Письма Учителю. Картофельная барщина

                "Говорят, нельзя жить прошлым. Но оно, подобно череде, так липуче"
                Ван Ли-чжун, палеоботаник при дворе Фу Си.

 " Третья часть,mon cher, Вашей статьи "О голоде" явный отсыл к крепостничеству. Вы сами называли крепостных крестьян рабами.

 Как бы ушло, но "родимые пятна" того времени проступают на российских просторах. Увы, думаю, до сих пор.

 Вернемся в безысходность стылой осени 1891 года. В дневниках много об организации общественных столовых. Привлекаете сподвижников, сами участвуете в переписи "голодных ртов".

 Вам не привыкать. Минуло почти десять тет, как весьма активно участвовали в переписи населения Москвы. Поражались страшной нищете жильцов Ржановской "крепости". Типичный притон, со всеми вытекающими последствиями. На Ваших глазах умирала жилица этого страшного места.

 И вот теперь воочию наблюдаете аналогичную картину. Но главное отличие, умирают те, чьими руками создается главная часть ВВП России. Уточню, конца девятнадцатого века.

 Контрастом, на этом фоне,  выглядят, как Вы пишете в третьей главе, помещичьи хутора. Странное для вашей губернии словосочетание, больше принимаемое для юга нашей великой страны.

 Но, думаю, понимаемо. Сокращение помещичьих угодий.

 Шикарно выгляди описываемое Вами. Тем более, на фоне деградирующих деревень.

 "Все поля и поля, жирные, черноземные, глубоко вспаханные плугами и прекрасно посеянные рожью. Картофель весь выкопан; кое-где только перепахивают второй раз. Кое-где пашут под яровое. В жнивах ходят прекрасные стада помещичьи. Озими прекрасные, дороги хозяйственно окопаны канавами, усажены срубаемой лозиной; в лощинах разводится саженый лес. Кое-где огороженные и оберегаемые леса помещиков"

Невольно сравниваешь живущих за высокими заборами с нынешними фермерами.  Такие трудяги, так рачительно работают не только с собственной землей, но и с бедующим населением ближайших деревень.

 Вот и Вы приводите пример такой рачительности.

 Закончив с переписью голодающих, останавливаетесь у последней лачуги. 

 Крестьянин привез картофельную батовью, плети и складывает их у стены.

 -Откуда это?

 -У помещика купляем.

 -Как? Почем?

 -За десятину плетей — десятину на лето убрать.

 Реально, ничего не пропадает зря у наших помещиков. Загодя о будущем думают.

 За высохшие картофельные "вершки", ботву крестьянин должен будет "вспахать, посеять, скосить, связать, свезти десятину хлеба" в поместье барина.

 Отличный, Лев Николаевич,change, напоминающий взаимоотношения помещика и крестьянина до 1861 года. Думаю, помещики используют этот прием до сих пор.

 Да и то верно. Своя рубашка, тем более от товарища GUCCI, ближе к своему дородному телу.

 Вы хоть и возмущаетесь, но больше вините самих крестьян:

 "Как и везде: малоземельность, пожары, ссоры, пьянство, упадок духа"

 Нынешний же неурожай явился триггером, выкосившем сотни тысяч главных производителей ВВП великой России за два года.

 Поверьте, дорогой Лев Николаевич, это не начало страшной закономерности. Напомню, в начале семнадцатого века от голода погибла треть великой страны. Ваш период лихолетья несовместим и с голодом начала двадцатых годов революционного века России. Тогда уже пять миллионов.

 Харе Кришна, что Вы не застали...

                Ваш ученик ЕС.

 A propos!

 В четвертой части Вашей статьи о причинно-следственной связи между страшными испытаниями главных российских тружеников и нашими "поганками", использующими ситуацию"