Ментальный авось

В школе ли, в других учебных заведениях, я никогда не списывал. Не потому, что был такой уж ангел с крылышками или образцовый пионер с горящим взглядом. Просто списывать для меня было западло. Как украсть что-то. Как взять чужое и сделать вид, что это твоё. Но давать списывать у себя я был вынужден. Потому что списывали фактически все. Двоечники и отличники. Ленивые и старательные. Те, кто ничего не знал, и те, кто вполне мог бы сам напрячь мозги, но зачем, если рядом лежит готовое?
Цель списывания и его первопричина - оценка. Не знание, не понимание, не внутренняя работа, а отметка в журнале. А мне оценки были по-барабану. Совсем. Я как-то рано понял, что оценка - это не знание, а бирка. Сегодня её прилепили, завтра забыли, послезавтра никто уже и не вспомнит. Знание же либо есть, либо его нет. И если его нет, то никакая пятёрка тебя не спасёт.
По знаниям я всегда был очень умный. Не скромно, зато честно. Просто мне было интересно понимать, как устроен мир. Только вот сам человеческий мир мне был не особенно интересен. Лет с восьми у меня уже была жизненная цель - уйти от людей в лес. То есть мизантропия у меня с детства. Поэтому профессия лесника была моей настоящей мечтой.
Я безумно любил всё живое. Всякую тварь божью - птичку, свинку, кролика, кошку, собаку. И всю флору попутно обожал по умолчанию. Травинки, деревья, кусты, жуков, птиц, зверей, запах земли, лесную тишину. Не любил лишь людей. Такая вот маленькая странность характера, проросшая довольно рано.
Так вот, списывать для меня было унизительно. Давая же списывать, я переставал уважать однокашника. Не как человека, нет. Как человека можно было жалеть, понимать, принимать со всеми его слабостями. Но как борца на той же ниве знаний - уже нет. Я видел, что этим он или она ослабляют себя. Привыкают полагаться на чужую силу ума, на чужие знания, на чужую работу. Сегодня рядом оказался тот, у кого можно списать. А завтра? Завтра рядом никого не окажется. И тогда они проиграют.
С каждым списыванием однокашники увеличивали свою слабость и нежизнеспособность. Это ведь только кажется мелочью: ну списал контрольную, ну выкрутился, ну получил оценку. Но на самом деле человек в этот момент делает важный внутренний выбор. Не понять, а обойти. Не научиться, а проскочить. Не сделать самому, а прислониться к чужому плечу. И чем чаще так поступаешь, тем слабее становится собственный хребет.
Сегодня, в шестьдесят с лишним лет, я вижу в этом школьном списывании не просто детскую хитрость, а ментальную общенародную черту. Увернуться от трудности, спрятаться, не высовываться, не иметь своего мнения, не брать ответственность - это всё картофелины из одной лунки. Списал - облегчил ношу, решил текущую проблему, выкрутился здесь и сейчас. А что будет завтра? Ха. Так там авось.
Наш великий Авось. Наш родной, тёплый, липкий, вечный авось. Авось пронесёт. Авось кто-то поможет. Авось дадут. Авось решится. Авось не заметят. Авось само рассосётся. Авось как-нибудь обойдётся. Авось - наше всё.
От этого маленького явления - списывания - потом и развивается огромное качество в масштабах всего народа: расчёт на кого-то. Сначала кто-то должен дать списать. Потом кто-то должен дать квартиру. Потом зарплату. Льготу. Пенсию. Премию. Место. Должность. Справедливость. Счастье. Нормальную жизнь. Государство должно. Родня должна. Знакомые должны. Начальство должно. Мир должен. Список бесконечен.
И вот уже полное недовольство жизнью. Человеку все должны - государство, родня, знакомые, соседи, начальство, общество, история, судьба. А он сам никому ничего не должен. Он только ждёт, что ему наконец-то дадут списать следующий кусок жизни. Подсунут готовый ответ. Подскажут правильную формулу. Подставят плечо. Решат за него. Вынесут наверх.
В итоге образовался народ, где все списывали друг у друга, а теперь каждый считает другого должным. По кругу это уже не класс, не школа, не институт. Это миллионы людей. Это система. Это ментальность. Один списал у другого, другой у третьего, третий у четвёртого, а потом все дружно удивляются, почему никто толком не умеет думать самостоятельно.
Да, ещё большущая проблема появилась: весь Авось кто-то прикарманил. Авось весь вышел. Кончился. Не на что больше положиться. Раньше хотя бы можно было верить, что как-нибудь проскочим, вывернемся, выкрутимся, переждём, пересидим, перетерпим. А теперь и это перестало работать. Авось обанкротился.
А самостоятельно-то мыслить не умеем. Списать-то в жизни не у кого. Каждый сам по себе. Рядом нет отличника с раскрытой тетрадкой. Нет подсказки под партой. Нет доброго соседа, у которого можно взять готовый ответ. Есть только реальность. Суровая, холодная, равнодушная. И она не принимает списанные работы.
Вот и получается: школьная шпаргалка была не просто бумажкой. Она была маленькой моделью будущей жизни. Маленькой тренировкой большого самообмана. Сегодня списал пример. Завтра списал позицию. Послезавтра списал судьбу. А потом удивляешься, что своей жизни как будто и нет. Всё чужое. Чужие мысли, чужие ответы, чужие решения, чужой авось.
А жить всё равно приходится самому.
август 2015