Трагическая поэма о счастье. Балет Жизель

Звучала музыка балета,
Из ямы лился теплый звук.
 Жизель с Альбертом танцевали
В сплетенье счастья тонких рук.
     В лучших произведениях искусства, как сказал кто-то из великих, есть застывшие слезы гениев, рыдающих об отдаленности идеала. У колыбели балета «Жизель» стоял не один, а  по меньшей мере три великих чародея французской поэзии, и каждый  из них поделился частицей своих дум, своей художественной магией.
    «Жизель» -самый старый балет, сохранивший авторский хореографический «текст», лучший спектакль наследия этого вида искусства.     Первое представление  «Жизели» состоялось в июне 1841 года на сцене Королевской академии музыки в Париже(Гранд Опера). Можно сказать, что это произведение родилось под счастливой звездой. Необъяснима тайна его  власти над зрителем, как необъяснимо чувство любви, верности, чистоты. Это чувство или есть,   или его нет. В «Жизели» слились воедино лучшие  качества человеческой души и поэтому так сильно впечатление зрителей  от спектакля.
       Романтик и фантазер французский писатель Теофиль Готье оставил нам увлекательные и веселые романы, и драгоценные  сценарии, либретто, по которым ставили и ставят балеты в театрах  стран  всего мира великие балетмейстеры и танцуют в них не  менее великие мастера балета  разных поколений. 
    О рождении замысла «Жизели» Теофиль Готье написал в письме к Генриху Гейне, знаменитому немецкому поэту: «Перелистывая Вашу замечательную  книгу о Германии, я натолкнулся на очаровательное место, где  Вы говорите об эльфах в белых платьях, подол которых всегда влажен, о русалках, показывающих свою маленькую  атласную ножку,  о виллисах, обуреваемых  жаждой вальса, о всех тех восхитительных видениях, встреченных Вами на берегах Рейна в бархатном тумане, при свете  луны,- я невольно воскликнул: « Какой прекрасный балет можно было бы сделать из всего этого».
    Виллисы-девушки, умершие до свадьбы, встают по ночам из могил. В подвенечных платьях с венками на головах, виллисы, подобно эльфам,  пляшут при свете месяца. И горе тому юноше, который попадется на их пути. Затанцуют до смерти. Они смеются жутко и весело, так кощунственно-очаровательны, так заманчиво таинственны, что никто не может устоять  против этих мертвых прекрасных невест.  У Виктора Гюго  в цикле «Призраки» читаем:
Виденья нежные! Лишь погружусь в мечтанья-
Выходят чередой они ко мне тот час,
В неверном сумраке их зыбки очертанья,
Но вижу явственно я средь листвы мерцанье
Печальных и пытливых глаз
Сплетаясь в хоровод, танцуют вкруг могилы
 И тают в воздухе…
    В эпосе народов разных стран встречается множество подобных существ, например, у Ибсена в драме «Улаф Лильенкранц», «Русалочка»  Андерсена,   «Ундина» в поэме Ламот Фуко, Русалки  в  повести Гоголя «Майская ночь , или утопленница», пушкинская «Русалка».
    Грозные и обольстительные виллисы,  валькирии –подруги мертвых рыцарей, выходят при свете месяца из своих подводных и подземных жилищ, танцуют, бегают и резвятся. Затягивают чудные чарующие песни… О том,  происходит потом, уже  говорено.
     Во французской романтической хореографии  первым детищем  этого жанра явилась «Сильфида», балет, в котором  блистала  Мария Тальони, первая танцовщица, вставшая на пуанты в 1830-х годах. Правда, есть версия, что  несколько балерин  еще раньше отказались от пышных  платьев и туфель на каблуках, которые были  приняты в придворных балетах. Мягкие туфли и легкие туники перевернули представление о том, каким должен быть  балет. Это послужило рождению  и развитию классического балета.
     Короче, вдохновленный преданиями Гейне, Готье страстно  принялся за дело сочинения балетного сценария.  Воображение его не знало границ. В первоначальном замысле виллисы должны были быть разных национальностей. Историки балета упоминали об этом еще  и в  начале  двадцатого века.  В полночь, предвещаемые блуждающими огоньками, появляются тени молодых  девушек, умерших на балу. Сначала , пощелкивая кастаньетами, с большой гребенкой в волосах, озаренный луной,  силуэт танцовщицы из Севильи, затем гитана в юбке расшитой кабалистическими знаками. Венгерка-танцовщица в меховой шапке, баядерка,  и так далее. Но  эта идея не  прижилась.
   Заинтересовался сюжетом и композитор  Адольф Адан. Три дня спустя балет «Жизель» был готов и принят. Адольф  Адан сымпровизировал музыку, декорации были  почти закончены и репетиции шли полным ходом. Виллисы получили право жительства на улице Ле Пелетье.
  Надо отметить, что в разработке сюжетных линий большая роль принадлежала и  известному оперному и балетному либреттисту Жюлю Анри Вернуа де Сен-Жоржу.  Готье признавался, что без Сен-Жоржа мы не имели бы такого трогательного спектакля. После премьеры большинство рецензентов говорило о схожести танцев виллис в балете Сильфида» с  танцами в «Жизели».
   Как Сильфида», «Жизель» строится на противопоставлении реальной жизни (1 Акт) с фантастической (2  Акт): «вещный мир» внешнего действия  сменяется «миром души». В обоих балетах в мире лирических грез, сновидений и раздумий обитают сказочные существа,  облаченные в новую балетную одежду: голубые тюники- в «Сильфиде», белые в «Жизели». И там и тут в центре спектакля- героиня,  чья преданная любовь освобождает героя из плена житейского прозябания, а она платит за это своей жизнью. И там и тут герой губит возлюбленную, оставаясь в безутешном одиночестве, а последние аккорды музыки возвращают его из фантастического царства грез в мир реальности.
    «Жизель»-  трагическая поэма без слов. Героиня- преисполненное любви неземное создание, идеальный образ которого воплотила в танце, например, великая русская балерина Галина Сергеевна Уланова.
     В  40-50-е годы ХХ века труппа Ленинградского Театра  оперы и балета  им. Кирова представляла собой уникальное явление. Почти все балерины-солистки- ученицы великой Вагановой. Артисты  этого театра умели  танцем, пластикой, пантомимой выразить любые тончайшие оттенки человеческих переживаний, создать яркие, крупные характеры. В  одной из своих  работ, посвященных балету, я уже писала, что танцовщиков  Ленинградского театра, теперь снова  Санкт-Петербургского Мариинского театра, можно  узнать сразу.   В труппе  блистали таланты Дудинской, Вечесловой, и, конечно же,  Галины Улановой, до тех пор, пока ее не пригласили в Москву, в Большой театр.
О «Жизели»  в   московском Большом театре в исполнении Галины Улановой я и  хочу  вам рассказать.
   Уланова говорила, что «Жизель»- один из самых милых ее сердцу  балетов.
    «Жизель» для меня, -вспоминала Галина Сергеевна,-это, прежде всего, образ всепобеждающей любви, любви, которая сильнее смерти… Жизель, маленькая беззаботная  девушка, влюбленная и уверенная в своем счастье, переживает огромную трагедию. И образ девочки вырастает в конце спектакля в трагический образ женщины с большой страдающей душой. Репетируя «Жизель»,  я старалась вдохнуть жизнь в этот образ».
   Ценители и знатоки балетного искусства считали, что Уланова, посвятив себя балету, который иногда называют самым утонченным, стилизованным и искусственным театральным жанром,  вернула танцу его первозданную красоту и очарование.
   Известный американский журналист и публицист Альберт Кан, покоренный талантом балерины Галины Улановой во время  гастролей Большого театра в США,  передал свое восхищение русской  артисткой  изданием замечательной книги-фотоальбома «Дни с Улановой». Читаем  отрывок из этой книги: «   Вскоре после моего приезда в Москву я увидел  Уланову в роли Жизели. Незадолго до начала спектакля  Михаил Лавровский, ( исполнитель роли Альберта), любезно посоветовал мне, на какие сцены и эпизоды  следовало бы обратить особое внимание при фотографировании Улановой.  На сцене появилась Уланова, и я тотчас же позабыл все наставления Лавровского. Мною овладело одно желание- запечатлеть  каждый миг,  который мог быть безвозвратно утерян. Романтическая история была забыта, пасторальные декорации и  сказочные одежды померкли,  и я весь  оказался во власти многовековой  правды. Я сам стал как бы  участником  безмерно печальной истории о счастье и горестях Жизели. В середине первого акта что -то случилось  с моим фотоаппаратом:  изображение Улановой вдруг стало расплываться. В отчаянии я старался навести фокус, но изображение  оставалось туманным.  И вдруг я понял,  что аппарат не причем, мне мешали смотреть слезы.  И почти весь второй акт я тоже смотрел сквозь слезы».
   Балет «Жизель»- потрясающая поэма о любви.
  Что касается музыки Адана к балету, то  и  новые поколения будут дивиться  тому как много в этом  прошлом непреходящих ценностей , какие прекрасные уроки для будущего содержит «Жизель» и другие балеты и оперы  этого композитора-человека  большого таланта, неистощимой  мелодической фантазии и не очень счастливой судьбы. Музыкальные  историки и критики давно в долгу перед композитором и его  «Жизелью».      
   Первым хореографом балета «Жизель»  был  Жюль Перро,  передовой деятель романтической хореографии, великий французский танцовщик 19 века. Роль  Жизели исполняли танцовщицы Карлотта Гризи, волшебница с фиалковыми глазами,  Фанни Эльслер,  Мария Тальони. Дебют «русского  гения»- танцовщицы Анны Павловой  в роли Жизели в 1903 году покорил мир. Новая редакция хореографии  Мариуса Петипа вдохнула вторую и вечную жизнь в старинный шедевр. 
    Парижане видели русскую «Жизель» в 1910 году с Тамарой Карсавиной и Вацлавом Нижинским в главных ролях.  Мариинский театр в Санкт-Петербурге  верный хранитель «Жизели» вот уже больше  150 лет. Отсюда она отправилась  в большой мир и везде трепетно-любима.
   Многие  театральные  журналы восторженно отзывались в своих статьях об этом уникальном произведении. « Какой –то  очищающей и мучительной красотой волнует этот чудесный балет». Волнует- вот  слово, которого бывало десятилетиями не произносилось, когда речь шла о балете. 
    Готье считал  балет просто миленькой вещицей. Русская «Жизель» - возвышенная драма сердца. Здесь любовь- не иллюзия, а символ веры. Неодолимое стремление к счастью, о правде и верности  большого чувства, перед силой которого падут все преграды.
     Жизель бедняжка любит и грустит.
    Ее душа в смятении отныне.
    Альберта  своего она простит,
    Сама лежать останется в могиле.
     Из царства мертвых станет призывать
     Того, кого душой любила страстно.
     Любовью вечной будут называть
     Порыв души свободной и прекрасной.