Строки напоминают прогулку по метафизической стройке, где библейские образы сталкиваются с жесткой, почти «ремонтной» реальностью. Это очень сильное сочетание: серафимы и инспекторы, Коцит и шпаклевка. Чувствуется дух модернизма - что-то от Блока в его "городских" стихах или даже от Бродского с его вниманием к вещности и пустоте. Особенно удался переход от "остекленевшего" рая к "синим подмосткам" ада. Это превращает эсхатологию в театральную постановку или бесконечный процесс созидания/разрушения.))
Владимир, тут в Петербурге часто все в лесах, и этот лес страшен, он поскрипывает, это метафора дантовского темного леса, теперь металлического, нависшего над головой маленьких людей. Люди идут то с улыбками, то с гримасами отчаяния... И все это, конечно, давит на бедную душу самаритянина. Материя себя замещает, латает, и тут же - зияние... Вы верно подметили!
Мы используем файлы cookie для улучшения работы сайта. Оставаясь на сайте, вы соглашаетесь с условиями использования файлов cookies. Чтобы ознакомиться с Политикой обработки персональных данных и файлов cookie, нажмите здесь.