Блюз о Москве. Глава 40 Линии судьбы

Глава 40 Линии судьбы

1

Вчера в той же библиотеке у меня чуть снова не случился «кондратий», потому что я увидела, что мой доклад появился в программе конференции по маркетингу в Испании, а она начнётся на следующей неделе. И это значит, что надо всё бросать и нестись в Испанию делать доклад. Но «благословения» научного на это мероприятие получено не было, поэтому я надеваю майку и шлёпанцы и иду в библиотеку, а конференция пройдёт как-нибудь без меня.

2

Если честно, я расстроилась ужасно. Потому что конференция бывает раз в два года и в неё входят практически все имена из списка моей библиографии. Потому что мне уже назначили рецензента — им стал бывший главред ведущего научного журнала по инновациям. Потому что я ещё никогда не была в Испании. Потому что будут свежие работы по моей теме и их можно увидеть задолго до официальной публикации.

3

В общем, я всё это крутила в голове, а сама писала письмо с извинениями своему рецензенту. Профессор написал мне в ответ:

«Не расстраивайтесь, у Вас всё впереди, Вы ещё много раз будете выступать на этом мероприятии».
И подпись — «Джон»...

Просто Джон, никаких регалий. Американцы очень простые в общении, в отличие от европейских профессоров. Надеюсь, это будет моим маленьким научным благословением.

4

На самом деле расстраиваться просто нечестно, потому что есть грант и возможность двигаться вперёд, и было много поездок. А вот каково российским аспирантам, которые, я уверена, очень способные и талантливые, и при этом им вообще никуда не удаётся выезжать дальше своей кафедры? Так что нечего жаловаться на «мелкий жемчуг».

5

Иногда начинает казаться, что всё прошло.
Но наступаешь на стекло невпопад сказанного слова или неотфильтрованного письма — и опять начинает кровоточить.

То, о чём я так мечтала два года назад, сбывается с точностью до миллиметра, но я уже совсем не хочу этого.
Всё-таки линии судьбы иногда очень причудливы.

6

В Тулузе начались «Дни здоровья, экологии и окружающей среды». В связи с этим в нашем университете затеяли велосипедный поход!

Мы арендовали велосипеды и проехали больше семидесяти километров по специальной велосипедной тропе, проложенной вдоль Гаронны. Ехать нужно было быстро, поэтому задокументировать окрестности мне почти не удалось, но было очень красиво.

7

Иногда случается, что иностранцы, узнав, что я русская, объявляют:
— А я учу русский язык.

Если раньше я велась на это, то теперь знаю: такое начало не сулит ничего хорошего. Как правило, дальнейший разговор строится по следующему сценарию.

Я, приветливо:
— Так почему бы нам не поговорить по-русски?

Собеседник обычно начинает застенчиво улыбаться и морщить лоб. При хорошем раскладе выдавливает:
— Привет.

Я:
— Как тебя зовут?

Собеседник начинает судорожно озираться по сторонам, вращать глазами, хлопать себя по лбу, щёлкать пальцами в воздухе, возводить глаза к небу, скрести затылок. На его лице отражаются муки, и зависает пауза. Потом шумно выдыхает и вопросительно говорит:
— Pardon?

Я перехожу на французский и повторяю вопрос.Собеседник, переходя к эйфории:
— А-а-а-а-а-а-а-а-а! Ну как же это я забыл! Да! Да, да, да! Сейчас, сейчас.

Снова зависает пауза. Я терпеливо жду и ободрительно улыбаюсь, артикулируя губами:
— Меня зовут...

Собеседник напряжённо всматривается мне в рот и изрекает:
— Я есть...

Я, очень медленно:
— Очень при-я-я-я-я-я-я-я-я-я-тно. Ме-ня зо-вут На-та-а-а-а-а-а-а-а-ша.

Собеседник вытягивает шею и с ужасом говорит:
— Pardon?

Я перехожу на французский и представляюсь. В этот момент собеседник, как правило, выдаёт фразу, совершенно не связанную с разговором. Например: «Осторожно, двери закрываются», «Болтун — находка для шпиона» или «Семеро одного не ждут». Я выражаю восхищение, пытаясь тем временем понять, что имелось в виду.
 
Собеседник приободряется и спрашивает меня «как дела?», и бурно радуется, когда я говорю:
— Хо-ро-шо, спа-си-и-и-и-и-и-и-бо.
И мы переходим на французский, очень довольные друг другом.

8

Во Франции я уже давно подсела на сортировку бытовых отходов в рамках так называемой программы устойчивого развития. Могу протащиться несколько километров в поисках специального контейнера для выброса стекла, складирую в специальном кармане использованные батарейки, упоённо сортирую пластик и бумагу.

Я целый год хранила неработающий мобильный телефон, пока не нашла наконец место сбора мобильников для трансформации в слуховые аппараты для больных африканских детей.

9

Сегодня я бебиситтерствовала у своих знакомых. Они сразу предупредили, что ребёнок «дикий», «чужих» не воспринимает категорически, и обещали вернуться быстро. Они даже отказались в своё время от няни, так как малыш рыдал не переставая и не давал маме работать. И действительно, когда я вошла в квартиру, малыш зарыдал и прижался к маме, а когда она оделась и пошла к двери, упал на пол и стал колотиться в истерике.

Когда через два часа мама вернулась, ребёнок не отходил от меня и дарил свои игрушки. Она спросила: как мне это удалось?

Дело в том, что обычно, когда ребёнок плачет, его пытаются успокоить или отвлечь, в особо тяжёлых случаях — игнорируют или запрещают плакать. Но ведь когда мама уходит, это действительно грустно. Это осознанное и очень чёткое выражение эмоций! То есть это нормально. Исходя из этого, я не сюсюкала, не отвлекала, не утешала, а просто посидела рядом и посочувствовала. И даже маленький человек это понял и проникся доверием.

10

Вчера ближе к полуночи я дочитывала Чехова, лёжа в постели, и вдруг мне показалось, что моя соседка плачет. Я прислушалась, но так и не поняла, откуда доносится плач, и на всякий случай отправила ей эсэмэс:

«С тобой всё в порядке?»

Ответа не было, плач стих, и я решила, что показалось. Но через некоторое время я услышала сильные женские крики. Я накинула свитер на ночнушку и выбежала в коридор. Мои страхи подтвердились — кричала соседка. Из комнаты напротив тоже выбежал мальчик.

Мы стали трясти дверь и кричать: он — по-французски, я — по-русски.Услышав мой голос, соседка перестала плакать и ответила по-русски, что с ней всё в порядке и она скоро зайдёт ко мне. Мы с соседом потоптались под дверью и разошлись.

Когда я уже засыпала, она пришла и спросила, было ли больно, когда я лишалась девственности...

11

Возвращалась домой с музыкального фестиваля «Рио Локо». Дойдя до поворота на свою улицу, я зашла в кафе узнать счёт матча. Пожилой араб, не отрываясь от экрана телевизора, жестом пригласил меня сесть.

Мы сидели в пустом кафе-кебабе и смотрели, как Мексика уделывает французскую команду. Два незнакомых человека с разной культурой и жизнью, чужаки в принявшей их стране, болеющие за её команду. Мне так хотелось, чтобы французы выиграли!

Я не интересуюсь футболом, просто в моём личном поединке сейчас тоже лидирует Мексика, с большим отрывом. И поскольку я в сильном эмоциональном проигрыше, мне хотелось отыграться хотя бы Кубком мира.
К сожалению, не удалось.

12

Сегодня встречалась с научным. Несмотря на сильную простуду, он был на подъёме, не дал вставить ни слова, не досмотрел мои слайды и, как обычно, выдал спич на тему «пилите, Шура, пилите»: у вас всё отлично, к следующему лету вы станете доктором.

Ах, как хотелось бы в это верить!

13

Я случайно упомянула, что моим оппонентом на пропущенной конференции был главред ведущего американского журнала по маркетингу инноваций.

Научный завопил:
— Ну что же вы молчали?! Я бы дал вам денег, и вы бы съездили, если бы я знал!

Я не нашла что ответить, но посмотрела на него так злобно, что он приумолк.

14

Обычно, когда научный хочет притормозить с какой-то идеей, он говорит:
— Уберите её в холодильник.

Сегодня он сказал:
— Не охлаждайте это!

Вот такая научная кухня.

15

Итак, мне дали три группы по статистике. Это девяносто девять часов практических занятий в СПСС — компьютерной программе для статистической обработки данных. Мероприятие начнётся в феврале.

Надеюсь, что до февраля боженька заберёт меня, потому что лучше умереть, чем преподавать статистику. Если кто-то напишет «у тебя всё получится», сразу уберу из френдов! Лучше поплачьте по мне, пока я ещё жива...

16

Всё настолько глупо, что даже бумага не стерпит: в Париже меня ожидает мой бывший, меня продолжает домогаться известный профессор, брутальный мачо перестал мне звонить, а я мечтаю о трепетном марокканце.

Причём как ни тасуй карты в этой колоде, пасьянс не сходится.
«Лети, лети, лепесток, с запада на восток»...
Куда кривая выведет.

17

Сегодня последний день ночую в своей комнате, а завтра переезжаю. Из вещей, как обычно, маленький чемодан.

Всё остальное я бросаю как ящерица.

18

Поссорилась со всеми, с кем потенциально можно поссориться, так что теперь уезжать будет не так грустно. Как бы я ни очаровывалась дружбой, близостью и доверием, по большому счёту всё равно это лишь отрезки пути, пройденные параллельно. И немного воспоминаний... Только Бог всегда будет рядом.

В Москве будет два месяца, чтобы поссориться с немногочисленными оставшимися и выйти на предзащиту, а потом — снова обратно. Раньше Тулуза была «туда», а теперь она стала «обратно»...

При этом я ещё никогда не видела город осенью. Во Франции стартовали распродажи, но нет ни времени, ни средств, ни настроения...

19

Я обнаружила в себе неожиданную способность: узнавать, кто паркуется, не выглядывая в окно. Французы паркуются медленно, печально и «по звуку». Паркуясь, француз способен вписаться в самое маленькое отверстие и ради этого готов переключать переднюю и заднюю передачи десятки раз.

Арабов я узнаю по шуму и громким разговорам — либо между собой, либо по телефону. Африканские народы — по музыке, причём как по стилю, так и по громкости.

Вот и сейчас я из любопытства высунулась в окно и в который раз угадала.