Пьяный дракон. Гл. 10. Калла I. Долг крови

Фанфик "Пьяный дракон" к "Рыцарю 7 Королевств" Джорджа Мартина.

Лучше быть пьяным драконом, чем мёртвым королём...(слова из песни)

Примечание: действующие лица в эротических сценах - совершеннолетние, т.к. в мире Джорджа Мартина совершеннолетие наступает в 16 лет.

Предыдущие главы:

Глава 1. Мейкар I. Наковальня без Молота: http://proza.ru/2026/03/01/1499

Глава 2. Дейрон I. Прыжок из несвободы: http://proza.ru/2026/03/03/1383

Глава 3. Эйрион I. Холодное пламя: http://proza.ru/2026/03/05/1972

Глава 4. Лионель I. Между Пьяницей и Наковальней: http://proza.ru/2026/03/07/2112

Глава 5. Мейстер Ллойд I. Эль и репутация: http://proza.ru/2026/03/18/616

Глава 6. Ллака I. Тёмно-синяя тайна: http://proza.ru/2026/03/18/640

Глава 7. Мейкар II. Две стороны монеты: http://proza.ru/2026/03/19/601

Глава 8. Драконы и Олень I. Обманутые надежды: http://proza.ru/2026/03/20/1238

Глава 9. Мейкар III. Весеннее поветрие:http://proza.ru/2026/03/21/1884

Глава 10

Калла I

Долг крови

Пусть мужчины сражаются на поле боя, оставьте женщинам любовь... (слова из песни)

Тирош, Узкое море, Эссос

Один из девяти Вольных Городов Эссоса, расположенный на северном острове Ступеней в Узком море, вместе с Лиссом и Миром составлял троицу так называемых «Трёх сварливых Дочерей». И, как две другие сестры, оспаривал звание самой красивой, богатой и утончённой, что нередко приводило к раздорам и даже войнам.

Как любой портовый город, Тирош никогда не спал.

Кровавая башня на скале, получившая название из-за ярко-красных стёкол под куполом, днём и ночью горела ярким огнём, указывая судам путь к материку через пролив. Двери многочисленных таверн, гостиниц и борделей всегда были открыты для гостей с толстыми кошельками, будь то работорговцы, купцы, или пираты.

На пристани, протянувшейся на два десятка лиг, постоянно кипела работа и звучали языки всех народов мира.

Даже не заходя за высокие обсидиановые городские стены, на прибрежном рынке можно было продать и купить, что и кого угодно. Подкрепиться в береговой харчевне с видом на горизонт, или перекусить жареными на мангале лепёшками с рыбой прямо на улице. Выпить знаменитого тирошийского грушевого сидра, или попробовать экзотических напитков с Летних островов. Поспать на матрасах на морском воздухе под парусиной или там же снять портовую шлюху для развлечений.

Здесь звон монет почитался больше благородного звания, а торговля возвышалась над военным делом. И никто не спрашивал: какими путями к вам приплыли деньги.
Рано утром с большого торгового судна вместе с другими путниками на каменный берег Тироша сошла красивая брюнетка в мужской одежде и шерстяном плаще, скрывающем достоинства женской фигуры.

В её тёмно-синих с огненными бликами глазах таилась некая печаль, что не вытравить грушевым бренди, любовными наслаждениями и даже блеском золота. Горечь корнями уходила в далёкое прошлое, где переплетались интриги драконьих домов, и где торжество одних означало посрамление других...

Девушка беспрепятственно прошла в одни из городских ворот, которые тоже никогда не закрывались, и направилась вверх по центральной улице, с обеих сторон которой возвышались похожие на дворцы богатые дома с колоннами, каменными статуями и высокими коваными заборами, увитыми виноградными лозами и плющом.

- С возвращением, госпожа Калла, - поприветствовали её два стражника на воротах: в глубине двора виднелся трёхэтажный каменный особняк, выкрашенный в золотой и красный цвета.

Тенистый двор под сенью апельсиновых и грушевых деревьев утопал в цветах. Журчание фонтанов приятно освежало и ласкало слух.

Брюнетка бросила плащ на руки юной мулатки и взошла на крыльцо под портиком: на дверях красовался щит с изображением на золотом поле красного жеребца с крыльями дракона и пламенем из ноздрей. Это был личный герб Эйгора Риверса по прозвищу Жгучий Клинок, символизирующий его происхождение от вестеросских домов Таргариенов и Бракенов.

- Эйгор дома?.. - спросила она у старшего стюарда, управляющего особняком.

- Нет, миледи, он уехал по делам, - доложил гладко выбритый и зачесанный мужчина лет тридцати в ослепительно белой сорочке и начищенных сапогах.

- Подготовьте мне ванну и лёгкие закуски: хочу отдохнуть после долгого плаванья, - распорядилась брюнетка.

- Да, миледи, - учтиво раскланялся стюард.

***
Калла с удовольствием погрузилась в большую мраморную ванну, куда служанки добавили лепестки лилий и роз. После длительных поездок и волнений это было настоящее блаженство - нежиться в ароматной воде, чувствуя, как тело и душу покидает напряжение...

Рядом на круглом столике в красивом мирийском графине стояло оранжевое вино, на бронзовом подносе лежали сыры и фрукты, а на лягане*, украшенном ярким орнаментом, горкой томился жёлтый от пряной мукруки рис с креветками.

- Любовь моя, рад тебя видеть дома... - в купальню вошёл высокий худой мужчина лет сорока с сосредоточенным лицом и гибкостью пантеры.

Он был одет в жёлтую с чёрным тунику и лёгкие доспехи из добротного металла, а в руке держал золотой шлем в форме лошадиной головы с конским хвостом.

У Риверса были чёрные волосы, доставшиеся в наследство от матери из дома Бракенов в Речных землях, и фиалковые глаза отца - короля Эйгона IV Таргариена, прозванного Недостойным из-за чрезмерной любви к женщинам, которых, как хвастался сам, он «поимел» аж девятьсот.

Потомок Недостойного короля достойно носил короткую бороду и щетину на щеках: лёгкая небритость придавала ему вид вернувшегося из похода воина и напоминала, что именно для военных вояжей он и создан.

- Ты хорошо поработала в Эшворде... - Эйгор на восточный манер запустил руку в рис и, запрокинув голову, высыпал в рот. - Мне пришло тайное письмо от Гормона Пика: он, Амброз Баттервелл, а также Бракены, Фреи, Кокшо, Костейны, Рисли, Шоуни и другие дома поддержат восстание против Таргариенов... Ты умеешь убеждать, любовь моя...

- Для этого мне пришлось стать шлюхой и открыть в лагере палаточный бордель... - вызывающе глянула на мужа брюнетка синими глазами. - Тебя это совсем не смущает?..

- Тебе пришлось с кем-то переспать?.. - нахмурившись, спросил он.

- Нет, но... - она не успела договорить.

- Тогда нечего волноваться, - заявил он. - Обещаю, ты больше никогда не будешь изображать шлюху... А что в Королевской Гавани?.. Тебе удалось провернуть наш план?..

- Да, всё получилось... Но...

- Отлично!.. - снова перебил её Эйгор, запуская длинные пальцы в блюдо с рисом и вытаскивая розовую креветку. - Значит, скоро мы получим новости об эпидемии... Это должно ослабить власть Таргариенов и подтолкнуть других лордов к недовольству... А может, и снести верхушку чёртовых красных драконов...

Он прошёлся по ванной комнате, остановился у окна и, не оборачиваясь, продолжил:

- Любовь моя, я отправляюсь на Ступени: там распоясались пираты, и архонт посылает меня с ними разобраться. Он внёс достойную плату, я рассчитался со своими людьми, и ещё достаточно осталось... Но у меня к тебе будет ещё одна просьба...

Он повернулся и склонился над ванной, где над поверхностью воды возвышались пышные «холмы» с торчащими сосками и длинные полусогнутые ноги.

- Ты должна сегодня вечером встретиться с архонтом, он очень настаивает... - Эйгор захватил губами грудь жены и стал её нежно посасывать.

Калла в неге закрыла глаза.

- С тёмными волосами ты так похожа на мою мать... - прошептал он и втянул в рот «шишечку» второй «вершины».

- Я не Барба Бракен!.. - возмутилась брюнетка и за волосы оттянула мужа от груди. - И это не «Барбины Сиськи», которым Недостойный любил менять название!.. Ты только что пообещал, что я больше не буду изображать шлюху, как тут же отправляешь меня в постель к правителю Тироша!..

- Любовь моя, не сгущай краски! Это всего лишь светский ужин! - строго глянул на жену Эйгор фиолетовым взглядом. - Твоя красота, ум и образованность привлекают людей, разве они в этом виноваты?.. Ты также легко сходишься с ними, как твой отец. Его дар передался тебе, так используй его для блага семьи... Архонт покровительствует нам, он подарил нам большой дом, рабов, исправно платит мне за службу... Разве нельзя провести с ним вечер в приятной беседе в знак благодарности и тем самым укрепить нашу дружбу?..

Калла молчала, прикусив губу и уставившись в воду...

- О боги, мне тридцать семь лет, из которых тринадцать я провожу в изгнании!.. - Риверс стал ходить по купальне широкими шагами. - И всё это время я пытаюсь собрать достойную армию, чтобы продолжить дело твоего отца и моего брата - великого воина Чёрного Дракона!.. Таргариены не должны сидеть на Железном троне, не должны править Вестеросом, они вообще не должны существовать!.. Жестокие, развращённые безграничной властью, они, наконец, стали уязвимы без своих змеев. Пришло время скрутить им головы, сжечь их тела и развеять пепел по ветру, чтобы их имена навеки канули в пекло!..

- Любовь моя... - он склонился над ванной и поднял пальцами её лицо, проникновенно заглянув в глаза. - Мы ведь столько говорили об этом... Мы вместе хотели отомстить Таргариенам за все беды, что они причинили нам... Мы вместе хотели осуществить мечту твоего отца и посадить на престол достойного короля - наследника Блэкфайров... Неужели после стольких лет ожиданий подходящего момента мы откажемся от всего этого?.. Ты же знаешь, нам нужен архонт, нужна его власть, его деньги... Любовь моя, один ужин... и твоя улыбка сотворит чудеса...

- Не зря говорят: клинок Риверса может жечь, но его язык обжигает сильнее... - засмеялась Калла. - Хорошо. Но если этот толстый слизень будет распускать руки...

- Я их отрублю валирийским Чёрным Пламенем!.. - пафосно пообещал он и горячо поцеловал жену.

Но тут же резко оторвался и направился к выходу.

- Эйгор!.. - окликнула его пышногрудая брюнетка. - Мы не виделись почти два месяца! Неужели ты не соскучился?..

Она забросила ноги на края ванны и приподнялась, выставив из воды пышную грудь, плоский живот, упругие бёдра и вход в тайную пещеру, где было горячо и влажно.

- Конечно, соскучился, любовь моя... - обернулся он на пороге, пожирая её глазами. - Но у меня мало времени... Хотя... Если ты хочешь...

Он быстрым шагом вернулся, сорвал со стены простыню и подал руку Калле. Перенёс её из ванной на мраморный пол и стал вытирать мокрое тело, страстно облизывая влажные соски.

Девушка сладко застонала и закрыла глаза в предвкушении наслаждения...

- Повернись и расставь ноги... - вдруг услышала она знакомую командную фразу.
 
И прежде чем сообразить, откуда её помнит, Риверс повернул её спиной, сорвал покрывало и наклонил за шею над подоконником.

- Обопрись, любовь моя... - он шлёпнул жену по ягодицам и расстегнул ремень на штанах. - Жгучий Клинок будет тебя жарить...

Он раздвинул ей бёдра, приподнял за два мягких полушария, и она почувствовала, как его мужской орган резко проник в её плоть и стал нетерпеливо двигаться, а руки потянулись к дёргающимся «холмам»...

...Он всегда делал это молча и сосредоточенно, будто рубил врагов на поле боя, и лишь в конце, после одержанной победы, испускал протяжный стон...

- Спасибо, любовь моя... - Эйгор оторвался от жены и снова игриво шлёпнул по ягодицам. - Повторим, когда вернусь... Надеюсь, скоро...

И он двинулся к дверям, на ходу подтягивая штаны, затягивая шнуровку и застёгивая ремень...

- Почти, как на воротах в Красном замке... - вслух подумала Калла, распрямляя спину и глядя на содранную кожу на локтях. - Только там не говорят спасибо...

Она вздохнула и опустилась в тёплую воду с лепестками цветов...

- Я хочу трахать тебя каждую ночь и просыпаться с тобой каждое утро... - увидела она перед собой совсем другие фиалковые глаза, полные нежности и страсти. -  Хочу, чтобы ты кричала в экстазе и пугала мою охрану...

- Мейкар... - прошептала брюнетка, томно прикрывая веки.

Её пальцы заскользили по влажной коже груди и стали кружить вокруг сосков, которые сразу затвердели...

Или то были его руки, чувственно пробуждающие желание?.. Они пылко ласкали соски, жарко сжимали ягодицы, уверенно раздвигали бёдра и медленно входили в тайную долину, разжигая пламя желания и будоража налившийся бутон...

- О боги, Мейкар, что ты делаешь?.. - прошептала она, и сладкая дрожь сотрясла её тело, вознося к вершине эйфории...

Она закричала и... очнулась.

- Госпожа, с вами всё хорошо?.. - в дверях показались испуганные глаза рабыни мулатки.

- Да, Лейла, просто ударилась локтем... - ответила Калла, сдерживая волнение. - Оставь меня...

- Да, госпожа... - служанка скрылась в коридоре, прикрыв двери.

Он мой враг и я не должна о нём думать... Но кто узнает об этом?..

Её руки снова заскользили по обнажённой груди и опустились под воду...

***
Калла сидела в лёгком шёлковом халате возле зеркала и расчёсывала длинные вороные волосы: она предпочитала собираться без слуг, хотя не была лишена такой привилегии.
 
Она родилась в семье Деймона Блэкфайра - знаменитого Чёрного Дракона, бастарда короля Эйгона IV Недостойного и его кузины Дейны. Перед смертью Эйгон опубликовал завещание, в котором узаконил всех своих бастардов, и Деймон, а соответственно его дети, получили право войти в Дом драконов.

Калла любила отца и жалела, что не родилась мальчиком, как старшие близнецы Эйгон и Эймон: тогда бы она проводила с ним больше времени, тренировалась на мечах и ездила на охоту.

Он был для неё воплощением всего самого лучшего, как полубог, сошедший с небес на землю, чтобы творить на ней добрые дела.

Красивый, высокий, мускулистый, с гордой осанкой, широкими плечами и плоским животом. Как истинный Таргариен он имел изящные черты лица, тёмно-фиолетовые глаза и серебристые с золотом волосы. Всегда гладко брил усы и бороду, а волосы наоборот редко стриг, они ниспадали ему на плечи и развевались на ветру.

Когда он возвращался из походов в Красный замок, Калла первой бежала к нему навстречу, обгоняя старших мальчишек. Он подхватывал её на руки, усаживал на свою лошадь и катал по двору, крепко прижимая к груди. От него пахло ветром, дымом костров, лошадиным потом и сталью...

Она чувствовала себя счастливой в любимых руках. Улыбалась, глядя свысока на братьев, бегущих рядом, а отец гладил её по мягким серебристым волосам, целовал в макушку и говорил:

- Принцесса моя, с такими глазами ты достойна быть королевой...

...Счастливое детство закончилось в девять лет...

Она никогда не забудет той ночи, когда мама Роанна разбудила девятерых детей, и они быстро покинули замок и Королевскую Гавань на небольшой шхуне вверх по реке Черноводной. А затем дядя Эйгор с отрядом сопроводил их в глухую деревню в землях Бракенов, где они прожили много месяцев в обычной крестьянской хате с двумя няньками и под охраной двоих оруженосцев.

Мать с девочками и младшими сыновьями спала на одной кровати, старшие близнецы ютились прямо на полу, подстелив на землю жёсткую солому. Няньки примостились на лавках, а охранники несли дежурство в притворе.

Вместо горячей ванны с восточными пряностями все мылись в мелкой холодной речушке, натирая кожу глиной, а голову щелоком**, от которого волосы приобретали грязный земляной цвет. Иногда заваривали луковую шелуху, и тогда все ходили рыжими и дразнили друг друга: «Рыжий, рыжий, рыжий лис - хвост облез, а ус повис!..»

На большом грубо сколоченном столе не было ни позолоченных кубков, ни красивой посуды, ни изысканных яств. Серый хлеб, густая похлёбка из овса, чечевицы или гороха, да каши, которые от первых блюд практически не отличались... Радовало, что в лесу в тот год удалась малина, и дети с удовольствием её уплетали на десерт...

Потом приехал отец с небольшим отрядом, провёл ночь с матерью на сеновале, а утром ускакал, забрав с собой близнецов. Роанна плакала и просила его оставить мальчиков, но Дейрон строго посмотрел на неё и сказал: «Пришло время драконам взлетать...»

Каллу он потрепал по светлой голове и поцеловал в макушку.

- Ты теперь старшая из Блэкфайров, - улыбался он, и в фиалковых глазах плясали красные искорки. - Помогай матери... Скоро мы вернёмся с победой, и всё изменится...

Победы не произошло... После битвы на Краснотравном поле приехал дядя Эйгор Риверс, их скоро погрузили в шхуну и по водам Речных земель сплавили до Солеварни, откуда они покинули Вестерос на большом торговом корабле, следующем в Тирош на родину Роанны.

Сидя в тесной каюте в обнимку с младшими детьми, Калла узнала от плачущей матери о гибели отца и двух старших братьев...

В десять лет дом Таргариенов стал для неё злейшим врагом, а Бринден Риверс - самым ненавистным человеком, убившим Чёрного Дракона и двух его сыновей...

***
- Госпожа, приехали люди архонта... - в покои брюнетки постучалась рабыня мулатка. - Спрашивают: вы готовы?..

- Пекло, какой нетерпеливый архонт: даже стражу прислал... - сквозь зубы прошипела Калла. - Почему нельзя отделить его от денег, чтобы ими пользоваться без его участия?..

Она в последний раз бросила на себя взгляд в зеркало.

Из него смотрела, недовольно сведя брови, высокая красивая девушка с густыми тёмно-синими глазами, подведёнными чёрным углём уголками вверх на восточный манер.

Вороные волосы были слегка собраны на затылке и скреплены золотой диадемой в виде летающего коня - символичный подарок от мужа на прошлые именины.

С такими же летающими лошадками были длинные серьги и колье, украшавшее пышную грудь под лёгким шёлковым платьем глубокого синего цвета.
 
В Тироше не носили скучных чопорных одежд под жёсткими корсетами. Шумные местные жители любили яркие наряды необычного кроя из лёгких тканей с витиеватой вышивкой и драгоценными камнями.

А волосы здесь окрашивали во все цвета радуги, начиная от красного и заканчивая фиолетовым. Мода исторически крутилась вокруг даров моря - необычных моллюсков около тирошийских берегов, из которых производили стойкие красители, что и вывело изначально небольшой порт в число богатых торговых городов.

- Пусть архонт не забывает, что перед ним жена высокочтимого Эйгора Риверса, валирийский меч которого может одним ударом снести голову за непочтительное отношение, - сказала Калла отображению в зеркале и улыбнулась: точь в точь, как некогда её отец...

Она набросила на открытые плечи красный атласный плащ и вышла из покоев.

***
Архонт Вольного города Тироша Рамир Сладкоголосый с высоты холма ста тридцати футов взирал на свои владения (пусть и временные), проживая в роскошном дворце из светлого камня, утопающего в садах и фонтанах.

Будучи человеком больших размеров, состояний и возможностей, он сумел изменить традиционные законы и выбить себе право управлять городом на десять лет взамен одного года, как шло изначально.

За спиной остались два года, впереди маячили восемь, так что чувствовал он себя вполне уверенно и даже планировал по окончанию срока повторно выдвинуть свою кандидатуру на архонта, благо ему будет всего лишь тридцать восемь.

- Госпожа Калла, вы прекрасна, как небесна звезда озарять мой небо и ласкать мой глаз!.. - сладким голосом пропел Рамир, встречая долгожданную гостью у центральных ворот.

- О, я поражена, что вы учите вестеросский язык, архонт, - мило улыбнулась брюнетка, сбрасывая алый плащ с мраморных плеч в руки слугам. - Но я говорю на валирийском и даже с тирошийским акцентом...

- Вы богиня, сошедшая с небес!.. - воскликнул правитель, сразу забыв про уроки вестеросского и жадно пожирая глазами её пышную грудь, украшенную золотым колье. - Позвольте показать вам моё скромное жилище...

«Могу поспорить, что слизняк не запомнит цвет моих глаз...» - про себя развлекалась девушка, проходя под руку с архонтом по многочисленным дорожкам пышного сада и анфиладам дворца.

Тяжеловесный Рамир пыхтел, потел и изнемогал от желания под расшитым золотом пурпурным халатом. Взгляд его масляных глаз то и дело скользил по таинственной ложбинке бюста, уводящей фантазии вглубь декольте, а пухлые ручки поглаживали её локоть, который он держал, будто драгоценную реликвию.

- Богиня Калла, не сочтите за дерзость предложить вам скромно отужинать со мной в покоях... - елейно улыбался архонт всеми тремя подбородками, почтительно склоняя локоны модного фиолетового цвета.

Слуги распахнули двери в большую комнату, утопающую в бархате, позолоте и романтичном свете сотен свечей. Приятно запахло мускусом и ванилью, которые создавали мягкий, чувственный шлейф, благоприятный для интимных встреч.

«Пекло, Эйгор, ты меня отправил в восточный бордель!..» - гневно пронеслось в мыслях у брюнетки.

Двери за ними закрылись, и Калла почувствовала себя птицей, запертой в золотой клетке.

- Прошу, богиня Калла... - архонт провёл её к низкому дивану со множеством расшитых подушек.

«Хорошо, что сразу не на кровать...» - подумала гостья, мельком глянув на стоящее под балдахином широкое ложе в полумраке комнаты.

Она присела на краешек дивана, боясь двинуться вглубь, ибо поняла, что выбраться из мягких седалищ будет непросто.

- Позвольте, богиня Калла... - толстое тело в пурпурном халате плюхнулось рядом, увлекая девушку своей массой в пышные подушки.

Брюнетка оказалась полулежащей и лишённой возможности манёвра между бортиком лежанки и слоновьими бёдрами хозяина.

- Этот чудесный грушевый сидр изготовлен из сладких... сочных... больших... мягких... волнительных и желанных... фруктов моего сада... - архонт поднёс девушке вино в золочёном бокале, не переставая пожирать глазами её грудь. - Богиня Калла, вы должны его попробовать...

И прежде, чем она взяла в руки кубок, он уже поднёс чашу к её губам и наклонил. Пьянящая жидкость заполнила рот и пролилась на бюст, ручейком устремляясь в таинственную ложбинку...

- О-о-о!.. - застонал Рамир, теряя самообладание. - Простите, ради всех богов!..

Он быстро отставил бокал, задрал полу пурпурного халата, оголив короткие и мощные, как у бегемота, ноги, и стал вытирать ей грудь, навалившись трёхъярусным животом.

- Архонт, что вы делаете?! - возмущённо воскликнула Калла, пытаясь выбраться из складок его тела.

- Простите меня, богиня... - тяжело дышал хозяин. - Шёлк такой грубый для ваших восхитительных... сочных... сладких... дынь...

И он стал языком слизывать капли сидра с её груди, зарываясь носом в тайную впадинку...

Его халат распахнулся, и она почувствовала на своём животе упругую «булаву», пульсирующую у него между ног...

- Отпустите меня!.. - закричала брюнетка, схватив его за фиолетовые локоны и оттягивая от бюста.

- Не могу, богиня Калла... - простонал толстяк, доставая из-под ткани её сосок и впиваясь в него со страстью голодного шмеля.

- Мерзкий слизняк!.. - зашипела она и нащупала рукой толстое «мужское оружие», взывающее к бою.

 Она со всей силы сжала его и резко надломила.

- А-а-а-а!.. - заорал от боли Рамир, выпучив глаза и отпуская девушку.

Она чуть выбралась из мягких подушек и складок его тела и кинулась к дверям.

- Куда же вы, моя богиня?! - стонал ей вслед надломленный архонт. - А как же ужин?!

***
Разъярённая Калла вылетела из покоев и, минуя слуг, понеслась по коридорам дворца, пряча грудь за ткань платья.

- Экскурсия пригодилась... - говорила она сама с собой на бегу. - Я хоть знаю, где выход...

На ступенях дворца девушка налетела на рослого мощного мужчину в грязной белой тунике и таком же потрёпанном жизнью плаще.

- Миледи, с вами всё хорошо?.. - Роланд Крейкхолл обнял её за плечи и легонько отстранил от себя.

Он посмотрел в густые синие глаза и вспомнил, где видел её ранее. В её зрачках вспыхнули красные блики ночных фонарей: она также узнала гвардейца из свиты принца Мейкара Таргариена...

Брюнетка оттолкнула Крейкхолла и скрылась в темноте сада.

- Какая красивая леди... - посмотрел ей вслед спутник стражника с тяжёлой цепью на груди и одёрнул на себе длинную мятую робу из грубого серого льна...

***
- Что произошло?.. Я ждал вас раньше!.. - раздражённый архонт встретил поздних гостей из Вестероса в главной зале с колоннами.

Он неуклюже поднялся по ступеням к трону, широко расставляя и высоко поднимая ноги, и уселся в кресло, бережно поправляя «раненую булаву» между бёдер.

- К сожалению, корабль напоролся на рифы на Ступенях и пошёл ко дну, - учтиво поклонился мейстер Ллойд, говоря на хорошем валирийском языке. - Нас с некоторыми членами команды подобрало торговое судно и доставило в Тирош. Но два сына принца Мейкара пропали, а с ними и почтенный лорд... Мы хотели бы просить вас, благородный архонт, послать людей на их поиски. Принц Мейкар был бы весьма благодарен вам...

- Я уже отправил на Ступени людей для борьбы с пиратами... - поморщился от боли Рамир, теребя между ног пурпурный халат. - Если принцы выжили, то, наверняка, попали в плен к корсарам. А значит, мои люди их освободят и доставят в Тирош... Но если нет, то, боюсь, договорённость о браке с моей дочерью Ламирой не будет соблюдена по его вине... Хотя... у него ведь есть другие сыновья?..

- Да, почтенный архонт, - поклонился мейстер. - Но будем надеяться, что свадьба состоится с прежним женихом...

- Свадьба... - вслух задумался о чём-то своём правитель Тироша. - А это мысль...

- Отдыхайте, господа, - обратился он к ночным гостям. - Слуги предоставят вам и вашим людям всё необходимое...

- Простите, благородный архонт... - вестеросский врачеватель тактично указал взглядом на руки правителя, сжимающие «жезл» между бёдер. - Я могу вам помочь...

- О да... - простонал Рамир, поднимаясь с трона. - У меня такой большой и твёрдый «коралл», я им нечаянно задел двери и... наверное, сломал...

- Не беспокойтесь, почтенный архонт, - про себя усмехнулся мейстер Ллойд, связав воедино разъярённую беглянку в садах с неловким положением правителя. - У меня есть очень хороший клей для любых «кораллов»...

---
*ляган - плоское блюдо для плова и лепёшек в восточных странах

**щелок - самое популярное средство для мытья головы среди средневековых крестьян. Зола от дров смешивалась с горячей водой (иногда с жиром) для получения моющего состава.

Продолжение следует