Наталья Георгиевна

Вчера у меня был счастливый день. Я наткнулась на очень интересную для себя информацию о Наталье Георгиевне Семёновой Волотовой.
Ниже привожу отрывок из этой работы.

 "Семёнова Наталия Георгиевна (1896-1982 гг.), сценический псевдоним «Наталия Волотова», в девичестве Наталья Бруггер, по первому мужу Наталья Деген.

О таких людях принято писать, что-то вроде «Наталья Георгиевна была замечательным человеком». Я не стану этого делать, мои дилетантские штудии просто не дали мне достаточно оснований для таких выводов. Но что действительно впечатляет, так это то, по каким занимательным местам проходил жизненный маршрут Бруггер-Семёновой. Речь не о географии (она, кажется, не часто покидала Петербург-Петроград-Ленинград), а о «социальных пространствах».

О семье её информации нашёл немного, пишут, что обрусевшие немцы. Среднее образование она получает в очень примечательном заведении — женской гимназии Стоюниной. Основательница гимназии Мария Николаевна Стоюнина сама по себе очень интересна: одноклассница второй жены Достоевского, жена публициста и педагога-новатора Владимира Стоюнина (1826-1888 гг.) и сама новатор-педагог и т.д. Не имею возможности судить о том, была ли эта частная гимназия лучшей женской гимназией Империи (в воспоминаниях преобладают малосодержательные похвалы либеральным нравам, творческой атмосфере и счастливой возможности девочкам облачаться в мужской костюм), но это определённо нечто выдающееся.
Интересный состав преподавателей: философию и психологию вёл Н.О. Лосский (!); физкультуру — Пётр Лесгафт (!) (он же был по факту одним из руководителей школы); словесность преподавал Василий Гиппиус (родственник поэтессы); а юриспруденцию — проф. М. А. Дьяконов (серьёзный учёный того времени). Помните (хотя бы по школьным хрестоматиям) картину Николая Ярошенко «Курсистка» (1883 г.)? На ней изображена Анна Черткова (Дитерихс), так же некоторое время работавшая у Стоюниной. Философ Лосский, к слову, приходился своей работодательнице зятем.

Но даже краткий перечень выпускниц Гимназии Стоюниной («стоюнинок») впечатляет больше списка педсостава.

Нина Берберова (1901-1993 гг.). Значимая фигура Первой волны эмиграции. Педагог, публицист, издатель. Преподавала в Йельском, Принстонском, Корнеллском, Колумбийском, Пенсильванском университетах. Прожила долгую жизнь и успела стать звездой перестроечного книжного бума. Я вспоминаю восторженные рецензии в тогдашней прессе («Женщина неслабого пола» и т.д.) на советское издание её мемуаров «Курсив мой». Позднее вышел русский перевод её исследования «Люди и ложи: Русские масоны XX столетия».

Монахиня Мария (Елизавета Юрьевна Скобцова), погибшая в Равенсбрюке (я ещё помню споры вокруг её канонизации).

Розенбаум Алиса Зиновьевна, она же Айн Рэнд, та самая («Атлант расправил плечи» и т.п.).
А ещё — одна из дочерей философа В.В. Розанова; а так же — Ольга Набокова (дочь политика, сестра писателя); Ирина Головкина (внучка композитора Н. А. Римского-Корсакова) и некоторое множество будущих советских и эмигрантских поэтесс, художниц, переводчиц, журналисток. "

Для меня встреча с Натальей Георгиевной была подарком судьбы. И да, для меня она была замечательным человеком и учителем.
В её студию художественного слова я пришла осенью 1965 года. Тогда она находилась в Юсуповском дворце (доме культуры работников просвещения). Позже мы переехали в квартиру-музей А.С.Пушкина на Мойке. Студийцы, действительно, в подавляющем своём большинстве были работниками просвещения. Я там была и самой молодой и сначала ещё учащейся, позже студенткой ЛЭТИ. Ещё одна студентка-студийка училась в театральном институте на кафедре истории искусства, а самой  старшей из нас была Тося - настоящая актриса.
С Нтальей Георгиевной мы готовили программы в основном по творчеству поэтов. Там я глубже познакомилась с Некрасовым*, открыла для себя Тютчева** и А.Фета***.
Иногда Наталья Георгиевна вспоминала эпизоды из своего дальнего прошлого. Например, о встрече с Шаляпиным, когда она училась в Москве, как он всем девушкам подарил по коробке шоколадных конфет. Когда мы готовили программу о С. Есенине, рассказала, что видела Есенина незадолго до его конца. Они с группой сидели за одним столиком в кафэ, он подошёл, присел, они немного подурачились...
Бывала я у Натальи Георгиевны и дома, в доме писателей на Мойке, что недалеко от Дома Книги.  Тогда мы готовились к её 75-ти летнему юбилею. Запомнился кусочек стишка её сына к этой дате : "Все ровесники - старые мерины, все ровесницы - старые клячи."..
Последний раз я была у неё со студийцами в 1979 году. Тогда Наталья Георгиевна уже жила в Доме для старых работников сцены. Я приехала из ГДР с 3-х летним сыном, показать ему мой родной город, сводить в оперный театр и показать его своим друзьям.
Сегодня нет в живых не только Натальи Георгиевны, но и многих её учениц. Однако, некоторые живы и читают мои заметки, помещаемые здесь.
Для них оставляю координаты статьи, отрывок из которой привела выше. Там есть подробная информация и о мужьях Натальи Георгиевны, и о её сыне - поэте. Кроме того есть там и интересные фотографии.

 https://arsenikum.livejournal.com/333880.html

*например, о таком стихотворении нам в школе не рассказывали : "Мы с тобой бестолковые люди, что минута, то вспышка готова, облегченье измученной груди - неразумное резкое слово.."

**Например :
"Когда на то нет  Божьего согласья,
как ни стралай она, любя, -
Душа не выстрадает счастья,
Но может выстрадать себя..."
или :
 " О как убийственно мы любим,
 как в буйной слепоте страстей
 мы то всего вернее губим,
 что сердцу нашему милей.." Это он, всего скорее, о себе.
^

*** "Люди спят, мой друг, пойдём в тенистый сад.
 Люди спят, одни лишь звёзды к нам гледят,
да и те не видят нас среди ветвей
и не слышат, слышит только соловей,
да и тот не слышит, песнь его громка,
слышит только сердце, да рука..."

На фото Наталья Гергиевна в подвале Пушкинской квартиты. Кроме неё будущая школьная психолог и студентка театрального института