Океан без памяти...

Есть одна истина: «В старые мехи молодое вино не наливают». На эту тему почему-то вспоминается «Побег из Шоушенка», где у героя была мечта поселиться на берегу океана, у которого нет памяти.
К чему это я? А к тому, что эмиграция - это и есть тот самый океан без памяти.
Постоянно встречаюсь с людьми, которые взывают к своему прошлому. Да и сам грешен этим. Постоянно вспоминаю себя в былой силе и мощи, в прежних ролях, в прежних обстоятельствах, в прежней картине мира. Там я был кто-то. Там меня знали. Там у меня была история, связи, репутация, социальный вес, привычная система координат.
А здесь нет социальной памяти. Здесь ты - тот, кто есть здесь и сейчас. Не тот, кем был когда-то. Не тот, кого знали там. Не тот, о ком кто-то что-то помнит. Здесь у океана нет памяти.
Но едем дальше...
Прошлое нельзя зачеркнуть, стереть или переписать. Оно наш капитал, либо тяжелый груз, либо боль, либо вершина достижений. У кого как, по-разному бывает. Но факт в том, что прошлое всегда с нами. Мы его знаем, помним, любим или ненавидим, гордимся им или таскаем за собой, как чемодан без ручки. Но избавиться от него не можем.
И мы автоматически наделяем этим знанием окружающий мир и людей. Нам кажется, что они тоже должны понимать, кто мы, откуда, через что прошли, чего стоим, что потеряли, что построили, чего добились. А никто здесь ничего не знает. Ни вашего прошлого, ни даже толком вашего настоящего. Каждый гребёт на своей «байдарке-одиночке» и испивает свою эмигрантскую долю.
Иногда кто-то умирает. Иногда кто-то уезжает в другие дали. Иногда исчезает из поля зрения человек, с которым еще вчера пил кофе и обсуждал жизнь. И через месяц о нём уже почти не вспоминают. Не потому, что все плохие. А потому, что у океана нет памяти.
Есть только танец настоящего. Да и привычное занятие - построение планов на будущее - покрылось густым туманом неопределенности. Черные лебеди разлетались уже не поодиночке, а целыми стаями. Мир трясёт. Какие уж тут планы. Быть бы живу.
Крутим башкой, не хотим принять такое настоящее. Хочется определенности, как было раньше. Хочется устойчивости, понятных правил, нормальной логики, человеческого масштаба. А её нет. У кого-то от этого опускаются руки. А кто-то, наоборот, видит в этом новое окно возможностей и строит свое будущее вопреки всему.
И не важно, что какой-нибудь геополитический шторм завтра смоет во вселенский унитаз всё построенное. Человек всё равно строит. Потому что иначе не может. «Сердце в будущем живёт, настоящее уныло» - сказал Пушкин, которому явно диктовали откуда-то свыше.
Но если проделать титаническую работу с самим собой, то можно немного иначе увидеть эту эмигрантскую реальность. Не зачеркнуть прошлое. Нет. Не забыть его. Не предать себя прежнего. А именно эмоционально резануть эту пуповину, которая держит тебя там, где тебя уже нет.
Перестать постоянно доказывать миру, кем ты был. Перестать требовать от новых людей уважения к твоей старой биографии. Перестать строить воздушные замки на десятилетия вперед, будто мир опять стал понятным и предсказуемым. И, самое главное, впустить в себя немного кочевника.
Кочевник не тащит с собой шкафы, сервизы, архивы, обиды и бронзовые бюсты собственных достижений. Он берет главное. То, без чего нельзя идти дальше. Остальное оставляет песку, ветру и времени.
И вот тогда, возможно, можно неплохо и даже гармонично жить в настоящем моменте. Не в великой победе над судьбой. Не в окончательном просветлении. Не в красивой философской позе. А просто жить. Дышать. Смотреть по сторонам. Делать то, что можешь сегодня. Не цепляться мертвой хваткой за то, что уже утонуло.
Все равно океан без памяти всё сотрет. Чужие заслуги, прежние статусы, старые обиды, смешные амбиции, громкие слова и наши маленькие пьедесталы.
Есть только миг. И называется это - жизнь...