Роль читателя. Легкое или Вдумчивое чтение?

Легкое чтение или Вдумчивое чтение? Решайте сами

Я здесь привожу 5 примеров из классической литературы. Показываю, как они по-разному понимаются при развлекательном чтении и при вдумчивом чтении.

—------------ 1. Развлекательное чтение:  условная жизнь

Один из примеров развлекательной литературы — сентиментальные романы. Эти романы говорят не о реальной жизни, а о некоторой условной жизни, построенной по известным правилам.

Предполагается, что есть некоторые архетипы персонажей, положительные и отрицательные.  Есть архетипические, знаковые ситуации, которые связаны с определенными эмоциями. Надо только в каждом случае распознать жанр произведения, архетип персонажа, архетип ситуации, и тогда уже понятно, какие именно эмоции надо испытывать в данном месте, плакать или смеяться.

Архетипы -- это "симулякры", знаки несуществующих абстрактных объектов. Когда читатель реагирует на архетипы  заданным способом, он действует по готовой программе, как автомат. В этой реакции нет ничего личного.

Например, в сентиментальном романе упоминание о сироте должно вызвать жалость, а не опасения о его криминальном поведении, как  в детективе.

Это похоже на наблюдение за футбольным матчем. Известно, какая команда "наша"  — это архетип "свои".  И в  заранее известных  знаковых ситуациях (гол противнику или гол "своим",  например) зритель испытывает соответствующие  эмоции. И, конечно, все это не имеет никакого отношению к жизни зрителя или к нему самому. Футбол, как легкое чтение,  —  это просто возможность испытать сильные эмоции, ничем не рискуя.

Пример 1. Стихотворение Пушкина "Я вас любил". Понятно, что речь идет о неразделенной любви. Читатель сразу распознает эту трагическую архетипическую ситуацию из сентиментальных романов.  По правилам жанра, несчастный любовник - это такой положительный архетип, которому надо сочувствовать. И культурный читатель, конечно, сочувствует лирическому герою, как положено.  При этом подходе надо знать о ситуации только то, что позволяет классифицировать ее. Детали не важны.

Пример 2. Письмо Татьяны Онегину. Эту знаковую  ситуацию можно называть "ожидающее сердце дождалось суженного". Понятно, что тут надо изо всех сил сочувствовать Татьяне.

Пример 3.  Монолог Гамлета "Быть или не быть".  Обычно эта пьеса воспринимается как высокая трагедия о благородном принце. И тогда текст понимается как вызов "пращам и стрелам яростной судьбы" героической,  гордой   личности. Так читал этот монолог Смоктуновский.  Другое возможное прочтение — искренние глубокомысленные размышления о собственной жизни и смерти.  Лоренц Оливье читал этот монолог, стоя над обрывом, в сопровождении драматической музыки. В обоих случаях предполагается, что размышления похвальны, персонаж размышляет о своей жизни и смерти, и его рассуждения - признак глубокого, независимого ума.

—------------------2. Развлекательное чтение: как настоящая жизнь

В некоторых  романах жизнь выглядит правдоподобно. Они привлекают читателя интересным  сюжетом. При развлекательном чтении, читатель доверяет писателю учить его: как надо и как не надо себя вести, кто плохой  и кто - хороший. А писатель ненавязчиво старается повлиять на читателя, дает ему подсказки, как нужно понимать текст.

Пример 4, фрагмент  из "Преступления и наказания" Достоевского:

—----------------
«Матушка, Софья Семеновна, мать ты наша, нежная, болезная!» – говорили эти грубые клейменые каторжные этому маленькому и худенькому созданию. Она улыбалась и откланивалась, и все они любили, когда она им улыбалась. Они любили даже ее походку, оборачивались посмотреть ей вслед, как она идет, и хвалили ее; хвалили ее даже за то, что она такая маленькая, даже уж не знали, за что похвалить. К ней даже ходили лечиться.
—------------------

Читатель понимает, что Софья Семеновна — святой человек, потому что даже каторжники ее полюбили.
 
Пример 5.  Повесть Чехова "Человек в футляре".  Нас учили, что там речь идет о жалком трусливом Беликове, который всего боялся ("как бы чего не вышло"). Историю рассказывает учитель Бурков. Для создания образа этого учителя  Чехов использует архетип прогрессивного интеллигента, который у подавляющего большинства читателей до сих пор воспринимался как "свой", хороший  человек.


—------------- 3 . Вдумчивое чтение   

В приведенных примерах при развлекательном чтении читатель доверяет автору вести его к нужным выводам. Теперь рассмотрим вдумчивое чтение.   При вдумчивом чтении читатель пытается представить себя на месте персонажа, понять его изнутри, оценить его поведение в своей системе ценностей.  Если ему это удается, то он может узнать что-то новое о себе и о мире.  Этот подход требует от читателя интеллектуальных усилий.

Можно считать, что при этом читатель смотрит на произведение как на психологическое исследование, замечает не только то, что автор показывает, но и роль самого автора за сценой.

Посмотрим на приведенные примеры, как они выглядят при вдумчивом чтении

1.  "Я вас любил". 

Я анализировала этот текст (http://proza.ru/2025/10/31/1209, http://proza.ru/2021/10/16/1310).
Если присмотреться к тексту, там нет и речи об отверженной любви. Сам текст — это и есть признание в любви, которая была, но уже почти вся прошла сама по себе. Дама не могла отвергнуть этого персонажа, потому что он ей никогда не признавался.  Он расхваливает свою "любовь", которая почти уже прошла. Но если ее такая любовь не интересует, она может попробовать найти где-нибудь получше, дай ей Бог, — говорит он.  Ясно, что в  этом случае  и он не будет слишком разочарован, так как его "любовь" и так уже прошла, "быть может".

Чтобы заметить, что персонаж говорит не о любви — как привязанности или симпатии или даже об эротическом интересе к конкретной даме,--  можно просто обратить внимание, что текст не специфичен, там нет ничего, что касается дамы. Такой текст можно было бы размножить и послать всем знакомым дамам, которым этот персонаж еще не признался в любви.  С точки зрения человечности, этот текст, скорее, жесток, говорит о цинизме персонажа. Текст разоблачает персонажа.

2. Письмо Татьяны.

"Евгений Онегин" замаскирован под сентиментальный роман с большим количеством лирических отступлений. Присмотревшись, мы понимаем, что это роман сделан "как настоящая жизнь", а впечатление сентиментального романа создается из-за того, что персонажи притворяются архетипами положительных героев. 

Татьяна пишет о своей любви к Онегину. Как справедливо заметил Лотман, письмо - коллаж из сентиментальных романов. В основном, это подражание Руссо и Ричардсону. Архетип, который изображает здесь Татьяна, не требовал знания адресата. Достаточно того, что при  встрече она "узнала его сердцем", примерно так, как Татьяна и описывает. Читатель, который руководствуется архетипами при чтении, доволен:  этот фрагмент понятен, вызывает сильные регламентированные эмоции. Но Онегин не был таким читателем. Для него это была не литература, а его жизнь. Поэтому он сравнил письмо с тем, что он помнил. Вот его разговор с Ленским  о его единственной встрече с Татьяной: "Которая Татьяна? — Да та, которая грустна и молчалива, как Светлана. Вошла и села у окна". Реальность была противоположна тому, что написала Татьяна.

Вдумчивый читатель должен был обнаружить ложь в письме Татьяны, задумавшись над тем же противоречием, которое обнаружил Онегин. Но при легком чтении противоречие нельзя заметить, потому что сцена, где Татьяна ведет себя как лунатик, ни на что не похожа. Пушкин не намекнул, какие эмоции тут надо испытывать. Читатель  просто пропускает эту сцену. Таким образом, вдумчивые и поверхностные читатели видят в романе разные сюжеты: поверхностные читатели игнорируют "бессмысленные" для них события  (но считают событиями фантастические мечты героев). 

Даже поверхностный читатель мог заметить, что мистическая сентиментальная героиня "ожидающее сердце" никогда бы не набралась дерзости написать письмо и признаться в любви. Тут уже сработало чудо поэзии Пушкина: письмо было написано так захватывающе для сентиментальных читателей, что они простили Татьяне поведение, которое никогда не встречалось ни в романах, ни, тем более, в жизни.


3.   "Быть или не быть".

Сначала Гамлет ставит вопрос: что благородней, жить или кончить жизнь самоубийством. Он  сводит самоубийство к вопросу чести: терпеть жизнь, по мнению Гамлета, это бесчестие, потому что жизнь связана с унижениями. Он приходит к выводу, что люди живут только из трусости, из-за отсутствия чести, потому что они боятся того, что будет после смерти.

Обращают на себя внимание два интересных обстоятельства.

Во-первых, говоря об жизни, Гамлет говорит о тех унижениях, которые неизбежны для обыкновенных людей, его подданных, но не для него. Это для них - жизнь унизительна. Эти люди претерпевают унижения от тех, кто обладает властью —  Гамлет сам обладает властью.  Именно безвластные, по его мнению, живут из трусости, потому что боятся того света. Это значит, что жизнь этих людей ничтожна, не важна ни для кого, в том числе для них самих - по мнению Гамлета.

Второе обстоятельство связано с тем, что Гамлет не видит ничего в жизни, ради чего стоило бы жить, в том числе для него. Жизнь — только лишние проблемы.  Для него жизнь - каторга, смерть - освобождение.

Эти две особенности мировоззрения Гамлета связаны тем, что у него нет морального центра, нет высших ценностей, которые позволили бы ему видеть преимущества жизни, возможности   самореализации  и достоинство других людей.

Шекспир показывает это ясно: по ходу действия сам Гамлет убивает несколько невинных людей, не задумываясь, но не может решиться убить короля, несмотря на все доказательства его вины.  Иерархия власти оказывается важнее для него, чем все остальные соображения. Дело не в его задумчивости, а в его приоритетах.

Но не не похоже, чтобы Шекспир осуждал Гамлета: герой продолжает говорить красиво, Лаэрт прощает его. И это не так уж удивительно — самый известный философ - мистик Возрождения, Пико дела Мирадела, считал человека свободным творить себя. Но  у него не было понятия об  абсолютных моральных ценностях. Возрождение отвергло мораль Средних Веков, но новую  мораль оно не предложило.

Когда читатель применяет к Гамлету те же мерки, которые он применяет к себе, он может заметить серьезные этические проблемы не только у Гамлета, но и у Шекспира.


4. Достоевский, "Преступление и наказание".

В отрывке речь идет о Соне Мармеладовой, которая работала проституткой до того, как она пошла за Раскольниковым на каторгу.  Достоевский  противоречит сам себе, создает невозможный образ проститутки, которая выглядит святой и вызывает почет и преклонение у потенциальных клиентов (Достоевский явно не имеет в виду, что  Соня умела притворяться проституткой или святой в зависимости от обстоятельств). Значит, автор является ненадежным повествователем. Читатель должен сообразить, что представления о жизни, которые автор хочет навязать читателю, очень отличаются от его собственных представлений и перестать верить  автору.

5. Повесть Чехова "Человек в футляре"

Я проанализировала эту повесть (http://proza.ru/2024/09/27/686,  http://proza.ru/2024/09/28/1605). Она  устроена как "рассказ в рассказе": учитель Буркин рассказывает об учителе Беликове. Чтобы понять замысел Чехова, надо заметить, что  Буркин противоречит сам себе.  Значит, Буркин  - ненадежный повествователь, искажает правду. Он заинтересован, чтобы повернуть историю в свою пользу. Когда мы начинаем присматриваться к этой истории, мы замечаем, что дружный коллектив прогрессивных учителей травил одного учителя, который не разделял их убеждений и старался защитить себя от этого коллектива.

Этот пример позволяет лучше понять, что нужно читателю для вдумчивого чтения:

-- Доступ к своей  совести: Большинство читателей руководствуются «социально одобренной» этикой. Надо слышать собственную совесть — и именно это позволяет читателю  увидеть в убийстве Беликова подлинное преступление там, где другие видят лишь «шутку» или даже справедливое возмездие за "футлярность";
-- Независимость:  Нужно обладать способностью к независимым суждениям, чтобы пойти против заученного с детства понимания, против явно высказанной позиции прогрессивного повествователя;
-- Способность к творчеству: При внимательном чтении читатель  воссоздает новую картину мира из «сырого материала», что и является высшим выражением человеческой свободы.

Но это и означает, что читатель должен являться личностью в бердяевском понимании этого слова.

Заключение.

Я показала на примерах из Чехова и Пушкина, Достоевского и Шекспира,  что вдумчивое чтение и применение своих собственных критериев  к персонажам позволяют понять произведения  по-новому, обнаруживать предвзятость  автора или повествователя, а также лучше понять себя, с соотношении с изображенной в литературе действительностью.