Глава 10 Самолет с серебристым крылом
1
Ну вот, сегодня просто день новостей: я получила отказ из парижского университета Дофин, но зато — подтверждение о зачислении из университета в Нанси. Я в шоке.
Может быть, ещё попробую поступить в Сорбонну, чтобы попасть в Париж (а не в регион), но одно зачисление у меня гарантированно есть. Так страшно!
Я ведь даже не знаю — где этот Нанси, какая там погода и как там живётся. А вдруг там совсем нет русских?!В общем, среди всего сумбура, который у меня в голове, я выделила несколько мыслей.
2
Надо обязательно взять отпуск и куда-то поехать в компании друзей. Надо ни в коем случае за два месяца до отъезда ни в кого не влюбиться — а то я буду плакать в самолёте! Надо отвыкать от творога и чёрного хлеба: во Франции этого нет. Я не знаю, что ещё сделать в преддверии отъезда?
3
Ровно год назад самолёт с серебристым крылом уже вёз меня к морю. Я так хорошо помню этот день: куча суеты, потерянный загранпаспорт, нервотрёпка на работе, сбор вещей, бег в направлении аэровокзала... Встреча с парнем, который должен был лететь со мной и которого я видела впервые в жизни (мысль «какой придурок!»), жара в аэропорту, орущие дети в самолёте, дальше — какие-то мелькающие кадры.
И вдруг — море!
4
Вечер, мы с Женькой («какой чудесный парень!») бежим к морю. Он идёт купаться, я сажусь на песке, закуриваю и смотрю на закат. Мне тогда не верилось, что это на самом деле, ведь ещё утром я была в проблемах и в пыльной Москве.
5
Потом мы пешком прошли всё побережье Слынчева Бряга, потому что не могли физически отдалиться от моря. Мы шли, шли, шли...
6
Вчера Женька звонил, мы вспомнили всё это. Потом он говорит:
— Бене, я собираюсь в Хорватию, поехали с нами!
Он решил, что брать путёвку дорого, и хочет купить билет на самолёт, забронировать место в кемпинге, на основании факса о брони получить визу и ехать. Это получается (теоретически) дешевле и прикольнее. Я, конечно, загорелась, но маловероятно, что поеду.
7
Я тут раскапризничалась:
— Не буду я менять паспорт, вот ещё — идти в паспортный стол и сидеть там в очереди со всяким «кавказом» и «средней азией».
А потом подумала: как же мне, наверное, аукнется мой великодержавный шовинизм и московский гонор, когда я буду во Франции! Ведь там действительно чужих не любят, а я привыкла быть хозяйкой своей территории. Уж мне-то не знать, что зло возвращается, и довольно быстро.
И поделом мне будет.
Нефиг!
8
Я вечно, по поводу и без повода, загадываю желания: на падающие звёзды, когда оказываюсь между двумя тёзками, когда у меня на щеке обнаруживают ресничку, когда встречаю космонавта или Деда Мороза, когда раскладываю пасьянс. Я даже загадываю желания на салют, потому что он похож на падающие звёзды.
А когда я была маленькой, в детском лагере у нас было поверье: если поймать в решётку из пальцев число самолётов, десятикратное числу твоего рождения, то можно загадать большое желание.
Каждый раз, когда я слышала гул (а лагерь был недалеко от «Внуково», так что это было раз по пятнадцать за час), я выбегала из корпуса и считала самолёт. Я родилась 28 числа — и мне нужно было сосчитать двести восемьдесят самолётов!
Я их сосчитала, не единожды сбившись со счёта, но желание, правда, не сбылось.
9
Зачем я постоянно загадываю желания? Ведь если бы они все сбывались, я не была бы счастливой... по той простой причине, что когда я думаю «я хочу», я никогда не думаю: а что будет, если это и правда исполнится?
Свидетельство о публикации №226052800860