Не ужасайтесь

Если судить по масштабу праздничных приготовлений, то Новый год россияне  любят больше, чем Пасху.
Предновогодний ажиотаж  наводит на размышления о том, к чему больше расположена душа человека. Но серьёзный вывод из них сделать трудно, потому что и Новый год, и Пасху люди  празднуют не совсем одинаково.

 Представить себе ужас и  горе людей, видевших распятие и смерть на кресте, мы ещё в какой-то степени  можем.
А представить радость от вести о воскресении  гораздо труднее. Можно сказать, мы больше изображаем эту радость, чем испытываем.     А попросту сказать –  немножко притворяемся с самыми добрыми намерениями даже когда, отвечая на радостную весть, говорим: «Воистину воскрес» .
         Мы, может быть, вышли из того возраста, когда ещё верилось в «опиум для народа», в корысть и в коварство изобретателей религии, но ещё не пришли в тот возраст духовного совершеннолетия, когда человек на опыте своей жизни убедился в правоте основ веры.
Если хотел бы верить, но что-то смущает, это ещё простительно.
А если не веришь, потому что, не хочешь, чтобы это было правдой, это уже совсем другое.

Прихожане в большинстве своём очень мало похожи на воинство христово.
Но от них и не требуется быть готовыми стать боевой дружиной.
Хотя, в Новом завете и есть наказ купить себе меч.
Они больше напоминают людей, приходящих за исцелением к  купальне и ждущих первого движения волны.
Вспоминается, как один из учеников Христа вырвался из рук воинов, пришедших схватить  Его, и голым убежал от них.
Апостол Пётр видел своими глазами многие чудеса, но отрёкся от Христа.
А чего же требовать от тех, кто прочитал о чудесах в книге, не сумев побороть  в себе сомнения в них.

Православие в России сегодня переживает период возмещения морального и материального ущерба за многие годы угнетения атеизмом.
Но, возможно, количество  храмов  и роскошь их внутреннего убранства  олицетворяют не столько торжество православия, сколько  покровительство ему государственной власти.
Инициатива возрождения церкви исходила сверху.
          Время от времени, лагерь православия слегка сотрясают  внутренние распри, случаются конфликты и скандалы, которые его  «не красят».
Открытым текстом звучат возражения тому, что православие при содействии власти  «лезет»  в школы.
Против полковых священников возражений не слышно, но не потому, что их нет. 
«За что боролись?» - как бы спрашивают атеисты и убеждённые сторонники отделения церкви от государства, считая чрезмерное  почтение  к церкви прямым нарушением Конституции.
      
   Сильнее многих проповедей в защиту веры звучат подробности о том,  до каких   извращений вероучения дошли на Западе. Нам ещё есть, что беречь.
На этом фоне  почему бы и не поверить, что  Россия – это остров, на котором спасается и спасает православное христианство.
Снова вспоминают фразу о третьем Риме, «а четвёртому не бывать».
Кажется, что власть и церковь вот-вот сольются в «симфонию» образца дореволюционной России.
Но прозвучат в СМИ чьи-то резкие реплики или суждения против навязывания православия, посмотришь на то, каким духом дышит массовое искусство, и отпадут многие иллюзии торжества православия.
 
   Недавно  Н. Поклонская, в некотором роде, яркая фигура и не последнее лицо  российской политики, … публично отреклась от христианства!
Она сочла нужным  не  ждать анафемы, и  сама объявила, что уходит от православия в язычество. Похоже, что переход в язычество ещё не позорит честь прокурорского мундира.
А может быть, это такое подобие юродства, которое позволяет не быть как все.
Мало ли таких людей, которые  празднуют Пасху и Рождество, но спокойно признаются в своём неверии. А отречение Поклонской стало, пусть, не  событием и не ударом в спину, но больше, чем пощёчиной  православию.

Она одна из очень немногих депутатов Госдумы голосовала против пенсионной реформы, выступила против СВО, назвала  букву Z символом горя России и  Украины,
и заявляла, что не считает Украину нацистским государством.
Не каждый осмелится сказать такое, даже если и думает так же. А ей это сошло с рук.
           Даже не оценивая эти поступки, а просто глядя на миловидное лицо Поклонской – наверное, такое было и у жён мироносиц -  задумаешься, что её заставляет так усложнять себе жизнь и вызывать на себя огонь чьих-то оскорблённых чувств?
Если  жажда правды и справедливости, то её уход из православия – это не пощёчина, а предъявление ему и системе власти  обвинения в тяжком преступлении.
Правда, предъявление не прокурорским обвинительным тоном,   а тем, с которым женщины на бракоразводных процессах иногда, не вдаваясь в подробности личной жизни, настаивают  на  невозможности примирения.
Поклонская тоже воздержалась от пояснений своего отвращения  к христианству и вдруг вспыхнувшей любви к язычеству.
Теперь кому-то может показаться, что несогласие с некоторыми политическими решениями не может прийти в голову человеку православному.
Никто не говорит, что на это несогласие способны только люди повреждённого ума, но объявление о симпатии к язычеству  близко к политическому самоубийству.
И найдутся люди, которые это отречение примут не за личную трагедию или драму Поклонской, а за признак  болезни православия.
           Болезни были всегда,  и часть их приняла хроническую форму.
Но далеко не все великие критики церкви отрекались от веры в Бога.

Вербное воскресение обозначило близкий конец Великого поста.
Церковь заполнена больше, чем  обычно.
Встречать праздник с вербами выбрались из дома даже те, кто в силу возраста не часто ходят на службы. Неуверенной походкой, с клюшками-костылями пробираются бабушки к иконам, чтобы прикоснуться  к ним лбом или губами.
Двое мужчин небогатырского сложения,  лет 50-ти в военной форме  рядовых контрактников без клюшек и костылей пристроились между лавочками у стены.
      Литургия закончилась. Царские врата закрыли завесой. Исповедь  так затянулась, что взрослые прихожане начали тихо разговаривать друг с другом о чём-то своём, а маленькие дети, которых принесли для причащения, иногда с сосками во рту,  стали громко выражать своё нетерпение криками возмущения.
         Незаметно  закрепился обычай приносить с собой в церковь маленькие складные стулья, чтобы можно было присесть  на них, когда стоять уже нет сил.
        Наконец, священник громко вопрошает: «Есть ещё исповедники?».
По церкви  прокатился вздох облегчения, но из толпы выделились ещё несколько человек опоздавших на исповедь, чему остальные не были рады, потому что устали от затянувшейся паузы, которая стала чем-то чужеродным в ходе  литургического сюжета.
В церкви семеро одного ждут.   
… И вот наступила страстная неделя.
Хочется соответствовать её настроению  и не поддаваться ничему, что может мешать и портить ожидание главного православного праздника.
В том числе, даже, и тем новостям, к которым ещё не научились относиться «философски», потому что они слишком тревожны: прилёты и попадания случаются уже в центральных регионах. Сказать просто  «попадания» уже будет кощунством: называют  конкретно число жертв. Острым серпом бьют слова: «среди них ребёнок»…
И это ещё не укладывается в головах, чему, конечно, способствует атмосфера не замалчивания, но «сохранения спокойствия».

Кажется, совсем недавно  за участие в церковной службе  люди привлекались к ответственности «по партийной линии».
Церковное возрождение  в годы перестроечной разрухи само по себе уже можно назвать чудом.
Но уже есть подозрение, что это чудо представляет собой одно из чудес, которые будут давать восставшие лжепророки. Об этом было предупреждение.
Вот и присматриваются люди, не пришло ли то время…
          В прошлые века тоже  были  поводы для подозрения церкви в отступлении от учения Христа.
И сто лет тому назад были люди, которые насмехались над словами об исцелении  слепого, называя  «брение из плюновения»  святыми  слюнями.
Одни  люди  пытались опошлить Писание, другие – обвинить церковь в извращении его. Как это ни удивительно, но советский воинственный атеизм с самых первых лет его существования решительно осуждался  тем  самым Западом, который сейчас  называют нашим врагом.
Возрождение церкви в России стало одним из важных условий сближения с Западом в эпоху «перестройки».
Чем бы оно не было, можно считать его частью исполнения  пророчества о том, что « проповедано будет сие Евангелие Царствия по всей вселенной»,

В древней традиции  поздравлять  радостным возгласом «Христос воскрес» есть что-то театральное и, даже, игривое. В Новом Завете нет описания бурной радости.
Двери дома, в котором собрались ученики, узнав о воскресении, были заперты «из опасения от Иудеев».
Следует признать, что христианство со стороны выглядит  очень мрачным  вероучением.
И уже происходят страшные события, похожие на те, которые в Евангелии названы «началом болезней» и великой скорби.
Но ещё есть люди, которые, празднуя Пасху,  как бы, наполняются светом и силой для того, чтобы побеждать опасения и не ужасаться событиям,  которым «надлежит быть».

Примечание: грозное предупреждение  о наркотиках в начале статьи приписал, наверное, ИИ, найдя в тексте слово "опиум"