Шинель Н. В. Гоголь

Что ж делать! виноват петербургский климат.
Н.В.Гоголь «Шинель»


В повести Гоголь развивает тему маленького человека, который ревностно служит, безропотно перенося канцелярские насмешки. Мечта приобрести шинель на миг оживили его серые будни.  С получением шинели приходит и значимость, и социальное положение в обществе.
Главный герой Акакий Акакиевич Башмачкин – титулярный советник, чиновник для письма, тихого голоса, низенького роста, несколько рябоват, несколько рыжеват, несколько подслеповат. Внешность есть отражение внутреннего. В данном случае, духовной слепоты.
В департаменте не оказывалось к нему никакого уважения. Не соответствовал чину чиновника. Посмеивались над ним, подшучивали, острили. Сторожа и те не вставали с мест, когда он проходил, даже не смотрели в его сторону. Начальники относились к нему холодно-деспотически. Служил ревностно, с любовью, что редко. Дело его ограничивалось только обычным переписыванием. Если нужно было выполнить более сложное поручение, как глаголы переменить из первого лица в третий или переменить заглавный титул, то отказывался. Умственные способности его были ограничены, не развиты. Поэтому оставался он всю жизнь в одной должности, не претендуя на большее. «Нет, лучше давайте я перепишу что-нибудь». Он не думал вовсе ни о своей одежде, ни о том, что делается и происходит всякий день на улице. Приходя домой, он наскоро ел и принимался за переписывание бумаг, принесенных на дом. Не предавался никому развлечению, не ходил никуда по вечерам. Так протекала мирная жизнь человека за работой и, довольствуясь тем, что имеет. Таков путь человека, который смиряется и спасает свою душу. Так оно и было бы, если он не задумался о своем положении и одежде и не пошел вверх.
Одежда, в данном случае, шинель Акакия Акакиевича служила предметом насмешек. Так как она износилась временем, а жалованья не хватало, чтоб купить новую. Решается снести ее Петровичу, к портному. А портной этот бывший крепостной Григорий, который после того как получил отпускную, стал называться Петровичем. А получив свободу, стал попивать довольно сильно по всяким праздникам, по всем церковным. Все как полагается, у обычного рабочего, который верен дедовским обычаям. Не всем нужна свобода. Кому-то она точно во вред. Старая шинель настолько оказалась старой, что только и остается, что пустить ее на онучи. А новая шинель обойдется дорого, в сто пятьдесят рублей. Но Акакий Акакиевич сумел договориться за восемьдесят. Одна половина суммы, сорок рублей уже имелась, из накопленных средств. А для того, что найти вторую половину суммы, пришлось ограничить издержки. Психология маленького человека состоит в том, чтоб экономить каждую копейку, даже если придется отказать себе в чае, в свечах, в свете и прочих бытовых вещах. Приобретение шинели стоило того, чтоб голодать по вечерам. За работу Петрович взял двенадцать рублей и принес ее поутру, перед тем самым временем, как нужно было идти в департамент. Новая шинель привела Акакия Акакиевича в счастливое расположение духа. Он взглянул на старую шинель и сам даже засмеялся. Какова была разница! В департаменте признали в нем своего человека. И как это полагается, пригласили на чай. В обществе хорошая одежда возвышает, придает значимости, не смотря на то, что он так и остался обычным переписчиком. И как не пытался отговориться от того, чтоб не отмечать данное событие, уж никак не мог отказаться. А новые черты жизни привели его к праздности - после обеда он уже ничего не писал, предавался мечтаниям и ждал вечера.
Акакий Акакиевич несколько лет не выходил на улицу по вечерам, поэтому когда вышел вечером пройтись - глядел на все, как на новость: красиво одетые дамы, бобровые воротники у мужчин, лихачи в бархатных малиновых шапках, с лакированными санками, с медвежьими одеялами пролетали улицу. Раньше он только и делал, что работал, поэтому и не наблюдал за людьми, как кто одевается. Он выходит в свет – шум, говор, толпа людей – все это было как-то чудно, скучно. Как это водиться в обществе не без бокала шампанского. Его уговаривают выпить два бокала шампанского, после которых сделалось веселее. Но он был верен своим принципам, поэтому в двенадцать часов отправляется домой. Пришлось тайком выйти из комнаты, надеть наскоро шинель и умчатся стремглав по лестнице на улицу. Ночь, пустынные улицы, и не умение постоять за себя привели его к неизбежной беде. Желание выйти в свет омрачилось мраком. Фонари стали мелькать реже, а за ними пошли деревянные дома, заборы. Никого нет. Сверкал только один снег… «Нет, лучше и не глядеть» - подумал и шел, закрыв глаза и, когда открыл их, чтоб узнать, близко ли конец площади, увидел вдруг, что перед ним стоят какие-то люди с усами». Примечательно, что с усами. «А ведь шинель-то моя!» - сказал один из них, схвативши его за воротник. Чувствовал только, как с него сняли шинель, не забыв дать пинка коленом, после чего он упал в снег и больше ничего не чувствовал. А когда опомнился, то уж никого и не было. Если соответствуешь высшему обществу, то продолжай идти дорогой, какой они ходят и желательно в сопровождении. А если достаточно того, что имеешь, то хорошему человеку следует оставаться дома и знать покой.
Прибежавши к будочнику, высказал ему претензию, что так и так, мол, что он спит и ни за чем не смотрит, не видит, как грабят человека. Будочник оправдался тем, что не видал ничего, а видел двух людей, которых принял почему-то за его приятелей. Замечание к его внешнему виду и несоответствие чину чиновника. И посоветовал ему вместо того, чтобы браниться, сходить к надзирателю. Старуха, хозяйка квартиры, услышав страшный стук в дверь, отворив, отступила назад, удивившись раздражительному виду Акакия Акакиевича. И посоветовала ему идти прямо к частному, что квартальный ничего не сделает, что только пообещается, да и только. А частного она знает как доброго человека, так как он ходит в церковь и молится. Но частный, обратив внимание на его внешний вид, и что он не соответствует своему званию и должности, полюбопытствовал: почему он так поздно возвращался, и не был ли он в каком непорядочном доме. Что ничего другого не оставалась, как удалиться от него и пойти к более значительному лицу. Заметив смиренный вид Акакия Акакиевич, и его старенький вицмундир, значительное лицо ничего другого и не могло произнести, как: «Что вам угодно?», «Что вы, не знаете порядка?», «Куда вы зашли?», «Не знаете, как водятся дела?», и, объяснив тут же простому человеку, как правильно делаются дела: «Должны были прежде подать просьбу в канцелярию, к столоначальнику, к начальнику отделения, затем передана была бы секретарю, а секретарь доставил бы ее мне…». Но простой человек Акакий Акакиевич знает, что: «секретари того… ненадежный народ». Значительное лицо в конец возмутилось такой наглости: «Откуда вы набрались такого духу? Откуда вы мыслей таких набрались? Что за буйство такое распространилось между молодыми людьми против начальников и высших!». «Знаете ли вы, кому это говорите? Понимаете ли вы, кто стоит перед вами? Я вас спрашиваю». Потеряв всякую надежду добиться справедливости, окончательно падает духом. Все, что остается, так это сойти с лестницы и выйти на улицу. Кто он теперь без шинели то. Главному герою пришлось вернуться к старой привычной жизни, к старому капоту. А это не жизнь, особенно когда познал другую жизнь.
Он шел по вьюге, ветер, по петербургскому обычаю, дул на него со всех четырех сторон, из всех переулков. Потеряв шинель, он потерял смысл жизни. Никем не защищенный, он слег в постель и заболел. Благодаря петербургскому климату болезнь пошла быстрее, чем можно было ожидать. А лечение медицины естественно не помогло. Потому что он нуждался в лечении души. А исцелив душу, вылечилось бы и тело. Но наш герой так и не сумел побороть свою страсть. Не смог найти утешение. Все, что от него осталось, так это пучок гусиных перьев, казенная бумага, три пары носков, две-три пуговицы, и уже известный капот.
Вот и вся история маленького ничем не примечательного человека, который ревностно служил и ничего плохого никому не сделал. Значительное лицо скоро по уходе бедного Акакия Акакиевича почувствовал что-то вроде сожаления. А узнав, что его уже нет, был весь день не в духе. И для того, чтоб заглушить голос совести, отправляется развлечься - заехать к одной знакомой даме. Но вдруг почувствовал он, что его ухватили за воротник. «Твоей-то шинели мне и нужно!», «Не похлопотал об моей, отдавай же теперь свою!».
Чем больше человеку дано, тем больше с него и спроситься. За то, что он не оказал помощь и погубил человека, он сам духовно погибает. Угрызения совести так его извели, что страхи оцепили сознание. И что ничего не оставалось, как наступить на свои принципы, и вернуться домой. Событие так подействовало, что гораздо реже стал говорить подчиненным: кто перед вами? Болезни нужны нам для вразумления, для смирения, для борьбы с грехами.
В духовном смысле не нужно прилепляться к материальным вещам, чтоб потом не испытывать страданий и мук. Поэтому так важно бороться со своими страстями при жизни. Чтоб душа пребывала в мире и спокойствии.
Все мы зависим от своей шинели. Потому что мы – часть мира и миру соответствуем, чтоб понравиться, чтоб чего-то достичь. Кто ты есть, что из себя ты представляешь, к какому обществу относишься и принадлежишь, отражение твоей души. Если Бог не дает, значит не полезно. Но мы все равно хотим получить желаемое. А получив, страдаем. Потому что ноша не по силам. Если в душе пустота, то непременно ее нужно чем-нибудь заполнить, например, достижением материальных богатств. Потеряв значимую вещь, падаем духом, страдаем. Потому что дух слаб и немощен. Гоголь нам и говорит о том, что нужно созидать духовные богатства и тогда страдания о потерянной вещи не будут нас терзать и мучить. А вера спасет!