Осенние ритмы

Осенние ритмы

     Собрался было Заводила в Питер по делам, и учитыва, что в те же дни там будет джазовый фестиваль «Осенние ритмы», уговорил своего друга – известного коллекционера, знатока кантри и блюза Андрюса (Андре) Судикаса ехать с ним. Позвонили Володе Вашкялису - вильнюсскому парню со студенчесских лет жившему в Ленинграде. Тот, как всегда, предложил остановиться у него. Во вторник под вечер Заводила взял все необходимые для командировки бумаги, документы, толстую пачку денег, и утренним поездом в среду они прибыли в Питер. Ещё будучи в Вильнюсе попытки Андре дозвониться своему приятелю, председателю денинградского джаз-клуба «КВАДРАТ» Натану Лейтесу вышли тщетными. Натан был в отъезде. Его возвращения откуда-то из Ленобласти жена ждала к началу первого фестивального вечера. На следующий после ужина у Вашкялисов день, закончив деловые встречи и дождавшись с работы Володю, друзья поспешили в концертный зал «Октябрьский». Прибыли загодя – более часа до начала. Оказалось, билетов нет. Стали ловить кого-нибудь из организаторов фестиваля. Заводила был с ними знаком, общался на ранее проходивших в Союзе фестивалях, но их фамилий не помнил. Пытались вызвать кого-нибудь из них, но на вопрос работников «Октябрьского» кого именно?» Заводила ответить не смог. Идти искать «кого-нибудь» работники отказывались. Пришлось надеяться, что до начала кто-то из них появится в вестибюле  или кассовом зале. Так оно и случилось. Поймали одного из главных распорядителей, с которым наш Заводила распивал виски на джеме (jam session) одного из Варшавских Jazz Jamboree в джаз-клубе «HYBRYDY». Три пригласительных абонемента на все дни фестиваля во втором ряду ...! После первого отделения Заводила сказал, что самое интересное будет в пятницу вечером и в субботу, а сейчас надо идти на тусовку. Андрюс был того же мнения, а Володя согласился первый, ещё до входа причитая, что после работы очень неплохо было бы поесть и пропустить стаканчик.
 

     Тусовка есть одно из важнейших и интереснейших мероприятий, сопровождающих любой джаз фестиваль и обычно проходит в специально отведённом закрытом кафе или баре для участников, аккредитованных лиц и его гостей. Друзья направились туда и встретили там самого председателя джаз-клуба «Квадрат» Натана Лейтеса. Натан вежливо отказался от предложения присоединиться: «Увы друзья, сейчас здоровье не позволяет. Приехал вот на фестиваль из санатория. Да и здесь я с женой, не один.» Среди шума, смеха и толчеи были заметны несколько гнёзд концентрации, и лишь один столик оказался наполовину свободным. Две молодые дамы, занимавше его позволили составить им компанию. Друзья заказали несколько бутылок «Варцихе», Заводила кого-то позвал, кому-то зазывно помахал рукой, а дамы же оказались просто автоматически вовлечены в водоворот накатившим потоком знакомых, музыкантов и прочих, примкнувших к попойке.. Постепенно возле стола вильнюсских джазфанов сколотилоь внушительное кольцо тусовщиков, которые подтянули стулья от других столов, и тройка друзей с двумя случайными дамами стали ядром, вокруг которого в продолжение всего вечера в фестивальных кулуарах происходило броуновское движение. Вместе с «Варцихе» кроме всяких подробностей о концертах, фестивалях, исполнителях блюза и джаза лились и собственные истории, рассказы о курьёзах с ними связанных, анекдоты и каламбуры.
 

     Андре был в ударе и рассказывал смешные истории. Вспоминал, как будучи десятиклассником и ещё живя в Кедайняй, привёз из ленинградской поездки кипу купленных где-то на тусовке так называемых «рок энд ролов на рёбрах» (записанных на рентгеновских плёнках). Когда уже дома он собрал друзей и хотел похвастать приобретённым, то все услышали шипенье, приняли это за ошибку, недоразумение, пустили вторую, третью, и, наконец, в какой-то в середине дорожки незнакомый голос произнёс: «Вы хотели услышать музыку? Так вот *** вам!» Вспоминали как по 3 рубля за штуку уже в Вильнюсе в музыкальном магазине Ромас записывал им рёбрышки, как обменивались ими и, что местные хулиганы старались нас ловить и отнимать их. Заинтриговали тусовку рассказами о поездках в Варшаву на «Jazz Jamboree» и джемах в варшавских джаз-клубах. В этом многоголосом и бурном вещании брали слово и другие участники образовавшегося круга, не менее интересно проявив себя, как рассказчики, но душой компании всётаки оставался вильнюсский дуэт, особенно очаровавший двух случайных дам и остальную женскую составляющую сплотившегося круга.
    

     В пятницу вечером Судикас и Заводила отправились на вечерний концерт второго фестивального дня. Без Вашкялиса, решишего посвятить вечер семье. На сей раз друзья не стали создавать фракцию в кафешке, но совершали туда короткие набеги. Пятничный музыкальный вечер был гораздо богаче и интересней. После «Октябрьского» питерские джазмены увлекли Андрюса и Заводилу во Дворец Молодёжи. Там в резиденции джаз-клуба «Квадрат», состоялся ночной джем, и хозяином там был Натан Лейтес. Он «сделал» им гостевой вход и усадил на почётные места. Незабываемая музыкальная ночь царила в концертном салоне и живописном зимнем саду в компании интересных персон, молодых красивых девушек и с ручьём всевозможных горячительных и освежающих напитков. После этих Осенних Ритмов к ним в Вильнюс потянулась вереница очаровательных ленинградских джазфанок, которая дотянулась до старого Нового Года.

 
     Под утро приехали к Вашкялисам. Тихонько, ключами выданными им женой Володи Любой, открыли двери, прокрались к постелям и видели хорошие сны. К тому времени, как они проснулись и привели себя в порядок, к часам одиннадцати вернулся из магазина Володя с бутылкой водки к завтраку. В тесной кухоньке все сели к столу, уставленному вкуснейшей Любиной стряпнёй. За бутылкой Вашкялис вспоминал  былые визиты друзей, поход в Пушкинский музей и в «Садко», в «Европейскую» на «крышу». Голодные, они и глазом моргнуть не успели, как водка иссякла. «Пойдёт дурак за бутылкой, так он её одну и принесёт.»,- сказал Вашкялис и вдруг вспомнил: «О, да в холодильнике у нас спирт стоит, который Димка принёс.» Налили рюмки и Заводила маханул залпом, в то время, как  другие замешкались. Жидкость ещё и проскочить сквозь горло не успела, как Заводила взмахнув ладонью сдавленным голосом сказал: «Не пейте, люди!» Люди испуганно вытаращили глаза, а руки нести рюмки к губам остановились. В бутылке оказался ацетон. Вернуть глоток было поздно. Весь бесконечный день Заводила периодически гасил злосчастный глоток коньяком, вслушивался в себя, но так ничего и не услышал. Вместе с Андрюсом они поехал куда-то на окраину, где Заводила провёл последнюю деловую встречу, подписал бумаги и вечером они усталые, довольные и заJAZZированные отбыли домой.