Всё хорошо?

Вспоминается мне один сюжет из какого-то романа. Один дядька с деньгами, кажется, из европейских мест, обнаружил в городе Питере уникального доктора. Нейрохирурга, скорее всего. Тот исследовал часть головного мозга человека, отвечающую за удовольствие. Такая, значит, лабораторная работа с человеческим счастьем.
Этот «Айболит» нашёл способ вживлять в мозг прибор размером почти с иголку. На эту иголку подавался электрический сигнал, и человек испытывал наслаждение невиданной красоты и мощности. Кайф, если говорить проще. Без вещества, без порошка, без бутылки, без привычной химии. Наркомания без наркотиков. Чистая электрическая радость, вбитая прямо в центр удовольствия.
И вот человек, испытавший такое, уже готов на всё. Потому что рядом с этим наслаждением обычная жизнь, со всеми её радостями, тревогами, любовями, потерями, ожиданиями и разочарованиями, начинает казаться серой бумажкой. Ему уже не нужен мир. Ему нужен сигнал. Ещё раз. И ещё. И ещё.
Последние лет двадцать пять наблюдаю я странное и всё усиливающееся стремление людей получать позитив любыми способами. Не радость как результат жизни, не глубокое чувство, не благодарность, не свет после труда, боли или понимания. А именно позитив. Быстрый, яркий, весёленький, немедленный. Чтобы всё было хорошо, легко, приятно, розовенько и желательно без лишних вопросов.
У молодёжи даже выражение есть: «сидит на позитиве». Очень точное, кстати, выражение. Именно сидит. Как на веществе. Как на дозе. С людьми, подсевшими на этот «наркотик», иногда сложно разговаривать. Они как зомби. Вроде улыбаются, кивают, излучают бодрость, говорят правильные слова, но за всем этим чувствуется не жизнь, а защитная плёнка. Не радость, а запрет на всё, что может эту радость испортить.
У них всё в блёстках. Всё веселенько. Всё должно вдохновлять, мотивировать, заряжать, повышать вибрации и давать ресурс. Не дай Бог коснуться темы смерти. Или болезни. Или старости. Или предательства. Или войны. Или одиночества. Или того простого факта, что человек смертен, слаб, ограничен и далеко не всё в этой жизни управляется его желаниями. Сразу начинается тревога. Сразу хочется перевести разговор. Сразу: «не надо о плохом».
У них даже табу есть на мысли. Не думай об этом. Не смотри туда. Не произноси плохое. Не притягивай негатив. Не разрушай атмосферу. Всё должно быть на позитиве. Как будто если закрыть глаза на тень, то тень исчезнет. Как будто смерть обидится и не придёт, если её не упоминать. Как будто беда постесняется войти в дом, где на стене написано: «только хорошее настроение».
Что это, как не та самая иголка наслаждения в мозгу? Только не хирургическая, а культурная, психологическая, социальная. Человеку всё время подают маленький электрический сигнал: улыбнись, расслабься, купи, съешь, посмотри, отвлекись, полюби себя, не думай, всё хорошо. И он привыкает. Ему уже трудно жить без постоянной подпитки. Без лайков, развлечений, вдохновляющих слов, красивых картинок, простых ответов и ощущения, что мир создан для его комфорта.
Но жизнь устроена иначе. Она гораздо сложнее, глубже и жёстче, чем этот бесконечный карнавал позитива. И если приходят настоящие испытания, они не спрашивают, в позитиве ты живёшь или в реализме. Болезнь не интересуется твоими аффирмациями. Потеря не смотрит твои мотивационные ролики. Старость не читает твои посты про ресурсное состояние. Смерть вообще не ведёт переговоров.
Позитив как часть жизни прекрасен. Радость нужна. Свет нужен. Смех нужен. Без этого тоже нельзя. Но когда позитив превращается в религию, а реальность объявляется токсичной только потому, что она не улыбается, начинается большая беда. Человек теряет способность встречаться с жизнью целиком. Он хочет только сладкую половину, забывая, что вторая всё равно придёт за ним сама.
Мне кажется, зрелость начинается не там, где человек всё время радостен. А там, где он способен выдерживать реальность. Не ломаться от плохих новостей. Не убегать от сложных тем. Не прятаться за блёстки и улыбочки. Смотреть на жизнь прямо: да, здесь есть красота, любовь, хлеб, солнце, дети, музыка, смех. И здесь же есть боль, смерть, страх, утраты, одиночество и всякая тяжёлая дрянь, от которой никуда не денешься.
Вот тогда и можно говорить, что у человека всё хорошо. Не потому, что у него нет бед. А потому, что он не врёт себе. Не сидит на иголке искусственного счастья. Не требует от мира быть удобным. А живёт в реальности, какой бы она ни была. И если в этой реальности ему иногда удаётся радоваться, то это уже не наркотик. Это настоящая человеческая сила.