Времена года

Сиреневое счастье улыбнулось Яне в восемнадцать. Всё в ней полыхало: глаза, щёки, перси… Но пятилистника не нашла, а утром грозди скукожились — и остался лишь лёгкий дурман в голове, сиреневый. В тот миг она почувствовала  грусть — словно что то ускользнуло, оставив лишь отзвук радости.

Повзрослев, уже замужняя, Яна посадила в своём саду сирень. Белую, махровую. О пяти лепестках. С каждым годом куст становится всё прекраснее. Белым облаком он плывёт над красными тюльпанами, голубыми незабудками. Яна благодарит кого то за эту красоту, прикасается губами к ароматной кисти — и на мгновение закрывает глаза. В этом прикосновении — благодарность не только за цветы, но и за то, что жизнь даёт второй шанс почувствовать чудо.

Ей мнится, что она — часть этого белого, в котором соединяется прошлое, настоящее, будущее. И не только её… В душе разливается тихая радость: будто кто то невидимый шепчет — всё правильно, ты на своём месте.

О, май! Каждый твой день — благодать божия. Но разлетаются дни: замелькали в воздухе белые парашютики одуванчиков, пожухли пятилистники сирени, устали каштановые свечи — прошло майское великолепие, но продолжается жизнь.

Яна высаживает у крыльца петунии, подвязывает розы. В этих простых заботах она находит утешение: каждый цветок — как маленькое обещание, что красота никуда не исчезает, она лишь меняет форму. Скоро зацветут ирисы, пионы. Вот и гортензия уже цветонос выбросила. Яна смотрит на неё — в сердце теплеет от мысли, что она сама помогает этой красоте родиться.

Кажется, что до осени ещё далеко. Но придёт и она — с оливковым, золотым, горчичным, с перезвоном монистовых высохших листьев, с прохладным ветром, пахнУвшим морозным бельём, шуршащими травами.
Яна будет собирать букеты из астр и хризантем, любоваться последними алыми георгинами. Она срежет несколько не вызревших цветков и, переложив их тонкой бумагой, отправит в Пушкина, Лермонтова, а, может быть, Маркеса. Да, всё идёт своим чередом.
Явится зима — зацветёт Декабрист, муж достанет со шкафа ёлку, коробку с игрушками. Перебирая шары, мишуру, Яна будет долго всматриваться то в шарик со светящимися узорами, то в малышку, укутанную в белое ватное одеяльце, то в картонный паровозик, приехавший из далёкого, до её времени, детства. 
И снова придёт май. Снова зацветёт сирень. И какая-то девушка, затаив дыхание, будет искать пятилистник среди душистых гроздей — в надежде, что сбудется самое заветное. А Яна, заметив её , едва заметно улыбнётся.  Она знает, что чудеса случаются, даже если не сразу.