Глава1 Картина 1 Часть 1

Глава 1. Эксперимент с кипятильником
Картина первая. Свинцовая угроза вечера (часть 1)

    Вечер опускался за окном свинцовой угрозой. Пришло время. По крайней мере, стрелки на воображаемом циферблате моей судьбы дёрнулись и замерли в позе ритуального поклона. Я давно собирал эту технику — из книг, слухов, сомнительных семинаров и одного случайного разговора в электричке. Практика исполнения желаний. Звучало как шарлатанство, но терять мне было нечего, кроме пары иллюзий и чувства реальности. Если честно, я понятия не имел, сработает ли хоть что-то. Но оккультный опыт — штука упрямая: она требует не веры, а действия. И я собирался действовать.

    Я сел на коврик, поправил подушку (которая тут же приняла форму кирпича, будто специально тренировалась мне досаждать), выключил свет — оставил только одну свечу. Её язык едва дрожал, и тени от моих рук плясали по стенам, как уснувшие бабочки, которым приснился кошмар про стеклянную лампу. Закрыл глаза. Попытался собрать воедино весь теоретический хлам, что плавал в голове обрывками фраз, чужих наставлений и робких собственных догадок. Всё это напоминало барахолку после урагана, где рядом с «Йога-сутрой» соседствовал рецепт борща из журнала «Работница», а трактат по демонологии лежал в обнимку с самоучителем игры на укулеле — и кажется, оба чувствовали себя неловко. Собственно, из этого теоретического винегрета и предстояло выудить хоть что-то внятное. Первое и самое трудное — не само желание, а его формула.

    Вспоминается курьёзный случай. Один неофит попросил у вселенной «много рублей». Вселенная услышала и подарила ему кота по кличке Рубчик (от слова рубль). Кота; был много — килограммов семь. Этот ходячий финансовый актив оказался настолько же убыточен, насколько и тяжёл. Корм, кстати, поглощал с эффективностью работающего пылесоса — то есть валюта не столько ходила, сколько ела. А хозяин, кажется, до сих пор благодарит вселенную — правда, уже без конкретики. С тех пор я предпочитаю думать, прежде чем формулировать.

    Прислушался к собственному урчащему животу, похоже он имел на этот счёт особое, вполне материалистическое мнение: он требовал котлету. Не абстрактного благополучия, а именно котлету, и желательно по-киевски, с вытекающим маслом. Которого в моей жизни и без того было предостаточно — прямо скажем, текло отовсюду. И всё же разменивать свой — возможно, единственный — шанс на гастрономический подвиг было бы кощунством. Котлета — штука хорошая, но радости в этом — как от невесты, которая лайкает чужие фото, лёжа с вами в одной постели.

Далее ... http://proza.ru/2026/05/03/1032