЕНЯ. Привет!
ЛЮБА. Привет! Чего-то случилось?
ЖЕНЯ. Да я так, мимо пробегал. Зашёл спросить.
ЛЮБА. А чего не позвонил?
ЖЕНЯ. Я звонил, ты не в сети, вне зоны доступа. Вот подумал: может, уехала куда.
ЛЮБА. Да куда я уеду? Отпуск закончился, всю неделю на работе. Вот сегодня первый законный выходной. Думала отдохнуть, а тут ты припёрся.
ЖЕНЯ. Да я по делу.
ЛЮБА. Говори.
ЖЕНЯ. Витька пропал.
ЛЮБА. В смысле «пропал»?
ЖЕНЯ. В таком вот смысле, что неделю его нет. Я ему ключи от гаража дал тебе отнести. Он взял и ушёл. И не возвращался. Мы же с ним в одной комнате живём.
ЛЮБА. Я помню. Он что-то говорил про «приют неудачников».
ЖЕНЯ. Так он у тебя был? Ключи отдал?
ЛЮБА. Да. Пришёл, ключи отдал.
ЖЕНЯ. И?
ЛЮБА. И ушёл.
ЖЕНЯ. А куда ушёл? Не говорил?
ЛЮБА. Не говорил. Он вообще какой-то задумчивый был.
ЖЕНЯ. Витька? Задумчивый?
ЛЮБА. Ага, какой-то странный. Водички попил и ушёл.
ЖЕНЯ. Действительно, странный.
ЛЮБА. Что-то про Ялту говорил.
ЖЕНЯ. Про какую Ялту?
ЛЮБА. У нас много Ялт, что ли? Про санаторий имени Кирова он говорил, что там путёвки дешёвые. Вспомнила! Точно! Про санаторий в Ялте он говорил.
ЖЕНЯ. Мне он ничего не говорил. Странно.
ЛЮБА. Ты-то как?
ЖЕНЯ. Я нормально. Попить дай.
ЛЮБА. У меня тут что, водонапорная башня? Ходите тут, воду пьёте да вопросы задаёте.
ЖЕНЯ. Да я-то что? Я просто…
ЛЮБА. Держи свой стакан с водой. Пей и вымётывайся!
ЖЕНЯ. Да я на пять минут только забежал: тебя навестить, про Витьку спросить. Мне ехать пора.
ЛЮБА. Куда это?
ЖЕНЯ. За город.
ЛЮБА. Зачем это?
ЖЕНЯ. По делам.
ЛЮБА. Ну, ехай... по делам.
ЖЕНЯ. До свидания!
ЛЮБА. Покедова!
Женя идёт к выходу. Люба запирает за ним дверь, ходит по квартире.
ЛЮБА. За город, значит. Бабу себе нашёл уже, не местную. Не может он говорить, видите ли, ехать ему надо. Совсем уже обнаглел. К бывшей жене хвастаться ходит, что ему некогда и за город ему надо с какой-то… Вот сволочь! (Выпивает стакан воды.) Хорошо хоть сны свои не стал рассказывать, а то Галка со своими очередями достала уже. Каждый день ей мужики снятся. Достала со своими вопросами: «к чему снятся?» да «к чему снятся?» А к чему снятся мужики? К дождю они снятся, к обильным осадкам. Мне вот Витька уже которую ночь снится, кобель хромой. Снится, что сидит он в подвале, плачет и говорит мне: «Забрали они меня, я же говорил, не выключай свет». Надо этого придурка выпустить, а то, не дай бог, с ума сойдёт, мне потом отвечать придётся. Точно! Вот прям сейчас иду и выпускаю Витьку. Хватит! (Вскакивает.) Кто молодец? Я молодец.
Люба собирается и выбегает из квартиры.

ЭПИЗОД ОДИННАДЦАТЫЙ
Гараж. Люба заходит внутрь и включает свет. От двери в подвал тянется верёвка. Люба открывает вход в подвал.
ЛЮБА. С вещами на выход! (Прислушивается. За верёвку достаёт ведро. Осторожно ставит его в сторонке.) Витя, выходи! Я знаю, ты прячешься под диваном. Витя! (Снова прислушивается. Несколько раз зовёт Виктора. Берёт лестницу и спускается в подвал. Вылезает из него. Ходит по гаражу.) Витя, ты где? Я больше не буду. Отдайте его мне обратно, подвальщики, отдайте его. Я больше не буду.
Люба выносит ведро, кидает его в угол. Возвращается. Закрывает дверь в подвал, гасит свет и уходит.

ЭПИЗОД ДВЕНАДЦАТЫЙ
Квартира Любы. Входит Люба и везде включает свет. Достаёт листок, что-то пишет. Приносит верёвку, делает петлю, подвешивает её на крюк в стене. Ставит стул, влезает на него.
ЛЮБА. А может, я его не увидела? Может, он там? Точно! У меня ку-ку! У меня кукуха поехала от перенапряжения! Витя в подвале спит, а я тут дурака валяю.

ЭПИЗОД ТРИНАДЦАТЫЙ
Люба заходит в гараж и включает свет. От двери в подвал тянется верёвка. Люба открывает подвал, вытаскивает за верёвку полное ведро, нюхает его.
ЛЮБА. Витя! Ви-и-итя! (Спускается в подвал. Вылезает из него.) Вити нет, его забрали. Но ведро каждый раз полное. А Вити нет. (Закрывает дверь в подвал. Выключает свет.) Вити нет.
Люба уходит.

ЭПИЗОД ЧЕТЫРНАДЦАТЫЙ
Квартира Любы. Входит Люба, переодевается. Подходит к стулу, забирается на него, хватается рукой за петлю. В это время в окне появляется Витя. В дверь стучат.
ВИКТОР. А-а-а! Нет! Не надо, не надо! Стой, стой!
ЛЮБА. Мамочки!
ВИКТОР. Стой!
Стул под Любой опрокидывается, и её рука попадает в петлю. Люба крутится на верёвке и истошно кричит. Женя открывает дверь и вбегает в комнату. В это время с ножом в руке из окна в квартиру вваливается Виктор.
ЖЕНЯ. Витька, режь её!
ЛЮБА. Не надо меня резать!
ВИКТОР (Жене). Отойди!
Женя хватает Любу и приподнимает её.
ЖЕНЯ. Режь верёвку быстрее, придурок! Она тяжёлая, я долго не выдержу.
ЛЮБА. Не надо, не надо!
ВИКТОР. Люба, прекрати!
ЖЕНЯ. Любка, прекрати драться!
ЛЮБА. Не хочу, не хочу!
Виктор поднимает стул, ставит его рядом с Любой, которую держит Женя, и перерезает верёвку. Вдвоём они относят Любу на диван.
ВИКТОР. Люба, успокойся.
ЖЕНЯ. Люба, всё хорошо.
ЛЮБА. Отойдите от меня! Вы ненастоящие!
ВИКТОР. Мы настоящие.
ЖЕНЯ (Виктору). Давай отойдём.
Парни отходят от Любы, которая в свою очередь садится на диване и натягивает на себя плед.
ЛЮБА. Витя!
ВИКТОР. Да.
ЛЮБА. Витя, ты живой?
ВИКТОР. Живой. Живее всех живых.
ЖЕНЯ. Живой он.
ЛЮБА. А ведро в подвале?
ВИКТОР. Люб, ты не волнуйся. С ведром мы пошутили.
ЖЕНЯ. Мы это… мы не специально.
ЛЮБА. Как – пошутили? Витя, ты точно жив? Ты же ногу сломал.
ВИКТОР. Нет, я её подвихнул немного. Уже всё зажило. А тебе сказал, что сломал, для жалости.
ЛЮБА. А подвальщики?
ЖЕНЯ. Какие подвальщики?
ЛЮБА. Витю забрать хотели. Они под землёй живут и людей из подвалов гаражей забирают.
ВИКТОР. Мне страшно было, вот я и придумал подвальщиков. Нет их! Они не существуют.
ЖЕНЯ. Люб, давай мы тебе всё расскажем. Ты, главное, успокойся.
ЛЮБА. Давай. Только там, в углу, стойте.
ВИКТОР. Хорошо. В общем, я когда в подвале сидел, Женька в гараж приехал машину на ночь поставить.
ЛЮБА. Так ключи же у меня были.
ВИКТОР. У Женьки второй комплект есть.
ЖЕНЯ. Да. Я думал, что ты забудешь про гараж. Я там изредка хотел машину ставить. Я как-то не подумал.
ЛЮБА. Дальше что?
ЖЕНЯ. Я вытащил Витьку из подвала, он мне всё рассказал. Я его отвёз в общагу, он помылся, переоделся. Мы поговорили.
ЛЮБА. А он тебе сказал, как в подвал попал?
ЖЕНЯ. Да. Оступился, ногой за что-то зацепился и упал, а ты подумала, что он умер.
ЛЮБА. Ага, оступился…
ВИКТОР. Женя, давай дальше рассказывай, не надо подробностей.
ЖЕНЯ. Ну, мы приехали в гараж сегодня рано утром. Витька ради смеха в ведро пописал, и мы ведро в подвал опустили. Вечером приезжаем, а ты ведро вылила.
ЛЮБА. Я чуть с ума не сошла!
ВИКТОР. Я тогда Женьке сказал, что пора прекращать над тобой издеваться, и мы пошли к тебе. Подошли, смотрим, ты вешаться собралась. Я перочинный ножик открыл и в окно полез, а Женька – в дверь.
ЛЮБА. Женя, а как ты в квартиру попал?
ЖЕНЯ. Так у меня и от квартиры дубликат есть. Витька в окно полез тебя спасать, а я через подъезд кинулся.
ВИКТОР. У меня претензий нет. Если что, я сам виноват.
ЛЮБА. Прости меня, Витя, я запуталась.
ВИКТОР. Бывает.
ЖЕНЯ. Ладно, мы пошли. Я только окно закрою, и пойдём. Отдыхай.
ЛЮБА. Мне одной страшно.
ВИКТОР (Жене). Оставайся, ей сейчас одной нельзя.
ЖЕНЯ. Хорошо, я останусь. Любу нельзя сейчас оставлять одну. Да, Люба?
ЛЮБА. Да, останься.
ВИКТОР. Я пошёл.
Виктор закрывает окно и выходит.
ЖЕНЯ. Люб, тебе, может, принести чего?
ЛЮБА. Ничего не надо.
ЖЕНЯ. Ага. Тогда спать?
ЛЮБА. Ложись со мной.
ЖЕНЯ. Ты меня простила?
ЛЮБА. Нет ещё.
ЖЕНЯ. А простишь?
ЛЮБА. Прощу.
ЖЕНЯ. Я исправлюсь.
ЛЮБА. Я даже не сомневаюсь. Главное, свет не гаси.
Затемнение.
ЛЮБА. Я же просила, не гаси све-е-ет...

Занавес