Имя тьмы

Зал был огромным — старинные колонны уходили высоко в темноту купола, словно подпирали небо. Мраморный пол отражал золотой свет ламп, а на балюстрадах верхних этажей тихо шуршали бумаги. Казалось, это богатое помещение жило само по себе, дышало древней роскошью и настораживало чем-то холодным.
Люди заполняли пространство. Они сидели за столами, переговаривались шёпотом, пересчитывали деньги, подписывали бумаги. Их костюмы были дорогими, движения уверенными. Всё выглядело как обычная офисная работа, и вместе с тем было ощущение, что что-то не так. В их глазах не отражались ни живой интерес, ни тревога — лишь пустое подчинение. Они действовали чётко, слаженно, будто в каждого был встроен невидимый механизм.
И этим механизмом управлял Он.
Образ пожилого мужчины — крепкого, властного, с седыми бровями и тяжёлым взглядом стоял на возвышении.
Но я видел: за человеческой оболочкой скрывалось нечто древнее. Демон? Тьма, принявшая форму вождя.
Он не кричал, не угрожал, но его воля стальным обручем сжимала разум каждого из находившихся в зале. Его боялись. Ему подчинялись без остатка.
Стоило кому-то попытаться подумать иначе, как взгляд старика поворачивался и человек снова впадал в оцепенение.
Я понял: если назвать его по сути, назвать истинным именем — власть рухнет. И я произнёс это имя. Громко. Прямо...

На миг пространство дрогнуло, словно воздух стал тяжёлее. Люди остановились, подняли головы, словно очнувшись. В их глазах впервые вспыхнула новая мысль и страх. Они осматривались, прижимали руки к груди, некоторые пытались броситься к выходам. Они боялись не только его воли, они боялись своей внезапной свободы.

Он понял это мгновенно.
Образ старика стал плотнее, тяжелее, жестче. Глаза его зажглись холодным огнём. И люди стали отворачиваться и расходиться, заниматься привычными делами. Словно забыли что  видели демоническое нутро, опять поверя в маску.

— Идите! — я звал их, вытягивая людей к дверям. Он не тот, кем кажется!

Но стоило мне снова назвать его демоном, как он повернулся ко мне. Его жесткая усмешка коснулась губ. Он смеялся.
Смеялся так, будто само окружающее пространство было его голосом. В ту же секунду горло мне сдавила боль — словно чьи-то когти сомкнулись на шее. Я задыхался. Воздух исчезал.
Но вместе с его смехом во мне вдруг поднялась другая сила, необъяснимая, упрямая. Я тоже рассмеялся. Сквозь боль, сквозь удушье. И в этот момент хватка ослабла. Страх исчез, будто кто-то сорвал эти оковы.
Я снова произнёс:
— Демон. Ты — демон.
Его лицо исказилось яростью. И тогда маска упала. На моих глазах он начал менять форму, кости вытягивались, кожа чернела, глаза превращались в раскалённые пустоты. Его истинная сущность неосознанно рвала оболочку и выходила наружу. Страшная, нечеловеческая, древняя, как сама тьма.
И зал содрогнулся от его вопля...

****

И тут я проснулся. Это был просто сон...