Урок длиною в жизнь

"Урок длиною в жизнь (мемуарно-публицистическая проза)- обновлённый вариант.







ОГЛАВЛЕНИЕ

  ОТ АВТОРА

Глава 1. ШКОЛА ДЕТСТВА

Игра в школу
Учительница немецкого

Глава 2. «В ИХ ИМЕНАХ ТАИЛСЯ ЗНАК»

«Мои университеты»
Трогательный момент
Со студенческой скамьи
Слово  о наставнике

Глава 3. НА ШКОЛЬНЫХ ПОДМОСТКАХ

Предисловие
Фрагменты уроков и внеурочных занятий
Руководство чтением
Воспитание творчеством

Глава 4. МЕЛОДИИ УРОКА

Мелодии моих уроков
Мягкий знак - немой звук
Вот такой верлибр
Драма-орфограмма
Кто сотворил это чудо
Лесной суфлёр
Благодарная синица

Глава 5. «ЛИТЕРАТУРНЫЙ ПОИСК - ЭТО ЖИЗНЬ …»

Литературный поиск
Мы говорим о душе человека
Путевые заметки
Домик на Назаркиной горе
Случай с кандычком.

Глава 6. ПРОЩАЙ, ШКОЛА!
Прощай, школа!
Клюквенный рецепт
Успех

 ВМЕСТО ЗАКЛЮЧЕНИЯ

С Днём учителя
Кирюшин храм
Завтра снова осень...






ОТ АВТОРА


Всем известно, что урок - это основная форма обучения в школе. Обычно он длится сорок пять минут. А что, если это становится частью нашей жизни?
Я - учитель русского языка и литературы со стажем свыше сорока лет. Большую часть времени трудилась в специализированной школе для детей и подростков с девиантным поведением (ныне нахожусь на заслуженном отдыхе).
Предвижу вопросы: «Как работалось? Сложно? Можно ли вообще  с подростками  договориться?» Мой ответ…

Отбросим все клише:
«За человека страшно мне».
Шекспира рифма стала уж стара,
О новой стоило б подумать!
Готовых методов на блюде
Не привнесём мы прямо здесь -
Об этом вместе стоит думать…

И, действительно, не так уж и «страшно» само по себе слово «девиация», это всего лишь отклонение от пути. Даже огромный лайнер можно отвести со сбившегося курса.
Важно главное: видеть в наших подростках обычных детей, со всей их непосредственностью, дерзостью, непредсказуемостью. Принимать и любить такими, какие они есть, выявлять и поддерживать лучшие качества их души, строить  взаимоотношения на позитиве и быть опорой в трудные моменты.

Предлагаю вам отправиться в путешествие по лабиринтам памяти: от детских игр в школу до зрелых раздумий о миссии учителя. Сборник «Урок длиною в жизнь» из шести глав, вступления и заключения станет путеводителем. Через личные истории, школьные зарисовки, искренние воспоминания учителя, статьи и заметки вы осознаете:  обычный урок может стать маленьким открытием, творчество и литературное краеведение воспитывают и меняют к лучшему, школьные будни - это место для роста и взаимопонимания.






ГЛАВА 1. ШКОЛА ДЕТСТВА




ИГРА В ШКОЛУ
(миниатюра)


«…бывало, кукол в ряд сажу,
За них диктанты напишу.
У всех были тетради, ручки…»

Желание обучаться и обучать - это моя особенная страсть. С детства мечтала стать учителем, в строках своих сочинений вознося эту профессию до небес, и вопрос о будущем пути после школы передо мной никогда не стоял. Судьба словно бы вела за руку, предопределяя мой путь.

Не помню, чтобы до поступления в школу кто-то обучал меня чтению. Как-то вдруг, в шестилетнем возрасте, к этому пробудился интерес сам собою. Первым художественным текстом стал рассказ «Филиппок», который открыл для меня волшебный мир слов и предложений. Технология самообучения чтению, кажется, растворилась в тумане времени, оставив лишь смутные очертания. Помню, как долго я вникала в смысл выражения «или ты немой». Субстантивированное имя существительное «немой» воспринималось мною как местоимение с отрицательной частицей «не», что нарушало логику текста и создавало путаницу в мыслях. Мой внутренний самодовлеющий человечек, как маленький исследователь, не всегда мог самостоятельно во всём разобраться.

Вспоминаются также «игры в школу», где всё строилось на воображении. Детская комната превращалась в класс, а я становилась учителем. Мысленный диалог с невидимыми учениками - старательными и нерадивыми. На столе - стопки исписанных тетрадей, которые передавались «по наследству» от учительницы начальных классов, живущей неподалёку. Каждая из них детально изучена. Для контроля текущих оценок заведён классный журнал, в который неуклюжими буквами вписаны фамилии реальных первоклассников.
В будущем с удовольствием буду  помогать педагогам проверять рабочие тетради. Пройдут годы, и я, будучи учителем, стану объяснять своим ученикам, что рабочая тетрадь - важный документ, который многое может рассказать о своём хозяине.

Игра, однако, захватывает, и не только детей. В этом потоке уже вижу всю свою родню:
тёть, бабушек, их внучек, младших сестрёнок и братишек…
А ещё соседских девчонок и мальчишек.

Младшие сестра с братом действительно до школы обучались чтению и письму под моим руководством. Судьба всех соседских ребятишек тоже была предрешена. Летние веранды не один год переоборудуются под класс. Пребывать в безделье и праздности даже в самых длительных каникулах некогда: все под началом, присмотром «новоиспечённого» учителя устраняют пробелы в знаниях. Я была для них учителем-самозванцем, обыкновенной ученицей, а соседская детвора пыталась поначалу громко отстаивать свои права на лето и свободный отдых. Однако тщетно. Родители, заинтересованные в знаниях своих детей, были на моей стороне, поддерживали полезную игру в школу и помогали поутру усаживать своих «чад» за импровизированные парты в переоборудованных под класс летних верандах, где доской служила входная дверь, всегда испещрённая мелом. По долгожданному звонку колокольчика уроки заканчивались, и мои ученики врассыпную разбегались праздновать своё быстро уходящее, заслуженное вот таким самоотверженным трудом лето.

До сих пор до конца не осознаю секрета успешности той игры из своего детства. Вероятно, будущий учитель изначально обладал талантом организатора. Он интуитивно шёл по верному пути, используя активные методы обучения, вовлекая всех так называемых участников образовательного процесса в игровой поток, взаимодействие и сотрудничество.
У. Шекспир говорил: «Весь мир - театр, а люди в нём - актеры…» В моей жизни детская игра в школу переросла в ответственную и серьёзную работу длиной в сорок два года (стаж педагогической деятельности).

***
«Наверное, у каждого из нас есть такое место, куда мы стремимся возвратиться и возвращаемся часто, увы, только в мыслях /…/, где мы впервые и неожиданно осознали себя личностями, где научились мечтать и загадывать своё будущее…»
Г. А. Естамонов, кузбасский писатель.



УЧИТЕЛЬНИЦА НЕМЕЦКОГО
(рассказ)


любимой учительнице посвящается…

Весенней трелью заливается школьный звонок, призывающий строго по расписанию на урок иностранного языка.
Располагаясь за партами, мы, семиклассники, тихо подпеваем: «Drum links, zwei, drei! Drum links, zwei, drei!»,* прислушиваясь к ритмам каблучков, доносящимся издалека.
Преодолев путь от учительской до кабинета, в дверях появляется Надежда Васильевна, учительница немецкого: строга и подтянута, с красиво уложенной причёской, в своей неизменной «униформе» (платье тёмно-синее прямого кроя с кипенно-белыми ажурными воротничками и манжетами, туфли на высоком каблуке и модная вместительная сумочка, словно бы от известного дизайнера).
Сосредоточенность и организованность - самодисциплина высвечиваются во всём: в опрятности до мелочей, в походке с подчёркнутым достоинством, в методически продуманном уроке, даже в пунктуальности, так свойственной, к примеру, людям немецкой национальности.

Окинув критическим взглядом внешний вид своих подопечных и санитарное состояние кабинета, Надежда Васильевна сходу вступает с нами в диалог на чисто немецком языке, практически без перевода. На уровне смысла нами угадываются и жесты-подсказки, и говорящая мимика педагога:
- Wer ist im Dienst?(Кто дежурный?)
- Mach das Fenster auf, bitte!(Открой, пожалуйста, окно!)
- W;hlen Sie Papier auf dem Boden aus!(Поднимите с пола бумагу!)
- Sch;nheit beginnt mit Ordnung!(Красота начинается с порядка!)
- Schmach und Schande (Стыд - позор), - пристыдит ученика, не умеющего правильно организовать своё рабочее место, произнося при этом слова с особенным акустическим эффектом - с придыханием.
- Du bist wie aus einem Ei geschl;pft (Ты словно вылупился из яйца), - осаждает незадачливого ученика шутливым оборотом речи с сопутствующей демонстрацией аналога, подобия данному выражению в русском разговорном языке.

Казалось бы, всего лишь «увертюра» к уроку, а сколько учителем наработано! Как много изобретено ситуаций в плане развития разговорно-обиходного, повседневного, непринуждённого общения на иностранном языке. Сколько необходимых оборотов речи вспомнили, проговорили и уложили в копилку универсальных учебных действий (УУД).
А фраза Sch;nheit beginnt mit Ordnung (Красота начинается с порядка) станет в будущем, уже в моей педагогической практике, важнейшей, доминирующей. Она со временем распространится чуть ли не до крылатого выражения. Приживётся, станет и для будущих поколений школьников привычной, обыденной. Учащиеся должным образом будут поддерживать желание учителя видеть красоту во всём: в чистоте классного помещения, в умении трудиться у доски, в способности рационально организовать своё рабочее место и другое.

А сколько существует разнообразных и даже на первый взгляд противоречивых суждений! Например, бытует мнение, что порядок не может существовать без хаоса.
О - О, Donеrwetter! И памятью вновь хочется вернуться к урокам немецкого.

Однажды в майский день, когда в природе царило торжество весеннего пробуждения, мы всем классом, так называемой «дружной компанией», сбегаем с последнего урока иностранного языка. Отправляемся в парк, который так предательски красуется за школьным окном и безудержно к себе манит. Покидаем класс, мало осознавая, что тем самым подводим учительницу немецкого.
Спросите, что было потом?

«Вначале - тишина, - скажет поэт, - смешенье туч… Но вот пронизывает бездну луч и строит в хаосе свои пространства…»

Учительница заплакана. Директор молча ждёт объяснений. Ответа нет. Хотя беззвучно, в одиночку, мы давно каемся в содеянном. Словно капли золотистого света, падают слова нашей немой мольбы в это всеобщее безмолвие. Майское солнце, музыка природы - всё это прельстило, увлекло, подтолкнуло к необдуманному поступку.

Вот и теперь с улицы через открытое окно явственно доносится тихое переливчатое пение какой-то одинокой птицы. Певец перекликается с себе подобными, голоса множатся, пение становится задорнее, отважнее, призывнее. По истечении некоторого времени птичья братия слетается и облепляет крону молодой берёзки, что склоняется перед распахнутым настежь окном директорского кабинета.
Хмурые, потухшие взоры «беглецов» разом светлеют застенчивыми, виноватыми улыбками, от уголков глаз разбегаются плутовские лучики-морщинки. Взрослые и дети встречаются взглядами, между ними, пожалуй, пробегает искорка взаимопонимания. Птичий гомон вскоре сольётся с хором ребячьих голосов, наполняя строгий кабинет директора теплом и гармонией. И даже в этот «далеко не урочный час» разговор между педагогами и семиклассниками станет по-особенному доверительным, располагающим.

Ученики выразят сожаление о своём поступке. Обязательно признаются в том, что любят Надежду Васильевну и уважают стремление своей учительницы к дисциплине, порядку и красоте. А сказанное непременно подтвердят выученными назубок фразами на немецком с доскональным их переводом на свой родной русский язык.




(ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ)