Вы всё не так поняли

— Этот новый сосед меня уже достал!
 — Фред?
 — Да. Целыми днями что-то пилит, колотит, а вчера ему ещё и газонокосилку привезли!
  — Ну, дорогой, человек просто обустраивается.
  — А сейчас заявил, что якобы Фердинанд вытоптал на его клумбе цветы.
  — Майкл, ты и сам знаешь, что наш Пусик везде сует свой нос.
  — Пусик! Тьфу! Ненавижу, когда ты его так называешь!

***
  К черту его! И зачем так было запускать? Еще немного...
  — Дьявол!
Дерево, вопреки ожиданиям, падает не на подготовленное для этого место, а на соседский забор. На шум прибегает Майкл.
— Гадство! Ты сломал мой забор!
— Послушай, все вышло случайно. Я его отремонтирую.
— Нет! Ты это сделал нарочно,чтобы отомстить за цветы!
  — Думай, что хочешь, — махнув рукой, направляюсь в сарай. Нужна какая-нибудь верёвка или... Соседская шавка путается под ногами и надоедливо тявкает. Вот зараза приставучая!

***
 Ничего... С Майклом, думаю, ещё поладим. Ну, повздорили соседи. С кем не бывает? Дерево с его участка убрал... Если б только знал, что в сарае есть ещё и лебедка, то ничего бы подобного не произошло. А завтра займусь забором. Под навесом видел несколько досок... как раз хватит, чтобы... Раздаётся какой-то визг, а газонокосилка упирается во что-то. Выключаю её. Склоняюсь. Возле обрывков поводка в кровавом месиве с трудом угадывается нечто похожее на соседскую болонку.
— Проклятье! И что делать?
Направляюсь к проему в заборе. Надо как-то Майклу всё объясни...
— Черт! — дикая боль пронзает левую ступню. Кто-то разбросал обломки заборных досок с торчащими кверху ржавыми гвоздями. Явно Майкл постарался! Ковыляю в сарай. С трудом опускаюсь на скамейку. Снимаю ботинок и стягиваю окровавленный носок. Где-то тут видел... Вот! Из нижнего ящика достаю початую бутылку виски и открываю её. Делаю пару глотков, а остальное, стиснув зубы, выливаю на рану. От подготовленной для уборки белой ткани отрываю длинный лоскут и туго обматываю ступню. Беру со стола садовые ножницы и уже было хотел разрезать кусок ткани вдоль, чтобы для фиксации завязать, как в сарай вбегает Майкл.
— Ублюдок! Ты убил мою собаку!
— Ты всё не так понял. Я...
— Тварь! — хватает со стены молоток и бросается на меня. Защищаясь, инстинктивно поднимаю руку, которая тут же упирается во что-то мягкое. Невольно разжимаю пальцы. Майкл падает передо мной... с ножницами... в шее. Возле его головы на полу появляется темное пятно... разрастается... всё больше... больше... больше... Душераздирающий крик выводит из вязкого оцепенения. На пороге стоит Кэйси, переводит испуганный взгляд с мужа на меня, потом резко разворачивается и убегает.
 — Постой! Ты все не так... Черт!
 С трудом встаю. Надо вернуться в дом и позвонить в полицию... Если они уже не позвони...
Соседка возвращается с ружьём в руках.
 — Кэйси, послушай, ты все не так поняла. Аккуратно положи на пол ружье, и я всё объяс...
 Она,зажмурившись, нажимает на спусковой крючок; пытаясь удержаться на ногах от сильной отдачи, пятится назад и словно прилипает затылком к стене с инструментами. Вот черт! Гвоздодер!
 Зажимаю ладонью рану на правом плече. Слегка задела... Недоуменно оглядываю безжизненные тела соседей. Какого дьявола здесь происходит?! Я просто хотел спокойно...
 — Сэ-эр!
 Оборачиваюсь. В дверном проеме — прыщавый мальчишка лет двадцати двух в полицейской форме; с перекошенным от ужаса лицом трясущимися руками направляет на меня пистолет.
 — Сэ-эр!
 — Э-эй, парень, — медленно поднимаю окровавленную руку и осторожно делаю шаг вперёд.— Всё не так, как выгляди...
Спотыкаюсь обо что-то, в то же мгновение мощный удар в грудь отбрасывает меня назад.