Огонь

Высоко в горах стоял монастырь.

Вечерами монахи собирались во дворе возле большого костра.

Огонь был старым другом монастыря.

Он согревал зимой, освещал тёмные вечера и иногда помогал Далай-ламе объяснять вещи, которые словами объяснить было трудно.

В тот вечер всё началось с крика.

Молодой монах Горо влетел во двор так стремительно, словно за ним гнались все демоны Тибета сразу.

— Учитель! Это невозможно!

— Что именно? — спокойно спросил Далай-лама.

— Тензин опять на меня накричал!

Монахи оживились.

Тензин и Горо спорили примерно так же регулярно, как восходило солнце.

— И что ты сделал? — спросил старик.

— Объяснил, что он неправ.

— А потом?

— Потом ещё раз объяснил.

— А потом?

— Потом привёл доказательства.

— А потом?

— Потом мы начали кричать оба.

Во дворе раздался смех.

Даже Просветлённый Кот, дремавший возле костра, приоткрыл глаз.

Тема явно обещала быть интересной.

— Понятно, — сказал Далай-лама.

Он поднялся, взял сухую ветку и бросил её в костёр.

Пламя сразу стало выше.

Потом бросил ещё одну.

Потом ещё.

Через несколько секунд огонь загудел так, словно решил достать до звёзд.

— Что происходит? — спросил старик.

— Костёр разгорается, — ответили монахи.

— Почему?

— Вы подбрасываете дрова.

— Именно.

Далай-лама сел обратно.

Во дворе стало тихо.

Все уже чувствовали приближение очередной ловушки для человеческого ума.

— Когда человек сердится, внутри него уже горит огонь.

А потом появляется второй человек и начинает доказывать свою правоту.

Оправдываться.

Спорить.

Обвинять в ответ.

То есть делает именно то, что сейчас делаю я.

И старик бросил в костёр ещё одну ветку.

Пламя вспыхнуло ещё сильнее.

Горо невольно улыбнулся.

Потому что начал понимать.

— Но что тогда делать? — спросил он.

— Сначала перестать подбрасывать дрова.

— И всё?

— Для начала этого уже достаточно.

В этот момент Просветлённый Кот поднялся и подошёл к костру.

Он внимательно посмотрел на огонь.

Протянул лапу чуть ближе.

Почувствовал жар.

И немедленно отошёл подальше.

— Видите? — улыбнулся Далай-лама.

— Кот никогда не спорит с огнём.

Он не пытается убедить его стать холоднее.

Не объясняет ему, что тот неправ.

Он просто понимает, что сейчас не время приближаться.

Монахи рассмеялись.

Кот сел в безопасном месте и начал умываться с видом существа, которое давно раскрыло все тайны мироздания.

— Но если человек неправ? — спросил Горо.

— Это может подождать.

— А если нужно объяснить?

— Это тоже может подождать.

— А если я прав?

— Особенно тогда.

Во дворе стало совсем тихо.

Только потрескивали дрова.

Далай-лама посмотрел на учеников и продолжил:

— Люди думают, что во время ссоры больше всего хотят быть понятыми.

На самом деле сначала они хотят быть услышанными.

И пока человек чувствует, что его не слышат, он будет говорить всё громче.

Не потому, что стал умнее.

А потому, что стал громче.

Горо задумался.

Он вспомнил все свои последние споры.

И вдруг заметил странную вещь.

Никто в них никого не слушал.

Каждый ждал своей очереди говорить.

Старик улыбнулся.

— Иногда лучший способ успокоить рассерженного человека — не искать правильные слова.
А сначала показать ему, что он не разговаривает со стеной.

Солнце уже спряталось за горы.

Костёр постепенно становился меньше.

Никто больше не подбрасывал в него дрова.

— Запомните, — тихо сказал Далай-лама, глядя на угасающий огонь. — Большинство ссор заканчиваются не потому, что кто-то оказался прав. Они заканчиваются тогда, когда хотя бы один человек перестаёт кормить огонь.

И Просветлённый Кот, который за весь вечер не произнёс ни слова и не выиграл ни одного спора, оказался самым спокойным существом во всём монастыре.