Сборная Кавказа

Не помню, чтобы в начальных классах нашей школы вопрос о национальной принадлежности учеников  поднимался, обсуждался или хотя бы заострялся каким-либо образом.
 
Впервые он всплыл в пятом классе, когда мы начали изучать иностранные языки. В 5-ом «А» – английский, в нашем, 5-ом «Б» –немецкий, в 5-ом «В» – французский. По случайному совпадению, а может, и вовсе не случайному, как раз на тот момент моим одноклассникам, всем сразу, вдруг срочно понабилось узнать, как на нерусских языках звучит фраза «Я тебя люблю».

Как она звучит по-немецки, все в нашем классе, понятное дело, уже знали, а как ее произносят англичане и французы, мы выяснили моментально, спросив у ребят из 5-го «А» и 5-го «В». И тут-то все обратили внимание на то, что в нашем классе, оказывается, учатся люди (личности!) разной национальной принадлежности. Ну и ну… В итоге в считанные дни мы выяснили, как звучит интригующая фраза на черкесском, карачаевском, осетинском, абазинском, абхазском, греческом, еврейском, армянском… языках. Сейчас я затрудняюсь полностью воспроизвести список личностей разной нац. принадлежности, учившихся в моем классе, но скажу, что для перечисления всех национальностей цифры десять будет, пожалуй, маловато.

В дополнение к начальному реестру фразы «Я тебя люблю», звучащей на разных языках, были получены разведданные из обоих параллельных классов, которые так же, как и наш выглядели, наверное, в глазах взрослых живописным произведением искусства на тему сочетания национальных мотивов Земного Шара. И до нас, наконец, дошло, что имел в виду незабвенный наш физрук Анатолий Гамидович, называя нас «сборной Кавказа». «Ну, что, сборная Кавказа, – говорил он всякий раз в начале урока, стоя в спортзале перед шеренгой учеников в разномастных спортивных формах, – будем косить под хилых и больных, или все-таки покажем, на что мы способны?».

Мальчишки записывали переводы заветной фразы на тетрадном листке, носили его, свернутым и замусоленным, в кармане, и был листок похож на шпаргалку, в которую часто заглядывают. Зато девочки записывали переводы волшебной фразы в специально заведенные тетрадочки в клеточку или альбомы для рисования, разрисовывая каждый перевод восхитительными цветами.