Три дня в Париже. Двойной облом

После душа Вера долго сушила свои густые длинные волосы, и, когда, она наконец появилась в комнате, то была очень удивлена: Галина сидела перед зеркалом и накручивала волосы электрическими щипцами. На ее кровати лежало уже выглаженное шифоное бордовое платье на черной атласной подкладке.  На полу стояли лакированные туфли.
-   Га-аль? - удивленно посмотрела на подругу Вера.
-   Я иду на свидание, - еще больше удивила подругу Галина. - Меня только что Борис пригласил.
-   Подожди, подожди! А разве все эти вещи мы не вернули Йосику еще в Париже?
-   Прости, подруга, - стараясь не смотреть Вере в глаза, ответила та. - Но я вернула только твои...
-   Однако..., - прошла к окну Вера, и продолжение реплики застыло на ее губах. А ей так хотелось напомнить своей единственной подруге, что и за эти вещи, и за прически там, в Париже, платила она, Вера! Но что-то удержало ее от продолжения возникающего прямо на глазах недоразумения.

Стараясь избежать ссоры, она вернулась в ванную и стала бережно расчесывать свои не совсем высохшие волосы. Потом заплела их в тугую косу и вышла.
 Галины в номере не было.

Настроение вконец испортилось, и оставшаяся в номере женщина никак не могла понять причины. Она что, завидовала подруге? Нет. Может, злилась на нее за оставленные "сэкондские"  туфли и тряпки? Тоже нет!  Тогда - что же? У Веры было впечатление, словно она уличила подругу в чем-то постыдном, и от этого на душе было неспокойно.

Не зная, что делать дальше, Вера позвонила на ресепшен:

-   Sagen sie, bitte, ...  - начала она и спросила, есть ли тут неподалеку магазин одежды или обуви.

Услышав ответ, поблагодарила фрау Луизу и стала собираться. Дождь не прекратился, но это совсем не беспокоило  Верочку. Она вдруг почувствовала себя совсем молоденькой, способной на безумные поступки.

Когда-то, еще девочкой, чтобы поднять настроение, ходила по магазинам и делала разные покупки. Вот и сейчас Вера шла в магазин с той же целью.

Ее, правда, беспокоило плохое знание языка, но женщина знала, что в немецких магазинах самообслуживание, поэтому спокойно оделась, закрыла номер  и направилась вниз.
-   Frau! - окликнула ее с ресепшена фрау Луиза. - Bitte! - протянула она Верочке зонтик.
-   О, danke schon! - поблагодарила женщина немку и вышла за дверь отеля.

Магазин Вера нашла сразу.  Он располагался на углу  Telmanstrasse und Gartenstrasse.  Высокий, ярко освещенный, магазин этот виден был издалека. Гостья немецкой столицы довольно долго пробыла там и возвращалась с кучей пакетов и пакетиков.  Купила она и складной яркий зонтик. Зонт фрау Луизы  очень пригодился , но его надо сразу же вернуть, чтобы до конца ее смены он высох. 
Поблагодарив немку за оказанную любезность, Вера поднялась к себе, оставила покупки  в номере и спустилась к ужину.

В дальнем углу ресторана, уединившиись, сидели Галина и тот мужчина  в коричневом берете, что стоял за ними в очереди, когда они зашли завтракать в кафе после ночного переезда.

Сейчас он галантно расставлял тарелки перед своей подружкой, то и дело засовывая обратно свой синий галстук, вываливающийся из-под лацканов пиджака. 

Галина вернулась в номер утром. Быстро раздевшись, легла в постель и затихла.  Вера уже не спала. Она слышала, как вернулась и разделась подруга, как та легла в постель.

В другое время Верочка непременно  подколола бы Галку, но сейчас ей этого делать не хотелось. Она была обижена на подругу.  Но и лежать дольше она не могла. Встав, пошла умываться, потом села к зеркалу.

-   Я, наверное, замуж выйду, Верочка, - произнесла Галина. - Борис сделал мне предложение.
-   Как - замуж?! - ахнула Вера. - Вот так сразу и - замуж?
-   А чего мне еще ждать? - вздохнула подруга. - Я выйду за Бориса, перееду к нему в Рязань (он оттуда родом), а квартиру оставлю сыну. Ты не представляешь, как я всегда переживаю, когда слышу в учительской разговоры...
-   Какие? - не поняла Вера.
-   Да разные... Одни говорят, что купили сыну или дочери квартиру, другие дарят на день рождения машины,  дорогие украшения, а я... Я ничем не могу помочь своим детям, - Галина смахнула непрошенную слезу и смущенно подняла глаза на подругу. - Ты думаешь, я второй раз поехала за границу, чтобы посмотреть мир?
-   Да.
-   Нет, моя дорогая, нет! Я коплю деньги на такую поездку, чтоб, возможно, познакомиться с кем-нибудь, кто сможет жениться на мне, пока я имею хоть какой-нибудь "товарный" вид, - горько усмехнулась Галина. - И платье это я оставила себе, и туфли, потому что никогда ничего подобного у меня не было, никогда... В этой поездке мне, как видишь, повезло: нашелся-таки человек, которому я могу скрасить жизнь и тем самым помочь своему сыну. Дочка уже устроена...  Может, и не придется покупать этот дом, влазить в кредиты, тем более, что денег нет. Чем их платить, эти кредиты, ведь у банков такие грабительские проценты!
-   Галя, ты сама-то слышишь себя? Он хоть хороший человек? Хотя... откуда ты можешь знать?
-   Да какая разница: хороший - плохой? Я смогу сыну помочь. Ведь квартира - это все!
-   А сын, если узнает, каким способом досталась ему квартира, обрадуется? Ты его спроси, спроси обязательно!
-   А что его может огорчить? Думаю, что он будет только рад...
-   Да не будет он рад, если узнает, что...
-   Что ты меня все воспитываешь? - взвилась, перебив Веру подруга. - Ты даже представить себе не можешь, как чувствует себя мать, не имеющая возможности помочь своему ребенку!

Галина вдруг разрыдалась, закрыв лицо руками. Верочка, привыкшая всегда видеть в подруге оптимистку, уверенного в себе человека, даже растерялась.

-  Галя, а ведь этот Борис противен тебе, - вдруг сказала она. - Противен и неприятен.
-   Обычный мужик, - встала с кровати Галина и пошла умыватьсмя. - И я все равно выйду за него. Мне не двадцать и даже не сорок лет. Жизнь прожита, а теперь какая разница, с кем ее заканчивать, - она закрыла дверь ванной комнаты.
-  Послушай, Галочка, послушай меня. Только не горячись. Скажи, если б ты нашла деньги на покупку дома своему сыну, ты пошла бы  за этого Борюсика? - открыла дверь ванной Вера. 

Она умышленно произнесла имя неприятного ей мужчины таким образом.

-   Подскажи, где они лежат, и я навек забуду этого Борюсика, хоть я не понимаю, почему он тебе не нравится... Но в том-то и дело, что мне никогда их не найти, а на деревьях, к сожалению, денежки не растут...
-  А сколько стоит дом, который присмотрел твой сын? Где он расположен?
-  Расположен он в районе вокзала, дом недорогой по сравнению с нынешними ценами, но большой, добротный. Заходи и живи. Ремонт, конечно, нужен, но все это можно делать, проживая в доме... Цена? Четыре тысячи евро, но даже этих денег мне негде взять... Если б жив был Костя...

Вера смотрела на подругу, и ее вчерашняя обида сама собой растаяла, испарилась. Ей было очень жаль красавицу, умницу Галину, готовую разделить оставшиеся годы с совершенно чужим, даже неприятным ей человеком, потому что иначе она никак не сможет помочь женившемуся сыну с жильем.

-   Нет, Галя, деньги, любые деньги, никогда не делают человека счастливым, поверь мне, поверь на слово! И смотри, не сделай глупости!
-   А что же, если не деньги? Ты так рассуждаешь, потому что у тебя всегда были эти проклятые деньги, была квартира, а бабушка оставила тебе дачу стоимостью... Ты не забыла? Как ты можешь сравнивать себя со мной и говорить подобные вещи?

Галина оделась. Белый махровый халат был ей очень к лицу.

- Не мучь меня, Вер, пожалуйста!  Я все для себя решила.
-   Я дам тебе эти деньги, - спокойно сказала Вера. - На, звони сыну. Пусть он напишет номер своей карты, и я прямо отсюда переведу ему всю сумму. У меня же Goldkart. А о моих деньгах, которые, по твоим словам, "были у меня всегда"... Ничего-то ты не знаешь о моей жизни, дорогая!

Галина, обняв подругу,  опять разрыдалась.

Утром за завтраком она скажет своему вчерашнему поклоннику, что их встреча была ошибкой, и удивится реакции человека в коричневом берете. Борюсик едва не споткнется, неся поднос с тарелками к столику. Он-то уже решил для себя, что опять нашел надежный аэродроми, что можно будет и дальше не заморачиваться относительно денег, а жить так, как привык.

С двадцати лет новый знакомый Галины был альфонсом, согревая стареющих в одиночестве состоятельных дамочек. Они сменялись, уступая место либо более молодым, либо более обеспеченным.

Именно благодаря своим женщинам купил Борис в свое время трехкомнатную квартиру, обставил ее, не брезгуя подарками очередных платежеспособных подруг.

Шло время, он постарел, поизносился и перестал привлекать внимание состоятельных  дам. Семьей так и не обзавелся, считая, что "вся жизнь впереди".

А работать он не привык. И, чтобы как-то продержаться на плаву, обменял трехкомнатную квартиру на "двушку" с доплатой, потом, когда деньги закончились (а закончились они очень быстро: Борюсик не умел отказывать себе ни в чем) пришлось обменять и "двушку" на однокомнатную. Но денег было мало, всегда ему было мало денег, и он вселился в малосемейку, купив эту туристическую путевку в надежде "подцепить" в поездке женщину, готовую его  содержать.

Во время поездки Борис приглядывался и "подкатывал" к некоторым обеспеченным ( а на этот счет глаз у него был - алмаз) дамам, но его отвергали, даже не выслушав.

 Галина была последней попыткой. Он, привлекательный с виду мужчина, ловко "навешал  ей лапши на уши" и радовался, что предприятие удалось.

 Представившись бизнесменом из Рязани, Борис расположил к себе женщину и успокоился, ликуя в душе. И вдруг - облом!

-  Да ты что?! - еле отдышавшись от полученного шока, зашипел "ухажер". - Да ты знаешь, какие женщины у меня были, а я их отверг ради тебя, курица ты драная?

Галина смотрела на него и молчала. Ей даже не хотелось отвечать симпатичному еще вчера человеку, оказавшемуся таким ничтожеством.

-   Что ты молчишь? - стараясь говорить потише, произнес Борис, ставя поднос на стол.

Женщина ничего не ответила человеку в коричневом берете, под которым вчерашний "жених" скрывал свою лысину. Она смерила его взглядом с головы до ног и пошла прочь, помахав над головой рукой в  тонкой кожаной перчатке.

Борис проводил глазами свой "уплывающий аэродром" и едва не закричал от злой обиды: за что судьба так подшутила над ним? Он понимал, что все кончено. И, вернувшись, он вынужден будет искать работу. Куда его возьмут, человека без образования, без специальности, даже без трудовой книжки? Сторожем? Только это ему и остается. Ни квартиры приличной, ни денег...