Картошка и любовь. Из жизни сельского священника

Часть 1. Отец Василий и матушка Ирина

     Отец Василий копал картошку. Матушка Ирина сидела недалеко от грядок на краю огорода и кормила грудью доченьку Оленьку, рядом стояла детская коляска, в которой спал их сынок Ванечка. Отец Василий был высокого роста и крепкого телосложения, в его руках лопата быстро мелькала, переворачивая землю.


     Он был в спортивном костюме, и только потертая скуфейка на голове отдаленно напоминала в нем священника. Матушка Ирина была невысокого роста, но в ней так все было гармонично слажено, что с отцом Василием они были идеальной парой, в них в одно целое слились Богом созданные противоположности сильного, уравновешенного мужчины и хрупкой, эмоциональной женщины.


     С погодой повезло, был солнечный сентябрьский день, бабье лето томило грустью расставания с последними теплыми деньками. Стоящая рядом с их домом береза, уже посыпала золотом серую крышу дома, палисадник, зеленую траву перед домом и черную землю огорода. В местах, где была выкопана картошка, листья лежали как золотые самородки.


     Через ветки яблонь, склонившихся под тяжестью плодов Антоновки, отливающихся на солнце огромными жемчужинами, виднелся на возвышенности храм с приметами восстановления после разрухи.  Крыша храма блестела свежим оцинкованным профилем, крест сиял новой позолотой. Строительные леса вокруг храма вселяли надежду и даже унылый вид полуразрушенной колокольни подсказывал, что скоро и она будет восстановлена.

    Храм «В честь иконы Божией матери Знамение» стоял на возвышении, в центре села у озера. Блеск креста был виден издалека и отражался в озере непрерывным ярким сиянием, его уносило плавным течением реки, вытекающей из озера через густой лес, как весточку благодати Божьей для всей округи.


       Три года назад в это село Красное прибыл отец Василий со своей супругой- матушкой Ириной, только что окончив Санкт-Петербургскую духовную семинарию с отличием. Отец Василий запомнил этот день на всю жизнь. Они сидели на крыльце покосившегося дома, шел дождь. Ирина тихо плакала, а он не понимал, как будет служить в разрушенном храме  и, самое главное, для кого? В селе осталось около тридцати домов, половина из которых занималась летом дачниками из Санкт-Петербурга и Великого Новгорода.

       Проживало постоянно на тот день в селе 10 бабушек и два старика, и одна молодая пара, сбежавшая от цивилизации и решившая заняться фермерством. Он, тогда под предлогом сходить за ключом от дома к соседке бабе Марии (как его предупредили в патриархии), еще раз, уже один без матушки, зашел в разрушенный храм и встал на колени. И произносил только одну молитву, которая вырывалась от сердца: «Господи Иисусе Христе, помоги! На все святая воля Твоя». Голуби кружили в храме, напуганные нежданным гостем! Дождь моросил и проникал почти во все углы храма. На месте алтаря была огромная куча битого кирпича и мусора. Отец Василий, вспоминал тот день, не мог отрешиться от первоначального чувства безысходности и неожиданной нахлынувшей радости, что Господь не оставит его.

 
      Его распределение после окончания семинарии было не просто неудачным, он получил приход, которого фактически не было. По мнению его друзей-семинаристов, он, являясь отличником и ходячим Евангелием (так называли его друзья в шутку), мог бы занять более престижное место в одном из храмов Санкт-Петербурга или даже быть преподавателем в семинарии, но энциклопедические знания и характер семинариста Василия определили другой выбор.


     Все началось с обычной лекции по дисциплине «Педагогика», когда возник вопрос о воспитании детей и возможности применения телесного наказания. Священник-преподаватель (отец Игорь - так его звали), начал рассуждать о пользе последнего и обронил фразу, что дети чувствуют кожей, и, что для не сложившегося детского мировоззрения легкое внушение ремнем положительно сказывается на воспитании  их и осознании ими , что за нарушение установленных правил всегда может прийти наказание.  Главное, при этом, чтобы наказание не было выражением злобы или гнева родителей на детей. И далее, преподаватель привел выдержку из « Послания к евреям Апостола Павла, 12: 6: «Ибо Господь, кого любит, того наказывает; бьет же всякого сына, которого принимает».


     Далее вопрос преподавателя был обращен в лекторий: «А какое мнение вы имеете, уважаемые семинаристы, по этому вопросу?» Преподаватель всегда задавал вопросы слушателям-семинаристам, чтобы «расшевелить» аудиторию. Даже, если не было желающих отвечать на вопросы преподавателя, это всегда оживляло лекцию, семинаристы «просыпались». Но в этот раз руку поднял семинарист Василий.
- Позвольте, отец Игорь, Вам возразить по форме и содержанию!
- Так, интересно! Пожалуйста, продолжайте!
-Телесное наказание детей, соглашусь с Вами, является продолжением греховной человеческой природы, когда родители по ряду установленных традиций в воспитании не способны отойти от вредных привычек телесного наказания своих детей. Телесное наказание входит в противоречие с заповедью Божьей «Возлюби ближнего своего, как самого себя»


Семинарист Василий говорил несколько минут, приводя цитаты из Евангелия, писаний святых отцов. Он ссылался на возможный некорректный перевод с греческого, когда глагол «бить», может иметь другой смысл – «наказывать», т.е. не прямое биение розгами, а когда для любящего сына создаются Богом события, условия жизненных испытаний, и любимый сын, после преодоления всех этих трудностей, возвращается к любящему Отцу и вере. Именно на это указывает притча из Евангелия «О Блудном сыне».

      Он продолжал:
- Часто поверхностное восприятие Евангелия, вытягивание из него отдельных фраз, которые удобны человечному умозаключению, приводит к ошибкам и ересям, о чем доказывает исторический опыт христианской церкви. Евангелие надо воспринимать целиком, как единую картину Божественного мироздания и благовествования для спасения души человека. И самый простой способ проверки истины и божественной правды - это оценить свои действия и мысли по Христу с простым вопросом к себе: «Как поступил бы Христос в этой ситуации?». Поэтому, когда поднимается рука верующего родителя для телесного наказания своего ребенка, этот вопрос однозначно остановил бы наказание. Невозможно представить Христа, бьющего или унижающего маленького человека. Ибо сам Христос сказал: «Смотрите, не презирайте ни одного из малых сих; ибо говорю вам, что Ангелы их на небесах всегда видят лице Отца Моего Небесного.» (От Матфея святое благовествование 18:10.) Семинарист Василий сел в нависшей над аудиторией тишине. 


      Преподаватель Отец Игорь все время, когда говорил Василий, делал заметки в рабочей тетради, опустив низко голову. В наступившей тишине послушался его шепот, как бы обращенный к самому себе, но который услышали все:
— Вот и меня преподавателя с десятилетним стажем, доцента, кандидата богословия, «наш либерал» уже в ереси обвиняет,
- Простите, отец Игорь, я не в коем случае не хотел, чтобы Вы так подумали. Вы спросили мое мнение, я ответил! Просто существуют традиции нашего педагогического воспитания, которые имеют и негативные последствия.


- Правильно я Вас понимаю, уважаемый семинарист? Вы считаете, что нашу Христианскую церковь и Великую Россию создали и возвысили никчёмные люди, в воспитании которых имеются огромные пробелы из-за тесных наказаний?
Сидящие рядом с Василием его однокурсники начали показывать жестами, чтобы он прекращал спор, но Василий не унимался.


    - Уважаемый отец Игорь, если рассматривать телесное наказание, как важный воспитательный метод в духовном возрастании человека, то рабство в России, крепостное право возможно и не стоило бы отменять. Несколько веков российское население подвергалось телесному наказанию за любую провинность, как от господ, имеющих крепостных крестьян, так и во многих семьях. Человека, созданного Богом по своему образу и подобию, наделенного от Высшей Силы правом выбора, невозможно заставить любить через насилие. Если мы считаем себя православными христианами, то должны следовать за Христом, как за Светом от маяка в пучине бури житейской и мирской, обходя скалы и мели. Как можно считать себя Христианином, если ты порабощаешь другого человека, в т.ч. «одного из малых сих»? Сама мысль о телесном наказании является следствием нашей многовековой рабской психологии и гордости надменной: «меня наказывали, меня унижали, я так же буду делать»!


      Именно с этой лекции, после дискуссии с отцом Игорем, с его легкой руки, за семинаристом Василием закрепилось прозвище «наш либерал». Всех преподавателей поражали глубокие знания семинариста в богословии, никто не мог упрекнуть его в некорректной трактовке духовных источников, но юношеский максимализм и твердая решимость отстаивать свое мнение многим преподавателям не нравились. Мало кто из них мог понять, что это было проявление не интеллектуальной гордыни и отсутствия смирения, а особого душевного настроя семинариста Василия на прочитанное, осознанное, увиденное через редкий дар горячей Христовой веры.


       Прошло три года, как отец Василий с матушкой оказались в селе Красное.
Сейчас матушка Ирина смотрела на своего супруга отца Василия, наблюдая как он ловко копал картошку, и излучала любовь. Ветерок шевелил ее волосы, и прядь падала на лицо Оленьки, которая жмурилась от яркого солнца, и от неожиданного прикосновения волос мамы еще больше сжимала губки и продолжала высасывать из груди молоко.
   

 Матушка смеялась и смотрела то на мужа, то на дочку, то на сыночка в детской коляске от ощущения большого счастья, которое накрывало ее как волна на море.

- Ты чего, милая, смеешься? - подняв голову от гряды и опираясь на черенок лопаты, спросил отец Василий,

- Да, вот смотрю на тебя любимого, ты настоящий поп- картофелевод. Как будто всю жизнь фермерством занимался.

- Да, какой из меня фермер? В этом году картошка мелкая очень. До весны не хватит, придется еще докупать.

- Ты побереги силы, завтра служба. Благочинный не каждый день приезжает. Опять, наверно, обидится, что плохо встречали!

- Встретим, Ириша, отца Александра с почтением и смирением. Помолимся вместе с ним в Храме, а что Господь даст на стол тем и встретим. Да, Андрей -сыровар обещал козьего и овечьего сыра принести, наши бабуленьки пирогов напекут, грибков принесут, вот и встретим!

- Ты, Васенька, не возражай против спиртного. С отцом Александром еще один или два священника приедут, дьякон, да чтецы, как обычно. Кто водочку, кто винца попробует, так и веселее дело пойдет!

- Ириша, это в тот раз он обиделся, что я повторил из Апостолов, что «в вине блуд». Так это не я сказал. Священник должен быть примером апостольского служения. Да, и нет у нас в запасах ни водки, ни вина для застолья. Есть вино только для таинств.

- Хорошо, как Господь управит! Вот, как первый раз тебя увидела, так ты меня и сразил своей принципиальностью и решимостью.
- Милая, это не принципиальность, это желание оставаться человеком. Ты же знаешь, что у меня отец и брат рано отошли, и все водка-зараза! А по встречи так скажу, что на стол Господь пошлет тому и будем рады. Да! Сегодня еще отпевать нужно. К двум часам обещали привести покойника. Приезжал вчера один такой крутой мужик на джипе, привез своих рабочих, выкопали быстро могилу. Сказал, что покойник завещал в селе похоронить, где родился. Я им место показал недалеко от Храма.
-Смотри, Васенька, а это не они едут? - матушка приложила ладонь сверху глаз, пряча их от солнца, и смотрела вдаль на дорогу, за речку, вытекающую из озера.


Часть 2. Похоронный кортеж


     Перед мостом из леса показался длинный кортеж из машин. Кортеж вытянулся из леса и выехал на центральную улицу села, извиваясь как пестрая змея и поднимая пыль от гравийной насыпи, приближался к их дому. В кортеже выделялись три больших автобуса, крытый грузовик, а легковых машин и джипов было не сосчитать.
 - Васенька, я пойду в дом, докормлю Оленьку. Ирина встала со стула, одной рукой держа дочку, другой толкая коляску с Ванечкой, направилась к дому.

Через минуту головной джип остановился перед огородом отца Василия, боковое окно опустилось, и коренастый молодой мужчина спросил: «Мужик, скажи, где местный поп живет?»
Отец Василий приложил лопату к левому боку, как будто винтовку часовой, поднял правую руку к затертой повседневной скуфейке и отдавая воинскую честь, игриво произнес:
- Я и есть поп-картофелевод – иерей  Василий!
Шутка отца Василия вызвала секундную оторопь у спрашивающего, и он расплылся в доброй улыбке.

      Через мгновение открылась дверь у второго джипа, следующего за первым, и из него вышел сухощавый высокий немолодой мужчина в легком сером костюме и в белой рубашке. Его коричневые, дорогие туфли блеснули на солнце. В тоже мгновение из первого джипа выскочили вместе с «крепышом» еще двое подобных мужчин и по выработанной привычке осмотрелись по сторонам. Все говорило, что сухощавый мужчина был здесь главным и в первом джипе была его охрана. Сухощавый быстрым шагом прошел по вскопанным грядкам к отцу Василию, пренебрегая своим лоском, и по привычному, для многих православных людей жесту, сложил ладони и произнес: «Благословите, отец Василий!»

-Бог благословит! – Отец Василий перекрестил мужчину.
- Какими судьбами в наших краях?
-Вчера должны были предупредить. Савелий завещал похоронить себя на родине. Его привезли.
- Вас как зовут?
- Миг. Для Вас, отец Василий, Валентин Петрович! Миг - это для братвы.
- Как умер Савелий? Справка о смерти имеется?
- Да! Все в норме.
Валентин Петрович (Миг) махнул рукой в сторону «крепыша» и обронил:
- Шрам, пусть Кирпич документы на Савелия принесет! Мигом!
Шрам- он же крепыш сказал несколько слов по рации, и уже через несколько секунд отец Василий читал справку о смерти Савельева Михаила Ивановича, 1941 г рождения и причине его смерти: эпителиальная злокачественная опухоль легких.


- Хорошо, Валентин Петрович, извините! Я Вас ждал через час. Сейчас отпоем и похороним раба божьего Михаила. Мне главное знать, что он крещен и не самоубийца!
- Крещен в этом же сельском храме. Он мне сам рассказывал. Умер в больнице от рака легких! Тихая смерть, не сравнить с его буйной жизнью. Много раз уходил от смерти, и стреляли, и пером под сердце получал, от рака не ушел. Авторитетный был человек, половину жизни на зоне отмотал. Очень уважаемый вор.
- Дайте мне 15-20 минут, и я буду в храме! Приведу себя в порядок.
- Хорошо. Не возражаете, мы шатер для поминок поставим? Где можно? Вся братва приехала.
- Вы перед храмом и поставьте, день назад траву скосили. Ровное место. Могила слева от храма.
- Замётано, батюшка! Ждем Вас!


Отец Василий крепкую рукою вонзил лопату в землю и быстрым шагом направился в дом. Матушка Ирина уже ждала в дверях:
- Это кто такие, Васенька? Такого кортежа наше село, да и вся округа еще не видели.
- Это, Ириша, криминальное братство своего авторитета хоронят Савелия- Савельева Михаила Ивановича, местного. Здесь родился, крестился и завещал похоронить здесь. Я пока умоюсь и подрясник надену, сбегай пожалуйста к бабе Маше, попроси ее, чтобы за детьми присмотрела. Бери с собою бабу Таню и в храм, подпоете на службе.
- Хорошо, батюшка! Я мигом! - отец Василий улыбнулся при слове «мигом» и что-то неосознанное промелькнуло, отдаленно напоминающую непонятную взаимосвязь между словами Валентина Петровича и матушки Ирины, как легкая вибрация. Промелькнуло и забылось, но вспомнилось отцом Василием позже.


Часть 3. Отпевание и похороны


      Когда отец Василий подошел к храму, огромный шатер из красивого белого материала был уже почти собран и преобразил пустырь перед храмом. Рабочие запустили генератор, он потихоньку дребезжал, давая необходимое электричество. В отдалении от шатра уже стояло несколько умывальников для рук и мобильных туалетов. В двух отдельных палатках-кухнях выставлялись печи для приготовления пищи.

      Рабочие, повара и официанты, как музыканты единого оркестра делали свою работу очень слаженно и быстро. Вся площадка под шатром была выложена жестким пластиковым покрытием. Столы и стулья были собраны и готовы  для расстановки в шатре. Машины заняли всю оставшуюся площадь перед храмом. Огромная толпа мужчин и редких среди них женщин, разделившись на несколько групп, разговаривала, курила, гудела как муравейник и ожидала батюшку.

     Сторож дед Степан уже открыл храм. Матушка Ирина и бабушка Таня заняли место на клиросе храма. Вспоминая напевы и молитвы, они потихоньку пели. Отец Василий поднялся по ступенькам храма на паперть, увидел впереди стоящей братвы Мига и сказал: «Уважаемые Валентин Петрович, братья и сестры, заносите раба Божьего Михаила в храм и проходите». Отец Василий зашел в храм, затем в алтарь. Похоронная команда в смокингах и белых перчатках вытащила из катафалка гроб, занесла в храм и поставила перед аналоем на специальные тумбы. За гробом потянулась вся толпа.


    Матушка Ирина встала за свечной стол и раздавала свечи, все опускали деньги в ящик. Отец Василий вышел из алтаря в облачении священника и с солеи перед царскими вратами начал говорить:

- Уважаемые братья и сестры! Сегодня мы собрались, что выполнить волю усопшего раба божьего Михаила и похоронить его на месте рождения в нашем селе. Сейчас мы помолимся и начнем чин отпевания, затем простимся с усопшим и отправим тело в гробу в могилу до 2-го Пришествия Господа нашего Иисуса Христа, когда воскреснут все мертвые и совершится суд Божий над каждым из нас. Поэтому расставание с усопшим временное. Тело мы похороним, а душа жива!

  Душа после смерти попадает на 40-й день или в ад, или в рай. Вы наверняка об этом слышали, что ад для грешников, а рай для праведников. Кем же был усопший грешником или праведником, решает Господь! Но и мы можем своими молитвами, обращаясь к Господу Иисусу Христу, Пресвятой Богородице, Архангелу Михаилу просить об снисхождения к участи усопшего!

  Нет ни одного человека на земле, кто бы не согрешил! Поэтому наша сегодняшняя совместная молитва об усопшем — это самое важное, что мы можем для него сделать и все 40 дней постоянно молиться, вспоминая добрые поступки и дела Савельева Михаила Ивановича…

- Братик, Мишенька! – надрывный возглас бабы Татьяны прервал проповедь отца Василия, взлетел под своды храма и взбудоражил от неожиданности всех присутствующих, заставив повернуть головы на бабу Татьяну.

- Мишенька, солнышко, как же так! – Баба Таня приложила одну ладонь ко рту, чтобы не закричать навзрыд, и со слезами, старческим, медленным шагом по ступенькам сошла с клироса и, наверное, упала бы, если бы отец Василий не подхватил ее по руку.

- Мишенька, Мишенька, братик! - повторяла баба Таня, подошла к гробу, нежно обняла лицо усопшего и прижалась к нему щекой. Матушка Ирина быстрым шагом подошла с табуреткой и посадила бабу Татьяну.


    Несколько минут потребовалось, чтобы успокоить бабу Татьяну. Она сидела возле гроба, смотря на усопшего, обливаясь слезами:
- Я же думала, что ты умер и письмо со справкой из колонии были! А ты живой! Был живой!


    Отцу Василию было тяжело продолжить свою проповедь, но он начал говорить, чувствуя, что умерший уже не является таким незнакомым человеком для него, да, и приехавшие проводить его люди стали ближе:

— Вот так, братья и сестры, баба Таня (Татьяна Ивановна) по милости Божьей и с вашим участием встретила своего брата. По мужу у нее другая фамилия, поэтому я по документам о смерти не понял, что Михаил ее брат. Как не тяжело наблюдать слезы бабы Тани, которую мы очень любим, как истинную христианку и нашу помощницу, но продолжим исполнение воли усопшего, -

- Я не пытаюсь научить вас как вам жить или поступать в жизненных ситуациях. Я молодой священник и три года назад мы с матушкой прибыли в это село поднимать разрушенный храм и восстанавливать приходскую жизнь. О обо мне можно смело сказать- жизни не видел! И поэтому мне очень отрадно сегодня говорить с вами, людьми опытными, подвергающими постоянно свою жизнь риску, и хорошо знающими раба божьего Михаила, о самой главной цели в жизни любого христианина. 


   Усопший раб Божий Михаил перенес огромные жизненные испытания и трудности, несколько раз побывал на грани жизни и смерти и остался до последних дней настоящим человеком, все это говорит о его глубокой вере в Бога, пусть и скрытой от окружающих. Иначе он не завещал бы похоронить себя на родной земле.  Не все присутствующие здесь знают, а кто знает, прошу подсказать нам, кто после распятия Иисуса Христа, его смерти и воскресения первым вошел в царство небесное? Кому сказал Господь в последние минуты жизни, превозмогая мучительную боль и страдания на кресте: «Истинно говорю тебе, ныне же будешь со Мною в раю»?- Отец Василий сделал паузу, ожидая ответа.


    В храме возникла тягостная тишина, которая прерывалась всхлипами бабы Тани. Некоторые начали переглядываться друг с другом, как бы выведывая возможный ответ.

- Это разбойник, – тихим и властным голосом произнес Миг, вызвал легкий одобрительный шум братвы от того, что их старший ответил, и еще раз подтвердил широту своих знаний.

-Да, Валентин Петрович, это-был разбойник, как его называют в церковном предании благоразумным разбойником. Вот, что говорится в Евангелии от Луки ( гл 23) об этом событии и отец Василий зачитал по памяти:


«Вели с Ним на смерть и двух злодеев. И когда пришли на место, называемое Лобное, там распяли Его и злодеев, одного по правую, а другого по левую сторону. Иисус же говорил: Отче! прости им, ибо не знают, что делают.

И делили одежды Его, бросая жребий. И стоял народ и смотрел. Насмехались же вместе с ними и начальники, говоря: других спасал; пусть спасет Себя Самого, если Он Христос, избранный Божий.

Также и воины ругались над Ним, подходя и поднося Ему уксус и говоря: если Ты Царь Иудейский, спаси Себя Самого. И была над Ним надпись, написанная словами греческими, римскими и еврейскими: Сей есть Царь Иудейский.

Один из повешенных злодеев злословил Его и говорил: если Ты Христос, спаси Себя и нас. Другой же, напротив, унимал его и говорил: или ты не боишься Бога, когда и сам осужден на то же? и мы осуждены справедливо, потому что достойное по делам нашим приняли, а Он ничего худого не сделал. И сказал Иисусу: помяни меня, Господи, когда приидешь в Царствие Твое! И сказал ему Иисус: истинно говорю тебе, ныне же будешь со Мною в раю»


- Почему, уважаемые братья и сестры, -продолжил отец Василий- находясь пред гробом усопшего Михаила Ивановича, которого все больше знают под именем Савелий, я привел эту Евангельскую историю. Она очень похожа на его жизнь.

    Почему он завещал похоронить себя на родине? Да потому что здесь прошло его детство, а в детстве мы остаемся, если и с грехами, то с очень малыми. Это и есть покаянный путь нашего усопшего раба божьего Михаила в детство, и мы отпеваем его в храме, где его крестили еще младенцем, и он приобрел благодать Божью и надежду на спасение, как тот разбойник с покаянием на кресте.


- Сейчас, братья и сестры, зажжем свечи и помолимся о рабе божьем Михаиле. - Храм за несколько секунд начал пылать огнем от свечей и стало видно, как слова отца Михаила тронули сердца многих, не только редких женщин, но и братву, некоторые прослезились. Баба Таня встала от гроба и взошла на клирос, чтобы петь месте с матушкой Ириной.


- Благословен Бог наш всегда, ныне и присно, и во веки веков. – раздался звучный голос отца Василия, и он начал чин «Отпевания»
- Аминь! – запел немногочисленный хор, и все перекрестились. Только небольшая группа людей стояла отдельно, они были мусульманской веры и спокойно наблюдали за действием в храме.


     Молитвы произносились по установленному порядку. Пространство храма усиливало и преломляло звуки, позвякивание кадила переливалось с голосами матушки Ирины и бабы Тани.       Отец Василий энергично, вкладывая всю душу, хорошо поставленным голосом читал молитвы о прощении грехов усопшего и псалмы. Его искренний настрой передавался всем и многие впервые ощутили в этом сельском храме странное чувство искренней теплоты и непонятное ощущения присутствия того, что тяжело описать.


     Да, они собрались на отпевании Савелия, которого многие боялись и уважали, и пришли по традиции достойно проводить его в последний путь и исполнить его волю, и так поступали каждый раз, когда уходил из этого мира кто-то из братвы или из авторитетов.  Вроде бы ничего удивительного! Но в этом еще недостроенном храме, где на простом временном деревянном алтаре из фанеры были бумажные иконы, во многих местах недавно пол был залит цементом и в сентябрьский теплый день веяло сыростью, от которой поеживались приехавшие дамы в красивых траурных платьях, и крепкие, заносчивые, рискованные и гордые бандиты испытали то, что не испытывали ранее! Каждый это чувствовал в той или иной мере, и не мог поделиться с другим, отгоняя от себя эту мысль о Боге, как проявление слабости, заполняя свои рассуждения более привычным и понятным, оправдывающим свои действия, жить и думать так легче:


- Нет, нет, мир жестокий! Если не ты, то тебя «завалят»!
- Какое там царство небесное! Пустота!
- О Боге и Христе все это выдумки!
- Да, традиции, уважаем! Мы же не звери какие-то, крещеные, но не слабаки!
- Мы еще всем докажем, кто мы! И зачем нам Бог?
- Это все попы придумали.
- Почему у меня слезы? Стыдоба! Лишь бы не увидели.
- Что-то отпевание затянулось!
- Я уже есть хочу, сейчас Савелия помянем и выпью. Хорошо, что Таньку взял, за руль сядет!
- А Миг-то верующий, прямо крестится и крестится!
- Завтра «сходняк» будет из-за Северного рынка. Может и стрельбой закончится!
- Не понимаю христиан, крестятся, молятся, а Христу не следуют! Для чего тогда верить?
- Вроде поп заканчивает…


Отец Василий подошел ко гробу усопшего и начал читать разрешительную молитву:

- Господь наш Иисус Христос, Божественною Своею благодатию, даром же и властию, данною святым Его учеником и Апостолом, во еже вязати и решити грехи человеков (рек им: приимите Духа Святаго, ихже отпустите грехи, отпустятся им; ихже удержите, удержатся; и елика аще свяжете и разрешите на земли, будут связана и разрешена и на Небеси); от онех же и на ны друг друго приимательно пришедшею, да сотворит чрез мене, смиреннаго, прощено и сие по духу чадо Михаила от всех, елика яко человек согреши Богу словом или делом, или мыслию, и всеми своими чувствы, волею или неволею, ведением или неведением; аще же под клятвою или отлучением архиерейским или иерейским бысть, или аще клятву отца своего или матере своея наведе на ся, или своему проклятию подпаде, или клятву преступи, или иными некиими грехи яко человек связася, но о всех сих сердцем сокрушенным покаяся, и от тех всех вины и юзы да разрешит его  елика же за немощь естества забвению предаде, и та вся да простит ему , человеколюбия ради Своего, молитвами Пресвятыя и Преблагословенныя Владычицы нашея Богородицы и Приснодевы Марии, святых славных и всехвальных Апостол, и всех святых, аминь!


     Затем отец Василий вложил в руку усопшего текст с молитвой и обратился к присутствующим:

-Сейчас братья и сестры можно проститься с новопреставленным Михаилом. После этого предадим тело земле, закроем гроб и отнесем на кладбище в могилу.
Ко гробу выстроилась цепочка людей для последнего целования усопшего.

      Баба Таня села у изголовья брата и тихо плакала. Неожиданно на входе в храма появилось двое полицейских, перекрестились, осмотрели происходящее и вышли.


   Миг резким жестом подозвал к себе двух крепких парней и головой показал на боковой выход из храма, дверь у которого была приоткрыта. Парни подошли к гробу с Савелием, приложились по очереди к иконе на его груди и исчезли из храма. Видимо, им точно нельзя было встречаться с полицейскими.


   Выносили гроб из храма, когда солнце уже спряталось за вершинами деревьев ближайшего леса, приближался вечер! Шатер для поминальной трапезы светился внутренним светом, кухня дымилась и издавала приятный запах. На пригорке на небольшом отдалении от храма стояла полицейская машина, полицейские всматривались в толпу. Все рабочие -установщики, повара и официанты замерли на минуту недалеко от могилы со всеми и наблюдали, как опускался гроб. Затем по команде менеджера вернулись на свои рабочие места.


    Первым бросил ком земли в могилу Миг, за ним все начали по традиции бросать землю. Первые удары о блестящий из дорогого дерева гроб были как стук в дверь дома, когда человек стучит настойчиво и часто, а ему не хотят открывать дверь изнутри. Стук скоро смолк. Рабочие-могильщики проворно сделали холмик, украсили могилу принесенными цветами и венками, поставили крест с надписью об усопшем, его дате рождения и смерти и его портрет.


Часть 4. Поминки


    Миг подошел к отцу Василию и матушке Ирине и пригласил их вместе помянуть усопшего:
- Отец Василий приглашаем Вас с матушкой, как Ваше имя отчество? - не договорив, спросил Миг.
Ирина со свойственной ей жизнерадостностью и улыбкой, которая контрастировала со всей обстановкой похорон, быстро ответила:
- Ой, да, какое отчество, я Вам по возрасту в дочери гожусь, наверное,
-Ирина Валентиновна- ответил за Ирину отец Василий.

    Миг, он же Валентин Петрович, внимательно всмотрелся в лицо матушки Ирины, а отец Василий еще раз отметил для себя, что во время отпевания в храме, несколько раз замечал пристальный взгляд Мига в сторону своей супруги.


- Пойдемте, помянем Савелия – Миг поднял руку и пригласил всех в шатер-
- Да, и баба Таня (Татьяна Ивановна) с нами, пожалуйста!


    Отец Василий  с матушкой Ириной зашли в шатер после Мига, и испытали удивление от поразившей их красоты накрытых столов и огромного выбора блюд. Все было продумано до мелочей в организации шикарных поминок для большего количества людей с изыском и размахом.  Отец Василий пытался и ранее приблизительно сосчитать количество прибывших на похороны Савелия, у него получалось около 140-150 человек.


— Вот, если бы такое количество прихожан и молящихся было бы в нашем храме каждую воскресную службу, я  был бы счастлив. Не зря священником стал и учился. Ремонт храма быстрее бы закончил, – подумал отец Василий, когда все садились за столы.
Официанты принялись подавать блюда, разливать вино и крепкие напитки, шум от звука посуды и голосов нарастал, как горный водопад, послышались привычные диалоги официантов и братвы, люди проголодались и устали, и готовы были начинать с большим желанием и аппетитом потребление пищи. И, если бы не залетевшие и уже кружащие ночные бабочки вокруг светильников, можно было бы подумать, что все они находятся в большом городском ресторане.


 - Позвольте, Валентин Петрович, прочесть молитву перед поминальной трапезой – отец Василий обратился к Мигу.  Миг, пригласивший сесть рядом с собою во главе п-образного, огромного стола отца Василия, матушку Ирину, бабу Таню и еще несколько почетных и важных гостей, кивнул головой.


- Молитвами святых отец наших, Господи Иисусе Христе, Боже наш, помилуй нас. Аминь.
Святый Боже, Святый Крепкий, Святый Бессмертный, помилуй нас….
Отец Василий начинал читать молитву своим громким голосом, и в начавшемся «ресторанном гаме» не все сразу замолчали, некоторые уже начали закусывать.

    Отец Василий видел негативную реакцию многих: Что опять молиться? Ну сколько можно? Когда же поминать начнем? Но когда встал Миг, все поднялиcь c мест и прекратили разговоры.

- Помяни, Господи, яко Благ, рабы Твоя, и, елика в житии согрешиша, прости никтоже бо безгрешен, токмо Ты, могий и преставленным дати покой.
Глубиною мудрости человеколюбно вся строяй и полезная всем подаваяй, Едине Содетелю, упокой, Господи, душу усопшаго раба Твоего Михаила, на Тя бо упование возложи, Творца, и Зиждителя, и Бога нашего.

Слава Отцу, и Сыну, и Святому Духу. Со святыми упокой, Христе, душу раба Твоего, идеже несть болезнь, ни печаль, ни воздыхание, но жизнь безконечная.

И ныне, и присно, и во веки веков. Аминь. Тебе и Стену, и Пристанище имамы, и Молитвенницу благоприятную к Богу, Егоже родила еси, Богородице Безневестная, верных спасение.

Упокой, Господи, душу усопшаго раба Твоего Михаила, и, елика в житии своем, яко человек, согреши, Ты же, яко Человеколюбец Бог, прости его и помилуй , и вечныя муки избави , Небесному Царствию причастника  учини  и душам нашим полезная сотвори.

Отче наш, Иже еси на небесех! Да святится имя Твое, да приидет Царствие Твое да будет воля Твоя, яко на небеси, и на земли. Хлеб наш насущный даждь нам днесь и остави нам долги наша, якоже и мы оставляем должником нашим и не введи нас во искушение, но избави нас от лукаваго. Яко Твое есть царство, и сила, и слава, Отца, и Сына, и Святаго Духа, ныне, и присно, и во веки веков. Аминь.

Слава Отцу, и Сыну, и Святому Духу, и ныне, и присно, и во веки веков. Аминь.
Господи, помилуй. Господи, помилуй. Господи, помилуй. Благослови.

Молитвами святых отец наших, Господи Иисусе Христе, Боже наш, благослови ястие и питие рабом Твоим, яко свят еси всегда, ныне, и присно, и во веки веков, аминь.

Все сели. Миг остался стоять с рюмкой в руке:

    «Помянем, братва, Савелия! Он был настоящий вор и для всех нас авторитетом. Я знал его больше тридцати лет с первой своей ходки. Это человек научил меня и всех нас настоящей жизни, и за каждого из нас он готов был положить свою голову, никого и ничего не боялся! Братва, кто захочет сказать на поминках о Савелии, говорите! Сегодня мы приехали сюда, чтобы проводить в последний путь и вспомнить его, как большого и уважаемого человека. Пусть земля будет ему пухом! Вечная память!»


    Все подняли рюмки и бокалы, выпили, закусили, тишина снова потерялась и растворилась в гомоне людей. Начали говорить все по очереди и вспоминать совместные события, в которых проявлялся образ Савелия (Савельева Михаила Ивановича) как непреклонного и жесткого лидера к тем, кто шел против него, и способного на безрассудные действия, если нужна была помощь своим.


   Отец Василий слушал братву и удивлялся, как искренне они говорили о покойном, иногда делая паузы, чтобы подобрать слова или скрыть определенные обстоятельства, но это был поток реальных историй и случаев, который переворачивал в сознании отца Василия отношения к криминальному братству и его авторитетам.

    Он первый раз встретился с ними так близко и понимал, что их действия противоречат законам государства и установленным заповедям Божьим, но видя многие искренние глаза людей, которые запутались в своих жизненных целях, следуя правилам криминального братства, он более и более осознавал, что среди них есть и могут быть настоящие христиане.

    Отец Василий вспомнил мысленно слова из Откровения Ионна Богослова: «…знаю твои дела; ты ни холоден, ни горяч; о, если бы ты был холоден, или горяч! Но, как ты тепл, а не горяч и не холоден, то извергну тебя из уст Моих…»

- Вот, они люди в большинстве своем холодные к вере Господней, но не теплые, как же они должны чувствовать благодать Божию, если она к ним прикасается! – рассуждал отец Василий.

- Отец Василий, о чем задумались? Вы что-то не пьете и не кушаете. Что не вкусно? — Миг  спросил, повернувшись к отцу Василию.

-Да, Вы что, Валентин Петрович, это настолько вкусно и красиво!  Мы такого с матушкой никогда не видели! Большое спасибо, что нас пригласили, - ответил отец Василий.
        Неожиданно зазвонил телефон отца Василия, он вынул его из внутреннего кармана.
-Извините, Валентин Петрович, благочинный звонит! Я на минутку, - Отец Василий вышел из-за стола на улицу для разговора.

       Миг обратился к матушке Ирине:
-Ирина Валентиновна, а благочинный – это что за птица такая?
- Валентин Петрович, это назначенный священник главным в благочинии, в районе, в который входит несколько приходов! Благочинный обязан контролировать эти приходы по благословению митрополита или епископа.

    Было заметно, что Миг искал любого повода, чтобы пообщаться с матушкой. Люди из братвы, которые сидели рядом, слышали разговор Мига с матушкой. Миг обратился к двоим из них:
- Картуз, Смерч вы у нас тоже своего рода благочинные! Давайте так теперь вас называть не смотрящими, а благочинными! – все дружно засмеялись.


   Отец Василий вернулся немного взбудораженный полученной новостью, матушка это сразу заметила и спросила:
- Что приедут завтра?
- Да, к девяти часам вместе с настоятелем монастыря и еще 4 священника, в общем двадцать человек с дьяконами и чтецами!
Матушка со свойственной ей открытой экспрессией, расширив свои красивые глаза, мгновенно выплеснула эмоции:
- Да, как же мы их встретим! Надо срочно всех оповестить! Жаль мамы с нами нет, была бы сейчас с нами тоже помогла бы!
- А где сейчас Ваша мама? —  Миг задал неожиданный вопрос.
- Уехала к себе в Питер неделю назад. Все лето с внучкой и внуком нам помогала. Понимаю, мама Лида устала. У нее кот на Альпийском в Купчине, видите ли, один скучает! Нашла повод.


    Миг замолчал и еще пристальнее посмотрел на Ирину. Потом встряхнул головой, взял налитую рюмку водки и выпил один, никого не дожидаясь. Поднял руку в сторону крепыша, который сидел вместе с охраной на боковом столике и произнес:
-  Шрам, позови ко мне их менеджера! По-моему, его Юрой зовут!
- Один сек, - и уже через несколько секунд Шрам стоял перед Мигом с менеджером, отвечающим за организацию поминок
- Юрий, благодарю за достойную организацию. Лично позвоню Сергею Михайловичу и поблагодарю тебя и его. Прошу, чтобы тебе и всему коллективу премию выписал, – начал диалог Миг.


- Уважаемый, Валентин Петрович! Мы всегда рады Вам и … вашей…,- Юрий волновался и сконфузился от внимания к себе и начал подыскивать слова - …Вашей команде услужить! – Миг снова повернулся к братве и пошутил:
- Ну, что, братва, осталось нам только погоны надеть и в команду! – все опять дружно засмеялись.

- Извините, Валентин Петрович! Я еще хотел лично извиниться за тот случай на корабле! «Официанта уволили», —дребезжащими голосом сказал Юрий,
- Зря, уволили! Достойный халдей, смог за себя постоять! Наш пацан был не прав! Дело прошлое, - ответил Миг под одобрительные кивки рядом сидящих,
- Юра, к тебе две просьбы! Первая, пошли официантку с хавкой и вином, собери по-своему усмотрению для тех двух ментов. Пусть девочка им скажет, чтоб помянули Савелия! Братва не возражает? – он снова повернулся головой к своим приближенным- Это от них ничего брать нельзя, а нам давать позволительно, – все опять одобрительно кивнули.


- И вторая просьба! – Миг неожиданно задал вопрос Юрию – Ты природу любишь?
- Да, конечно, любой повод ищу отдохнуть на природе с семьей, - ответил менеджер.
-Вот и отлично! Остаешься здесь на природе до завтра и обслужи по высшему разряду еще одну «команду». У тебя еще продукты и спиртное остаются?
- Да, еще прилично! Брали с запасом! Только позвоните, пожалуйста, Сергею Михайловичу, с ним решите все, -ответил Мигу Юрий.

- Заметано. Отец Василий, не возражаете? Встретим благочинного с его свитой по высшему разряду и пригласите всех односельчан завтра, чтобы помянули Савелия! – Миг сказал и посмотрел на братву, все одобрительно кивнули.


Отец Василий и матушка Ирина не ожидали такого предложения и начали благодарить Мига. Он ответил:
- Надо Савелия благодарить и братву! Попрошу за могилой посмотреть. Мы через недели две-три памятник привезем и установим!
- Валентин Петрович, спаси, Господи, за такую щедрость! О могилке мы позаботимся, и, конечно, молиться будем о упокоении раба Божьего Михаила. Завтра со всеми священниками отслужим панихиду, - ответил отец Василий.


Далее Миг встал из-за стола и обратился к бабе Тани, чтобы слышала вся братва:
- Татьяна Ивановна, просим Вас сказать несколько слов о Вашем покойном брате Михаиле.


      Все притихли. Баба Таня все время сидела молча за столом. Немного покушала и тихо смотрела в тарелку, иногда поднимая голову на говорящих, вспоминающих Савелия. Она встала и начала:
- Мы с Мишенькой были двойняшки. Нас мама родила в декабре 41 -го, когда папа уже погиб на войне. Детство у нас было нелегкое. Сколько я помню его, он всегда обо мне заботился, но я его была старше на несколько минут. Как мне мама рассказывала, я появилась первая. Я часто пыталась его учить и говорила, я старшая, ты должен меня слушаться, - баба Таня улыбнулась и все так же невольно поддержали шутку улыбками – Но характер у него был в отца, очень решительный! Много что можно вспомнить, он с детства у меня так стоит перед глазами. Никому в обиду меня не давал -, после этих слов кто-то из братвы подвыпившим голосом произнес:


- Да, Савелий за своих никому спуск не давал! И от ментов отмазывал и на зоне поддерживал!


- Я благодарю Бога, - продолжала баба Таня- что я сегодня вместе со всеми вами проводила его в последний земной путь. Я увидела его и много услышала добрых слов о нем и очень рада, что он стал таким уважаемым человеком. Очень надеюсь и буду молиться, чтобы Господь даровал ему царство небесное!

И должна признаться, что Михаил, когда первый раз попал в колонию для несовершеннолетних в свои 14 лет, то я была виновата, не послушала его. У нас здесь сад совхозный был, он сейчас уже выродился и зарос, а раньше яблоки собирали, груши. Был там один сорт скороспелки груши, очень вкусный, груша уже в июне созревала. Так вот мы и лазили в сад. В тот раз мне Мишка и говорит, сиди за забором, а я нарву груш и принесу. Залез он на грушу и начал рвать, что-то падало вниз. Я не выдержала и тоже в сад залезла и собираю внизу груши.

 А тут сторож появился со своей берданкой, кричит: Стой ворье, стрелять буду! И за мной бежит! И выстрелил вдогонку и солью мне в спину попал! А Мишка только и успел с груши спрыгнуть, на бегу схватил какой-то дрын, что под руку попался, да саданул по голове сторожа. Тот от неожиданности упал и выронил берданку. Так Мишка нет, чтобы убежать, поднял берданку и еще со всей дури сторожу по спине. Так с берданкой и убежал. Потом мама отмачивала мои ранки в воде с раствором подорожника. Спина быстро прошла. Мишка спрятал берданку в лесу, чтобы сторож больше никого не ранил. Сторож- дядя Матвей был с войны контуженный, жалко, конечно, его. А Мишка все порывался отомстить ему и патроны искал, чтобы зарядить солью и стрельнуть в сторожа.

 Я тогда его отговаривала, а он не слушал. Милиция приехала в село, Мишку тогда и арестовали. Он им так и не сказал, где берданку спрятал…, – баба Таня села и заплакала.
- Узнаем Савелия, -
- Наш Савелий таким и был,-
- Наказал красноперого! По-нашему-, со всех концов доносились возгласы братвы.


       Один из братвы встал из-за стола, подошел к бабе Тане, присев, обнял ее и произнес:
«Баба Таня, Татьяна Ивановна, не плач, меня Рустамом зовут! Нам Савелий как старший брат и как отец был! Ты нам как старшая сестра будешь! Да, братва? – в зале зашумели одобрительные голоса.


Встал Миг, поднял рюмку и произнес:
«Еще раз помянем Савелия, братва, достойно проводили, достойно и продолжим его дело! Завтра у нас много дел и в Питер надо возвращаться! Вечная память Савелию! - он опрокинул рюмку, и все поддержали своего старшего.


Часть 5. Исповедь Мига


Миг обратился к отцу Василию:
- Можно с Вами один на один поговорить?
- Да конечно!
- Батюшка, благословите, я пойду деток укладывать. Уже поздно, бабу Машу надо отпустить, она уже устала, наверное, – Матушка Ирина своим звонким голосом и с улыбкой обратилась к отцу Василию, потом повернулась к Мигу и сказала:


- Валентин Петрович, несказанно рады были с Вами познакомиться, еще раз спасибо за помощь! Будет желание подъезжайте с братвой,– слово «с братвой» было  сказано так ласково, что все сидящие рядом улыбнулись,- у нас и грибы и рыбалка! Красота-одно слово. Будем всегда ждать!
- Благодарю, Ирина Валентиновна! Ну что, братва, подъедем на рыбалку? – все еще раз засмеялись над шуткой Мига, из-за только им понятного тюремного сленга.
– До свидания, Ирина Валентиновна, обязательно встретимся, – и проводил ее спокойным, радостным взглядом.

       Отец Василий и Миг встали из-за стола, вышли из шатра. На открытом просторе вечернего неба уже вышли звездочки и вместе с полной луной отражались в озере.

- Здесь очень красиво, - вдохнув полной грудью и выдохнув, сказал Миг. Увидев, что из храма через приоткрытую дверь прорывается свет, предложил- Давайте в храм зайдем, - махнул рукой охране, чтобы остались на улице. Они вошли в храм.
Сторож дед Степан сидел на входе в старом потертом кресле и спал. Перед ним на столике стояла бокал с недопитым вином и закуска.


- Устал старик,- Миг улыбнулся
- Это матушка Ирина попросила, чтобы сторожу отнесли и накормили. У каждого здесь старика или старушки своя судьба. Дед Степан приехал еще молодым геологом, делал подробную карту целебных грязей, так и остался здесь, встретив свою любовь!
- А, что, здесь есть целебные грязи?-
- Да! Говорят, что с очень редким и полезным составом! Планировали в Советское время делать санаторий, да так и не успели!

- Отец Василий, от меня и братвы за Ваши хлопоты, отпевание и за участие, - Миг вложил в руку отцу Василию увесистый конверт.
- Валентин Петрович, спаси, Господи! Но здесь очень много.
- Много- не мало! Я же вижу, что вы не шикуете здесь, а еще и храм восстанавливаете! Не часто увидишь священника-картофелевода. Если есть в чем необходимость, скажите. Телефонами обменяемся, созвонимся!


- Валентин Петрович, очень благодарен Вам за помощь храму! Но самую главную мою проблему, к сожалению, не решить! Народа нет- прихода тоже нет! Остались в селе одни старики и старушки. Храм восстанавливаю, но для кого? Летом еще есть оживление, приезжают дачники, но среди них верующих не так много. Вот такая объективная реальность! По округе такая же ситуация! Здесь уповаю только на Бога.
- Так Вам может все-таки перебраться в Питер или поближе?
- А на кого я своих бабушек и дедушек оставлю? Они знаете, как говорят: «Славу Богу! Теперь есть кому отпеть нас, если умрем!»


- Да, не просто, отец Василий! - Миг сделал небольшую паузу в диалоге, сосредоточенно посмотрел в глаза отцу Василию и продолжил:
- Сегодня день интересный получается! Многое пришлось переосмыслить! Если чувствуешь огромную тяжесть внутри от прошлого, что делать, отец Василий?


-  Валентин Петрович, храм Божий еще называют лечебницей души человеческой! У нас в православной традиции и в установленных церковью таинствах есть такой способ лечения (назовем этот так), как таинство исповеди. Священник выслушивает исповедь в грехах. По окончании читает разрешительную молитву над человеком, и после целования креста и евангелия человек облегчает свою душу. Священник выполняет, как бы передающую, посредническую роль. На самом деле, исповедание в грехах (исповедь) принимает сам Господь! Без покаяния нет спасения. Путь лечения души долгий и не легкий, и лучше двигаться маленькими шашками, как на гору забираться. Каждая исповедь и есть такой реальный маленький шаг. Если что-то сильно беспокоит Вас, то я могу от Вас хоть сейчас исповедь в грехах принять.


— Это что возможно сейчас?
- Да, Валентин Петрович, один момент! Я сейчас епитрахиль надену в алтаре. И вот здесь на аналое евангелие и крест, подходите!


 Отец Василий вышел из алтаря, подошел к Валентину Петровичу, накрыл его епитрахилью:
- В чем хотите исповедаться?
-  Несколько лет назад, если точно- 25 лет, встретил я очень красивую девушку и, что называется запал сердцем ! Конечно, не буду душой кривить, и до нее были женщины. Но эту полюбил. Больше года с ней встречались.  Меня потом второй раз осудили, дали 7 лет. Еще в СИЗО получил от нее весточку, что она беременная. Я ей написал, чтобы сделала аборт и деньги через пацанов передал. Нам ворам семьи иметь не положено. На этом связь прервалась. А сегодня увидел Вашу супругу-матушку Ирину, а она очень похожа на мою прежнюю любовь! Ее мама Лидия Ивановна Шестова? – Миг поднял голову от епитрахили и посмотрел на отца Василия.


Отец Василий застыл от услышанного и не сразу ответил:
- Да, Валентин Петрович, Лидия Ивановна – это моя теща!-  как будто холодом дыхнуло с улицы, и тягостная мысль пронзила  все тело отца Василия , что его любимой супруги Иришки и двух деток Ванечки и Оленьки  могло бы не  быть у него из-за того, что этот человек мог настаивать на их смерти и оплатил «заказное убийство». И только решимость его тещи Лидии Ивановны спасла жизнь этих трех его любимых и самых близких людей на земле.- И этот человек сейчас исповедуется у меня! Господи, помоги мне, остаться спокойным и сдержанным! Господи Иисусе Христе, помилуй мя грешного! Он же и есть отец моей супруги и дед моих детей!


- Прошу простить меня, отец Василий! Прошу прощения у мой дочери Ирины, у моих внуков и прошу прощения у Господа!  Прошу Вас еще раз проверить мою уверенность и посмотреть свидетельство о рождении, кто записан отцом у матушки Ирины! Лидия Ивановна что-то рассказывала Ирине об отце, обо мне? – вопрос Мига вернул отца Василия в реальность происходящего, и он уже спокойным голосом смог поддерживать разговор, взяв под контроль нахлынувший на него внутренний гнев.


- Вы знаете, Валентин Петрович, по-моему, история отца Ирины (Ваша история) преподносилась как гибель военного на испытаниях новой техники.
- Ну, что? История не плохая, - Миг, понимая, что Отец Василий немного ошарашен исповедью, попытался пошутить, - только пагоны мне вору, ну, никак не в масть!
- Давайте, Валентин Петрович, так и сделаем! По-моему, копию свидетельства о рождении Ирины я видел в документах.


-  Моя фамилия по паспорту -Мигунов, потому погремуху Миг и дали. Если подтвердится, пришлите смс-кой слово «Да»! Прошу пока матушке Ирине ничего не рассказывать. Пусть это останется, между нами. Время у меня после смерти Савелия очень «напряжное». Появились конкуренты, как говорится, за сферы влияния.
- Хорошо, Валентин Петрович!
- Тогда я пошел, надо в Питер возвращаться, благодарю за все.


- Подождите, Валентин Петрович, я прочитаю молитву, наклоните голову пожалуйста!
«Господь и Бог наш, Иисус Христос, благодатию и щедротами Cвоего человеколюбия да простит ти чадо Валентина вся согрешения твоя. И аз, недостойный иерей, властию Его мне данною, прощаю и разрешаю тя от всех грехов твоих, во Имя Отца и Сына, и Святаго Духа. Аминь».


Отец Василий закончил молитву и спросил Мига:
-Как давно Христовых тайн не причащались, Валентин Петрович?
-Помню только в детстве моя бабушка нас с братом в церковь водила, там и причащались, очень давно было.
-Найдите время для этого, без Христа, без Его тела и крови входящей в человека, сжигающей все грехи наша, и выталкивающей изнутри всё нечеловеческое не спастись и не прожить христианину!
-Заметано, отец Василий, подумаю!


- Да , благословит Вас Господь на все богоугодные дела и сохранит от врага и зла, даст телесное здравие и спасение души Вашей! – отец Василий благословил и перекрестил Мига.

    Они обменялись номерами телефонов, обнялись и простились, как дорогие друзья, которые много лет не видели друг друга.


Часть 6. Разговор об Боге-Отце и Сыне Божьем


       Пока отец Василий будил сторожа деда Степана и закрывал храм, и выйдя на улицу, встретил у шатра только менеджера Юрия и двух мужчин рабочих, которые курили, остальные официанты и рабочие сидели в шатре и ужинали.

 Последние машины трогались с места и уезжали от храма, замкнула кортеж с отъезжающими полицейская машина с мигалкой.


Увидев отца Василия, рабочие прекратили курить, и Юрий обратился к нему:
- Отец Василий, на сколько персон примерно завтра рассчитывать обед и к какому времени?
- Гости и прихожане из села – около 35 человек! С учетом службы и панихиды к 12 часам можно и планировать.
- Заметано! Извините, принято! С кем поведешься, от того и наберешься – с легким сарказмом промолвил Юрий!


Знаете, как в Псалме 17 сказано, - и отец Василий зачитал стоящим:
- «Я был непорочен пред Ним и остерегался, чтобы не согрешить мне; и воздал мне Господь по правде моей, по чистоте рук моих пред очами Его. С милостивым Ты поступаешь милостиво, с мужем искренним – искренно, с чистым – чисто, а с лукавым – по лукавству его, ибо Ты людей угнетенных спасаешь, а очи надменные унижаешь.»


- Хорошо и точно сказано, т.е. как человек делает хорошо или плохо, так к нему все и возвращается! - дал точную оценку тексту из Псалма один из рабочих
- Все правильно поняли- подтвердил отец Василий.
- Извините, батюшка, а как Вы этот все помните наизусть? У Вас такая память хорошая, - спросил другой рабочий.
- Все таланты и способности от Бога! Вот я ими и пользуюсь по милости Божьей!- ответил отец Василий.

- Скажите, отец Василий, я никак логику не могу понять в вере христианской. Вот Бог Отец посылает на землю своего любимого Сына и фактически и не защищает его, отдает на поругание и распятие язычникам на кресте! Получается, что он им не дорожит! Где же здесь любовь? Если бы у Вас был сын, вы отдали бы его на растерзание? Точно бы вступились за сына! —спросил другой рабочий.

- Вижу в Вас искреннего, верующего человека! Простите, как Вас зовут?
- Алексей! Только я не верующий, у меня свой взгляд на многие вещи.
- Хорошо! Пусть будет так, но Вы задали вопрос, в котором явно просматривается Ваше осмысление происходящего и описанного в Евангелии, что говорит о том, что Вы его читали и Ваш ум, сердце и душа ищут ответа! Допускаю, что у Вас много вопросов, которые возникают изнутри у Вас о вере, жизни и смерти и прочих важных жизненных установках. Вот, как сказано в Евангелии от (Матф.5:6): «Блаженны алчущие и жаждущие правды, ибо они насытятся».


       Услышав диалог священника с рабочим Алексеем, все официанты и рабочие вышли на улицу из шатра, кто-то курил, кто- то держал бокал с вином, все отдыхали после напряженного дня выездного фуршета.

  Отец Василий продолжал:
- По содержанию Вашего вопроса о том, почему Отец послал на землю своего Единородного Сына Иисуса Христа и не защитил Его от растерзаний и мучительной смерти на кресте, есть прямой ответ в Евангелии (Евангелие от Ионна, гл.3: 16-17): «Ибо так возлюбил Бог мир, что отдал Сына Своего Единородного, дабы всякий верующий в Него не погиб, но имел жизнь вечную. Ибо не послал Бог Сына Своего в мир, чтобы судить мир, но чтобы мир спасен был чрез Него.»


     Надо постараться понять и приблизиться к осознанию этих духовных целей каждого человека с позиции Божественного мироустройства, тех целей, которые установил Бог перед людьми, оставив для каждого из нас свободу выбора.

 
      Для чего этот прекрасный мир создал Бог? Почему создал рай и поселил в нем Адама и Еву? Почему они лишились из-за своего первородного греха рая и оказались первыми людьми, от которых произошли мы все?

     Почему Бог навел потоп на землю и оставил только семью Ноя, который в ковчеге сохранил животный мир Земли. Почему Бог посылал своих пророков и предвещал через них приход Сына Божьего от Пресвятой Богородицы в мир (на нашу Землю), и через веру в Иисуса Христа каждый верующий в него и исполняющий заповеди его может спастись, т.е. достигнуть Царства небесного и жить вечно в радости духовной! А неверующие в Него попадут в ад на муки вечные!


     Для нас людей грешных, обременённых заботами житейскими, думающих постоянно о телесном счастье: что поесть, что купить, кому понравиться, как прославиться, как заработать больше, как обучить детей, как их воспитать, во что одеть, где жить и т.д.,  вопрос основной в Божественном мире- как спасти свою душу и достигнуть царства небесного, вообще не стоит  и теряется в этой житейской суете.
Поэтому, чтобы понять ответ на вопрос, для чего Отец небесный послал своего Сына и отдал язычникам на мучительную смерть на кресте, необходимо через сердце свое пропустить понимание Божественных целей, что Бог Отец ЖЕЛАЕТ СПАСЕНИЕ ДУШИ каждого человека, в этом высший смысл Любви Божьей.


      Сын Божий, исполняя волю своего Отца, Сам отдает Себя на мучительную смерть на кресте, показывая не теоретическими рассуждениями и призывами, а Своим жизненным примером, что после смерти будет ВОСКРЕСЕНИЕ и все надежные для царства небесного, следующие за Ним, достигнут царства небесного!


    Вот, пример как человеческое мышление (в данном случае мнение апостола Петра) входит в противоречие с целями, которые возложены Отцом Небесным на Сына Божия-Иисуса Христа (Евангелие от Матфея гл 16: 21-27):

«С того времени Иисус начал открывать ученикам Своим, что Ему должно идти в Иерусалим и много пострадать от старейшин и первосвященников и книжников, и быть убиту, и в третий день воскреснуть.

И, отозвав Его, Петр начал прекословить Ему: будь милостив к Себе, Господи! да не будет этого с Тобою!

Он же, обратившись, сказал Петру: отойди от Меня, сатана! ты Мне соблазн! потому что думаешь не о том, что; Божие, но что; человеческое.

Тогда Иисус сказал ученикам Своим: если кто хочет идти за Мною, отвергнись себя, и возьми крест свой, и следуй за Мною,

ибо кто хочет душу (т.е. жизнь) свою сберечь, тот потеряет ее, а кто потеряет душу свою ради Меня, тот обретет ее;

какая польза человеку, если он приобретет весь мир, а душе своей повредит? или какой выкуп даст человек за душу свою?

ибо приидет Сын Человеческий во славе Отца Своего с Ангелами Своими и тогда воздаст каждому по делам его.»


- Ну что, друзья, не устали? Дальше объяснять? – обратился отец Василий к слушающим,
        За всех ответил рабочий Алексей:
- Когда Вас слушаешь, все понятно. Но только представишь, как это «отвергнись себя, и возьми крест свой, и следуй за Мной» то немного становится не по себе, и не понятно.


- Здесь все просто! Крест для каждого человека — это его жизнь, которая должна проходить по христовым заповедям, в лоне христовой церкви с постоянным трудом над своею душой, в борьбе с грехами! И это очень тяжелая духовная работа для каждого разумного христианина.


- А что без церкви никак? – это уже игривым голосом спросила молодая официантка, отхлебнув из бокала вина.


- Нашу православную церковь организовал сам Господь Иисус Христов через первых своих апостолов, которые рукополагали епископов и настоятелей церквей во всех землях, где они проповедовали Евангелие и Христову веру. Потому и называется наша церковь Единой, Святой, Соборной и Апостольской церковью. И Ваш смиренный слуга -отец Василий, был рукоположен в сан священника, как и любой священник нашей православной церкви, по многовековой христианской цепочке через епископов от первых апостолов.


      Вот что говорит Господь Иисус Христос, обращаясь к первым апостолам (Евангелие от Луки 10:16)
«Слушающий вас Меня слушает, и отвергающий вас Меня отвергает, а Меня отвергающий отвергает Пославшего Меня.» (т.е. Отца Небесного)

      Поэтому, когда вы приходите в церковь на общую молитву, исповедуетесь в грехах, причащаетесь святых христовых таинств, вы приходите к Иисусу Христу и к Отцу небесному! Так все просто!  Надеюсь, друзья, я не утомил Вас своими словами! Отдохните, завтра кто сможет подходите на службу! Спокойной ночи! -  Отец Василий почувствовав, что все рабочие, официанты и повара получили много информации, и чтобы не вызывать новые вопросы, которые неподготовленной, мало-верующей аудиторией, могут восприниматься с трудом, решил закончить беседу.


- И все-таки, я считаю, что христианство, своими установками типа: если ударили тебя по щеке, подставь другую, очень вредно, т.к. мир полон зла и с ним надо бороться-, это снова начал задавать вопросы рабочий Алексей,


- В Евангелии от Матфея (5-39) это так трактуется: «А Я говорю вам: не противься злому. Но кто ударит тебя в правую щеку твою, обрати к нему и другую» и перед этими слова и далее в главе 5 и 6-й, советую всем внимательно почитать, Иисус Христос во многом поучает апостолов и иудеев. И нельзя эту фразу выдергивать из общего контекста поучений, т.к. глубокий смысл сказанного в следующем «Итак будьте совершенны, как совершенен Отец ваш Небесный!»

 
    Я рекомендую всем в понимании Божественного смысла двигаться постепенно, начиная вкушать духовную пишу «с молока», т.е. от малого к большому. Как пишет апостол Павел (Послание к Евреям, гл. 5): «О сем надлежало бы нам говорить много; но трудно истолковать, потому что вы сделались неспособны слушать. Ибо, судя по времени, вам надлежало быть учителями; но вас снова нужно учить первым началам слова Божия, и для вас нужно молоко, а не твердая пища. Всякий, питаемый молоком, несведущ в слове правды, потому что он младенец; твердая же пища свойственна совершенным, у которых чувства навыком приучены к различению добра и зла».


    Прошу воспринимать эти слова без обид, дорогой Алексей. Еще раз, друзья, спокойной ночи и Божьего благословения! И посмотрите какая красота вокруг, какое бесконечное звездное небо! Вот это все создал Бог! В городе человеку некогда и на звезды посмотреть и содрогнуться от увиденной красоты Божьей.


    Отец Василий направился к дому, а обслуживающий персонал, зачарованный услышанными словами о Боге и красотой звездного неба, смотрел на небо еще некоторое время, пока кто-то из них не предложил освежиться в еще не совсем остывшей сентябрьской прохладе озера. Скоро по всему селу разнеслись ночные крики купающихся.


7. Приход будет


      Дом встретил отца Василия тишиной. Заглянув в детскую комнату, он увидел, как матушка Ирина спала, полусидя на диване.
- Устала Ириша! Когда грудью кормишь, много сил нужно! Пусть поспит, не буду беспокоить, - батюшка аккуратно положил ее ноги на диван, голову на подушку и накрыл пледом.
  Оленька и Ванечка спали в своих кроватках. Приглушенный свет торшера освещал их маленькие фигурки, они тихонько дышали, раскинув ручки на подушках. Оленька вздрогнула и пошевелила губками, видимо и во сне искала мамину грудь. Ванечка спал, сжимая во сне кулачки и забросив одну руку на лобик как маленький мыслитель. Отец Василий полюбовался на спящую жену и детей и вернулся в гостиную. Открыл комод и взял папку с документами. Прошел на кухню, включил свет и начал искать копию свидетельства о рождении Ирины.

 
      Вскоре найденный листок засвидетельствовал предположение Мига: Отец- Мигунов Валентин Петрович. Батюшка держал в руках документ, который никак не укладывался в понимание привычных жизненных событий.  То, что случилось сегодня нельзя было воспринимать  иначе, как чудо Божье.


    -Возможно ли представить, что это могло произойти случайно? Цепь связанных действий, встреч,  причин, дат, мест, слов, сообщений и прочих жизненных факторов, незримо увязаны были в одном месте и конкретное время- в село Красное, в Храм в честь Иконы Божьей Матери Знамение, где отпевали, родившегося здесь криминального авторитета Савелия (Михаила), и на похороны приехал Миг (Мигунов Валентин Петрович), который занял его место в их криминальном братстве. Чин отпевания служил я- священник, которого за «длинный язык», отправили для смирения сюда в глушь непролазную.

     И я за три месяца до рукоположения (три с половиной года назад), встречаю на посиделках у своего друга-семинариста Иришку (свою будущую супругу), которая в этот вечер, случайно пришла к сестре моего друга, вернуть прочитанную книгу. И в итоге я узнаю сегодня, что Миг - отец моей любимой женушки. Как это возможно?  Слава, Тебе, Боже наш, слава Тебе! – последние слова и благодарность Богу отец Василий неожиданно для себя сказал громко и разбудил матушку.


- Ты что уже молишься «на сон грядущим» и без меня? - неожиданно проснулась матушка и спросила.
-Нет, Ириша, благодарю Бога, что послал благодетеля Валентин Петровича!
-Да, Славу Богу, завтра будет чем встретить благочинного отца Александра со священниками!


- Он еще крупную сумму пожертвовал! Хватит, чтобы алтарь заказать краснодеревщику и починить наш «жигуль». Простить себе не могу как в деревне Ясное не успел причастить бабулю перед смертью. До сих пор перед глазами стоит. Без «колёс», я как без рук.


- Славу Богу, Васенька, что такие люди, как Валентин Петрович есть!
- Сейчас ему смс отошлю еще раз поблагодарю!

Отец Василий набрал текст и отослал Мигу: «Ещё раз благодарю Вас, Валентин Петрович, за вашу доброту. На Ваш вопрос пишу -Да!»


Сигнал прихода смс вывел Мига из глубокой задумчивости, прочитав, он продолжил общение со своим людьми по телефону. До Питера оставалось более часа езды.
- Привет! Как обстановка?
- Привет! Все тихо и самое интересное наш человек сообщил, что они отказались от «контракта»! Заплатили неустойку 20% и легли на дно.
-Странно! На него не похоже, 50 штук зелени терять просто так. Усиль наблюдение. Звони при любом шухере. И еще, поищи мобильный телефон Шестовой Лидии Ивановны, живет в Купчино на Альпийском переулке и скинь мне.
-По ней что-то предпринимать?
-Ничего. Все. На связи!
-Пока.


- Валентин Петрович, отвлеку? – это повернулся охранник с первого сиденья
- Да, Бур, что?
- Меняем схему въезда в город! Это Серый по рации передал. Едем по КАД в Кронштадт, там пересадка на другие тачки. Эти тачки возвращаются по планируемому маршруту.
- Заметано. C Серым спорить себе дороже!


Миг еще раз позвонил по телефону:
- Привет! Не спишь?
- Добрый вечер, нет! Работаю, еще в офисе!
- Отлично!
- Мне срочно нужен твой взгляд на перспективу участка земли под санаторный проект, с коттеджной застройкой (село Красное), точку геолокации сейчас вышлю. Там есть месторождение редких целебных грязей. Ты сам говорил, что после «Ковида» такие проекты очень интересные. Да, и в Сестрорецке у нас все на мази! Если нужна помощь ВМ, звони ему, скажи моя срочная просьба. С твоим фартом на тугрики 30 минут хватит?
- Да!
- Жду.


Раздался звонок.
- Да!
- Ты догнал правильно! Это лажа!  Пацанов поднял. Пересадка в Кронштадте, тебе должны были уже сообщить.
- Заметано. За беспредел ответят!


      Миг оставался спокойным, ни в первый раз он решал вопросы, которые вихрем тормошили все внутри, и чем сильнее опасность, тем сдержаннее должен оставаться он. Это очень ценила братва и его уверенность передавалась всем. И этому его научил покойный Савелий.

      Звонок телефона снова отвлек его от мыслей:
- Валентин Петрович!
- Да!
- Вы как в воду глядели! По этому месту был интерес очень сильный от новгородских, у них в Старой Руссе аналогичный проект и очень удачный. А месторождение грязей в Красном действительно уникальное по составу, очень близкое к анапским грязям. Сейчас вышлю инвестиционный меморандум новгородцев. Они с ним были в комитете здравоохранения администрации Ленобласти области, ВМ в курсе. Но их проект придержали.

- Какой там объем инвестиций?
- 1.2 ярда. У меня будет предложение немного скорректировать проект и можно уложиться в 1,5 ярд, а эффект может быть в 3-4 раза больше. Я сейчас их вариант вышлю с моими корректировками. На всю детальную проработку нужно 1-2 недели. Срок проекта-2-3 года.
- Хорошо. Я только возвращаюсь оттуда. Место очень красивое. Давай, на связи!


    Миг улыбнулся и набрал смс на телефоне и отправил:
"Отец Василий, как будет готов памятник Савелию, приеду сам с братвой на установку. Перед этим напишу. 2-3 года и приход (люди) будут!"


      Отец Василий и Матушка Ирина встали на вечерню молитву перед домашними иконами.   Батюшка поправил огонек в лампадке и только произнес: «Во имя Отца и Сына и Святого Духа.  Аминь.- как раздался звук пришедшей СМС.

- Подожди, Ириша, это смс от Валентин Петровича и зачитал ее вслух!
- Васенька, а что это значит 2-3 года и приход (люди) будут. Они что со своей братвой переехать к нам в село захотели?
- Я сам не понимаю. О чем это? Давай, дождемся его приезда на установку памятника новопреставленному Михаилу и спросим!
-Хорошо!


     Отец Василий набрал текст и отправил смс: «Да, благословит Вас Господь и все Ваши начинания! До встречи!»
- Давай помолимся, завтра рано вставать, -матушка Ирина, нашла в себе силы, поднялась с дивана и перекрестилась!


- Во имя Отца и Сына и Святого Духа. Аминь, - отец Василий заново начал молитву-

- Господи Иисусе Христе, Сыне Бжий, молитв ради Пречистыя Твоея Матере, преподобных и богоносных отец наших и всех святых, помилуй нас. Аминь.

Слава Тебе;, Боже наш, слава Тебе.
Царю Небесный, Утешителю, Душе истины, Иже везде сый и вся исполняяй, Сокровище благих и жизни Подателю, прииди и вселися в ны, и очисти ны от всякия скверны, и спаси, Блаже, души наша.

        Молитва текла привычным текстом, ровной интонацией. Матушка тихо подпевала батюшке на каждое «Аминь», вместе спели молитву Святому Духу «Царю небесный…» и Молитву Господню «Отче наш…»


       День закончился, он был очень насыщенный. Молитва подводила итог этому дню, и привычная для батюшки и матушки  вечеряя молитва сегодня давалась с большим трудом. Мысли кружились у батюшки, как рой пчел, и не давали сосредоточиться на главном. Матушка сильно устала и валилась с ног.


- И ныне и присно и во веки веков. Аминь.  Милосердия двери отверзи нам, благословенная Богородице, надеющиися на Тя да не погибнем, но да избавимся Тобою от бед: Ты бо еси; спасение рода христианскаго.
Господи помилуй, Господи помилуй, Господи помилуй….


        Ночь взяла бразды в свои нежные руки. Утих легкий ветер, с последней рябью пробежав по середине озера. Деревья четко очертили свои конуры на светлом, с полной луной небе. Село Красное со своими немногочисленными обитателями заснуло. Уже спали в своих походных спальниках в автобусе рабочие, официанты и повара, привыкшие к различным неожиданностям на выездных фуршетах.


       И только благодать Божья разлеталась во все концы округи из покосившегося домика семьи священника! Как свет отражается от позолоты храма в солнечный день, так и благодать Божья, спускаясь с небес к верным свои чадам, наполняла их сердца любовью и переплетаясь с каждым словом молитвы, обращенным к Богу, отражалась и летела дальше, заполняя мир радостью, красотою, смыслом, тишиной, мудростью и правдою Христовой, объединяясь с тысячами и миллионами молящихся в этот час на Земле и на Небе, создавая преграду для зла, хаоса, гордыни, праздности и лжи.


     «В руце Твои, Господи Иисусе Христе, Боже мой, предаю дух мой: Ты же мя благослови, Ты мя помилуй и живот вечный даруй ми. Аминь», - донеслось за окна дома священника, через несколько минут свет погас в доме, все уснули.