Глава 29. Резонатор

- Я и согласился на эту авантюру  только из-за неё. Если б надо было спуститься в ад, я бы спустился, без раздумий.  Мне обещали, что когда я его найду, они заставят  его её вылечить.  Он  её единственный шанс. А теперь и ты. Я просто не могу её потерять, понимаешь? Не могу оставить детей без матери.

-  Но, при чём здесь я?
 
- Антон, тебе и правда, что ли  диплом сделали? Этот хмырь  разломал свой прибор, эту астролябию почему?

- Ну, не знаю. Говорит, надоело всё. Жить как червяк, прятаться по подземельям. Ни радости, ни удовольствия.

- Для него наука – удовольствие. Как для настоящего учёного. Этим он будет теперь обеспечен, ты уж мне поверь. А прибор ему больше не нужен, потому, что резонатором он сделал тебя.

- В каком смысле? – Антон плюхнулся на кровать, подняв облако пыли.

- В прямом. У тебя есть штаны побольше? Мне не сходятся.

- Пойдём, посмотрим папин гардероб. Он любил джинсы. На, эта футболка должна подойти. А рёбра у тебя целы все.

- Откуда ты знаешь? Болит адски.
 
- Вижу… Послушай, я это действительно как-то прям вижу. Там гематомы, но они…. Стой, ложись на кровать. – Антон выглядел, словно умалишённый. Его буквально трясло.  Сорвал пыльное покрывало, отбросив к двери, и встав на колени перед лежащим Андреем,  начал водить руками по его торсу.

Это было странное ощущение. Настолько, что он закрыл глаза, всецело отдаваясь этому новому  чувству.  А организм, находящийся под его руками он именно чувствовал.

Он видел начинающееся воспаление в бронхиальном дереве, куда попала  речная вода, ил и песок.

Видел до сих пор спавшиеся некоторые альвеолы и не донца развернувшиеся лёгкие.
Видел исцарапанную трахею  и надорванный и разъеденный кислотой пищевод.

Видел спайки и грубые келоидные тяжи на месте старой глубокой (огнестрельной) раны.

Он видел медленно растущие гематомы по всей левой грудине. Видел порванные сосуды и неровные поперечные трещины по рёберным костям.

Ни одно УЗТ, КТ, МРТ  и иже с ними, даже операция на открытом мозге,  не могло дать той картины, какую он наблюдал сейчас.

Батюшка  не сводил глаз с его расслабленного, поистине блаженного лица.  Руки Антона летали по его телу, кое-где ненадолго останавливаясь. Сам он немного раскачивался  в стороны и что-то тихо мычал себе под нос.

Потом открыл глаза, оглядел комнату туманным взором, словно видел её впервые. И обратился к  «пациенту» странным, безэмоциональным голосом.

- Мне кажется, я могу это исправить. Ты мне разрешишь? – И, не дожидаясь ответа,  продолжил свои непонятные действия. Из глубины его горла послышался тихий, низкий и тягучий, вибрирующий  какой-то звук.

Руки обхватили шею  мужчины и очень  медленно поползли к груди. На секунду тому стало страшно, но почти сразу исчезло в горле саднящее жжение. А руки Антона переместились на правое лёгкое, и изо рта  снова пошла зеленоватая пена со вкусом речных водорослей.

Андрей, повернув голову, вытер её о подушку и  продолжил наблюдение. А руки врача сместились влево. Вдруг,  тело  словно завибрировало изнутри, ещё показалось, что под  мышцы  просунули  раскалённый железный прут. Боль была такая, что он прикусил губу, чтоб не закричать. Антон  держал свои огненные руки на рёбрах и раскачивался и гудел всё сильнее.

Сколько прошло времени не поняли ни один, ни другой.  Очнулись оба почти одновременно, от странного звука внизу. Но Антон снова уронил голову.  Андрей брезгливо покосился на подушку, где  по большому мокрому пятну,  тянулись тонкие зеленоватые нити  тины и прилипли крупинки песка.

В теле была непривычная лёгкость, и ему удалось  соскочить с кровати, не потревожив уткнувшегося  в неё лицом Антона.  Он так и сидел на коленках на полу, только руки безвольно свесились, и болтались, как у тряпичной куклы.
Привычным движением быстро прикоснулся к его сонной артерии. Искать штаны времени  нет, как был в трусах, лишь схватив свою пукалку, бесшумно вышел в коридор.

Она стояла внизу  и смотрела прямо на него.

- А где же хозяин, батюшка Андрей? – В её облике не было ничего угрожающего. Но пистолет он не убрал. – Странное, однако, у вас гостеприимство. Как вы себя чувствуете? Словно заново родились, так ведь? Ничего не болит? Вы мне не нужны и неинтересны. Я вас не трону. Так, что спасибо за участие и можете быть свободны.
 
- Нет уж, Елена Алексеевна, Шатис, мисс Вестерн, или как вас там?  Его вам не заполучить. Я его и своим-то не отдал, не то, что вам. Ступайте себе с миром, обратно в Америку и больше не возвращайтесь. И тогда я вас не трону, клянусь.

- Этим пугачём? Вы серьёзно?  Смотрите, я безоружна. И я женщина. Обещаю, что Шатис вы больше никогда не увидите. Мне нужно только вернуть свой первоначальный облик. Он единственный, кто  сможет это сделать. – Она говорила и тихо-тихо пробиралась к лестнице.

В это время из комнаты, где оставался Антон, послышался слабый треск электрического разряда.  Но Андрей даже не повернул головы, не давая даме ни единого шанса. И тут из-за его спины начали выплывать  большие прозрачные шипящие шары.

Один за одним. Штук тридцать. Они переплывали за перила и висли в воздухе, окружая незваную гостью.

Взгляд дамы стал ещё более  злым и колючим. Шары над ней плевались искрами и  наливались яркостью, на глазах раскаляясь добела. У батюшки тряслись все, до последней поджилки, держать её на мушке становилось почти невозможным.
Обидно, чёрт возьми. Только, можно сказать, получил новое тело, и тут же тебя убивать будут.

То, что шары – это плазмоиды, пресловутая шаровая молния – и к гадалке не ходи. Как они себя поведут, никто не знает. Но вроде пока они за наших, вон как её окружили. Неужели этот недоделанный доктор ими командует? Или он  их и создал? Только что, ведь, без сознания валялся.

Но доктор  вышел вслед за шарами и тяжело оперся о перила. Что шары его не удивили – это Андрей заметил сразу. Интересно, где он успел с ними познакомиться? По всему приходу и в канцелярии  он камер натыкал, но там они ни разу не фиксировались. Вот, тихушник!

Время шло, а картина не менялась. Что плазмоид долго не живёт, явно было ошибкой.  Эти жили и не только. Время от времени один из них, видимо, начальник, то и дело подлетал к Антону пошептаться,  обдавая отца Андрея тугим горячим воздухом.

- Антон.  – Снова начала дама. – Я не сделаю тебе ничего плохого. Ты один можешь вернуть меня в то состояние, до опытов. Больше мне ничего не надо.

- Чем же плоха ваша нынешняя жизнь, чтобы что-то менять? Вы богаты, сильны, - Он невольно хохотнул, - Нечеловечески.  Регенерация на высоте. Уничтожить вас, как я вижу, ФБР не удалось. Я б жил да радовался.

Видно, ей надоело стоять, задрав голову. Она сделала несколько шагов в сторону, села на диван и оперлась о спинку. Шары тут же переместились за ней.

- Мне был 21 год. Вся жизнь впереди. Я училась в университете, готовилась стать микробиологом. У меня был жених, подруги.  И был отец, который  кроме своей работы не признавал ничего.  Я думаю, что  он не собирался сделать из меня чудовище, он хотел оградить меня от болезней, от старости.

Но получилось то, что получилось. Я всё помню. Особенно тот период, когда из обычной девушки я превращалась в монстра. Как мой мозг разрывали  кошмары наяву, а тело – чужие клетки.

Моё человеческое начало  противилось, а звериное -  жрало ещё живую плоть. Внутри этого чудовища  была заперта я. И ничего не могла сделать. Тело больше не слушалось меня, оно стало чужим. И требовало  крови.

А когда они поняли, что натворили, они пришли меня убить.  Но отец  узнал это раньше и  успел меня выпустить. Он не застрелился сам,  как потом сообщили. Они убили его. Просто из злости и от бессилия.

А он мог развернуть эксперимент. Он уже проделывал такое  на животных, и опыты были положительные.  И это они обрекли меня на страдания,  жить в теле монстра долгие годы.  Как вам такое? 

Но я отомстила им. Я уничтожила их всех, так, как человек боится больше всего. Я рвала их на части и поедала  на их глазах. А потом Абигейл и Шатис научились жить вместе, и даже подружились. 

Но, теперь, большую часть времени, Шатис заперта в теле человека. Я научилась немного её контролировать. Пока  удаётся держать её в узде, но, сколько так может продолжаться? Если она вырвется – будет большая беда.

Я не работаю ни на какую службу,  я просто хочу снова стать человеком. И помочь мне в этом смог бы только Зимин, либо теперь Антон.  Только он изобрёл метод, сохраняющий идеальную генетическую модель памяти клетки. Только он в состоянии вернуть меня прежнюю.

Так, что сами подумайте,  враг ли я вам? Вы, Андрей, тут ни при чём, хотя я понимаю, что Антон у вас как туз в рукаве. Для благородной, разумеется цели. Можете быть рядом или уйти, ваше дело. Но, Антон, пожалуйста, помогите мне. Даже не как человек, как врач.

- Я не знаю… я не понимаю, как это сделать? Зимина забрали, а он мне ничего не объяснил.

- Так же, как вы сейчас дважды  восстановили отца Андрея. А он был сильно мёртв.

– Дама так  легко это произнесла,  мило улыбнувшись. - Просто сил вам понадобится больше.  Ступайте на обед к соседям, я подожду вас здесь.

 http://proza.ru/2026/04/28/932
                21.01.26