Омолодилась

— Милая, ты красавица! — с упоением произнес Василий, глядя на жену затуманенным взглядом.
— Не подлизывайся, змейка, — ласково процедила сквозь зубы Варя.
— Нет, я серьезно, ты хорошеешь с каждым годом… не по дням, а по часам! — убежденно продолжал Василий и хихикнул, весьма довольный своей незамысловатой шуткой.
 — Это ненадолго, лапочка, — со вздохом возразила Варя.
Стоя перед большим зеркалом, она скептически рассматривала свое круглое лицо, полную фигуру и простенькое платьице в горошек. Вчера стукнул ее полувековой юбилей. За праздничным столом гости желали ей счастья, любви и здоровья. Но всего этого у нее и так было вдоволь. Вот уже 30 лет она была совершенно счастлива со своим мужем, трактористом Василием. У него был только один недостаток – он пил. Но благодаря красноречивым увещеваниям и увесистым подзатыльникам супруги он вот уже 5 лет подряд не притрагивался к бутылке и, кажется, позабыл и вкус, и запах горячительных напитков. Зато отлично помнил ключевые даты их любовной истории. В день их знакомства Василий дарил любимой жене тюльпан, в день их первого свидания – букет сирени, а в день свадьбы – корзину восхитительных ромашек. Варя не оставалась в долгу и в ответ угощала его блинчиками, жареной рыбкой и салатом из помидоров соответственно. Словом, они жили душа в душу, как старосветские помещики.
Но вчера за праздничным столом в женщине взыграло ретивое, и она вдруг новым взглядом посмотрела на мир. Она решила заняться собой и омолодиться. Через 6 недель наступала очередная дата их первого свидания – отличный повод для сюрприза к жареной рыбке. Теперь каждый вечер после работы женщина где-то пропадала.
— Милая, что случилось? Почему ты опаздываешь? — спросил однажды Василий жену.
— Оля заболела, я ее подменяю, — проворковала Варенька и отвела глаза в сторону.
Она соврала: Оля была здорова, как бык, и работала за троих.
— Много посетителей? — участливо продолжал Василий.
Варя молча кивнула. Она не умела врать и боялась, что дрожь волнения выдаст ее. Но Василий был хорошим мужем и всецело доверял жене.
— Я не сомневаюсь, что твой салатик расходится, как горячие пирожки, — промолвил он и нежно чмокнул жену в макушку.
Жена Василия работала в деревенской столовой, где каждый день готовила свое фирменное блюдо – салат из местных помидоров. И вот настало 7 мая, когда Василий, откатав очередной рейс, вернулся домой с букетом сирени. Как ни в чем не бывало, он скинул мятый плащ, сбросил пыльные башмаки, переступил порог комнаты и обомлел… Его Варя… нет, не Варя, а какая-то в пух и прах раскрашенная дама стояла у праздничного стола и улыбалась ему заманчивой улыбкой. Василий вытаращил на нее глаза. Ему понадобилось не меньше 6 минут, чтобы узнать в этой дамочке свою Вареньку. Но он на всякий случай все-таки спросил:
— Милая?..
— Прошу за стол, — нараспев процедила сквозь накрашенные губы Варвара.
Василий протер глаза. Он осторожно положил цветы на стол и еще раз протер глаза. Варя осталась на месте. Василий глубоко перевел дух и, пятясь, ретировался к балкону. Открыл дверь, глотнул свежего воздуха и обернулся. Варя все еще стояла в кокетливой позе. Новое платье облегало ее фигуру. Накрашенные глаза радостно хлопали, лицо сияло. Василий, пошатываясь, прошел в угол, нагнулся, приподнял ковер, отодвинул старую доску и извлек из-под пола маленькую бутылочку, покрытую пылью и паутиной. Варвара не шелохнулась. Она была так изумлена этой сценой, что ее ноги, казалось, приросли к полу.
— Как знал, что однажды пригодится, — пробормотал Василий и осторожно хлебнул глоток темноватой жидкости.
Варюша следила за ним, затаив дыхание. Она не ожидала столь быстрого и положительного эффекта. Василий крякнул, твердым шагом прошел к столу, взял букет сирени, сунул в него голову и глубоко вдохнул их сладковатый аромат. Потом протянул цветы жене.
— Поздравляю тебя с днем нашего первого свидания, дорогуша, — довольно развязным тоном промолвил он и сел, вернее, упал на стул.
Раскрашенное лицо Вари расплылось в улыбке. Она была так довольна успехом своей задумки, что простила мужу 100 грамм домашней винной настойки, о существовании которой до сих пор не подозревала.
— Будешь рыбку? — осведомилась она.
— По-жа-луй, — задумчиво протянул Василий, не спуская с жены мутного взгляда.
Женщина была в полном восторге и решила развить успех. У нее было 4 месяца – до 15 сентября, когда они праздновали годовщину свадьбы. Она больше не пропадала по вечерам после работы. Каждый день Василий перед сном украдкой, почти с испугом оглядывал ее с головы до ног и, только убедившись в отсутствии макияжа, с облегчением укладывался спать. Варя не замечала, вернее, не понимала страхов мужа. Его бледность она приписывала усталости, а странное молчание – сезонной депрессии. 1 сентября героиня взяла отпуск.
— Дорогой, я съезжу на пару дней к Оле, — сказала она мужу.
Василий выпрямился, как гончая при звуке охотничьего рога. Варвара успокоила его кокетливой улыбкой.
— Она просила помочь ей с огородом. Я не могу ей отказать – бедняжка совсем одна.
Так как она говорила ненакрашенными губами, то Василий успокоился и поверил ей на слово. Варя отсутствовала неделю. Василий каждый день звонил ей и по ее медовому голосу убеждался, что работа на огороде горит и спорится. Несколько ночей подряд ему снились грядки с огромными помидорами и длинными огурцами.
— Привези хотя бы одну баночку огурчиков, — попросил он жену. — А то у нас в этом году неурожай.
В ответ в трубке раздался короткий смешок, который Василий принял за положительный ответ. 15 сентября Варя вернулась домой. Василий поджидал ее в зале, держа в руках традиционную корзинку с ромашками, увенчанную дешевым бумажным бантиком. Когда она зашла в комнату, у него отвисла челюсть, и корзинка выпала из его рук. Губы Вари непривычно выделялись на ее лице. Василий схватился за голову и, не говоря ни слова, бросился на чердак. Варенька проводила его победоносным взглядом. Когда Василий вернулся, на столе красовалась полная тарелка салата из местных помидоров. Корзинка с ромашками покоилась в кресле.
— Поздравляю, милый, — прошептала Варя.
Василий содрогнулся: голос жены звучал непривычно странно, словно исходил не из человеческой глотки, а из старого рупора – так, по крайней мере, ему показалось. На салат с помидорками он даже не взглянул.
— Что это зна-чит? — с расстановкой изрек он.
— Что именно? — проворковала женщина.
Вместо ответа Василий тяжело вздохнул.
— Нравится? — прошептала Варя и, подойдя к нему вплотную, положила ему руки на плечи.
Василий промычал что-то невразумительное и замотал головой. Варя не поняла юмора. Ей показалось, что Василий в полном восторге, но ему не хватает силы воли признать это. Между прочим она потянула носом и почувствовала запах водки. У нее был нюх на любимые алкогольные напитки мужа, и она с первого раза определила, что в этот раз он хлопнул целых 200 грамм. Но она не рассердилась: для нее выходка Василия была наглядным доказательством безусловной победы, окончательного триумфа.
Василий не сводил глаз с жены. Казалось, он хотел что-то сказать, но не смог и, шатаясь, вышел из комнаты. На следующий день он встал раньше обычного и ушел из дома, не позавтракав. Это бегство насторожило Варю, и она вместо обычной уборки несколько часов вертелась перед зеркалом. Только сейчас ей пришло в голову, что омоложение не удалось... Василий вернулся поздно вечером. Он принес бутылку недорогого вина и коробку шоколадных конфет.
— Варенька, давай поговорим начистоту, — промолвил он, подставляя ей стул. — Какая муха тебя укусила?
 Варенька плюхнулась на стул, и ее глаза мгновенно наполнились слезами.
— Никто меня не кусал, — плачущим голосом возразила она.
— Нет, кусал, — упрямо возразил Василий. — Может, Оля? Кто еще мог надоумить тебя омолодиться?
Варя вскрикнула и прикрыла лицо ладошкой.
— Это была моя идея, — с вызывающим апломбом заявила она. — Ты просто отстал от жизни, дорогой. Сейчас это модно. Это стильно, это современно, наконец.
— Ни то, ни другое, ни третье, — жалобно ответил Василий. — Верни рот в прежние границы, а то я за себя не отвечаю…
 Женщина покосилась на бутылку вина и судорожно перевела дух. Похоже, Василий опять запил. Дело плохо, очень плохо. Придется отказаться от омоложения, пока он опять не стал алкоголиком – как в старые добрые времена…
С тех пор Варя не ездила «к Оле». Василий снова почувствовал себя человеком.
— Милая, ты у меня такая красавица, — с чувством произнес он однажды и протянул ей стаканчик компота.
Она подозрительно потянула носом воздух.
— Я чист, как стеклышко, — пролепетал Василий. — Ни в одном глазу, честное слово.
 Варя взяла стаканчик и снисходительно отхлебнула глоток.
— Так-то лучше, — заметила она. — Терпеть не могу алкоголиков.
Но Василий не обиделся. Главное – его любимая Варенька снова стала человеком в полном смысле этого слова. Он даже не расстроился, когда Варя произвела генеральную уборку и как бы невзначай выбросила и настойку из угла, и водку с чердака. Он снова завязал и в этот раз – окончательно и бесповоротно.