Блюз о Москве. Глава 49 Двести пятьдесят страниц

Глава 49 Двести пятьдесят страниц

1

Подруга-аспирантка попросила меня распечатать документ. Я удивилась, почему она сама не может зайти в лабораторию, но пообещала. А когда открыла имейл, то увидела, что в документе для печати двести пятьдесят страниц! Я-то думала, что это просто короткое письмо.

В принципе, у нас в лаборатории не считают, кто, что и в каких объёмах печатает, но мне уже надо было бежать на пару, и я написала, что не смогу.

2

Тогда подруга спросила, смогу ли я распечатать завтра. Я растерялась ещё больше и ответила, что мне надо будет специально идти для этого в лабораторию и это не очень удобно.

В конечном итоге я почувствовала себя ужасно.

3

Мне всё время кажется, что если я откажусь сделать что-то за человека, ко мне будут хуже относиться. Я часто делала всё, чтобы понравиться своим друзьям и коллегам, а то, что я делала, чтобы понравиться Никите, вообще не описать коротким списком.

Но опыт показал, что делать за другого то, что он может сделать сам, не полезно. А раз уж я вошла в эмоциональный штопор, я стабильно спотыкаюсь на каждом мельчайшем действии.

4

Я всегда втайне завидовала алкоголикам. Мне очень хотелось иметь под рукой что-то, что помогало бы заглушать мои эмоции и болезненные состояния. Мне хотелось быть овощем.

Но у меня не было ни малейшего шанса, потому что мой папа — алкоголик, моя мама — алкоголик, более того, мой старший брат тоже алкоголик. Всей этой компании был необходим кто-то, кто тащил бы на себе всё «достояние семьи». Мне ничего не оставалось, как быть спасателем - учиться, работать, решать проблемы.

Сегодня бороться с эмоциями не было никаких сил. Но, как выяснилось, напиться во Франции — дело непростое. Во-первых, все магазины до 20:00. Во-вторых, спиртное в них не так просто найти: слабоалкогольные напитки в свободном доступе, а крепкий алкоголь нужно спрашивать на кассе, на виду у всех. Я не параноик, но город нашпигован преподавателями, аспирантами, моими студентами, членами церковной общины, соседями по общежитию, знакомыми.

Штопор? Его тоже нет. Идти к соседям неудобно, поэтому ещё несколько манипуляций с острыми предметами... Плюс моя наследственная толерантность к алкоголю.

И всё-таки я это сделала.


5

Интересно, чем обычно люди занимаются, когда они напиваются?

Я как-то не подумала вчера об этом вопросе, поэтому сначала я попыталась переводить статью о Хеллингере, а потом просто уселась на стул и стала читать учебник по статистике.

Это мне напомнило моих знакомых, которые почему-то, обкурившись, всегда смотрели телевизор с выключенным звуком, причём это их жутко веселило...

6

У меня нет зимней обуви, и чтобы не таскаться по магазинам, тем более всё равно всё закрыто в честь Праздника всех святых, я решила купить её в интернете.
Как бы не так!

Именно в момент оформления заказа у меня засбоил интернет!!!

И за те пять минут, пока я перегружалась, прекрасные голубые сапоги «Елизабет Стюарт» на десятисантиметровом каблуке раскупили!!!
Причём все, все, все размеры, не только мой!

Но нашу песню не задушишь, не убьёшь, и я немедленно заказала себе такую же модель, но оранжевого цвета. Там оставалась ещё одна пара моего размера. Подойдут ли мне оранжевые замшевые сапоги на шпильке под синее пальто? Этот вопрос тревожил меня, поэтому на всякий случай я заказала себе ещё и синие другой модели.

Теперь меня тревожит только вопрос: успею ли я получить свой сине-оранжевый заказ до наступления холодов?

7

Завтра во Франции выходной — День окончания Первой мировой войны. Арабские аспиранты сегодня пытались меня убедить, что «это не праздник, а просто выходной». Ну что тут скажешь. Фо хум, как говорится, хау.

По мне, так это важный праздник. Я год прожила в Лотарингии и прониклась там памятью о Первой мировой. А для некоторых это фигня по сравнению с грядущим на следующей неделе Лаидом. Вообще поражает эта неспособность арабо-мусульманской группировки в нашей аспирантуре понять, что во Франции есть праздники помимо Рамадана.

8

Сегодня я узнала, что, оказывается, моя русская предзащита была назначена... на вчера. Остаётся только догадываться, почему я об этом даже не знала, и расстраиваться, что я не в Москве. Я могла бы приехать на обсуждение! Мне так нужен был повод, чтобы приехать...

Я так скучаю.

Выяснилось также, что если я не получу до конца недели свою стипендию за 2010 год, она уйдёт на депонент.

Я же сегодня вместо билетов в Москву купила себе билет во Франкфурт. Да здравствуют рождественские ярмарки! Теперь нужно приложить максимум усилий, чтобы  в Москве не встретиться «случайно» или «не случайно» с Никитой, но я специально взяла билет на день, когда он уже улетит. С другой стороны, наверное, лучше мне сейчас не искать себе приключений в Москве и не расшатывать хрупкое равновесие, которое и так дано исключительно Божьей милостью.

9

Иногда градус неадеквата повышается настолько, что я перестаю контролировать ситуацию. На прошлой неделе меня засыпали письмами из секретариата университета с требованием взять дополнительные часы, так как я «не заполняю  ставку». Но у меня 193,5 часа из 192 необходимых.

Я начинаю выяснять, понимаю, что у меня ошибка в часах по менеджменту инноваций: в штатном расписании стоит 12 часов, а по факту у меня 21 час. Я объясняю. Секретарь начинает всячески давить на меня и слать мне уничтожающие письма.

Я еще раз терпеливо объясняю.

Секретарь говорит:
- Ну я же знаю, что у вас 12 часов.

Я снова объясняю, что я уже отчитала 15 часов, а впереди ещё два семинара по три часа.

Секретарь пишет мне:
«2х3=6, а не 21, как Вы пишете».

Занавес.

10

В прошлое воскресенье в нашем церковном хоре снова разразился скандал, потому одной из хористок не понравилось, что панихида пелась по-славянски. Она разбросала ноты и хлопнула дверью.

На следующий день пришёл мейл от регента. Он... объявлял забастовку и писал, что отказывается регентовать до Рождества, так как «не может управлять хором в такой нервной обстановке». Далее последовала череда разборок, и регент смилостивился и отменил забастовку, но разослал хористам мейл с требованием «стоять каждому у своего пюпитра», «не узурпировать нотные партии» и «не монополизировать чтение молитв».

Последнее замечание, видимо, ко мне. Я-то думала, что я предстою, славлю или возглашаю, а оказывается — монополизирую.

11

Я уже писала, что случайно обнаружилось, что моя русская предзащита должна была состояться в прошлый вторник. Уже не говоря о том, что мне нужно явиться лично, чтобы забрать свою стипендию за 2010 год.

Я попросила Никиту забрать стипендию, но с него требуют нотариально заверенное заявление с апостилем. Никакие объяснения, что я на стажировке и нотариально могу заверить только доверенность на французском, не помогают.

12

Ко мне приезжал одноклассник, и мама передала мне с ним яблоко, головку чеснока (я вампир) и грибы, по счастью сушеные. Передала ещё письмо, но об этом отдельно.

Я злюсь.
Вернее, я давлюсь злостью, но глотаю.
Злиться мне категорически нельзя.
Но и выразить гнев не получается.