Дождь. Праздник, которому не нужен зритель

Мы шли с отцом молча - как случайные попутчики в безликом людском потоке. Между нами двадцать лет недомолвок и привычка говорить только о погоде. Он крепко сжимает зонт, я держу руки в карманах.

И тут я заметил.

Его ботинок - чёрный, всегда начищенный до блеска - намеренно шагнул в лужу. Не обошёл, не перепрыгнул. Просто вошёл. Короткий, скупой всплеск, и вода залила кожу, сделав её тёмной, тяжёлой, матовой.

Я, тридцатипятилетний мужчина в своём важном кашемировом пальто, шагнул следом - в ту же самую лужу. Холод пробрал мгновенно, будто только и ждал.

Мы не посмотрели друг на друга. Не улыбнулись. Но в этом мокром, молчаливом шаге оказалось смысла больше, чем во всех наших разговорах за последние годы. Мы пошли дальше - с хлюпающими промокшими ногами, и чуть ближе, чем раньше.

Близость бывает разной. И иногда, это просто молчаливое согласие промочить ноги в одной осенней воде, чтобы потом идти рядом под одним дождём.

А дождь всё шёл, стирая границы между небом и землёй. И между нами - тоже.