Отдел шестой Мы, учёные 6-206

 the-work-in-progress
2 эссе для Эсы

Эссе № 1 "Неведомый Ницше"
 
Отдел шестой: Мы, учёные 6-206

6-206
Групповой портрет человека науки

Тут, для начала, определены рамки, что речь пункта не о гениях, а о тягловых единицах научного прогресса. Что такое гений? Это тот, кем себя считает каждый, однако по классификации Ницше, он обязан *производить* в смысле *рожать*.
Поэтому средний человек науки может смело ставить (но он на это никогда не пойдёт) знак равенства между собой и старой девой. Тут имеются ввиду не только черты характера, но, главным образом, неповреждённая девственная плева. Ни с той, ни с другой стороны. Сперва и хотелось вроде, чего-то непонятного, но впоследствии было на всё то рукой махнуто…

«… человек науки… Прежде всего человек незнатной породы…: он трудолюбив, умеет стоять в строю, его способности и потребности равномерны и умеренны, у него есть инстинкт чуять себе подобных и то, что потребно ему подобным — … та частица независимости и клочок зелёного пастбища, без которых не может быть спокойной работы…
то постоянное скрепление печатью своей ценности и полезности, которому непрерывно приходится побеждать внутреннее недоверие, составляющее коренную черту зависимого человека и стадного животного.

Ему свойственны дурные привычки и болезни незнатной породы: он богат мелкой завистью и обладает рысьими глазами для низменных качеств таких натур, до высоты которых не может подняться.

Причиной самого дурного и опасного, на что способен учёный, является инстинкт посредственности свойственный его породе: тот иезуитизм посредственности, который инстинктивно работает над уничтожением необыкновенного человека и старается сломать или — ещё лучше! — *ослабить* с доверчивым состраданием: это подлинное искусство иезуитизма, который всегда умел рекомендовать себя в качестве религии сострадания, —»


Эй! Не газуй! Тут благая весть подкатила. Глядя на этот групповой портрет, неоспоримо вдруг осознаёшь, — так под него подойдёт любой и каждый. Каково? Планета населённая 8 миллиардами учёных! Да мы могли бы стать рассадником учёных преобразований всей вселенной. Как только завоюем Марс и хорошо удобрим своими отбросами.
Ведь даже я, такой неповторимо своеобразный, а тоже ведь сижу в этом портрете. Штрихи живописца сходятся со мной один в один. Ну, может, кроме готовности сделать падлянку любому, кто хоть на сантиметр выше меня. Чего нет, того нет — не делаю. И палки никому в колёса не вставляю исподтишка, по-иезуитски.
Однако не по своей вине,   а по причине отсутствия меня превосходящих. И что теперь? Втихаря рыть яму самому себе? Но по закону народной мудрости в неё попадёт другой, раз не на него рыта, и, следовательно, это получается пахота на чужого дядю. Оно мне надо?