Гнездо 12

глава 12

http://proza.ru/2025/12/31/1147
http://proza.ru/2026/01/01/660
http://proza.ru/2026/01/01/1050
http://proza.ru/2026/01/01/1734
http://proza.ru/2026/01/03/1596
http://proza.ru/2026/01/04/2119
http://proza.ru/2026/01/11/1657
http://proza.ru/2026/01/14/1433
http://proza.ru/2026/01/17/1391
http://proza.ru/2026/01/19/1175
http://proza.ru/2026/01/22/81


Миссис Бертли не спалось. За ужином с тако вышел перебор, и теперь лепёшки перекатывались по желудку, липнув друг к другу, словно подростки на танцполе. Профессиональная, выпестованная годами выдержка удерживала от скоропалительных решений. Мстить за несварение окружающим бывшему резиденту ЦРУ не пристало, - чай не патрульный или практикующий дантист. Миссис Бертли любила масштаб. Недавняя хохма с конкурсом вышивальщиц тому пример. Её наволочку выкрали со стенда в первый же день, уверовав, что в узоре зашита сеть тайных агентов по всему миру. Слив дезы организовала сама миссис Бертли после ланча с подгоревшими круассанами. Похитителя обнулили заказчики, масса невинных была депортирована либо обменена, причем некоторые остались весьма довольны подобным сюрпризом.
 
В детстве на отцовской ферме будущая шпионка наблюдала за поведением старой гончей. Собака дремала на лужайке днями напролет и натужно гадила прямо на дорожке. Однако, забывшись сладким сном, хрипло взлаивала, гоняя лис и оленей. «Бывших гончих не бывает», - пояснял отец, - у всякой твари свое предназначение. Свинья – она до смерти свинья».

В справедливости отцовских рассуждений миссис Бертли смогла убедиться и в первом, и в последующих брачных союзах. Похоронив последнего мужа, она вышла в отставку и переселилась в «Голубой кролик». Завести детей миссис Бертли не успела.

****

«… рабочие места, освоение пустошей, колонизация Венеры… нее, не зайдет. Затаскано и без изюминки, - мэр задумчиво грыз кончик карандаша, - удвоение надоев, родов и прочих доходов на душу населения. Неплохо. Однако чего-то не хватает…»

Завтрашняя предвыборная речь продвигалась медленно и неубедительно. По большому счету содержание особой роли не играло. Результат подсчета голосов был предопределен. Но градоначальник привык собой любоваться и потому не ложился спать.

«Надо сблизиться. Типа я такой же, как вы. Только…- а что «только» мэр озвучивать не хотел, - Эврика!»

Грифель в возбуждении рвал бумагу

«Дорогие мои! Граждане и гражданки славного Натсвилля. Буду предельно искренен и напомню старый анекдот. Умер большой босс. Не торопитесь рукоплескать. И распорядитель похорон по традиции просит присутствующих сказать пару добрых слов о покойнике. Все молчат. Молчат долго. До неприличия. Наконец из задних рядов раздается голос: «Его брат был ещё хуже».  Ущучили? Вот и голосуйте за меня, ибо неизвестно какое чмо придет на смену».

Удовлетворенный мэр переместил исписанные листки в папочку, снял носки и аккуратно сложил пятками на восток. Трусы и майку повесил на спинку кровати, надел полосатую пижаму и, почесав бока, нырнул под одеяло.

Филин убрал бинокль в дальний угол дупла, забросал сухой корой, протер усталые глаза: «Уху, уж кто-бы говорил…Уху».