Профиль криминала во Франции. Ч1. Гл28

Отрывок из культуро-социологического эссе
"ФРАНЦИЯ, СЕМЬ ЛЕТ РАЗМЫШЛЕНИЙ"
в 2 Частях, 70 Главах.

Часть 1. Глава 28.

«А КТО НЕ МОЖЕТ?»
Профиль преступлений во Франции


«– Вы что же, не знаете? Деньги не пахнут.
– Не знаю, не знаю. Твои, так очень попахивают.
– И чем же они, интересно, попахивают?
– Тюрягой.»
Из юморески Г. Хазанова.


« – Ты знаешь, меня вчера обокрали!
– Как?!
– Очень просто. Взломали дверь и унесли все драгоценности. Причем ничего другого не взяли.
– А полиция?
– Я тут же заявила. Полиция приехала, засвидетельствовала факт кражи. Но вообще по тому, как они себя вели, я поняла, что стараться искать особенно они не будут. Так что всё кануло в воду.
Действительно, драгоценности так и не были найдены.»

« – Представляешь, к нам вчера приходила полиция!
– По поводу чего?
– У сына моего мужа (подросток 16 лет – примеч. автора) в спортивной сумке тренер нашел пакет с героином. И не только у него, но и у другого мальчика, занимающегося в спортивной секции. Тренер заявил в полицию, которая у нас и была вчера.
– Ну и что выяснили?
– Пока ничего. Но взбучку этому паганцу мы потом задали. А он все равно не сознался, откуда: говорит, ему кто-то из ребят подложил.»

« – Что-то ты давно не звонишь? Какие новости?
– Да не очень веселые.
– А что так?
– Помнишь, у меня была домохозяйка? Ну, приходила три раза в неделю, убирала, стирала, гладила… Какая-то “восточная красавица”, легально проживающая на территории Франции.
– Ну, да, но она у тебя больше двух месяцев не работает.
– Да, именно. Не работает. Вот она и решила устроить мне “праздник”. Как-то раз позвонила мне и заявила, что она… беременна. От меня!
– Ну и что она хочет?
– Как что?! Денег! А если не раскошелюсь, то… в общем, пошли всякие угрозы несчастных случаев, типа «Вам никогда кирпич на голову не падал»? Или «А машину Вы хорошо водите»?
– Так это же чистый шантаж!
– Да меня всё это нисколько не напугало. Я же сам юрист. И она – безмозглая курица – еще хотела что-то получить с юриста. Я ей тут же по телефону дал юридическую консультацию – что и сколько ей будет за шантаж подобного рода, указал статьи Уголовного кодекса, в общем, вылил на нее ведро воды: остынь, мол.
– Ну и какая реакция?
– Она больше не звонит. Но остался неприятный осадок. Я хотел взять другую домохозяйку, но после этого случая раздумал: не “беременность”, так кража, не кража, так в мясо чего-нибудь подсыпет. Нет уж, лучше сам свою хибару приберу, зато спокойнее.»

«Из телепередачи:
– А вы знаете, что списывание с Интернета музыкальных дисков карается двумя годами тюрьмы?
– Нет. Не знаю. Вы первый мне это говорите. Но вы посудите сами: один музыкальный диск стоит 15-20 евро, а на Интернете мне это стоит только время коммуникации плюс необходимо купить чистые диски, и выходит примерно 4-5 евро. Неужели вы думаете, что люди, имеющие доступ к информатике, Интернету, новым способам получения информации (в том числе и культурной, музыкальной), откажутся от этих “уцененных” способов?
– Но это же пиратство XXI века!
– Ну, да. Вероятно. Но я вам скажу – новый вид пиратства. Потому что ростовщичество (то есть коммерция) – изживающий метод “пиратства”. Разве нормально, когда Автор (музыки, песни, певец, писатель, художник и т.д.) получает меньше всего со своего детища, а больше всего – коммерция? Вдумайтесь – ведь коммерсант – это по большому счету вор: он ничего не производит, а получает больше всех с проданного продукта (любого, в том числе и книги, и картины, и музыкального диска) – 30-40%. А Автор – только 8-15%! Остальное распределяется между издательством (или студией записи), материалами на изготовление, рабочими (типографии, фабрики по изготовлению дисков и т. д.), оптовиками, транспортниками, рекламой, госналогами с продукции… Рано или поздно этому безобразию системы продажи должен был придти конец. И все коммерсанты это почувствовали – с приходом Интернета: в денежных убылях. И тут же поднялся ураган: к стенке их, интернетских пиратов, они не желают быть честными, не хотят покупать диск в магазине, не хотят считаться с авторскими правами! Какой цинизм! Словно сами эти крикуны не пользуются Автором в хвост и в гриву.»

« – Почему ты, наконец, решила подать в суд на своего отчима по поводу изнасилования?
– Потому что поняла, что больше так не может продолжаться.
– А сколько лет это продолжалось?
– С момента моих первых менструаций?
– И все эти годы до твоего совершеннолетия он тебя насильно склонял к физической связи?
– Да.
В результате длительных допросов факт насилия несовершеннолетней мадмуазель N был установлен.»

«Из телепередачи:
– Расскажите, как случилось, что ваш ученик-лицеист оказался на скамье подсудимых.
– Конфронтация между мной и этим учеником шла долго. Но когда он понял, что ему не удастся на меня повлиять в плане его школьных успехов, он решил… меня задушить. Когда все были на школьном дворе, а я остался в классе, он вошел и накинул мне на шею петлю и стал душить. К счастью, я не растерялся и стал бороться, а потом кто-то услышал, что что-то происходит в нашем классе, потом мне пришли на помощь. Я подал заявление в полицию, факт попытки удушья был установлен. Ученик – несовершеннолетний – получил три года тюремного заключения.
– Вы думаете, что тюрьма его исправит?
– Не знаю. Но поступил я правильно, подав заявление. Другим неповадно будет, тем более что наша история получила огласку в печати и других средствах информации. Вы же знаете, что происходит сейчас в школе, о школьной жестокости. Ученики нападают на учителей, даже на директоров и инспекторов колледжей и лицеев. В лицеях процветает наркомания, рэкет между учениками, кражи имущества учеников из более обеспеченных семей, расизм, а на этой почве жестокие драки… А если вы попали работать в школу, гда учатся дети из так называемой “зоны”, то вообще можете уже в тридцать пять лет написать Завещание.»

«– Что с тобой, ты сама не в себе?!
– У меня украли кредитную карточку и успели снять 1500 евро до того, как я депозировала в моем банке потерю, чтобы они заброкировали мой счет.
– Но как же они это сделали, ведь для этого надо знать твой секретный код, а найти его случайно практически невозможно: один случай на миллион.
– Я снимала деньги, а рядом стоял… какой-то араб. Я думала, он просто ждет своей очереди. А он смотрел, какой код я набираю. А потом вырвал карту из рук. Я рот только успела открыть, а он уже сел с каким-то другим арабом, который, видно, его дожидался, на мото и смылся.
– И банк тебе вернул снятые деньги?
– Нет. В банке мне сказали: мадам, в контракте указано, что вы должны беречь ваш код в секрете, быть осторожной при снятии денег с дистрибютора, при оплате карточкой в магазине. В общем, я во всем оказалась виновата, а за оплошность банк не платит.»

«Разговор в полиции:
– Присаживайтесь, мадам. На вас подано заявление со стороны учительницы вашей дочери. Ваша дочь приходит в школу со следами избиения на лице, на спине, на руках. Кроме того, указано в заявлении, девочка плохо учится, потому что у нее развит комплекс постоянного страха, она замкнута, боится отвечать на вопросы, выходить к доске. Мы должны отреагировать на заявление. Давайте попытаемся разобраться вместе. Вы живете во Франции вот уже много лет, получили французское гражданство и должны подчиняться французскому законодательству. Ваши турецкие нравы вам здесь придется забыть. Итак, кто в вашей семье – вы, ваш муж, старшие братья – бьет девочку?
– Никто. Она играет с младшими сестрами и часто падает, и получает синяки. Это нормально. Дети ведь много двигаются.
– Но мы обследовали ребенка и анализ показал, что подобные синяки не являются следствием падения, а следствием нанесенных ударов. Так кто же и по каким причинам бьет ребенка в вашей семье?
– Ну, бывает, что я ударю. Но не бью. Вы же понимаете, дети шалят, не слушаются, это раздражает. А потом нужно, чтобы дети боялись и уважали своих родителей, иначе никаких авторитетов, а у меня восемь детей, как вы хотите, чтобы я каждому из них мораль читала, чтобы он понял, что от него требуют.
– Так и зафиксируем: избиение ребенка исходит от матери, мадам N.
–- Нет. Я не согласна. Я повторяю. Я ее не бью. Я могу слегка ударить. Но не бью.
– Ну, это значит, по вашим понятиям “слегка”. Вероятно, у вас тяжелая рука, и вы не можете соизмерять ваши силы…»

Печальные истории в самых различных областях французского общества можно было бы продолжать очень долго: будь это экономика и всяческие спекуляции в этой сфере, политика и коррупция местных властей, использование служебного положения, шантаж в личной и публичной жизни, уничтожение собственности, в том числе и спланированные поджоги “в отместку”, преступность в семейной ячейке, в школе, на улице, многочисленные грабежи и кражи, изнасилования, склонение несовершеннолетних на преступление, угоны автомобилей, печатание фальшивых документов, продажа наркотиков и даже молоденьких девушек в рабство проституции…

Если обратиться к цифрам, то выясняется, что:
В год во Франции совершается около 3.900.000 различных преступлений (конечно, больше, но это приблизительное число говорит лишь о преступлениях “зарегистрированных”), а значит, по подсчетам пунктуальных статистов, на каждую тысячу населения приходится 67 преступлений (считайте больше… я полагаю, еще на 50-60 единиц).

Во французской тюрьме находится около 55.000 человек (официальные данные), а это значит, что, как верно подсчитал внимательный читатель, только 1 из 67 официальных преступников оказывается на тюремных нарах. А что же остальные? Остальные… не пойман – не вор. А даже если и пойман, оказывается нередко очень трудно доказать вину.

Так, например, в нескольких районах Франции шла операция около шести месяцев по выслеживанию мафиозной структуры, которая занималась кражей антикварной мебели у частных лиц и продажей ее на международном рынке. Операция приняла широкомасштабный характер: необходимо было выследить “цепочку”, а потом – одновременно в разных местах (городах) – устроить “облаву”. Ну, и что вы думаете, выследили, притащили пешек, “лошадей” и “слонов” в полицию. Но король и королева все равно остались вне поля зрения. Это во-первых. А во-вторых, даже и пешка “знает свой шесток”, и “колоться” никто не собирался: всем им было ясно, как это может отразиться – если не на них лично, то обязательно на близких. В результате операции почти 70% “взятых” были выпущены, даже не попав на скамью подсудимых.
Другие случаи избежания полосатой пижамы были приведены выше: так, при краже личного имущества, кредитной карточки вор находится крайне редко. Многие здесь говорят о вине полиции, о ее неоперативности: пока полиция “раскачается”, вор уже успеет “сплавить” награбленное и залечь на дно. Между прочим, по проводимым опросам было установлено, что Чувство Доверия француз испытывает –
на первом месте – к пожарникам (которые во Франции являются “спасателями” – из огня, из воды, из дорожной аварии, при обвале в горах и т.д.),
на втором месте – к жандармерии
и на третьем – к полиции.

Что касается муниципальной полиции, в задачи которой – в отличие от Национальной – входит прежде всего “публичный порядок” в данном населенном пункте, то к ней долгое время было особое чувство недоверия и вполне обосновано, т.к. силы ее были малочисленны, престиж упал, порядок в городе от этого явно страдал. Правда, в последнее время принимаются активные меры для поднятия престижа, а главное активности муниципальной полиции – все чаще можно видеть муниципальную полицию на улицах, патрули в наземном и подземном транспорте, особенно вечером и в выходные дни, когда наибольшая вероятность уличных и транспортных преступлений – краж, нанесений телесных повреждений, изнасилований.

Но вернемся к цифрам. Как “распределяется” выше указанное число ежегодных преступлений? Какого рода преступлений во Франции больше всего?
Существует три вида преступлений: два основных – преступление против Личности и преступление против Собственности (иногда они смешиваются, по принципу “кошелек или жизнь”) и третье – преступление ради Наживы (или Власти) – это когда, как говорят французы, “злоупотребляют вашим доверием” – например, рекламируют продукт, который не соответствует тому, что о нем в данной рекламе говорят, “кабинеты магов и хиромантов”, которые во Франции расплодились как тараканы и, надо сказать, получают огромные миллионные прибыли с “доверчивых клиентов” (по некоторым данным, около 4,5 млрд. евро в год, но точно не установлено); или подделка международных марок всем известных фирм – духи с надписью “сделано во Франции”, где забыли пометить “разлито в Гонконге”, вещи “под Ив Сан Лоран, Кензо, Лакруа”, сшитые в Турции, аппаратура как бы японская, но собранная в Тайване, и даже фальшивые антибиотики под какую-то известную лабораторию, которые продавались во Франции и оказались опасными для детей до восьми лет; а купленная одной француженкой машина как бы Рено, совершенно новая, но также не имеющая ничего общего с данным заводом, оказалась смертельным приобретением потому, что снимающаяся крыша однажды просто снесла ей голову, т.к. была сконструирована не по правилам технологии.

Все так называемые “Экономические и финансовые инфракции” (ради Наживы) стоят на втором месте всех преступлений – из почти четырех миллионов – около 400.000-445.000 в год (год на год не приходится, когда больше, когда меньше). Заметить, что в этой области Финансового Обмана больше всего –
фальсификаций чековых книжек и использований украденных чековых книжек, фальсификаций и использований кредитных карточек, злоупотреблений доверия клиентами (о чем говорилось выше) и фальшивой рекламы и несоответствующих цен.
Но на первом месте из всех преступлений стоят все-таки преступления против Собственности – около 2.500.000 зарегистрированных случаев в год! (повторяем, “отмеченных”, но не значит “наказанных”, а чаще или преступник не найден или взят на заметку и отпущен “за недостатком улик”). Среди прочего, больше всего:
Угоны автомобилей (около 1.300.000 случаев в год),
Квартирные ограбления (около 500.000 случаев в год), а также другие виды краж, например,
в магазинах (около 65.000 зарегистрированных случаев, но, вообще говоря, таких краж во много раз больше, т.к. в крупных супермакетах очень трудно уследить за покупателями, особенно в часы пик и в субботу, в моменты наибольшего наплыва).

Отдельно берется в криминальной системе анализа преступности Уничтожение и Деградация Собственности и, таким образом, к воровству в различных его формах присоединяется около 450.000 отмеченных фактов ее разрушения, чаще всего поджога машины (около 300.000 случаев), запланированные поджоги частной собственности.
Сюда же относится и терроризм, взрывание домов, поездов и т.д. Но надо заметить, что борьба с терроризмом (исламским, ставшим международным) во Франции получила широкую поддержку Правительства, была тут же намечена широкая программа действий – совместных Национальной полиции, Жандармерии, Таможни, Муниципальной полиции.

И на последнем, на третьем месте – преступление против Личности: около 180.000 отмеченных случаев в год. Сюда относятся (по убывающей, от наиболее часто встречающего к наименее):
Нападение с ранением (около 60.000 случаев),
Угрозы и шантаж,
Склонение к сексуальной связи,
Уклонение от алиментов на детей или компенсационных алиментов,
Изнасилование (около 6.500 случаев в год, по официальным данным,
на самом деле раз в десять больше),
Жестокость по отношению к детям, брошенные дети,
Убийство (около 1.500 случаев, около 100 случаев – как “сведение счетов”),
Попытка убийства (около 1300 случаев в год)
и другое.

Хочется отметить, что все эти цифры приблизительные, не дающие полную картину Преступлений во Франции, а лишь указывающие некоторые тенденции.
Так, совершенно ясно, что самое распространенное преступление во Франции – это Воровство, будь то частной собственности (машина, драгоценности, антиквариат), или через “экономический обман”: подделка фактур, банковских бумаг, карточек, чеков, злоупотребление доверием клиентов (особенно при продаже сомнительных товаров, но на вид вполне доброкачественных и даже очень привлекательных), использование Власти (т.е. и денег, которые должны идти на общественные нужды города, а уходят на покупку частной собственности… и где-нибудь подальше от места правления, чтобы не смущать местных жителей – на что это, мол, мэр и его “правая рука” себе такую хибару-замок с бассейном приобрели?) и т.д.

Меньше всего криминала во Франции против Личности, особенно с убийством. Хотя это не значит, что гулять вы можете в любом районе города совершенно “безнаказанно” днем и ночью. Есть так называемые “зоны”, в которых иногда даже сами полицейские не очень-то любят показываться. А уж вам-то, если вы не вооружены и не особо опасны, вообще он не советовал бы туда заходить. Можно сказать больше, статистические данные об агрессии на улице и в транспорте во много раз занижены и не отражают реальной картины криминальных уличных событий. Это видно невооруженным (статистическим аппаратом) глазом: Франция страдает от уличной (мелкой, но становящейся крупной – по принципу перехода количества в качество!) преступности.
Что касается, например, изнасилований, то и здесь официальные данные не имеют ничего общего с реальностью. А загадка просто разгадывается: как говорят в полиции следователи, через которые проходят подобные “дела”, только одна девушка из четырех изнасилованных подает заявление в полицию, а многие предпочитают молчание, чем унизительный процесс проверки, медицинского подтверждения, мучительного судебного процесса. И более того, из всех “дел”, лежащих на столе следователя, об изнасиловании только одно из пяти доходит до суда, и один из двух, попавших на скамью подсудимых, оказывается в конце концов за решеткой. И всё потому, что “нет свидетелей”, “нет достаточных улик”. А главное, как говорят следователи, как доказать, что это была не полюбовная связь? Ведь насильник всегда напирает на то, что “она сама хотела… чтобы я сорвал с нее платье и даже побил. Может, она мазохистка. Я ей – все ее удовольствия, а она меня за это теперь – за решетку? Неблагодарная тварь!” В общем, как говорят французские следователи, доказать факт изнасилования оказывается крайне сложно, если только сам насильник ни “сломается” на допросе и ни сознается в содеенном. И оказывается, такое случается не так уж и редко. И здесь надо отдать должное методам следовательской команды, находящей самые различные способы – кроме применявшихся на знаменитой Лубянке – для выявления Истины.

Ну, а что насчет того, чтоб “уколоться и упасть на дно колодца”? Наркотики поступают во Францию ежегодно тоннами. А сейчас и вообще нарко-бизнесам легко стало: наземные границы открыты, нередко на пограничных постах вообще никого нет, никакого контроля, например, под большие праздники. Только знай, где и когда нелегально провозить. И надо заметить, что из примерно 180.000 случаев ежегодных “заловов” только восемь-десять тысяч приходится на “поставщиков”, а в основном попадают в полицию те, кто “использует наркотики не в медицинских целях” (около 50.000 случаев) и реже те, кто занимается их продажей-перепродажей.
По данным Интерпола, в Западной Европе употребляется ежегодно 50 тонн кокаина и более 15 тонн героина и около 2.000 тонн гашиша! В Северной Америке – кокаина используется ровно в три раза больше, но меньше героина и в шесть раз больше гашиша. Что касается Восточной Европы, то количественные данные... отсутствуют. Но надо полагать, не намного меньше, чем в Западной Европе. Так что опиумный дым заволакивает мозги не только французов, но и многих прочих европейцев, поэтому борьба с наркоманией и наркобизнесом во Франции не является частным делом этой страны, а вписывается в борьбу с этим зельем в Европейском Сообществе в целом.

Эх, то нельзя, это не положено! Не жизнь, а сплошные правила. И денег никогда столько не заработать, чтобы купить дом. Ну, не такой, как у нашего мэра, а хотя бы… на четверть такой. Или открыть свой, пусть маленький, но свой, магазин, например, свежей рыбы. Представляешь – устрицы, креветки, свежая красная рыба, форели и прочее прочее, и всякие там рыбные салаты и заливные, и паштеты свежие! Ну, и что же делать? Хочется свой рыбный магазин и маленький домик весь в зелени. А зарплата маленькая, и всегда, всю жизнь будет маленькой потому, что учиться в школе как-то не удалось особенно хорошо, а без высшего образования – здесь просто пропащее дело. Что же делать? Что? Как жить? А прозябать не хочется. Так Кати с тремя подругами не-разлей-вода пошла… грабить банк. И – чудо! Ограбили, деньги поделили и залегли на дно. И никто их не нашел. Так “банда амазонок”, как назвали четырех страшных супер-девушек, жила несколько лет – то лежали на дне, то снова шли на “дело”. В разных городах, конечно, но всегда наверняка и без последствий. Страшно было самим, но ведь оружие было ненастоящее, т.е. настоящее, но не заряженное. Поэтому когда их в конце концов взяли (да и не взяли бы, просто одной из подруг надоело играть впрятки, она пошла в полицию и всех сдала), то срок всем дали чисто символический: Кати отсидела дольше всех, тринадцать месяцев. Потом вышла из тюрьмы, стала работать в другом месте, тихо, мирно существовать. С “амазонками” редко встречалась, а та, которая донесла (хоть и мать-одиночка с двумя детьми, освобожденная от несения уголовной ответственности) вообще для нее выпала из поля зрения. Осуществила ли Кати свою мечту о доме с зеленью и своем магазинчике свежей рыбы, никто не знает. Но тюремные нары ей запомнились на всю жизнь.

Париж

ПРИМЕЧАНИЕ. Эссе "Франция, семь лет рзмышлений" удостоено Золотой медали
на международном конкурсе АЕА (Москва, Международная академия современных искусств, 2022).
47 глав из эссе были опубликованы в журналах "День и Ночь"(РФ), "Новый Свет" (Канада, 2020), "Мастерская" (Германия, 2019), в сборниках поэзии и прозы "Русское зарубежье" (Волгоград, Изд. Перископ Волга, 2020), "Творчество и Потенциал (СПб, Изд. Четыре, 2024, 2025), "Библиотека современной литературы" (там же, 2024), "Человек слова" (там же, 2024), "Дар Бессмертный" (там же, 2024), "Литературный атлас" (там же, 2025) и в авторской книге "ЭПОХА ТЕХНО" (стихи, проза, публицистика, литературоведение. Москва, Изд. Вест-Консалтинг, 2018).
Данная глава нигде ранее не была опубликована (бумажные и электронные публикации).

ФОТО: актер Ален Делон в одной из своих многочисленных ролей.