Глава 5. Я бог

          Предыдущая глава: http://proza.ru/2026/05/09/2017



          «Злость богов – это не гнев,
          Это естественное выпрямление гордыни человека»


          Астрид бросилась вслед за своим необычным пассажиром и, чуть не сбив его с ног, проскочила в рубку к штурвалу. После «денежного дождя» её пальцы до сих пор мелко дрожали, пока она вслепую нащупывала ключ зажигания. В голове пульсировала одна мысль: «Только не подведи, «Ласточка», только не подведи». Двигатель пару раз чихнул и отозвался низким гулом – этот звук принес ей почти физическое облегчение. Яхта ожила, словно чувствуя нетерпение хозяйки. И пока турист боролся с внезапно охватившим его недомоганием, она уже вовсю сражалась с тросами, не переставая мило улыбаться парню через плечо. В душе Астрид готова была хоть вёслами грести, лишь бы поскорее выйти из бухты. Наконец яхта дала малый ход и винт вспенил воду за бортом.  Спеша поскорее отойти от причала и отрезать «англичанину» путь к отступлению, девушка включила передачу и выжала рычаг газа до упора, мысленно прося прощения у двигателя. Несчастный мотор чуть не захлебнулся, взвыл до предельных оборотов, переходя на надрывный крик, и лодка буквально прыгнула вперёд.

          Для Локи этот рывок стал полной неожиданностью. Инерция бесцеремонно швырнула его назад, подошвы дорогих ботинок скользнули по глянцевому пластику палубы, и он едва не вылетел за борт, в последний момент, успев судорожно схватиться за поручень. Мир потерял устойчивость. Линия горизонта, которая мгновение назад была ровной нитью, вдруг рухнула куда-то под киль, когда нос яхты задрался к небу, словно она собиралась взлететь. А в следующий миг горизонт с размаху взлетел вверх, а все пространство перед глазами накренилось в безумном вираже. Вслед за этим последовал жёсткий удар о первую же встречную волну. Зубы мага лязгнули, а к горлу подкатил горячий ком. Он зажмурился, пытаясь удержать остатки равновесия, пока Астрид, вцепившись в штурвал, азартно вела своё судно прочь от спасительной земли. Берег стремительно отдалялся, дрожа в мареве выхлопного дыма.

          Как только ему удалось обрести более-менее устойчивое равновесие на скользкой палубе, Локи обернулся и, с трудом разжав челюсти, прокричал, стараясь перекричать рёв  мотора:

          – Скажи мне, смертная, ты всегда пытаешься убить своих гостей ещё до того, как они успеют представиться, или это особое гостеприимство вашего захолустного мира? Если твоя цель была превратить мой желудок в поле битвы – поздравляю, ты преуспела. А теперь усмири это рычащее чудовище, носящее имя прекрасной птицы, пока мы не отправились на дно.

          Наконец-то ему удалось выпрямиться. Его бледное лицо приобрело опасный зеленоватый оттенок, а в глазах вспыхнул тот самый холодный огонь, заставлявший трепетать врагов. Он уже собрался обрушить на хозяйку яхты новый поток изощрённых проклятий, но в этот момент рык мотора внезапно сменился мягким, умиротворяющим ворчанием. Лодка плавно заскользила по лазурной глади фьорда.

          Астрид, легко перехватив штурвал одной рукой, обернулась к нему. На её лице сияла самая светлая и безмятежная из улыбок, какую только можно представить после того, как ты чуть не отправила бога в нокаут.

          – Ох, и правда, что это я? Совсем забылась! – весело воскликнула она, перекрывая шум воды. – Ты уж прости, эта крошка иногда слишком резво берёт с места, а я так торопилась выйти из бухты... Совсем забыла о манерах. Ведь я даже не спросила твоего имени.

          Она сделала небольшую паузу, ожидая ответа, и добавила с лёгким лукавством:

          – До Соммарёй плыть пару часов. Мы ведь не хотим провести всё это время в полном молчании?

          Локи на мгновение оторопело замер. Весь его яд, готовый выплеснуться наружу, словно застрял в горле. Эта девчонка обращалась с ним так, словно он был всего лишь капризным мальчишкой, а не могущественным бессмертным богом. Хотя, откуда ей было знать, кто её пассажир. Он принял царственную позу и ледяным голосом произнёс:

          – Моё имя Локи.

          Астрид так звонко расхохоталась, что он невольно отшатнулся.

          – Да ладно! Прям так и Локи? – Она восхищённо покачала головой. – Точно  как того мелкого паршивца из кино, который вечно пакостил Тору, предавал всех направо и налево, а потом так забавно летал в руках Халка: влево-вправо, влево-вправо! Ну, вы фанаты, и даёте! Но образ выдержан на все сто.

          Она подняла вверх большой палец правой руки, выражая тем самым свое одобрение.

          Маг застыл. Воздух вокруг него на мгновение стал холоднее.

          – «Мелкий паршивец»? – переспросил он шёпотом, в котором послышался рокот приближающейся бури.  –  «Забавно летал»? Женщина, ты хоть понимаешь, о ком ты...

          – Ой, только не надо включать режим «бога коварства», – отмахнулась Астрид, не замечая его ярости. Она поставила яхту на автопилот, бросила штурвал и полезла в рюкзак. – Ты что, реально не видел? Весь мир видел, а ты – нет?

          Она извлекла на свет гладкий прямоугольник, тонкий, словно лезвие его кинжала и такой же блестящий. Принц замолк, подозрительно вглядываясь в предмет. Девушка пробежалась пальцами по отполированной до зеркального блеска поверхности, и предмет засветился сам по себе. Заглянув ей через плечо, Локи вздрогнул, увидев на экране маленьких, двигающихся человечков. Он попытался определить природу волшебства, однако артефакт не излучал ни капли магии. Это было непостижимо: сложные живые иллюзии смертных двигались сами по себе, запертые в куске холодного стекла, не подпитываемые ничьей волей. Ему потребовалось всего мгновение, чтобы сопоставить увиденное с теми фактами, о которых писали в асгардских трактатах по Мидгарду. Это была та же самая «технология», которая заставляла двигаться эту посудину, которой так лихо управляла эта несносная девчонка. Неуклюжие «костыли» из стекла, металла и шестерёнок, с помощью которых смертные компенсировали свою немощь. Изумление на его лице мгновенно сменилось маской скучающего безразличия. Он лениво опустил взгляд на светящуюся пластину, словно перед ним была не вершина человеческой мысли, а глиняный горшок.

          – Ещё один ваш примитивный инструмент? – процедил он презрительно.

          – Скажи ещё, что и айпада не видел, – хмыкнула Астрид. – Садись вот сюда, на диванчик, сейчас просвещать тебя буду.

          Она сунула ему под нос экран, где под пафосную музыку замелькали какие-то кадры. Осторожно взяв в руки необычную вещицу, Локи вдруг замер. Он увидел на маленьком экране... Асгард. Точнее, какую-то нелепую, золочёную пародию на него. Увидел Тора – громовержец на экране выглядел, как самовлюблённый громила с замашками деревенского дурачка. Но когда на экране появился тот, кого называли «Локи» – худосочный субъект с зализанными волосами в нелепом рогатом шлеме, маг не выдержал.

          – Это что... я?! – его голос сорвался на высокой ноте. – Почему я здесь выгляжу, как плаксивый испуганный мальчишка? А этот золотоволосый болван – Тор? Великий защитник Тор? Повелитель грома и молний? И, кстати, я никогда не пытался убить своего брата, я всегда прикрывал его спину. Вот и сейчас Я, слышишь, Я пытаюсь его спасти. А вы даже эту глупую сказку назвали ЕГО именем!

          Он сидел, вцепившись в гаджет, и с каждой секундой его лицо становилось всё более бледным. Его злило всё: от хронологии событий до костюмов.

          – Всё ложь! – выкрикнул он, когда экранный Локи в очередной раз феерично проиграл. – Всё было совсем не так! Вы, жалкие насекомые, переписали историю на свой лад, чтобы понимать её своими скудными умишками!

          Астрид, прислонившись к борту, наблюдала за ним с искренним восторгом.

          – Оскар этому парню! – прошептала она. – Вот это я понимаю – вошёл в роль!

          Однако было нечто странное в том, как этот парень реагировал на фильм. Обычные фанаты радуются, когда их сравнивают с кумирами, а этот выглядел так, словно его только что смертельно оскорбила вся человеческая цивилизация.

          «Так, – подумала она, отмечая, с каким неподдельным отвращением он смотрит на экран айпада, – кажется, я подобрала не просто косплеера, а пациента с очень серьезным погружением в роль».

          – Эй, – Астрид постаралась придать голосу максимально мягкий тон, каким учат разговаривать с безумцами. – Да не кипятись ты так. Это же просто кино. Выдумка. Ну, знаешь, сценаристы, актёры, голливудские гонорары... и всё такое.

          Локи медленно поднял голову от экрана. В его взгляде было столько отвращения и ледяного высокомерия, что у девушки по спине пробежал холодок.

          И тут принца понесло. Он вскочил с диванчика и начал мерить рубку шагами, яростно жестикулируя и высказывая всё, что он думает о неблагодарном человечестве и вселенском непонимании.

          «Точно псих, – окончательно утвердилась в мысли Астрид. – Видимо сбежал из какой-то частной клиники. Наверное поэтому и денег не пожалел, чтобы его на остров забросили – прячется».

          Она незаметно проверила, далеко ли до берега, и решила сменить тактику: улыбаться, кивать и не спорить. С такими ребятами главное – не провоцировать приступ.

          – Конечно, конечно, – поддакнула она, примирительно подняв ладони. – Всё это очень серьёзно. Хочешь воды? Или, может, присядешь? Мы скоро будем на острове, и я обещаю, что там будет очень тихо, никаких айпадов и голливудских фильмов.
 
          И вдруг всё закончилось.

          Локи как будто выключился. Он остановился и внимательно посмотрел на свою новую знакомую, уловив в её голосе эту снисходительную нотку, которой обычно подбадривают неразумных детей или умалишённых. Его пальцы судорожно сжались. А в следующий момент он резким движением схватил айпад, лежащий на диванчике, и, выскочив на корму, не глядя, выбросил его далеко в кильватерную струю. Гаджет блеснул на солнце и исчез в морской пене.

          – Я подозревал, что вы пустоголовые, убогие создания, – прошипел он, нависая над девушкой, – но не думал, что вы деградировали настолько, чтобы превращать своих богов в ярмарочных шутов!

          – Эй, ты что творишь, безумец?! – взорвалась Астрид, бросаясь к поручням. – Это была последняя модель! Ты даже не представляешь, сколько она стоит!

          – Разве я дал мало денег, ты – скупой, жадный гном?! – Локи по-волчьи оскалился, показав все зубы.

          Мидгардка рывком вернулась к штурвалу, кипя от злости.

          «Псих. Точно сбежал из лечебницы, – твердила она себе, пытаясь унять дрожь в руках. – Угораздило же связаться с ненормальным. Хорошо, хоть деньги вперёд взяла».

          Она сунула руку в карман, туго набитый банкнотами. Чтобы успокоиться, девушка решила пересчитать их и спрятать в рюкзак от греха подальше.

          Достав первую пригоршню смятых купюр, Астрид принялась складывать их в пачку, аккуратно разглаживая на приборной доске. Затем вытащила вторую и нахмурилась. Было в них что-то странное: все они были смяты абсолютно одинаково, с одними и теми же заломами. Но когда её взгляд упал на серийный номер, сердце пропустило удар. На каждой банкноте стояли одни и те же цифры.

          – О, боги, – выдохнула она, – он не просто сумасшедший, а сумасшедший фальшивомонетчик! Он просто размножил одну и ту же бумажку.

          Возмущение сменилось паникой. Перед ней был не просто безумец, а опасный мошенник.

          «Я везу преступника на свой остров. Да меня посадят раньше, чем я потрачу хотя бы одну из этих крон! Нет, нужно немедленно избавиться от него. А ещё лучше – сдать в полицию!»

          Ярость жгла её изнутри сильнее, чем полуденное солнце. Решение пришло мгновенно. Вцепившись в штурвал так, что побелели костяшки, Астрид резко заложила руль вправо, чтобы лечь на обратный курс к Тромсё. Нос яхты, взрезая пенный гребень, начал широкий разворот к берегу.

          Локи, стоявший на корме в позе оскорбленного величия, едва не потерял равновесие.

          – Что ты делаешь, девчонка? Мы еще не дошли до острова!

          – Мы возвращаемся! – крикнула она из рубки. – Мне плевать кто ты – сумасшедший миллионер или просто мелкий жулик с манией величия. Я высажу тебя на первом же причале. Забирай свои фантики и выметайся! Я не собираюсь из-за тебя гнить в тюрьме!

          – Не смей! – голос Локи  сорвался на рык. – Ты не представляешь, что ставишь на карту, смертная. Разворачивайся! Я сказал: мы плывем дальше.

          Но нахальная мидгардка лишь плотнее сжала губы, игнорируя приказ.

          Внезапно короткий гортанный, едва уловимый ухом звук прозвучал у неё за спиной, и Астрид вскрикнула: штурвал в её руках вдруг стал неподатливым, словно врос в гранит. Приборы на панели безумно задёргались, а стрелка компаса завращалась волчком. Мотор взревел на неестественно высокой ноте, и огромная яхта застыла в крутом крене, вопреки всем законам гравитации, замерла, зависнув над бездной. Брызги, вылетевшие из-под киля, превратились в неподвижные хрустальные бусины.

          Мир замер.
 
          Время превратилось в вязкую, густую субстанцию, в которой замерло всё, став похожим на причудливые декорации.

          Астрид видела всё: застывшую чайку в небе, неподвижную стену воды в метре от борта. Она чувствовала биение собственного сердца, растянутое до бесконечности, но не могла даже моргнуть. Все звуки вокруг пропали, оставшись где-то за гранью реальности. Наступила абсолютная тишина, и она была настолько жуткой, что Астрид почувствовала, как болезненно свело мышцы на плечах от бесплодной попытки хоть что-то услышать.

          Расплата за прикосновение к полевой структуре пришла почти моментально. Вторая волна головокружения и тошноты ударила Локи, заставив опереться о стену рубки, чтобы не упасть. Мир поплыл перед глазами, словно отражение на колышущейся воде. И неведомо откуда возникший страх уверенно сжал холодными пальцами пропустившее удар сердце, ледяным ручейком пополз в сознание. Прислонившись плечом к стене, он увидел своё отражение в окне, и оно ему очень не понравилось. Так выглядят давно почившие и непогребённые, а не настоящие герои. Эта мысль позабавила его, поскольку настоящим героем он себя не чувствовал.

          «Однако надо взять себя в руки, когда цель так близка», – подумал он и, крепко зажмурившись, потёр виски, разгоняя неприятные ощущения.

          Резкий выдох – и формула отмены сорвалась с посиневших губ.

          Стазис лопнул, как натянутая струна. Оглушительный всплеск – и яхта всей массой рухнула в воду, подняв тучу брызг. Потеряв опору, Астрид не удержалась и упала на пол, больно ударившись о переборку. Она тяжело дышала, а перед глазами всё ещё стояла картинка застывшего фьорда. Медленно, со смесью ледяного ужаса и первобытного страха, она приподнялась, опираясь на локоть.

          Локи стоял у штурвала, тяжело опираясь на панель. Его лицо было мёртвенно бледным, из носа стекала тонкая струйка крови. Тот, кого она минуту назад считала эксцентричным мошенником, исчез. Перед ней стояло существо, чья мощь была древнее и страшнее всего, что знал её мир.

          «Дыши, главное – дыши, – подумала Астрид, чувствуя, что бледнеет, теряя последние крупицы самообладания, и вот-вот сорвётся то ли в крик, то ли в истерику. – Глубоко и медленно. Вот так. Держи себя в руках. Ты же умеешь. Держи. А ещё лучше – проснись! Проснись, пожалуйста».

          – Кто ты? – прошептала она, и её голос дрогнул, выдавая охвативший её трепет перед лицом истинной силы.

          Он обернулся через плечо, посмотрев на неё сверху вниз, смерил ледяным взглядом и коротко рассмеялся с какими-то дикими, потусторонними нотками. А затем сказал просто, констатируя факт:

          – Я – бог, несносное ты создание.

          В глазах у девушки потемнело, и она лишилась чувств.




          Следующая глава: продолжение следует