Послание Адамитов, или Ренессанс с птичьего полета

       Знаете, что  мне сейчас пришло в голову? Есть картины некоторых художников, в которые хочется войти, как в комнату, присоединиться к персонажам,  разделить с ними момент происходящего на холсте…Например, к  «Девочке с персиками» Серова; сесть напротив нее и ощутить на лице тепло  летнего ветра,  повеявшего с террасы. Или встать у  окна в мастерской Саврасова и, любуясь картиной «Грачи прилетели», как будто увидеть наяву наступающую весну.
    А есть картины, , созерцая которые понимаешь мысли и чувства художника, но  вызывают они  смятение и ужас, и   разделяешь справедливость высказывания, что «великие знания преумножают скорбь».
     Картины Нидерландских художников  Иеронимуса Босха и Питера Брейгеля Старшего вызывают именно такие ощущения.
   Нидерланды- страна мастеров, страна гениальных ремесленников,  огромная территория включающая в себя  современную Голландию, Бельгию, Люксембург и часть северной Франции.
   Нидерланды всегда были особенной страной по своему мышлению и сознанию. У Нидерландов  мы рассматриваем проблему сотворения мира –миросотворения-  во взаимосвязи: мир создан Богом и человек внутри этого мира.  В работах  художников Босха и Брейгеля, создававших свои картины в пятнадцатом и шестнадцатом веках, т. е.  на рубеже  эпохи Ренессанса, мир становится  абсурден через деяния  людей, а не через Божественное творение. Мир  прекрасен, а люди   превращают его в абсурд своими деяниями. И как  не вспомнить стихи поэта Франсуа Вийона, жившего в пятнадцатом веке, как иллюстрацию высказанной мысли:
                Пусть каждый помнит: сам виновен он
                В любом своем житейском огорченье.
                ----------------------------------------------------
                В посланье Павла к римлянам прочтем:
                И стар и млад, что всех он нас зовет
                Любить друг друга по завету Божью,
                Лишь добрые дела на свете множа,
                Особо в толк пусть человек возьмет:
                Никто другого в грех да не введет, 
                Злоумышлять на ближнего не гоже.
    Несколько отклонившись от  основной темы, надо заметить, что в эпоху Ренессанса существовала секта под названием Адамиты.
      Босх и Брейгель,  и Альбрехт Дюрер, Эразм Роттердамский, Леонардо да Винчи и многие другие известные люди того времени, в разных европейских странах, были адамитами. Это была очень серьезная секта. Ценность сообщения  об этой секте в том, что, например, Иеронимус Босх, один из самых крупных деятелей  движения,  считал, помимо других догм этого течения,  что врагом человечества является технический прогресс. Ад на его картинах- прямое   указание на  торжество технического прогресса,  как намек на возникновение Искусственного Интеллекта, который погубит человечество. Каково?! Уже  в пятнадцатом веке лучшие умы предвидели  появление вестника Апокалипсиса,   каким является, уже по утверждению многих современных ученых,  ИИ.
   Конечно, люди того времени не знали понятия- технический прогресс. Они  просто предвидели, что человек может стать жертвой  своих дьявольских изобретений.
   Творчество Иеронимуса Босха кажется загадочным. В нем чудесным образом совмещается изощренная средневековая фантастика с фольклорными, духовными  и сатирическими сюжетами. Причудливые фантасмагорические образы создают на его картинах особый мир. Чертовщина,  сочетающаяся с  тонко подмеченными реальными человеческими типами и бытовыми мотивами,  повергают зрителя в оторопь , ужас и восхищение. »Корабль дураков», фрагмент утраченного алтаря Страшного суда «Остановка у адской реки», жуткие хари и мерзкие рожи, окружающие Христа, несущего крест,  и вдруг покой и умиротворение на картине « Иоанн Креститель в пустыне».  Покой ли? Некоторые  искусствоведы считают, что в его картинах, равно как и в творениях других художников-адамитов заключено некое послание нам. Во всяком случае «Страшный суд» Босха- это явное послание Босха из Вечности.
Поэт Паветл Антокольский   в стихах о Босхе писал:
             Он сел в углу, прищурился и начал,
             Носы прилюснул, уши увеличил,
             Перекалечил каждого и скрючил,
             Их низость обозначил навсегда.
             А пир в харчевне был меж тем в разгаре
             Мерзавцы, хохоча и балагуря,
           Не знали,  что сулит им срам и горе
           Сей живописи Страшного суда.

    Не менее загадочным и таинственным является толкование современного ему мира у Питера Брейгеля. Если чертовщина Босха -  трагический кошмар, то работы Брейгеля по сути  более философские с ироничным оттенком.  И,  тем не менее, хотя они не были современниками, Брейгель родился через девять  лет после смерти Босха,   взгляд на мир у них был художественно разным, а по сути одинаковым.
          Мастер Нидерландского Ренессанса, Питер Брейгель  Старший, стал  родоначальником  династии художников пяти поколений. Но не один из них не достиг  таких вершин творчества,  как он.  Правда,  его сын, тоже Питер, названный  в честь отца, художник нравов и тонкого юмора, считался мастером своего времени.   
   Жизнь Питера Брейгеля Старшего протекала на фоне событий, наложивших глубокую печать  на его творчество. Брейгель откликался на исторические события, воплощая их в картинах-аллегориях, предлагая нам разгадать их  смысл.
    Наступила  пора правления короля Испании Филиппа II, сына Карла  V, Габсбурга, которому принадлежали громадные  территории Римской империи,  и, в частности, Нидерланды. Филипп особой любви к Нидерландам не испытывал. В этой стране его наместником стал герцог Альба, Железный  герцог, как его прозвали, самый знаменитый гранд Испании.
     Время правления герцога было  отнюдь не самым счастливым периодом в истории Нидерландов. Испания на протяжении многих лет «опекала» Нидерланды, диктуя свои законы и правила. И, помимо всего прочего, запрещала торговлю с Англией, заклятым врагом Испании, сильно ущемляя интересы буржуазии.  Страшное  подавление восстания  протестантов,  жестокий террор герцога Альбы, отчаяние, охватившее многие умы, и зреющие революции, продолжавшиеся сорок лет после смерти Брейгеля. В итоге-  полная победа   буржуазии и приход к власти  Вильгельма Оранского. (Историю  Вильгельма Оранского читайте в  моей работе о голландском художнике Вермеере).
    Наравне с Дюрером в Германии, Леонардо, Рафаэлем и Микельанджело  в Италии, Питер Брейгель, которого  еще называли «Мужицким», - один из тех величайших гениев Возрождения, которые старались глубже проникнуть в сущность мироздания, осмыслить человеческое бытие. Землю с точки зрения себя самой. И Брейгель стремится охватить   ее композиционно,  как бы с высоты птичьего полета. Панорамно и широко. Мир лежит перед Брейгелем как на Божьей ладони. Взгляд   художника направлен сверху  вниз. Это особенно видно в картине «Охотники на снегу».  Картина затягивает зрителя  в свое пространство, поражая  грандиозностью панорамы.
   Так же композиционно, с «высоты  птичьего полета», построены  некоторые  другие картины Брейгеля, например,  «Падение Икара», «Жатва» и другие.
   Как уже говорилось- картины  художников- адамитов- тексты, которые надо читать , углубляться в их смысл, аллегорию, оценивать ситуацию, в которой действуют герои. Именно такая картина- «Притча о слепых».  В основе сюжета этой картины лежат слова Иисуса Христа, адресованные ученикам: «Они- слепые, вожди слепых; а если слепой ведет слепого- они оба упадут в яму». Конечно, Спаситель имел в виде слепоту духовную. У Брейгеля мы это отчетливо видим. «Притча о слепых», наверное, самая  трагическая из его картин. Он как будто хочет сказать: природа всегда прекрасна и величественна, а человек духовно слеп, если творит то, что влечет за собой  вселенские беды.
     В середине пятнадцатого века, а именно в 1445-1450е годы  произошло интеллектуальное землетрясение. Некий Иоганн Гуттенберг, из Германии, изобрел станок книгопечатания! Первой в истории книгой, напечатанной,  а не написанной от руки была – Библия. Станок с подвижным шрифтом превратил редкие рукописные дорогущие манускрипты в тиражируемые издания. Началась новая эпоха, .знания стали доступнее. А, значит, изменилась и культура, и наука.
   Интересную теорию выдвинула в своей книге  «Мост через бездну» знаменитый искусствовед Паола Волкова: « Большая международная организация, называвшая себя «Цехом каменщиков» или «Цехом строителей», возводившая готические соборы, объявила, что больше  строить готических  соборов не будет  Их строительство равно египетским пирамидам, и они « самораспустились», потому, что их заменил печатный станок. Изобретение печатного станка есть конец строительства готических соборов. Потому что наступила новая эра, и новый момент, и эта истинная книга, коей является  готический собор, была закрыта. Осип Мандельштам писал: « Безумный лабиринт, непостижимый лес, души готической рассудочная пропасть».
   Грешным делом, мне показалось, что Адамиты и Масоны  каким- то образом связаны. Или что Масоны  свое начало ведут  от «Цеха каменщиков», по времени возникновения общества Масонов  это совпадает. Конец шестнадцатого века.   То есть, официально прекратив строительство готических соборов, как проводников  к Высшим силам,    строители тайно продолжили свою  духовную деятельность. Ведь франкмассонство так и переводится- «Вольные каменщики»!
        У Адамитов было великое прозрение по поводу технического прогресса. И дело совсем не в изобретении новых форм, а в направленности их на разрушение человека.
   Адамиты очень боялись печатного станка, считая , что «каждый дурак» будет Библию переводить на свой язык и трактовать как кому вздумается.
   Эту  мысль воплотил в картине «Вавилонская башня» гениальный  художник  Питер Брейгель Старший.
   Искусствовед Паола Волкова в своей книге писала, что Вавилонская башня- это обреченная утопия. Намерение человечества сплотиться и  сделать что-то такое, чтобы спастись всем вместе.
  Утопическая идея, воплотилась у Брейгеля в образ Башни  Вселенского масштаба. Башня стоит не только посреди Вселенной, она как бы вбирает в себя всю Вселенную. Как уже было сказано- Брейгеля как и Босха надо уметь читать, разбирать их послания адамитов.
    Мало иметь намерение сделать что-то вместе. Надо еще суметь это сделать, слыша , чувствуя друг друга, имея определенные  знания… Этого не случилось в строительстве Вавилонской башни. Она уже накренилась, и далее все больше будет разрушаться, потому, что главное – взаимопонимание, а его не стало, когда  люди заговорили на разных языках в прямом и переносном смысле. Для художника- башня- это аллегория мира.
    Гений Брейгеля,  увенчавший поиски Босха, вывел нидерландскую живопись на первое место в мире.